1.
7 мая 2023 г., 20:49
— Извините меня! Извините, можно?.. О, спасибо…
Запыхавшаяся и слегка вспотевшая Гермиона пробиралась сквозь толпу сотрудников Министерства в попытках успеть к ближайшему лифту. У нее была назначена встреча на 9 утра; к сожалению, «корабль» уже отчалил, и она опаздывала почти на десять минут.
Гермиона проскользнула в лифт, втиснувшись в самый дальний угол с видом консервированной сардины. Нетерпеливо вздохнув, она сдула упавший локон с лица.
Лифт поехал вверх и запищал, когда достиг следующего уровня. К счастью, большинство волшебниц и волшебников вышли в коридор. Пространство, которое они оставили после себя, принесло Гермионе некоторое облегчение; она прислонила голову к зеркальной стене позади себя, глубоко вдыхая и выдыхая в ярых попытках справиться с бушующим комом нервов в животе.
На следующем уровне лифт полностью опустел. Как только решетка закрылась, Гермиона обернулась и посмотрела на свое отражение. К ее великому разочарованию, выглядела она просто ужасно.
«Не самое лучшее начало, — проворчала она про себя. — Только не волнуйся, это же не самое важное собеседование в твоей жизни».
Она подняла руку, чтобы поправить заколку, которая удерживала волосы.
Лифт тряхнуло, когда тот достиг пятого уровня. Гермиона протянула руку, чтобы ухватиться за поручень, слегка поскользнувшись на высоких каблуках; она не привыкла расхаживать в подобной обуви. Ее прежняя должность — скромная разносчица кофе в бухгалтерии на пятом уровне — позволяла быть более практичной в выборе элементов одежды.
Она не думала, что подобный небрежный дресс-код распространялся и на верхние уровни. Мерлин! Да большинство сотрудников Министерства, которые там работали, совершали покупки в «Твилфитт и Таттинг». Гермиона знала, что даже пара носков из такого магазина будет стоить ей месячной зарплаты.
Гермиона была слишком сосредоточена на том, чтобы не подвернуть собственную лодыжку, когда решетка лифта отворилась и внутрь вошел мужчина. Только запах его одеколона — терпкий, мускусный и явно дорогой — известил о его присутствии.
Она подняла глаза, поймав взгляд мужчины в зеркале.
Он вежливо кивнул.
— Доброе утро.
Гермиона повернулась, чтобы ответить, но слишком поздно: она потеряла равновесие.
Проклятые туфли!
— Черт… — выдохнула девушка, когда каблук скользнул вбок, и она споткнулась.
Две теплые руки вытянулись, чтобы поймать ее, их хватка оказалась крепкой.
— Ого, — сказал мужчина ровным баритоном, — полегче.
Покраснев, но изо всех сил вцепившись в рукава его рубашки, Гермиона попыталась сохранить равновесие. Как только она убедилась, что ей больше не угрожает падение, она посмотрела на своего спасителя.
Первое, что заметила Гермиона — это его глаза. Темные и проницательные, они великолепно сочетались с остальной частью его лица: аристократичной и полной резких линий. Локон темных волос упал ему на бровь, когда волшебник наклонился вперед, чтобы поймать ее. Мужчина казался невероятно знакомым, но Гермиона не могла вспомнить, где видела его раньше.
Его опасно красивый рот изогнулся в довольной улыбке.
— Сегодня утром у вас на завтрак был ирландский кофе?
Гермиона смущенно ухмыльнулась.
— Если бы, — взяв себя в руки, она сумела выпрямиться и отпустить его. — Извините за это.
Мужчина продолжал улыбаться.
— Не берите в голову. На какой вам уровень?
— Первый.
— А. — Его глаза загорелись. — Какая удача.
— Почему?
— Что ж, — сказал он, оглядывая ее с ног до головы, задерживая оценивающий взгляд на ее изгибах, — я тоже направляюсь туда. Так что, если вы вдруг решите упасть, то я буду рядом.
Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но не смогла издать ни звука. Вместо этого она ограничилась неловким кивком и быстрой вежливой улыбкой.
Решетка лифта открылась на четвертом уровне, но никто не вошел.
— Могу я спросить, — сказал мужчина, когда лифт снова начал неуклонно подниматься, — какое у вас дело на первом уровне? Не могу сказать, что видел вас там раньше.
Гермиона разгладила переднюю часть своей юбки.
— Я… — она прочистила горло, чувствуя себя неловко. — У меня собеседование.
— О. С кем?
— С миссис Малфой, в палату министра.
Она готовилась к этому собеседованию несколько недель. Недель! У нее была заранее подготовленная речь, она тайком просматривала всевозможные вопросы и ответы о том, как и почему она идеально подходит для этой работы, и почти до смерти замучила своих друзей, бесконечно спрашивая у них совета. Она будет не просто скромной разносчицей кофе, яростно твердила себе Гермиона; она станет членом палаты министра магии, а дальше… кто знает? Ее карьерные перспективы будут безграничны.
Она подняла взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина заинтересованно выгнул бровь, глядя на нее.
— Понятно, — ответил он с полуулыбкой, как будто она сказала что-то забавное.
Гермиона отвела глаза в сторону, не в силах выдержать его темный, напряженный взгляд.
Она вздрогнула от неожиданности, когда мужчина наклонился к ней, и она уловила еще одну волну его тяжелого мускусного одеколона.
— Как вас зовут, мисс…?
— Гермиона Грейнджер.
Ответа не последовало, но она чувствовала, как он смотрит на нее, его непоколебимый взгляд граничил с неуместностью.
Лифт открылся, но снова никто не вошел; только несколько бумажных записок влетели внутрь и, слегка жужжа, невинно зависли над их головами.
Гермиона вздохнула и сложила руки на груди.
Незнакомец откашлялся.
— Значит, вы решили не готовиться?
Она подняла глаза.
— Извините?
— Решили не брать с собой никаких записей на собеседование. — Он указал на ее пустые руки. — Или хотя бы копию вашего резюме.
— Ну… — сбитая с толку, она издала тихий смешок, — если быть совершенно честной, то я не думаю, что мне понадобятся какие-либо заметки. И у миссис Малфой уже есть мое резюме.
— Это довольно неосторожно с вашей стороны, — фыркнул мужчина. — И боюсь, что это не сослужит хорошую службу миссис Малфой. Старая карга терпеть не может неподготовленность.
— Со мной все будет в порядке, — огрызнулась Гермиона, уязвленная выговором незнакомца. — Я более чем способна ответить на любые вопросы, которые та может задать. И я очень хорошо помню свой послужной список.
— Она будет разбирать не ваш послужной список, — ответил он, еще раз окинув ее тело взглядом.
Гермиона почувствовала, как румянец ползет по шее к щекам.
Она предположила, что этот волшебник тоже работает на первом уровне. Он вполне мог оказаться ее потенциальным коллегой. Когда он начал расспрашивать ее, у Гермионы возникло странное ощущение, что собеседование уже началось.
— Итак… палата министра? — продолжал он. — Скажите, что вы думаете о нашем новом начальстве?
Она бросила на него косой взгляд.
— Зачем?
Он пожал плечами.
— Побалуйте меня.
Гермиона дважды моргнула. Побаловать? Она не могла понять его интерес. Спрашивал ли он от имени самого министра, как один из руководителей отдела или?..
«Может быть, он прощупывает почву, — подумала она. — Надеется узнать мнение общественности о своем новом начальнике».
Если мужчина рядом с ней был руководителем предвыборной кампании, то ему надлежало сменить профессию. Новый министр магии — неуловимый мистер Т.М. Риддл — не пользовался успехом у избирателей, это она знала точно. На самом деле, он ни черта не значил для избирателей; никто не имел о нем и малейшего представления. Их новый лидер появился совершенно из ниоткуда, проскользнув на верхушку со значительной поддержкой Визенгамота и подавляющим большинством голосов, которые, казалось, возникли из воздуха. Он не участвовал ни в одной предвыборной кампании, не давал интервью и даже не выступал с публичными речами, декларирующими его политику. Это выглядело так, будто новый министр просто материализовался в один прекрасный день, в дорогом костюме, со стаканчиком свежего кофе в руке, готовый выполнять свою работу, несмотря на то, что на самом деле за него никто не голосовал.
«Он всего лишь подставной рупор для исполнения прихотей правительственной элиты», — говорили некоторые.
«Он такой же, как и любой другой политик — чертовски бесполезный», — вещали остальные.
Гермиона находилась где-то посередине: полностью растерянная. Прошло больше месяца с момента его внезапного прихода к власти, и она едва ли знала, как выглядит новый министр. Несмотря на то, что Гермиона хотела работать в палате министра — хотела этого больше всего на свете, — она не была уверена насчет личного одобрения. В ее глазах он был просто парнем с плаката; марионеткой, которая делала все, что прикажут ему покровители.
Гермиона вздохнула и пожала плечами.
— Я ничего о нем не думаю.
— О, да ладно вам, — промурлыкал мужчина, — у вас, должно быть, сложилось хоть какое-то мнение. В конце концов, вы собираетесь работать на него.
Она нахмурилась.
— Простите, но кто вы такой? Мы встречались раньше?
Его понимающая ухмылка стала более заметной.
— Нет, я так не думаю. Почему вы спрашиваете?
Гермиона покосилась на него.
— Вы выглядите… знакомо. Как, вы сказали, вас зовут?
Он не ответил, а вместо этого запрокинул голову назад и рассмеялся. Звук был до того теплым, что Гермиона почувствовала резкий прилив удовольствия в груди. Уголки ее рта приподнялись в улыбке.
— Что? — спросила она. — Что смешного?
Мужчина поднял руку и погладил грубую щетину на подбородке.
— Ничего, — сказал он, продолжая посмеиваться. — Личная шутка. Не беспокойтесь об этом.
Его глаза сверкнули, когда он снова посмотрел на нее. Она почувствовала, как ее тело вздрогнуло, а по щекам снова пополз румянец.
— Так что? — спросил он, слегка приподняв брови. — Ваше мнение о новом министре магии?
— О, я не знаю, — сказала она, опустив взгляд и теребя конец рукава своей рубашки. — Мне кажется, что он немного замкнут и совершенно элитарен. Если он планирует выиграть еще одни выборы — а Мерлин знает, как он выиграл последние, — то ему придется постараться, чтобы завоевать расположение публики.
Незнакомец хмыкнул.
— Верно. Но не думаете ли вы, что будет лучше, если он будет держаться подальше от центра внимания? Подальше от заголовков газет и драматизма?
— Он политик. — Закатила она глаза. — Весь смысл его должности состоит в том, чтобы создавать заголовки и драмы.
— Но это отвлекает от реальной работы по управлению, — возразил он.
— Работа по управлению, — возразила Гермиона в ответ, — заключается в том, чтобы реагировать на демократию народа. Игнорировать их и делать все, что ему вздумается, — это не действия ответственного лидера. Это игра в короля.
— Короля? — Мужчина произнёс это слово медленно, словно обдумывая его и смакуя. — Любопытная формулировка. Учитывая это — наш «король» может знать, что лучше для народа, так что, возможно, вам стоит дать ему шанс, прежде чем делать поспешные выводы о его характере.
Гермиона поджала губы, свободно блуждая взглядом по лицу мужчины. Ей было интересно, действительно ли он верит в то, что говорит, или просто играет в адвоката дьявола и пытается втянуть ее в спор. В наше время легко вступить в дебаты с кем угодно — даже с совершенно незнакомым человеком. Волшебный мир в последнее время стал очень возбужденным местом, и каждая волшебница или волшебник, имевшие свое мнение, не могли дождаться, чтобы внести свои два цента.
Основная масса столкновений происходила за пределами Министерства; подстрекаемые новостями, распространяемыми «Ежедневным пророком», представители общественности возмущались по любому поводу. Однако самой последней и самой большой проблемой являлись новые законы, направленные на маглов. Министерство только что объявило о планах окончательно отменить Международный Статут о Секретности и раз и навсегда объединить магловский и волшебный миры. Вполне предсказуемо, что протестующие вышли на улицы толпами.
По мнению Гермионы, многие из протестующих — которые с тех пор объединились в профсоюз и называли себя «Партия волшебников против объединения» — возмущались ради возмущения. Если бы она могла что-то сделать, то несомненно вмешалась бы в этот процесс.
Многие волшебники оказались рассерженными, и нельзя было так просто игнорировать этот факт. В дополнение ко всему, над всеми ними возвышался новый министр магии, который молча раздувал огонь и не делал ничего, чтобы удовлетворить потребности своего народа или утихомирить междоусобицу, которая вскоре непременно выльется в настоящие бои на улицах.
— Конечно, министр может знать, что лучше для всех нас, — медленно произнесла Гермиона, стараясь сохранить спокойный и вежливый тон. Нет смысла вступать в жаркие дебаты посреди движущегося лифта. — Но это все равно не имеет никакого значения. Инфантилизировать волшебников — значит лишить их власти. Хорошо это или плохо, но новому министру следует выйти в свет, в самую гущу событий, и послушать, что от него хотят люди. Своим молчанием он только усугубляет ситуацию.
— Вы поднимаете интересный вопрос.
Гермиона усмехнулась.
— Я поднимаю очевидный вопрос.
— Так вы думаете, ему нужно сменить тактику?
— Я просто думаю, что новый министр не собирается далеко продвигаться в своей нынешней политике.
Незнакомец снова поймал ее взгляд, на этот раз посмотрев в ответ совершенно по-другому; Гермиона почувствовала, что снова краснеет.
— Вам не нравится его политика? — спросил он.
— Я не знаю его политики, — ответила она, — точно так же, как и не знаю его самого. Никто не знает.
Мужчине потребовалось еще одно долгое мгновение, чтобы пристально посмотреть на нее. Он медленно моргнул; взгляд задержался на губах Гермионы.
— Ну, вам сполна хватает уверенности в себе, — сказал он в конце концов. — Если продолжите в том же духе, то я уверен, что к обеду вы уже получите работу.
— Я…
Лифт, вздрогнув, остановился, и на следующем этаже раздался приглушенный звон.
По другую сторону решетки стоял измученный волшебник и, заламывая руки, ждал, когда она откроется.
Когда волшебник увидел мужчину, стоящего рядом с Гермионой, он вздохнул с явным облегчением.
— Слава Мерлину, это ты, Том, — сказал он.
Гермиона почувствовала, как по телу пробежал легкий трепет. А, так вот как звали этого незнакомца: Том.
Пожилой мужчина поспешил зайти в лифт, вставая по другую сторону от Тома, продолжая заламывать руки и обливаться потом.
— Я только что из магловского отдела по связям, — сказал он. — Там произошел такой переполох, ты не поверишь…
Он замолчал, заметив Гермиону.
— Я, эм… — Мужчина постарше прочистил горло. — Мы можем подождать, пока не доберемся кабинета, чтобы обсудить это.
— В этом нет необходимости, — улыбнулся Том. — Можешь рассказать мне обо всем здесь.
Пожилой волшебник неловко переступил с ноги на ногу и испустил долгий прерывистый вздох.
— Хорошо, — кивнул он. — Опять возникла проблема с Перкинсом. Похоже, этот человек не умеет сдерживать свои эмоции. Они поймали его, когда он колдовал над случайными маглами на Оксфорд-стрит этим утром.
— Снова?
— Да, боюсь, что так. Это ужасно для публики. Просто ужасно. Газеты обеспечат настоящий скандал, когда пронюхают об этом.
— Мы побеспокоимся о пресс-релизах позже, — спокойно ответил Том. — Как только возьмете Перкинса под стражу, отведите его в 42 комнату для допросов, и мы приведем туда Сафо для официального обсуждения.
Гермиона тихо стояла рядом с ними, изо всех сил стараясь оставаться незаметной, подслушивая их разговор.
В основном, она была удивлена: пожилой волшебник с готовностью подчинялся Тому, несмотря на то, что казался старше того на добрых двадцать лет. Том раздавал указания со спокойной и практичной легкостью. «И он работал на первом уровне», — с удивлением подумала она. Ее любопытный незнакомец, должно быть, обеспечил себе весьма солидное положение в высших эшелонах Министерства.
«Наверняка, сын какого-нибудь чистокровного волшебника, — подумала она, закатывая глаза, — которого продвинули выше его положения только потому, что так было можно».
Гермиона наморщила нос, отстраняясь. Она презирала непотизм. Люди должны получать работу исключительно за свои заслуги, а не благодаря семейным связям.
Они продолжали беседовать друг с другом, пока лифт не достиг второго этажа.
— …не думаю, что он будет ждать так долго. У него буквально пена изо рта идет.
— Черт возьми, — прорычал Том сквозь стиснутые зубы, проводя рукой по волосам, которые до этого лежали аккуратными волнами. — Отлично. Мы пропустим Сафо. Отведи меня к Перкинсу сейчас же.
— Как скажешь, Том. Но не уверен, что он будет слушать тебя больше, чем меня. Ты же знаешь, на кого похожи эти ребята. Они не реагируют на доводы разума.
— Я прекрасно осведомлен, — сухо ответил Том.
Решетка снова скользнула в сторону, и пожилой волшебник вышел, направляясь по коридору в сторону Департамента магического правопорядка. Том шел на шаг позади него.
Прежде чем уйти, Том остановился и в последний раз повернулся лицом к Гермионе.
Он протянул руку для пожатия.
— Желаю вам удачи на собеседовании, мисс Грейнджер.
«Его лицо действительно кажется знакомым», — подумала Гермиона, и ее губы слегка приоткрылись, когда она вгляделась в его красивые черты.
Она потянулась вперед, чтобы ответить на рукопожатие.
— Спасибо.
«Да. Я уверена, что где-то уже видела его».
Том отстранился от нее и вместе со своим коллегой повернулся, чтобы уйти. Золотая решетка закрылась за ними обоими, и Гермиона почувствовала, как нервы снова сдали, когда лифт покатился дальше и вверх, на первый уровень: в офис самого министра магии.
