Миг

      Сережа устало выдыхает и отбрасывает отвертку куда-то на пол, к остальным инструментам.       Его машина снова готова к работе.       Он оседает на пол и прислоняется головой к её холодному корпусу. Теперь он боится снова возвращаться в прошлое.       Да, он пересчитывал каждый день и поменял шаг машины, но вдруг он снова попадет всем не туда? А если попадет туда, но на какое-то время позже и будет совсем никому не нужен?       Сереежа грустно вздыхает и поднимает взгляд на появившуюся в дверях Марго.       — Ты уже закончил? — говорит она немного удивлено и, кажется, печально.       Сережа кивает и отстраняется, снова окидывая машину взглядом.       — Почему ты так хочешь вернуться? — Марго заламывает пальцы. — Неужели там есть что-то такое, чего нет здесь, у нас?       Сережа всегда не любил делиться с Марго какими-то своими секретами и чувствами, ведь все, что она услышала, обязательно окажется у матери, а уж там…       Сереже с рук не сошла ни одна двойка, ни одно хулиганство. Он стабильно получал за все, что знала Марго.       Сережа разрывается. Его детская обида просто не позволяет рассказать все, но в то же время ему просто необходим совет от кого-то ещё, кроме него самого.       — Ну как сказать… — Сережа останавливает на сестре нерешительный взгляд. — Ты же всем расскажешь…       — Сереж, ну мы же не дети, — Марго садится на пол возле него и кладёт руку на плечо. — Да и некому рассказывать, мы же с тобой вдвоём…       Сережа только кивает. И правда, они остались вдвоём. Ни родителей, ни братьев…       — Я влюбился, Рит, — Сережа опускает взгляд на свои руки. — Ты же любила, ты должна меня понять…       Марго вдруг озаряется улыбкой и берёт Серёжу за руку.       — Да что ты? Я уж думала, ты совсем один остаться хочешь, — она воодушевленно вдыхает. — Кто же она? Неужели она там, в прошлом?       Сережа ещё больше тушуется и опускает плечи. Он точно не ожидал такой реакции, хотя к ней стоило бы готовиться. Марго ведь всегда говорит ему о том, что пора бы найти невесту.       Марго, словно ощущая его эмоции тихо кашляет и старается умерить свою радость.       — Если она тебе действительно дорога, то ты должен попытаться ещё раз.       Сережа в скидывает голову и удивленно смотрит на Марго. Она добродушно улыбается. Совсем, как мама.       — Мне очень нелегко это признавать, но если там ты счастлив, то нужно идти за своим счастьем. Я же не могу вечно держать тебя рядом…       Она совсем мягко поглаживает руку Сережи, иногда поправляя рукав его свитера. Она чуть опускает голову, наверняка, чтобы скрыть навернувшиеся слезы. По ней видно, как тяжело ей даётся это признание.       — Может я никогда не была хорошей сестрой, но я всегда переживала за тебя… И за Женю тоже… И за Сашу…       Сережа тихо вздыхает.       Марго была самая старшая в из семье. Женя второй, ему было около трёх, когда он заболел чем-то серьёзным и скончался в больнице. Потом Саша. Как говорила Марго, они с Сережей были очень похожи. Саша замерз, когда ему было около года. Ему не повезло родиться за несколько дней до блокады.       Наверное, именно из-за трагичных судеб его братьев, Серёжу оберегали, как могли. Ну и, конечно, учили всему, чему могли. И запрещали все, что могли…       Марго тихо вздыхает и улыбается, поднимая взгляд на Серёжу.       — Только, если ты там, в прошлом, останешься, ты про меня не забудь… Хоть раз приедь ко мне в гости…       Сережа вдруг улыбается и, в неясном ему порыве чувств, обнимает сестру. Ей ведь очень сложно его отпускать. И почему он раньше этого не осознавал?       — Рит, ты лучшая сестра… Я обязательно с тобой ещё встречусь. Ещё твоим детям подарки дарить буду! — Он тихо смеется и отстраняется.       Марго тоже улыбается и поправляет волосы брата.       Сережа, вдруг набравшись сил, воодушевленно поднимается и вновь вводит необходимую дату. Он ведь и правда счастлив там, в прошлом, рядом с Олегом, так зачем же лишать себя этого?       Он цепляет со стола аккуратное лезвие, которым обычно режет бумагу или тонкие провода, и кладёт в карман. На вопросительный взгляд Марго он тихо усмехается:       — На всякий случай.       Сережа взволнованно задерживает дыхание и, скользнув рукой по панели, нажимает на ту самую красную кнопку.       Машина снова начинает хрипеть и сипеть, лампочки, свидетельствуя о её работе, загораются, а стена вдруг снова расплывается. Сережа заворожено наблюдает. Неужели снова получилось?       Он подходит к краю и в шаге от своего счастья поворачивается к сестре. Она с лёгкой улыбкой взмахивает рукой на прощание. Сережа делает также в ответ и выходит на знакомую дорожку. Ему нужно столько всего сказать Олегу. Ведь пока он занимался машиной, он столько раз прокрутил в голове то, что расскажет ему в первую очередь.       Сзади вдруг воцаряется тишина. Сережа вдыхает и оборачивается, убеждаясь, что сзади точно такая же дорога. Ноги сами собой начинают шагать. Где-то впереди совсем тихо журчит река. Сердце замирает.       Небольшой поворот, и вот перед Сережей стройные ряды ив с лентами на ветвях, широкое плесо, мост и две фигуры.

      Яркое солнце. Тёплый ветер. Приятный шелест ив.       Олег поправляет кепку. Ему бы хотелось сейчас сидеть дома и читать книжку, но никак не гулять вдоль леса и реки. Лида обвивает его руку своими.       — Какая хорошая погода, —Лида улыбается и вскидывает голову. Её тугие косы падают с худых плеч. Олег отводит взгляд.      Май греет, но рядом с ней как-то холодно. Она ему совсем не нравится, а он даже не знает, как ей отказать.       Она всегда тащится за ним, где угодно. Она всегда виснет на нём, всегда что-то рассказывает, неприятно громко повизгивая, когда её переполняют эмоции. Сейчас же она специально дождалась его здесь, пока она шёл домой с колхоза, прицепилась и что-то начала рассказывать.       Ее голос совсем неприятный. Олег хмурится. Впереди виднеется Мыколов мост. Она, наверняка, специально идет с ним туда.       В голове бегают разные мысли. И вдруг Олег ясно и громко про себя заявляет, что любой, кого он сейчас встретит, будет в миллион раз лучше Лиды.       Они заходят на мост и останавливаются. Лида смущенно перебирает свои косы и красные бантики на из концах.       — Знаешь… ведь здесь завязывают ленты на счастье… — Она снимает одну с косы. — Может и мы завяжем?       Олег только собирается отказаться и сказать какую-нибудь не самую обидную отговорку, как сначала кто-то зовет его, а после сзади едва ли не вешается на его шею и аккуратно кладёт голову на его плечо.       — Я уж думал, что не увижу тебя… Мне нужно тебе еще столько рассказать…       Олег ощутимо вздрагивает и удивленно смотрит куда-то перед собой. Лицо Лиды он даже боится представить.       Он настойчиво, хоть и аккуратно убирает чужие руки и отходит в сторону. Он оборачивается, желая все же увидеть виновника затянувшейся паузы. Перед ним яркий, улыбчивый, какой-то необычный и странный парень.       Его рыжие непослушные волосы беспорядочно вьются, он неуверенно поправляет их рукой. Его голубые глаза совершенно очарованно и радостно смотрят на него, и, непонятно почему, на этого парня хочется смотреть в ответ.       Олег вдруг понимает, что его мысль была правдива. Этот парень — первый, кто им встретился, и он правда в миллион раз лучше Лиды.       Вдруг красивое лицо парня посещает удивление, он переводит взгляд на громко покашлявшую девушку.       — Олег, это кто? — Едва ли не одновременно спрашивают и парень и Лида. Олег делает полшага назад, но молчит.       — Вы, наверное, обознались, — Лида складывает руки на груди и самодовольно хмыкает.       — Да нет, это похоже вы что-то перепутали, — парень обводит девушку взглядом и задерживается на ленте. — А-а, так ты ленточку пришла завязывать с ним?       Что-то в нём меняется. Олег завороженно наблюдает, как парень долго смотрит на ивы, а после в голубых глазах вспыхивает обида и гнев. Он поворачивается к нему.       — А где же наша? — На секунду воцаряется тишина.       Лида краснеет от злости и звонко вскрикивает.       — Что значит «наша»? Я его невеста! Он только со мной будет ленты вязать!       Олег бы хотел сейчас сквозь землю провалиться. Его ведь прямо сейчас буквально «делят» между собой незнакомый парень и неприятная девушка. И смешно, и стыдно.       — Невеста? — Парень вдруг сводит брови и оборачивается к Олегу. Его красивые глаза до краёв переполненны жгучей обидой. — Да ты совсем ошалел?! Я вернуться не успел, а ты уже какую-то девицу себе нашел?       Похоже пришла очередь Олега непонятливо смотреть на парня.       — Ты сам-то не ошалел? — Лида топает ножкой. — Мы с ним давно хотим пожениться. Все село об этом знает.       — Ах, так? — Парень не сводит взгляд с Олега. — Тогда совет вам да любовь. Людмиле Тимофеевне привет.       Олег все так же удивленно смотрит на незнакомца. Кто он? О чем он говорит? В чем обвиняет? Откуда знает его мать?       Парень гордо расправляет плечи и проходит мимо, устремляясь в сторону села. Лида тут же виснет на руке Олега, твердя что-то о сумасшествии. Олег её не слушает, выпутывает руку и, извинившись, спешит вслед за парнем.       Тот не оборачивается ни на один оклик, только изредка проводит рукой по лицу. На самом краю дороги, возле села он резко останавливается и просто стоит. Олег едва успевает с ним поравняться. Парень что-то достаёт из кармана, тихо вздыхает и поднимает на Олега разочарованный взгляд.       — А ведь я тебя люблю. И цветы люблю, если тебе ещё интересно…       Парень одним резким движением проводит рукой возле шеи. Его серый свитер вдруг окрашивается в ужасный бардовый цвет. Сам он оседает на землю и едва ли через секунду растворяется, словно иллюзия.       Олег даже не успевает его окликнуть, остановить. Паника тут же пробирает каждую косточку.       Неужели его воображение решило с ним так поиграть?       Марго даже не успевает встать с пола. Она так и остаётся сидеть, приподняв руку, которой хотела ухватиться за край машины, чтобы подняться. Её глаза округляются, выражая удивление и переживание.       Сережа едва ли вдыхает, сводит брови и вскакивает на ноги, сжимая пальцы в кулаки.       Внутри все горит от едкой обиды. Сережа никак не ожидал, что Олег так быстро переключиться на кого-то. Да еще и лицо такое делает, словно никогда его не видел.       Сережа подходит к машине и, в порыве какого-то ужасного гнева, рвет неспрятанные в корпус провода. Они щелкают, сверкают, машина задыхается в своём хрипе, жалобно пищит и тухнет. Сережа бьет по панели с кнопочками, трепетно установленными в особом порядке, кулаком.       Черт бы побрал эту машину, это прошлое и все, что в нём есть!       Марго, едва успевшая подскочить и отойти к двери, прикрывает рот рукой, не решаясь издать и звука. А что ещё она может сделать?       Сережа зло выдыхает, бросает лезвие на стол. Все его чувства вдруг растворяются, пропадают, и где-то внутри остаётся лишь ноющая пустота. Из него словно все вынули и выбросили.       Он опирается руками о машину и опускает голову.       Зачем? Зачем он снова решился растерзать свою душу? Неужели ему это было настолько необходимо? Неужели Олег один такой на весь мир?       Для него один…