Номер один для тебя

Что может быть лучше холодного душа после изнуряющих тренировок Айзавы сенсея? Кацуки считал, что ничего, ведь именно после тренировок, его горячее тело приводилось в тонус. Так же ему не хотелось ходить потным. Хоть от него, благодаря особенности причуды, не воняло за километр, как от других, что аж цветки вянут стоит просто зайти в помещение. И вот сейчас, стоя под холодным струем воды, Бакуго мог сделать выводы сегодняшнего дня. И всё-таки он мало сегодня позанимался для той намеченной цели, что он уже поставил пару лет назад. Стать героем номер один. С самого проявления причуды. Все дети в детском саду смотрели на него, восхищаясь. Ему это бессомненно нравилось, но больше всего из этих взглядов, ему нравилось, как его друг смотрит на него. Веснушчатый кудрявый паренёк, смотревший на него так, будто кроме него нет никого вокруг. Ему это нравилось. Нравилось быть номером один для него. Ему хотелось, чтоб он и дальше продолжал смотреть на него так. Именно это была его главная мотивация до тех самых пор. В один из дней Мидория позвал его к себе домой после их прогулки. Было темно, но, несмотря на это, Кацуки всё-таки согласился. Сидя за столом вместе с ним и едя суп из курицы, которую любезно приготовила тетушка Мидория, он чувствовал умиротворение, пока из зала не выскочила тетушка, вышла и сообщила о том, что в новостях показывают Всемогущего. Изуку сразу же, бросив былое занятие, побежал вместе с матерью в зал, пока Кацуки сидел и не понимал ничего, что произошло. Он, встав из-за стола, пошел за ними. В гостинной не был включен свет, единственным источником был телевизор, по которому показывали того самого «Всемогущего», из-за которого веснушчатый сразу же побежал, как по щелчку пальца. Он видел, как тот смотрел на него, чуть ли не влезая в телевизор. Смотрел на него таким же восхищенными глазами, как на него недавно. В тот момент Кацуки почувствовал, как его сердце сжалось. Он впервые такое ощутил. Очень неприятные ощущения, однако он продолжал смотреть на Мидорию. Наверное, именно это стало причиной для Бакуго стать героем номер один. Чтобы Изуку вновь смотрел на него своими глазками, чтобы снова стать номером один для него. А для этого ему потребуется усиленно работать. Он уже тогда поставил себе цель и только после достижения его он будет вновь доволен собой. После освежающего душа Бакуго вышел на балкон подышать свежим воздухом. Стоя на балконе в одном лишь полотенце, который держался на его бедрах, он вдыхал прохладный воздух. Он уже успел пожалеть, что хотя бы не накинул что то сверху, но подумав, что постоит так еще пару минут, а после пойдёт к себе в комнату закроет дверь и ляжет спать. Постояв так пару минут, блондин услышал стук в дверь. Тихо, как он посчитал, сматерившись, всё-таки пошел открывать этот чертов дверь, про себя думая, какой придурок решил навестить его в такое позднее время и уже придумывая, как он будет нахуй посылать его. У него в голове сразу же возник образ того самого придурка, ведь единственный человек, который мог в такой поздний час приходить к нему да и вообще мог приходить — это Киришима. Киришима один из немногих в классе, который в меру взрывного характера Кацуки смог с ним наладить контакт. — Киришима, сколько тебе, выблядку, повторять, после девяти в мою комнату ни ногой, ты уже зае… — все мысли, которые он хотел озвучить, исчезли; он не ожидал увидеть его на пороге своей комнаты. — И-извини, Катчан. Я не думал, что ты уже лег спать. Извини, я наверно лучше завтра приду. Спокойной ночи. — быстро затараторив, Мидория повернулся и собирался уйти, однако у Кацуки другие планы на это. — Стоять, Деку, — схватив его плечо одной рукой и сжав его с такой силой, что паренёк ойкнул, Бакуго затащил его в комнату. Ему не хотелось, чтобы кто то ещё смог помешать их разговору.– Что хотел? Говори быстрее, мне уже спать пора. Постояв на месте и соприкоснувшись двумя указательными пальцами, Мидория отвел взгляд, пытаясь не смотреть на голый торс парня, на котором ещё так соблазнительно стекали стекали капельки воды, проходясь по его прессу. И нахуя он пришел так не вовремя? Подумал паренёк, пытаясь как-то начать диалог. — В последнее время ты ведешь себя очень странно. Т–то есть не прям странно, или типо такого, просто не так как обычно. И вообщем то я волнуюсь за тебя… Кацуки кажется перестал дышать. Что? Мидория волнуется за Бакуго…? — Хуйню не неси. Думаешь я недостаточно силён и мне требуется чья то помощь? Пытаешься меня унизить таким образом? Знай, если тебе досталась причуда Всемогущего, это не значит, что ты теперь пуп Земли. — Кацуки, я ведь и вправ…– не успел он закончить предложение, как сразу почувствовал, что его прижали к стене. — Ещё раз это скажешь, я тебя нахуй взорву. — Произнёс он прямо ему в ухо. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Блондин чувствовал, как Изуку дышал ему в плечо. Бензина в огонь еще добавляло то, что он до сих пор стоял лишь в одном полотенце. Ситуация со стороны казалась комичной, однако Бакуго сейчас было не до смеха. Ещё как назло в голову лезли разные мысли, прижимая вот так вот этого паренька. Ему в какой то момент захотелось уменьшить это расстояние между их лицами и жадно впиться в эти привлекательные обкусанные от волнения губы. Это слишком показалось даже для Кацуки, он ели смог отогнать эти мысли и уже хриплым голосом сказал: — Уходи. Второй раз повторять ему не пришлось; Мидория, выскользнув из его ловушки, подошел к двери и, в последний раз посмотрев на него, вышел из комнаты. Кацуки остался один в темном комнате. — Блядь.- прошептал он в пустоту. Похоже уснуть сегодня пораньше ему точно не судьба. В голове осталась эта картина смущенного паренька, который всеми силами старался не смотреть ему ниже глаз. Черт, кажись дела в душе еще остались.