Коллекционер

Солнце забегает в комнату, старается протиснуться сквозь жалюзи. Чужие пальцы сонно скользят по животу и девушка хмурится, тянется за одеялом и накрывается с головой под недовольно сонное бурчание. Утро пахло цветами. Возможно из-за того, что у соседей Энид не было и кусочка земли во дворе, где не росло бы цветов. И как она уживалась с этим приторным запахом? Уэнсдей жмется к чему-то теплому за своей спиной и чувствует, как чужие руки сильнее прижимают ее к себе. Аддамс подавилась покоем. Настолько здесь было тихо и спокойно. Утром, в участке, всегда шумно. Пахнет бензином и противным кофе Аякса, который сыпет в чашку три ложки сахара и носится с напитком по всему помещению. Красные стрелки часов заходят за первый час дня и Уэнсдей становится холодно. Но она не оборачивается и не просыпается. Продолжает утопать в мягком матрасе среди подушек и плюшевых зверей. Она слышала шуршание, а ее ресницы вздрогнули, когда она услышала стук двери. Но пальцы лишь сильнее стянули одеяло, пока его не стянули с девушки. И телу стало совсем холодно. Она сонно потянулась и открыла глаза. Черные бусины прокатились по светлому лицу, на которое упало солнце. Уэнсдей потянулась за одеялом, но Энид села на кровать и молча обняла хрупкое тело. - Не думала, что ты такая соня. - От нее пахло цветами и рассветом. Уэнсдей уткнулась носом в горячую шею и пожала плечами. - Ты плохо на меня влияешь. - Пробурчала она. И Энид молча согласилась. Прижалась губами к сонной щеке и потянула девушку вниз, накидывая на нее свою рубашку. Рубашка Аддамс, по словам хозяйки, сушится в ванной после тщательной работы стиральной машины. На кухне, на светлой скатерти стола, стояло две чашки кофе. Видимо шум, который Уэнсдей слышала ранее, был шумом кофемашины. - Как можно есть так много сладкого... - Спросила Уэнсдей обжигая кофе горло. А Энид глупо похлопала глазами и потянулась за седьмой конфетой в ярком фантике. - Как можно есть так мало сладкого? - Вопросом на вопрос ответила блондинка и сделала последний глоток кофе. Чашка в раковине, а девушка у подоконника, смотрит в открытое окно. На улице солнце и люди. Машины шуршат шинами, а ветер играет с волосами прохожих. А Энид улыбается, наблюдая за детьми, что кидают мяч у соседнего дома. Тот, ударяясь от стены, отлетает далеко и прохожий любезно пинает его детям. Телефон на столе, в ярком чехле, вибрирует. Энид смотрит на экран и садится на стул. - Уимс не может дописаться до Аддамс. Не знаешь, где носит твою напарницу? Йоко вышла из сети. Блондинка усмехнулась самой себе и протянула телефон девушке. - Зачем я ей? - Зачем она ей? Ответ пришел тут же. - Честно, понятия не имею. Так ты знаешь где она? - Знаю. - Где? - У меня. Йоко вышла из сети. И не заходила около десяти минут. За это время Уэнсдей трижды переплела волосы и умылась, а Энид не могла выбрать, голубую или фиолетовую футболку ей надеть. Но выбор пал на футболу цвета молока, из-за того, что они идут в участок, а не цирк. Энид передразнила девушку, но все же прислушалась. А телефон завибрировал. - В смысле она у тебя!? Энид выгнула бровь. - В прямом. - Что она у тебя делает!? - Пьет кофе. Уэнсдей усмехается, стоя за спиной и выходит из комнаты. - Что? - Ничего. - Отвечает она из коридора. И Энид улыбается, затем роняет глаза на экран и выдыхает. - Аддамс у тебя? Дома? Пьет кофе? - Да, да и да. - И не пытается тебя убить? - Прекращай, она не маньяк. - Она это всем говорит. Энид кладет телефон на полку и берет в руки расческу. - Как это вообще вышло? Не успокаивается Йоко. Энид кладет расческу, смотрит в зеркало и берет телефон в руки, выходя в коридор. - Просто зашли посидеть. Боюсь, если скажу о том, что мы играли в игры, ты мне не поверишь. - Не поверю. Аддамс и игры? Не-не девочка. Ты пьяна? Не удивлюсь если да. Вы такое дело завершили! - Я не пьяна. - Не-ве-рю. И Энид убрала телефон в карман. Упав на переднее сиденье машины, она проверила ключи в кармане и Уэнсдей нажала на газ. Участок шумел. Рабочие бегали туда-сюда, словно муравьи. Бьянка забежала в участок с ящиком в руках, не заметив подъезжающий автомобиль. Уэнсдей припарковалась и взглянула в зеркало. Найденный у Энид галстук, придерживал воротник прикрывая шею. Но это мало помогало. И тяжело выдохнув, она вышла из автомобиля привлекая внимание. Йоко вышла из участка, за девушкой не спеша следовала Дивина с котенком на руках. - Думаешь ты отделаешься от меня игнорируя мои сообщения? - Вампирша блеснула глазами из-под очков, склонившись над Синклер. - Даже и не думала. - Девушка сделала шаг назад, а затем ее внимание приковал пушистый комочек. - Откуда у вас эта прелесть? - Он вторую ночь ночует под дверьми участка. Я не могла его не покормить. - Пожала плечами Дивина. - Теперь он прилип ко мне. - Какой милый. - Девушка почесала белого котенка за ушком. На губах яркая улыбка и Уэнсдей отвернулась, достав телефон. Йоко аккуратно обошла девушек и встала позади брюнетки. - Аддамс. - Девушка обернулась. - Это правда, что ты пила кофе у Энид? - Йоко, прекрати. - Энид отвернулась от котенка. - Да. - Уэнсдей убрала телефон и взглянула на вампира снизу вверх - С чего бы вдруг? - Пить очень хотелось. - Она обошла ее и отправилась в участок. Столкнувшись в коридоре с Аяксом, она окинула его взглядом и скрылась за дверью. Кабинет пропитался прохладой. Окно было открыто всю ночь и девушка не собиралась его закрывать. Открыв тетрадь, она перелистнула пару страниц и остановилась на нотах, написанных пол года назад. Она давно не держала в руках инструмента. Не успела она перевернуть страницу, как в кабинет вошла Энид и упала на стул, захлопнув дверь. - Энид? - Девушка подняла глаза. - Что? - Что случилось? - Аякс придурок. Девушка откинула тетрадь и придвинулась ближе. Она молча оглядывала расстроенное лицо, пока Энид не выдержала и не начала сама. - Он не понимает слов! - Она встала со стула и прошлась по комнате. - Каких? - Он все еще думает, что ты психичка и маньячка, которая найдет момент, что бы убить меня. - Это обычное дело, Энид. - Аддамс взглянула ей в глаза. - Не обращай внимание. - Как на это можно не обращать внимание? Уэнсдей встала со стула и выдохнула. Ветер забегал в окно и пробегал по полу, обдувая ноги. А затем выбегал за дверь. - Я всю жизнь так живу. - Она пожала плечами. - Мне плевать, если кто-то считает меня плохой, ужасной или маньяком. Какая мне до них разница, если я знаю, какая я на самом деле? - Тебе плевать на чужое мнение... - Блондинка опустила голову. - Завидую. - И тебе должно быть на него плевать. - Она положила руку на чужое плечо. - И на мнение своей матери, отца и всей семьи. Чем больше будешь показывать то, как тебе плевать, тем сильнее они захотят тебя вернуть. - Ты не знаешь их, Уэнсдей. - Блондинка мотнула головой. - С ними это не сработает. - А ты и не пробовала. - Не пробовала... Дыхание девушки участилось и она выдохнула, сложив руки на груди. Подойдя к Уэнсдей совсем близко, она уткнулась ей в плечо и сжала ткань белой рубашки. Но дверь открылась и Энид отошла от девушки, врезавшись глазами в вошедшую женщину. - Почему ты не отвечаешь на звонки? - Уимс закрыла дверь. - Я спала. - А если бы это было срочным вызовом? - Я не полицейский. - Выдохнула Уэнсдей сев на стул. - Это не моя работа, выезжать по первому вашему зову. - Прекращай пререкаться, Аддамс. - Женщина нахмурилась и сложила руки на груди. - Зачем вы меня искали? - Работа есть. Энид усмехнулась и села на подоконник, подвинув бумаги. - Как быстро. - Блондинка взглянула на женщину. - Какая работа? - Аддамс взяла в руки карандаш. Женщина тяжело выдохнула. - На севере стоит старый особняк. - Ее взгляд потух, а затем вновь загорелся. - Там жила семья Торнхилл. Точнее... Лорэл Гейтс. - В каком смысле? - Не поняла брюнетка. - Мэрилин Торнхилл не настоящее ее имя. - Объяснила Уимс. - Она что-то не договаривает. Говорит, что понятия не имеет о делах Эмирто. Нужно осмотреть ее дом. Энид нахмурилась. - А брат? У нее есть брат? - Синклер спрыгнула с подоконника. - Есть. Точнее был. Гаррет Гейтс. Он умер около одиннадцати лет назад. - Женщина подошла к столу. - А его могилу нашли обворованной около пяти лет назад. Тела нет... Словно никогда и не было. - Она говорила нам, что ее брат лежал в Неверморе, а затем пропал. - Он отравился белладонной. - Перебила Уимс. Уэнсдей вдруг нахмурилась. Сжала пальцами галстук и потянула, тот сильнее сжал шею. - Когда мы встретились в лесу... она сказала, что я убила человека, который мог помочь ее брату. - Уэнсдей врезалась глазами в женщину. - Но если он мертв. Как Эмирто мог помочь ему? - Теперь мы не узнаем. - Уимс пожала плечами. - Если только Торнхилл не расскажет правду. Она кстати, тоже должна быть мертва. По официальным документам, она утонула в лодке. Но тело не было найдено. В кабинете на секунду повисла тишина. Ветер шумел за окном, пока голоса раздавались за дверью. Кто-то куда-то бежал и спешил. - Давайте адрес. - Наконец отвечает Аддамс и встает со стула. Она оглядывается и выходит из кабинета,направляясь на второй этаж. Энид кладет лист с адресом в тетрадь девушки и выходит из кабинета. Синклер находит ее в женском туалете на втором этаже. Аддамс стояла и смотрела на себя в зеркало, упираясь руками о раковину. Тяжело дыша, она мотает головой и жмурится. - Уэнсдей? - Девушка прикрывает за собой дверь. - Все нормально. Просто жарко стало. - Не думала, что скажу это. Но ты ужасно врешь. - Энид кладет руку ей на плечо и аккуратно поглаживает. - Что случилось? Уэнсдей жмется, мотает головой, но все же отвечает: - Ты была права. Не стоило мне его убивать. Сейчас бы было больше информации. - Прекращай. Мы бы от него не многое узнали. - Не веря в свои слова, отвечает Энид. - А вдруг узнали бы? - Уже ничего не вернуть. Будем пользоваться тем, что есть. Уэнсдей кивает, выключает воду и утыкается в плечо. От девушки пахнет вкусными духами, а тело приятно горячее. У оборотней температура тела выше. Это приятно. За дверью ходят люди, но никто не входит сюда. И не нужно. Энид аккуратно поглаживает дрожащие плечи и бормочет что-то успокаивающее. Уэнсдей отстраняется и целует мягкие губы, на которых еще остался привкус утреннего кофе.