Связанные

— Хей, Мона, доброе утро! – кричит Паймон, болтая из стороны в сторону маленькой ручкой. Вышесказанное заявление астролог с лёгкостью могла бы оспорить. Чудесным аргументом в её пользу будут синяки под глазами и абсолютно помятый вид. Крайне ленивой и вялой походкой она медленно, но верно добиралась до путешественницы. — Ты хоть сколько-нибудь сегодня спала? – усмехается та, когда Мона поднимает на её глаза. Брюнетка выставляет перед собой руки, поочерёдно сгибает обтянутые перчатками пальцы, внимательно подсчитывая время себе под нос, после чего объявляет: — Двадцать минут. Светлые брови Люмин удивлённо взлетают вверх. — Ладно, может быть сорок. — Ты со своими звёздами за временем вообще не следишь? – интересуется Паймон, облетев Мону полукругом. — Да, не в этом дело, – машет рукой астролог, отправляясь вперёд по дороге. – С исследованиями всё было нормально и стабильно по времени. Но посередине процесса всё прервал какой-то глазеющий на меня придурок. И именно этот придурок стал причиной её недосыпания. Девушка, на самом деле, планировала забыть о нём и не вспоминать до конца своего прибывания в Сумеру... Но сонливость, из-за которой эмоции и речь контролировать сложнее, решила побудить её поступить по-другому. — Да? А что за придурок? – с интересом спрашивает Люмин. – Если опишешь хотя б примерно, может быть, мы сможем его найти. — Ага! – вторит ей Паймон. – Всю дурь из него мигом вытрясем!! Мона попыталась воспроизвести у себя в мыслях проекцию промокшего от её магии юноши, вспомнить его глаза, цвет волос, одежду... И она вспоминает. В поражающих подробностях. Девушка спотыкается и останавливается. Прикладывает руки к груди, пытаясь унять это гложущее чувство. Чёрная водолазка... Чёрный... Фиолетовый... Белое кимоно... сиреневые глаза... Цветущая сирень... Цветущая сакура... Инадзума... — Мона!! – астролог встрепенулась, подняла голову, увидела перед собой сухую и ровную реальность, а также столкнулась с беспокойным взглядом Люмин. — Тебе что, делать нечего? – она выпрямляет осанку, приподнимает уголок губ и идёт дальше, будто ничего сейчас и не было. – Кроме как носиться за всякими дурными личностями по всему региону? — Ну, вообще-то ты права. – комментирует феечка. – Эта трудоголичка набрала себе сто-о-олько поручений, что нам их на неделю вперёд хватит! — Между прочим, Паймон, – укоризненно припоминает Люмин. – Половину из этих поручений приняла именно ты. Например, когда услышала, что за пять часов, проведённых за играми с детьми, Рана готова заплатить 30 тысяч моры. — Ты же не хочешь сказать, что Паймон – меркантильная обжора?... – возмущается феечка, нахмуривая бровки. Люмин вздыхает, ничего на это не отвечая, и девочки идут дальше. Только через несколько шагов Мона замечает, что постепенно возвышается над площадью, а все громоздкие прилавки уменьшаются в размерах и остаются далеко внизу. — Эм... А я отсюда не спикирую? – она опасливо поглядывает за край витой платформы, но тут же отворачивается обратно, ибо от сонливости границы предметов размываются, а вестибулярный аппарат начининает подводить. Она старается держаться ровно посередине и поближе к Люмин. — Смотря, как сложатся обстоятельства... Да шучу я, прекращай уже вниз глазеть. Голова закружится. Крайне непривычные постройки замечает Мона в этой стране. Конечно, в Ли Юэ она также поднималась по множеству крутых и высоких лестниц, но на них хотя бы бы были перила! А тут равновесие держать или с божьей помощью, или техникой превращения в поток, на которую у полуспящей Моны сейчас точно не хватит сил. — Долго нам так? – томливо спрашивает она. Наконец, далёкую площадь от её взора закрывает ствол дерева, покрытый зеленющим мхом. — Чуть-чуть осталось, – пищит Паймон. – Фух, я так устала... — Устала лететь по воздуху? – укоризненно интересуется Мона, пытаясь игнорировать ноющую боль в ногах. — Ну, вот мы и на месте. – декламирует Люмин, обводя рукой небольшой округлый вход и площадь вокруг него. — Так, академия... А зачем мы здесь? Люмин взглянула на полуспящую подругу как на полную дуру. Успела только открыть рот, как вдруг непутёвый астролог вспомнила сама. — Встреча! – встрепенулась она, тряхнув головой. Серёжки издали тонкий звон. — Бинго, – рассекла кулаком воздух путешественница. – Ну что ж. Тебя мы проводили, теперь нам пора. Удачки там! — В смысле?... Вы меня тут одну бросаете? — Ну уж извини. Копченый цыплё... Ой! То есть, важнейшие поручения нас уже заждались! – предвкушённо потёрла фея маленькими ладошками. – Пока, Мона! На этой прекрасной ноте путешественница и Паймон покинули своего астролога, до ушей которой еле долетал бетонный стук подошв их туфелек. Пожав плечами, девушка оглядела круглую дверь, после чего острожно оттолкнула её и вошла внутрь помещения. Так вот она какая – академия Сумеру... Просторная, тёплая, полная знаний, а в воздухе витатют запах пыльных книг и ненавязчивый аромат женских духов. Мона делает глубокий вдох, ощущая, как мудрость Дендро архонта поселяется в её легких, закрадывается в вены, распростаняется по всему организму. — Хей! – однако же, идиллию прервал некий нерасторопный студент со недовольным лицом и не особо доброжелательной интонацией. Мона обернулась, не скрывая своего возмущения. Это что ещё за "хей" в адрес незнакомого человека? А уж тем более такого уважаемого и достопчтенного, как она. — Дамочка, вам тут не проходной двор, – строго отчитывает он. – А зал, принадлежащий самой академии! Что это вы здесь забыли? — Во-первых, – пылко отвечает ему Мона. – Я вам не "дамочка". Во-вторых, позвольте спросить, вы здесь кем являетесь? — Я – студент академии, обучаюсь на даршане Ртавахист, – задрав нос, говорит юноша. – А вы... — Мона Мегистус?? Искромётный диалог прервала молодая девушка, встав между говорящими в попытке отдышаться от пробежки. Затем она повернулась к Моне, демонстрируя той бледноватое лицо и уставшие глаза. — Это ведь вы астролог, чьи статьи публикуются в "паровой птице"?? Стоило этой фразе вырваться изо рта синеволосой незнакомки, как лицо чванливого юноши приобрело оттенок чисто-белого полотна. — М-мона Мегистус?... – робко переспросил он, абсолютно по-новому оглядев сердитую девушку перед собой. — Да! Именно так, – представилась она, злорадно вскинув подбородок. — Ох, только не говорите, что он успел наговорить вам каких-то глупостей, – смущённо спрашивает синевласка, но по уязвлённому виду Моны и испуганному взгляду своего одногруппника всё и так было понятно. – Простите его пожалуйста! Он порой не следит за своими выражениями. — Это видно, – бурчит Мона. — Простите! – складывает он ладони перед лицом. – Я признаю, что совершил ошибку. Но я всего лишь хотел отстоять честь заведения, в котором обучаюсь! — Ага, у нас такое распространено, – добавляет синеволосая с лёгкой усмешкой. — На самом деле, многие с нашего даршана являются вашими большими поклонниками! – восхищённо произносит студентю, – И я, кстати, один из них. Мда уж, таких высокомерных поклонников и врагу не пожелаешь. А если бы Мона была самой обыкновенной девушкой, которая просто вошла перепутала дорогу и вошла не туда? — Так и быть, закрою глаза на вашу бестактность. А теперь извините, но я должна находиться на назначенной в этом месте встрече. — Да, со мной, – подтвердила синевласка, пока пристыженный студент под шумок начал удаляться из их поля зрения. – Давайте, если вы не против, проведём её на свежем воздухе. — Оу, ну хорошо. Мону просто убивала мысль о том, что снова придётся иметь дело с американскими горками, по которым она только что с трудом взобралась сюда, но ничего не поделаешь. Она неторопливым шагом последовала за синеволосой леди, которая в её глазах расплывалась в непонятное ярко-синее пятно. Молодые астрологи вышли на свежий воздух. Присмотревшись в бледное лицо девушки, она заметила, что и у той не менее пышные и фиолетовые синяки под глазами. Неужели, сегодня фаза луны такая? Или что вообще за... — Госпожа Мона Мегистус? – щелчок пальцев приводит полузаспанную брюнетку немного в себя. — А?! – она поднимает голову, заторможенно соображая, кто она такая и что делает в этой реальности. – Можно просто Мона. — Хорошо, а я просто Лайла, – улыбнулась девушка. – Тоже не спится по ночам, да? — Ага... – выдала Мона, понимая, что сейчас никакими гордыми позами и изящными жестами не сможет скрыть своё состояние. – Вообще, у меня такое первый раз за долгое время. Обычно стараюсь не пренебрегать своим режимом, но сегодня... Мысли скользили по её черепной коробке так быстро, будто кто-то внезапно отменил силу трения. Лишь где-то на подкорках мозга вертелся вчерашний день, прожорливая Паймон и огромная шляпа в виде тарелки... С питательным салатом... М-м-м... — В этот раз... В общем, не важно. Казус один, лучше не вспоминать, да. – она потёрла голову, неловко улыбнувшись. – Вы уж извините, Лайла, что при коллегах не выражаюсь более профессиональным языком. — Не переживайте, всё в порядке! – замахала бледными руками девушка. – Даже у самых лучших астрологов бывают плохие дни. Давайте не будем зацикливаться на плохом. Я принесла с собой небольшую карту, на которую вы возможно могли бы взглянуть. Достав откуда-то сзади огромный клочок бумаги кофейного цвета (стоп, или она правда пролила на него кофе?!), Лайла поспешила его развернуть, изо всех сил стараясь не порвать и без того потрёпанные жизнью края. На холсте была изображена звёздная карта с несколькими обведёнными созвездиями и множеством одиночных звёзд, половина из которых даже не были подписаны. — В общем-то, извините за непрезентабельный вид, просто в академии немного жадничают нормальную бумагу... Кхм. – женский палец указал на самое верхнее созвездие. – Я сделала этот лёгкий набросок сама, во время наблюдений ночного неба пару месяцев назад. Ориентировалась вот от этого созвездия. Интересно, это какая-то новая технология Фонтейна – движущиеся картинки?... Стоп! Это же голова Моны движется! Напрягши шею и сконцентрировав внимание на рисунке, она внимательнее всмотрелась в раскиданные по поверхности листа чёрточки и закорючки. — Так... – девушка почесала подбородок. – Хорошо, я поняла. И в чём же именно состоит вопрос? — В том, что здесь есть лишние звёзды, которые просто не могут быть ни к чему не привязаны, – видимо, это более жирные точки, расположенные вокруг основного созвездия. — Вы проводили наблюдения в ясную погоду? — Само собой. — Значит, тучи не могли закрыть собой соседние звёзды... Так, ну, – Мона призадумалась. Задача на первый взгляд не из простых, но для опытного звезточёта здесь нет абсолютно ничего невозможного. – У меня сейчас нет подходящих приборов, чтобы проверить свою гипотезу, но может быть, вот эта, эта, эта и эта звёзды при подходящей фазе могут сложиться в одно созвездие? — Брехня полная, – прокомментировал до боли знакомый мужской голос позади. – Ты пропустила точку вот здесь. Мона вскочила как ошпаренная, моментально развернувшись к себе за спину и заехав нежданному гостю локтем прямо в грудь. Тот почти даже и не поморщился. — Т-ты...?! – девушка подняла свою книгу, угрожающе подаваясь вперёд. – Что ты тут делаешь?! Проваливай и не мешай адекватным людям работать, пока снова не получил. — Мона, вы что? – глаза Лайлы блеснули настоящим испугом, когда она подошла сзади к коллеге и осторожно, но крепко взяла ту за плечо. — Да, Мона, вы двинутая? – скопировал Странник высокий тон девушки, покрутив пальцем у виска. — Лайла, не переживай, я с ним справлюсь, – на эту фразу парень в огромной шляпе скрестил руки на груди и снисходительно ухмыльнулся. Мона, тихо рыкнув, растопырила пальцы, прицеливая прямо в его самодовольное лицо вчерашний влажный приёмчик. — С чем справитесь?... – недоуменно вопросила Лайла. – Это же Странник, он помогает мне в выполнении исследовательской работы. Недоуменность в глазах Моны явно его позабавила, и юноша словно поглумился над ней одним своим надменным взглядом. — Он...? – рука в синей перчатке неуверенно указала на... Странника? Странноватое имечко, но да ладно. — Именно, – кивнул обсуждаемый юноша. — Господин Странник, вы уже успели познакомиться с госпожой Моной Мегистус? — Ага, верно. Мы пересеклись чуть ранее при случайных обстоятельствах. Мона ахнула, её брови возмущённо поползли вверх. Это он свой шпионаж за молодыми девицами назвал "случайным обстоятельством"?! Верх наглости, от которого у астролога даже дар речи пропал. Но... Ладно, ей придётся об этом умолчать. Потому как судя по ничего не подзревающему взгляду Лайлы, она действительно знает этого шляпника как нормального и компетентного человека. — Он действительно студент академии? – на всякий случай переспросила Мона, небрежно указывая на человека позади большим пальцем. — Не уверена, что он студент, скорее помощник в некоторых областях, – задумчиво ответила Лайла. — Так, хорошо. А на каком он факультете? Пока сам Странник тактично молчал на каждый вопрос о своей личности, молодая студентка-астролог пыталась вспомнить необходимую информацию за него. Которую, кажется, она и сама не знает... — Он об этом не говорит, – бормочет Лайла. Мона уже хотела хлопнуть себя рукой по лбу и выспросить, какого чёрта он тогда вообще лезет в дела академии. – Но ему можно доверять, он был зарекомендован Малой властительницей Кусанали. Эта информация повергла Мону в шок, бушующим цунами сметя все её ранние доводы. — Это же... Дендро архонт? — Ага, – самодовольно заявил парень, с едва заметной ухмылкой рассматривая свои ногти. Он гордился тем, что знаком с Малой властительницей, или тем, как астролог облажалась? — А она вообще знает, – пылко начала Мона. – Что ты... Она запнулась но полуслове. Лайла вопросительно склонила голову, а Странник поднял на её вызывающий взгляд, мол, ты правда это выпалишь? — Что ты... Встряваешь в чужие исследования, – пробормотала она, раздражённо сщурив глаза и нахмурив брови. — Вообще-то, мы с Лайлой вместе работаем над одним и тем же проектом, для которого было нужно это исследование, – оповестил её юноша. – Так что тут ещё кто куда лезет. — Кстати, господин Странник, – поспешила Лайла прервать их потасовку. – А вы, случаем, не госпожу Мону имели в виду, когда упоминали, что у вас есть знакомая, которая разбирается в астрологии? – после этого вопроса Странник изменился в лице. – Кажется, вы упоминали, что это ваша... — Нет. – кажется, он попытался отрезать чужую фразу непринуждённо, но в егг годосе неконтролируемо скользнула нервозность. – Нет, речь была не о ней. — Да, мы знакомы буквально день или два, – добавила Мона, чтобы ни у кого и мысли не возникало о том, что она как-то связана с этим придурком. — В общем-то, мы будем шевелить языками, или вы, госпожа Лайла, наконец продемонстрируете нам плоды своих кропотливых исследований? – столь явный сарказм в его голосе поразил Мегистус. — Да, конечно, – а вот Лайла, кажется, и глазом не моргнула. Если бы в адрес Моны кто-то посмел бросить замечание таким тоном, она бы незамедлительно поставила хама на место. Девушка почувствовала какую-то необъяснимую агрессию к Страннику, и ей очень хотелось кинуть в его адрес несколько озлобленных фраз. Странно. Даже если порой её немного, совсем немного задевают чужие замечания по поводу астрологии, она никогда не испытывала такой сильной тяги к горячей дискуссии. Кажется, мозг уже даже сформулировал подходящие слова, чтобы разъяснить недальновидному юноше что к чему, и если бы её язык не был до чёртиков уставшим, она бы точно произнесла все эти слова, хорошенько отчеканивая каждую буковку! — Мона?... – пролетевшая перед лицом ладонь Лайлы заставила Мону выпрямиться и вздёрнуть голову. Только теперь она заметила прикованное к своей персоне внимание обоих собеседников. – Так что вы думаете по этому поводу? — Я... – она сонно моргает, пытаясь вспомнить, о чём они вообще могли разговаривать. Звёзды, карта, исследования... — Я смотрю, высыпаться у астрологов не принято? – усмехается парень, ловя на себе вопросительный взгляд янтарных глаз. — Куда высыпаться?... – непонятливо переспрашивает Лайла, но затем тут же ойкает. – А... Мона сдерживает неприличный смешок, чуть наклоняя голову и закрывая лицо чёлкой. Хотя ничего смешного в этом нет, потому что она уже чувствует невероятную слабость по всему телу и желание соприкоснуться затылком хоть с чем-нибудь горизонтальным. Лайла продолжает свой рассказ, одновременно водя рукой по карте, Странник кивает головой в такт её словам. Так, ладно. Нужно поучаствовать в исследовании ещё несколько часов, в этот раз навострив слух чуть сильнее, и наконец Мона сможет отправиться домой. И нельзя показывать свой интерес к Страннику. Когда Мона пару раз пыталась рассмотреть его в ходе беседы, он каждый раз невозмутимо поднимал на неё глаза в ответ. Чертёныш, чувствует на себе чужое внимание? Пока Мона об этом раздумывала, снова пропустила очередной вопрос Лайлы. Ну что за позорище. *** Грузно ввалившись прямо в дверь (вообще-то в дверной косяк, но ей было уже всё равно), Мона вскинула руки и энергично крикнула "да!" от радости, осматривая пёстрые стенки своего гостиничного номера. Ещё никогда она не была настолько рада видеть собственное жильё. Чтобы не тратить время на вышагивание, она превратилась в шуструю лужицу и в считанные секунды добралась до мягкой постели. Вскочив на матрас и потеревшись спиной о мягкое покрывало, она взобралась повыше, скользнула под одеяло и накрылась им с головой. Зажмурив глаза, девушка ощутила, как постепенно расслабляется каждая мышца её еле функционирующего тела. Несмотря на страшную усталость, вызванную недосыпом и небольшой передозировкой новой информации, в голове ощущалась муть, не дающая Моне мирно и спокойно заснуть. В голове вертелись странные мысли, с подкорки мозга быстренько примчалось ощущение недосказанности и, воспользовавшись уязвимостью девушки, начало вовсю мучать её вымотанную голову. Находясь уже в состоянии полусна, Мона вдруг вспомнила об одной важной вещи. Когда она привстала в полусидящую позу и упёрлась на руки, её голова страшно закружилась, а тело затряслось, требуя сейчас же провалиться обратно в сон. Но она не могла. Она пыталась направить все оставшиеся силы на то, чтобы понять: что она, чёрт возьми, могла вспомнить?! Какое-то важное событие, которое должно произойти уже через день. Да, в точности послезавтра. И что это за событие? Кроме ощущения волнения и торжественности, никакие догадки более её не посещали, и, кажется, не собирались посещать. Покорно сдавшись, Мона тяжело рухнула обратно на подушку и тут же заснула. *** — Уже скоро, уже, уже, ты представляешь?? — Конечно представляю. Она подошла к окну и начала набоюдать за листиками, кружащими по ночной площади Мондштадта. — Мне кажется, ты недостаточно рад, – обиженно заявила она. — Тебе кажется, – парировал он, тепло улыбнувшись. — Я просто не смогу столько ждать... Она в предвкушении сжала кулаки, ожидая, как проведёт этот месяц, как будет покорно ждать день _______, как будет сидеть у окна, смотреть вдаль и считать секунды, оставшиеся до ________. Он подошёл сзади и сдержанно положил руку на её плечо, но затем подумал, и всё же решился полноценно обнять её за спину. Перевернувшись на другой бок, Мона что-то невнятно промурчала, а по лицу её растеклась глупая и довольная улыбка.