I feel like a fucking pervert.

— Я уверен что хочу знать что и как произошло? — Он трёт переносицу, мученически вздыхая. Он точно в дурдоме. — Я не уверена, Томура-кун. — Тога держит руки за спиной, насвистывая и смотря в пол. Её щёки пунцово-розовые, и она периодически поглядывает на брюнета, привалившегося к стене. Она хотя бы чувствовала стыд. — Да чё рассказывать, просто странная причуда одного парня, действие которой не продлится больше двух суток. — Поджигатель скучающе зевает, смотря на Шигараки одним из его лучшего похуистичного взгляда. — Ага, и поэтому ты теперь похож на блохастого ободранца? — Тога хихикает. Даби злобно шикает на девушку, цокая и отталкиваясь от стены. — Заткнись. — Томура понимает, почему Тоге весело, просто потому что вид их вечно серьёзного и язвительного Даби с белыми пушистыми ушами и хвостом, просто нельзя проигнорировать. А как он невольно поджимает уши и недовольно вертит большим хвостом из стороны в сторону. Шигараки кашляет, прикрывая рот рукой, пытаясь скрыть смех. Даби бесится, его щёку лижет одинокий язычок голубого пламени, и выругавшись он уходит, хлопнув дверью бара. *** Томура зол. Просто его не покидают мысли, о этих мягких ушках. Ещё в далёком детстве у него была собака — Мон. Всегда, когда отец кричал на него и выставлял на улицу — он сидел с Моном, гладил рукой по мягкой шерстке и с радостью чесал за ухом счастливого животного. Он всегда любил животных, они всегда как будто притягивали его руки. И сейчас, видеть Даби с этими большими кошачьими (а Томура был уверен что это кошачьи уши и хвост, он то разбирается) ушами и хвостом, просто невыносимо. Руки так и чесались положить руку на мягкую шёрстку, почесать за ухом. Только с Даби это не сделаешь. Не с их вечно язвительным Даби, который даже раны не даёт обработать, или просто прикоснуться, что уж там говорить насчёт его новых частей тела. Поэтому, Томура ходил в крайне скверном настроении. Единственное хорошее — все наконец-то разошлись по своим комнатам, и бар был абсолютно пуст. Он хотел выпить, может немного переборщить. Специально для этого, он отправил Курогири на задание, с которого он точно не скоро вернётся. Томура спускается в бар и проходит к барной стойке, как замирает, медленно оборачиваясь. Боковым зрением он выцепил белое пятно на их дряхлом диване. Даби. Пироман лежал на диване, не подавая явных признаков сознания. Он был повёрнут лицом к спинке дивана, так, что его хвост свисал на пол и медленно покачивался. Ушки периодически мелко подёргивались, и если бы на его месте была Тога, она бы точно запищала. Шигараки застыл на месте как вкопанный, медленно сжимая и разжимая кулаки. С одной стороны, Даби с большой вероятностью опять закинулся наркотой и отключился, а с другой, именно этот поджаренный кусок дерьма обладал самым чутким сном среди них. Томура несколько минут задумчиво смотрел ему в спину, прежде чем медленно, аккуратно подойти к нему, стараясь не издать не звука. Он просто не мог пройти мимо. Одна из половиц под его ногами предательски скрипнула, и Томура клянётся, что в ту секунду был готов превратить в пыль весь прогнивший бар. Даби недовольно резко махнул хвостом и прижал одно ухо к голове, но, видимо, не проснулся. Шигараки выдохнул, садясь перед диваном на колени, так как тот был довольно низким. Он поднёс руку к голове Даби, и завис, думая насколько это правильно. В конце концов, он же не какой-то извращенец. В голове невольно всплыл образ мило краснеющего Даби, закусывающего губу и стеснительно поджимая ушки. Он уверен что его щёки и шея покрылись красными пятнами, они просто горели. Сделав глубокий вдох-выдох, как его учил Курогири (явно не для таких ситуаций, но совет действенный), он положил руку Даби на голову, удивляясь. Его волосы не были прям такими мягкими и нежными, но явно не такими жёсткими как он думал. Томура удовлетворенно хмыкнул, медленно перенося руку к одному уху Даби. Он аккуратно провёл по нему двумя пальцами, по-дурацки улыбаясь и радуясь, тому, какое оно было мягким. Медленно гладя мягкую шёрстку, Томура заметил прожилки бледно-голубой шерсти, которую до этого не было видно. Он спокойно положил одну руку ему на поясницу, поглаживая основание хвоста. Шёрстка там была самая мягкая. Хорошо что Даби снял плащ перед тем как лечь — Томуре нужно было лишь приподнять майку. Хвост медленно раскачивался, а кончик дразняще тёрся об руку Томуры. Вторую руку он полностью положил на голову Даби, слабо почёсывая за ухом, и иногда отвлекаясь, играясь с прядками волос. Он уже во всю устроился на полу, улыбаясь и чувствуя нахлынувшее спокойствие. Так всегда было, и именно по этому он так любил гладить животных — это успокаивало. Он уже думал вставать, когда услышал это. Даби мурлыкал. Как настоящий кот. Его грудь мягко вибрировала, и с каждой минутой он мурчал всё громче. Щёки Томуры стали ярко розовыми. Он отвернулся, делая пару глубоких вдохов (опять же спасибо Курогири), когда почувствовал, как чужой хвост мягко, но плотно обвивается вокруг его руки. На него смотрели два сапфировых глаза, в которых черти плясали, и сверкало любопытство на грани удивления. Здоровая кожа на лице Даби совсем немного порозовела, спасибо такой же бледной коже как у него — он это заметил. Губы были растянуты в привычную, гаденькую ухмылочку. — Что, босс, решил поиграться? — Он перевернулся, хватая Томуру за руку и поднося вторую руку к своей голове. — Я не против, это довольно приятно. О его перекошенном лице в тот момент, когда Даби прям текстом сказал ему продолжать его гладить — лучше не говорить. Ярко красные щёки — самое малое. Но он кое-что быстро понял. Зрачки у Даби — почти полностью закрывали радужку. Он ещё под действие веществ, которые принял. Видимо, они были довольно сильные — раз он так себя вёл. Но, почему бы нет? Если он под сильными веществами — то вряд ли вспомнит что творил, а Томура? Ну, ему просто нравится мягкая шёрстка Даби, не больше. — Ну, чего застыл? — Даби оскалился и шикнул, притягивая его за руку к себе на диван, и буквально заставляя упасть на него. *** Томура не стесняясь зарылся рукой в тёмные волосы, переходя к светлому уху и мягко очерчивая его контур. Второй рукой он гладил хвост по всей длине, иногда задерживаясь на начале хвоста, где Даби воспринимал ласки сильней. Брюнет под ним радостно мурлыкал и мурчал, не переставая ёрзать и больше подставляться под его руки. Томуре это ужасно нравилось, чувство этой мягкой шёрстки и успокаивающее мурлыканье. Просто рай для него. Шигараки завёл руку дальше, переходя на место стыка хвоста с здоровой кожей поясницы, мягко оглаживая, когда хвост Даби обвил его руку, а сам поджигатель весь сжался, скуля. Томура тяжело сглотнул, удивлённо уставившись на такого же удивлённо-смущённого Даби. — Значит, так тебе больше нравится, да? — Он на пробу ещё раз обвёл пальцами стык хвоста и кожи, мягко надавливая и лаская шёрстку. Даби тихо заскулил, срываясь на тихий стон когда он надавил сильнее. Томура перевёл вторую руку, что была на чёрной макушке, на стык уха и кожи головы, и также обвёл его, надавливая и неожиданно наслаждаясь наполовину скулежём, наполовину стоном. Неожиданно Даби царапнул его по руке и вскинул бёдра, прижимаясь своей промежностью к его. Его поразило больше не само движение, как чужая, слабая эрекция. От этой мысли всё это время собиравшееся тепло в животе Томуры затрепетало, сжимаясь и закручиваясь во что-то большее. — Ну же. — Этот требовательно-просящий тон вывел его из лёгкого шока, и Томура послушно толкнулся бёдрами вперёд, проезжаясь своим членом по члену Даби. Хоть они и были одеты, чувства были удивительно реалистичны. Он поддался Даби, снова и снова толкаясь бёдрами вперёд, наслаждаясь трением об его растущую эрекцию. Он может признать, что сексом заниматься не так плохо как он думал, ну если это между ним и Даби можно назвать сексом. — Стяни эту херню с нас, чёрт возьми. — Рыкнул Даби, одной рукой уже расстёгивая ремень на собственных штанах. Томура поспешно кивнул, расстёгивая пуговицу и молнию на джинсах и стягивая свои джинсы, а после и штаны Даби. Поджигатель немного оттеснил Шигараки в сторону, скидывая обувь и притягивая ноги к себе, садясь. Томура чувствовал себя идиотом, сравнивая глаза Даби с холодным огнём, плещущимся в хищных, прищуренных глазах. Даби толкнул его в грудь, наваливаясь сверху. Одну руку он поставил рядом с его головой, второй стягивая свои боксёры, а после и боксеры Шигараки. Психанув, Даби просто рывком стянул их чуть ниже, освобождая член, который с громким шлепком ударился о живот Томуры. Одной рукой он обхватил их члены, быстро и грубо проводя от основания до головки и размазывая капли предъекуляра по головке его члена. Томура одной рукой обнял Даби за плечи, резко толкаясь в руку Даби и царапая грубую пурпурную кожу на его шее. Второй рукой он слабо оттягивал голову Даби за волосы, сбивчиво дыша. Ощущение железных шариков и тёплой плоти, прилегающей к его члену просто сводили с ума. Было ощущения что шарики прокручивались, тёрли и дразнили самые чувствительные места. — А я гляжу, тебя магнитом притягивать можно, железный человек. — Томура хмыкнул, снова толкаясь и спуская одну руку к пояснице Даби, играя с его поджавшимся хвостом. — Ха-ха, чертовски смешно. — Он просто проигнорировал это. Привык к грубым язвительным ответам. Шигараки порывается чем-то ответить, но Даби грубо и жёстко обхватывает их головки, ведёт кулаком вверх и снова вниз, задевая скобами чувствительную плоть, на что Томура шипит и хватается за хвост Даби, тянет за него. — Аккуратней можно? — На это Даби лишь рыкает на него, убирает руку и садится на бёдра Томуре. — Тоже самое хотел тебе сказать. — Он в ответ шипит на него, ёрзая от непривычной тяжести на бёдрах и снова вскидывает бёдра. — Тц. — Брюнет наклоняется, в ответ толкаясь. Они оба тяжело дышит, темп хаотичный и резкий. На его лбе выступила испарина. Хвост Даби извивается, он видит белый кончик. — Чё-ёрт. — Томура стонет, ощущая как перед глазами темнеет. Он близок к краю. Даби также близок — уши поджаты, он жмурится и дышит хрипло и прерывисто. Пару мгновений, и Томура вскрикивает от особо грубого движения, кончает, пачкая их и окончательно падает. Даби хватает ещё пары минут и он вслед за Томурой кончает, падая на него и раскидывая руки. Теперь уши стоят торчком, а из груди доносится довольное мурчание. — Мы грязные. — И это правда, белёсые капли попали на его худи и майку Даби, и он уверен, что-то брызнуло и на диван. — Мг, помолчи минутку. *** — Об этом ни слова. — Томура шипит, они уже переоделись и сидят на диване, Оттереть его кстати было не трудно. — Ни слова.