Смятение Нереция

- ..потому что император должен думать О ГОСУДАРСТВЕ! Посещать собрания Совета, и следить за тем что происходит на наших, блядь, границах, в восьмидесяти милях от Эпикротеоса, а не ТРАХАТЬ напомаженных юнцов подобно свиньям асерайя! - Лукон грохнул кулаком по шаткой столешнице, расплескав теплое пиво себе на бороду и хитон. - ЁБАНОЕ ДЕРЬМО! - Выругавшись, принялся вытаскивать из ладони крупную занозу. Гестон, опьяненный не меньше товарища, изо всех сил старался не расхохотаться над ним, такое он представлял собой жалкое зрелище: воин Имперского легиона, устраивающий пьяный дебош в придорожной харчевне. Неделю назад Лукон приказал бы высечь ножнами любого из своего манипула, кто опозорил бы Империю такой выходкой. Но похоже, что теперь из второго манипула VI Легиона остались только двое. Вместе с легионами к северным варварам приходит мир и порядок - так было уже 300 лет, и соблюдение правил judicia militaria было священно для каждого, кто носил на груди бронзовое зерцало, обрамлённое лавром. Легион - не ровня войску вопящих голожопых баттанийцев или неоранизованной орде вландийского 'рыцарства'. Варвары привыкли гордиться лишь своими собственными предками, но имперский гражданин, тем более, - патриций, в ком течёт хотя бы половина крови кальради, понимал что все граждане, их предки, их домашние боги, Предтечи и Великие Дома - это нечто большее, чем союз племён и государство, и даже чем просто империя. Они были единым целым, надеждой всех людей на более разумное и осмысленное существование. Когда тираноборец Эхейрион пронзил Сципега бронзовым жезлом, увитым лавром, на празднествах Бестиарии, среди прочего он произнес слова, ставшие смыслом существования тогдашней ещё молодой Республики: 'мир и порядок на наших землях'. С тех пор союз отдельных республик ширился, набеги дикарей уже отражало не городское ополчение у собственных стен, а избранные военачальники, приводившие к покорности все окрестные земли в пределах Внутренних земель - лежащих меж Трёх морей и Поясом Лагеты, окутанных туманом горных вершин, на западе, над долиной реки Сеоник. Быть легионером - значило быть порядком там, где цивилизации и имперского правосудия еще нет. Каждый, кто носит бронзовое зерцало с лавром на груди и ксифос на поясе - лицо Империи, образец порядка и дисциплины. Гестон, стараясь не замечать смешки солдат, принялся доносить до командира всё, чем наполнился его одурманенный разум при виде того, до чего они позволили себе опуститься. Ему было и смешно, и стыдно одновременно, вяжущимся языком он лепетал что-то про порядок, воинский устав и то чем они отличаются от варваров, втоптавших два дня назад в грязь всю их гордость и верность обычаям. Хвала Сеониям, он хоть не помянул Эхейриона! - УЖЕ НЕТ никакой Империи! НЕТ VI Легиона и нет его знамени, на него помочились эти размалёванные голозадые дикари! Мы были ею, друг Гестон. Это мы были Империей Кальради. Нашими законами и обычаями, памятью об отцах и праотцах - были мы. Теперь наш народ беззащитен, и если горные кланы убедят всех прочих варваров идти на Ликарон прямо сейчас - ничто не спасёт государство от полного краха. Столица будет разграблена, Дома поделят власть между собой, и уже не будет единого народа. Даже если поголовно вся высшая знать забудет про свои извечные амбиции, северяне им не дадут объединиться снова. Три сотни лет царил мир в Внутренних землях, но теперь его нет и не будет. Мы с детства привыкли считать, что солнце Империи сияет вечно, но теперь - наблюдаем его закат. Четверо легионеров сидят в полумраке корчмы, пьяные от паршивого пива и трехдневной бессоницы. Ситоний глупо и словно умоляюще ухмыляется чему-то, глядя вымороженными глазами на выщерблины в замызганной столешнице, его рука дёргается, как будто снова вонзая ксифос под мышку бывшему соратнику - вчера, во время бегства при переправе через Чистокровную. Гестон ошарашенно смотрит на командира - тот всхлипывает и пускает пузыри на залитую пивом бороду, аккуратно подстриженную на солдатский манер. Приблудыш притворяется спящим в дальнем углу у окна, где блики от пляшущих огоньков свечей не тревожат его, а хор дождя за окном поёт тихую и вкрадчивую мелодию. *Лагета в культуре кальради - покровительница слепых, богиня коварства и самообмана, неверности клятвам и супружеских измен. Суеверные мужья боятся, что случись им надолго покинуть свой дом, с наступлением сумерек она приходит к их жёнам и скрывает их лица, словно покрывалом, своим поясом из тончайшей серебро-белой парчи, избавляя их от всякого стыда и распаляя похоть. *Сеонии - старшие божества Пантеона, их чтят торговцы и ремесленники, ораторы и землевладельцы. Имперцы полагают, что существует множество видов житейской мудрости, и каждому из них соответствует своё божество.