Коса на камень

      Испытывал ли Олег сильнейшее волнение, на которое только был способен?       О, определённо.       — Думаешь, понравлюсь твоим родителям?       Удивительно лишь то, что его тревогу, впервые в жизни, разделяла всегда спокойная Альбина.       — Они уже тебя обожают, — успокоил он её, переминаясь с одной ноги на другую, сверля взглядом входную дверь. — Мы с Сашей часто о тебе рассказываем.       То было правдой.       Не счесть то количество раз, когда семейные ужины завершались олеговскими рассказами об Альбине. И нередко его в этом любезно поддерживал Саша.       Родители всячески настаивали на том, чтобы сыновья пригласили к ним в гости столь интересную ведьму, но натыкались на разные отговорки. Олег этот момент пытался оттянуть всеми способами.       В первую очередь потому, что желал представить Ясевич семье не просто как подругу, а как свою возлюбленную. Ну, а во-вторых… Ужины с семьёй всегда были вещью непредсказуемой. Хорошее впечатление о них могло испортить всё, что угодно: глупая семейная склока, упоминание Кати, первой девушки Олега, которую мама очень любила, или ещё что-нибудь похуже.       В общем, вариантов было много, и младший Шепс оправданно паниковал.              — Да ты-то чего нервничаешь? — заметив его состояние, хмыкнула одобряюще Альбина. — Всё хорошо будет.       Стоило ей заметить, что состояние медиума отличается от привычного, как она мгновенно, невзирая на собственные страхи, обращала внимание на него. Ну что за невыносимая женщина…       — Круто. Себе это тоже скажи, — подмигнул ей Олег, занося кулак над дверью. — Так, всё. Стучусь.       Альбина кивнула, и тут же сосредоточенно расправила плечи, поправляя края короткого бархатного платья.       Олег вновь — и как всегда не вовремя — застыл ненадолго, разглядывая столь нежно любимые черты лица. И задумавшись, совершенно не заметил, когда дверь им, наконец, открыли.       — Олег.       К счастью, на пороге стоял отец.       С ним у младшего Шепса отношения всегда были чуть более свободными.       — Олег, — шутливо повторил он, таким образом здороваясь с родителем. — Пап, это Альбина. Альбина, это мой папа.       Медиум, не колеблясь, крепко пожала руку стоящему перед ней мужчине, и улыбнулась так искренне, как только умела:       — Здравствуйте, Олег Олегович. Приятно познакомиться!       — Ух, какая железная хватка… — пробормотал мужчина. — А губа не дура, Олег. Добро пожаловать, Альбина. Мы вас очень ждали.       Кажется, степень того, как Альбину в этом доме ждали, недооценил даже сам Олег.       Потому что на кухне их уже ждал роскошно накрытый стол, по масштабам который можно было сравнить, разве что, с праздничным.       Когда они вошли, то мама неустанно что-то поправляла на столе, то добавляя, то протирая. Саша, расположившийся на своем привычном месте, нетерпеливо им замахал; кому-то явно велели не приступать к еде, пока не придут гости, и он теперь явно находился в позиции жертвы.       Олегу начало казаться, что ужин пройдёт просто великолепно.       Мама приняла Альбину с такой радостью, с такой непомерной искренностью, словно встречала родную дочь. Да и папа, всегда желающий больше дочек, чем сыновей, воспылал к ней искренней любовью.       Но, конечно, всё просто обязано было пойти не так.       — Ой, знаете, Альбина, я очень расстроилась вашему проигрышу в двадцать первом сезоне, — начала Людмила, накладывая девушке на тарелку ещё пюре. — Вы заслужили первое место.       Олег и Саша, не сговариваясь толком, синхронно переглянулись. И одинаково напряглись, понимая, к чему примерно может пойти разговор.       Только бы пронесло, только бы пронесло—       — О, ну что вы, — дёрнула уголком губ Ясевич. — В двадцать первом сезоне победу заслужила как я, так и Олег. Я его победе очень даже рада.       — И всё же, для вас эта победа значила гораздо больше. Путь магии ведь изначально ваш.       Рука Альбины, сжимающая вилку на минуту дёрнулась. Показалось, что она и сама догадалась, о чём сейчас пойдет речь — хотя, признаться, семейные проблемы Олег при ней всегда старался смягчать — и, откашлявшись, максимально спокойно выдала:       — Ничем от Олега в этом плане не отличаюсь.       Мама, убедившись, что все тарелки на столе полные, наконец уселась во главе стола.       — Я бы поспорила. Для вас магия это не просто временное увлечение, а предназначение. Такого об Олеге сказать не могу. Я всё ещё подозреваю, что через пару лет он забросит это дело и займётся чем-то своим.       Опять двадцать пять…       Хотя Олег и не мог сказать, что эти разговоры по-прежнему его задевали так же сильно, как раньше. За последние годы, с вечной поддержкой брата и Альбины, он окончательно смирился с такой точкой зрения родительницы, и перестал обращать должное внимание на такие комментарии.       Но вот как отреагирует Альбина…       Младший Шепс покосился на спутницу, пытаясь определить её реакцию на происходящее, но её взгляд неожиданно сделался максимально стеклянным, почти не читаемым.       — Могу узнать, почему вы считаете, что это не для Олега? Он прекрасно справляется, в конце концов. А главное, он этим делом искренне горит.       На минуту за столом повисла тишина. Александр, почуяв, что разговор начинает идти не в ту степь, попытался исправить досадную ошибку:       — Олегу очень нравится, да… Кстати…       — Саш, не перебивай разговоры женщин, пожалуйста, — мягко наругала Людмила, вновь поворачиваясь к гостье. — Некоторые люди просто не созданы для этого, вот и всё. Это не значит, что Олег какой-то не такой, просто из нашей семьи выходцем в мир эзотерики стал всё же Саша.       Альбина медленно опустила столовый прибор на нетронутую тарелку.       Настала очередь Олега пытаться исправить ситуацию.       — О, принцесса, а давай я тебе наложу мамины котлеты по-киевски? Остынут и будут не…       — Вам так сложно гордиться всеми вашими сыновьями, или вы тоже для этого просто не созданы? — выпалила Ясевич, тем самым его перебивая.       Всё.       Пиши пропало.       В отличие от Саши с Олегом, ожидающими всплеска Альбины, родители оказались удивлены столь резкой смене атмосферы. От осторожной улыбки и мягкого тона не осталось и следа, и теперь голос ведьмы сквозил прохладой, а взгляд сделался пугающе безразличным.       — Прошу прощения?       — Прощения просить у Олега надо, — сухо парировала Альбина, отодвигая от себя тарелку.       А вот настолько откровенной грубости от неё не ждали даже братья.       То есть, да, она всегда была максимально прямолинейна, но она так сильно волновалась о том, понравится она его родителям или нет! Олег думал, что она попытается быть максимально вежливой, что ли…       — У вас, Людмила, замечательный младший сын, — с нажимом продолжила она, не позволяя женщине опомниться. — Не просто любящий, но и воистину талантливый во всём, чем занимается. И в мире эзотерики ему тоже нет равных. Он этим делом дышит, он любит заниматься этим — и получается у него это просто восхитительно. Тем не менее, вместо того, чтобы поддержать его, увидеть его достоинства и победы, вы всё равно выбираете сравнение с его старшим — не менее талантливым, да — братом. И ставите ни во что старания и победы Олега на фоне Александра. Этого он, по-вашему заслужил? Ни победы, ни понимания от собственной матери, которую так любит?       Слова Альбины резанули, казалось, по давно зажившим ранам.       Олег вырос, научился принимать чужие слова спокойнее, но… Но он не мог отрицать — отношение матери всегда расстраивало. Как бы высоко он не встал, сколько бы не сделал… Он будто никогда не мог достичь её идеалов.       Речь Альбины втолкнула в ступор не только младшего Шепса, но и обоих его родителей, что, услышав чужие слова, поспешили обменяться поражёнными взглядами.       А Альбина, между тем, поднялась со стула.       — Альбин, ты куда? — первым опомнился Саша, резко приподнимаясь на ноги следом.       — Я не собираюсь сидеть за одним столом с людьми, которые не уважают Олега, — холодно фыркнула Ясевич. — Даже если… Нет. Особенно, если это его мама.       И не сказав больше ни слова, она покинула пределы комнаты. Размеренную тишину вскоре прервал тихий хлопок двери.       Осознание произошедшего окончательно достигло мозга растерянного Олега, и он теперь неуверенно метался взглядом с коридора, где недавно скрылась Альбина, на старшего брата, не менее озадаченного происходящим.       На маму он даже боялся поднять взгляд, если честно.       — Олег, — словно ощутив его тревогу, громко позвала Людмила.       — Да?       Впрочем, даже если мама теперь возненавидит Альбину, Олег не собирался её бросать. Просто было бы немного обидно и, может, самую малость неловко, но…       — Ты должен окольцевать эту девушку, пока это не сделал кто-нибудь другой.       — Что?       — Чё?       Олег всмотрелся в лицо матери, и опешил. Она не выглядела озлобленной или разочарованной. Вполне наоборот, была спокойна. В тёмных глазах плескалась странная меланхолия, но точно не ненависть.       — А ты-то чего чтокаешь, — прицокнула она на старшего сына. — Олег, я сказала, что ты должен взять Альбину в жёны, пока это не сделал кто-нибудь другой.       — Ты не злишься? — вновь в унисон спросили братья.       Молчавший до этого папа расхохотался:       — Олег, за тебя только что подралась девушка… Чему тут злиться? Что тебя любят?       Олег заморгал.       — Олег, ты правда думаешь, что многие бы осмелились спорить с родителями своей второй половинки? — продолжила мама.       — Ну… Нет, наверное…       Ну, по крайней мере, Олег бы не решился. Дай ему кто возможность побыть на ковре у Елены Ясевич, то он бы, наверное, старался бы быть максимально мягким в её присутствии.       Альбина…       Альбина бы, наверное, могла сгладить углы, задень как-нибудь мама её саму — правда, тут бы не сдержался уже сам Олег — но… Но она никогда не могла молчать, когда дело касалось его.       Его бравая защитница.       — Ну, Олег, чего сидишь? — хлопнул папа его по плечу, вырывая из размышлений.       — Иди, — кивнула ему мама. — Догоняй принцессу свою. И не отпускай никогда, дурак.       Он, наконец-то, опомнился. В коридоре, с вещами в руках, его уже ждал старший брат, незаметно ретировавшийся минутами ранее из общего разговора.       — Она на парковке ещё стоит, курит. Беги давай.       И Олег рванул.

*

      Не то чтобы Олег боялся, что Альбина его бросит здесь — жили-то всё равно вместе — но тот факт, что она уходить никуда не торопилась, всё же успокоил.       Как и упомянул Саша, она действительно отыскалась на парковке, с догорающей сигаретой в правой руке. Опираясь локтями в крышу машины, задумчиво разглядывала что-то перед собой. Олег, будто искренне боясь, что та просто необъяснимым образом растворится в воздухе, навалился на неё со спины, крепко прижимая к себе.       — Я не буду извиняться перед твоей мамой, — совершенно не удивлённая внезапному появлению Шепса, холодно проинформировала она. — По крайней мере, пока она не извинится перед тобой первая.       Боже, эта девушка действительно…       Не контролируя эмоции, Олег счастливо рассмеялся, щекоча тем самым её шею. Альбина озадаченно на него покосилась, и скорее спросила, чем утвердила:       — Ты не злишься на то, что я оскорбила твою маму?       — Альбина, — выдохнул он. Растерял окончательно всякий запас слов, и просто тупо повторил: — Альбина.       Ох, как он любил её.       — Спасибо.       — За что ты меня благодаришь, дурак? — чуть помрачнела ведьма. — Я поругалась с твоей мамой. И испортила вам семейный ужин.       — Спасибо, что заступилась.       Повисла тишина, и Олег физически ощутил, как Альбина расслабилась. Вывернувшись из его хватки, она повернулась к нему лицом, и поспешила утянуть в объятия. Прохладная ладонь принялась поглаживать его по голове.       — У меня в подростковом возрасте была эта тупая мечта, чтобы кто-то за меня так заступился, — прошептал он, признаваясь в самом сокровенном. — Саша всегда рядом был, конечно… Но он мягкий. Он, скорее, замять разговор спешил. А я хотел, чтобы кто-нибудь всё во мне накопленное высказал. Как ты. Так что… Спасибо, принцесса.       Ясевич сжала его так сильно, что в лёгких начало не хватать воздуха. Железная хватка, воистину.       — Они тебя не заслужили, — приглушённо выпалила она.       Прозвучала так странно, словно была на грани слёз сама. Будто это её сегодня обидели, а не его.       — Неважно, — совершенно искренне ответил Олег. — Мы друг друга заслужили с тобой, а остальное — как будет.       Альбина не спешила спрашивать о том, что произошло после её ухода. Ей ещё предстояло узнать, что Людмила Шепс её бесповоротно полюбила, негласно приняв в семью. Но это чуть позже.       А пока, они стояли на парковке, обнимая друг друга так крепко, как только умели. И если в глазах обоих, по совершенно разным причинам, блестело что-то, подозрительно похожее на слёзы…       То, что ж, никто ничего не видел.       А как известно, без доказательств дела нет.