Что в имени тебе моём?

      Весна девяносто седьмого имела все шансы стать поистине лучшей в жизни Джинни Уизли. Иначе и быть не могло, если ты встречаешься с самим Гарри Поттером — Мальчиком, который выжил. Джинни была влюблена в него аж с одиннадцати лет. Хвала Мерлину, плохое зрение не помешало и ему, в свою очередь, разглядеть в ней однажды красавицу.       А уж планы у красавицы на своего благоверного были прямо-таки наполеоновские. И не беда, что Джинни знать не знает, кто такой Бонапарт. Девушка всегда была уверена, что у профессора Дамблдора есть гениальный план по свержению Тёмного Лорда и ни секундочки не сомневалась, что Гарри сумеет осуществить его в полной мере и одержать окончательную победу. Вот теперь, наконец, можно вздохнуть с облегчением и смело шагнуть в мирную жизнь. Гарри станет мракоборцем, как он всегда и хотел, а Джинни попробует себя в большом квиддиче — стать спортивной звездой мирового масштаба (почище Виктора Крама) было её мечтой номер два после мечты выйти за Гарри. С ним они обязательно поженятся, заведут детей и будут жить в горе и в радости, в болезни и здравии до тех пор, пока смерть не разлучит их.       Лишь один вопрос не давал Джинни покоя: как будет после свадьбы звучать её полное имя? Не то, чтобы это было шибко важно, но всё равно очень интересно. А началось всё так…

***

      Весенняя хогвартская ночь была тиха. Сквозь приоткрытое окно с улицы сочилась лёгкая прохлада, наполняя девичьи спальни свежестью и уютом. Трое не спали. Джинни Уизли, Демельза Роббинс и Лаванда Браун собрались на кровати последней и следили за тем, как она неспешно раскладывает по разглаженному покрывалу затёртые по краешкам от частой тасовки карты.       — Дама… Валет… Четвёртый дом… Новолуние… — бормотала Лаванда под пристальными взглядами подруг. В какой-то момент шёпот сошёл на нет, после чего комнату заполнил оглушительный визг. На глазах юной «гадалки» выступили слёзы счастья, когда она возвестила девушек: — Я выйду замуж сразу после выпускных экзаменов! Это случится примерно через год.       Ошарашенная Демельза прижала ладонь ко рту, а Джинни округлила глаза, не моргая глядя на Лаванду.       — И кто же он? — спросила она спустя пару секунд замешательства. Правду говоря, она и сама прекрасно догадывалась, чьё имя сейчас услышит, поэтому поинтересовалась скорее из вежливости. Все в Хогвартсе, включая Филча и его кошку знали о том, что Лаванда Браун без ума от старшего брата Джинни, Рона.       Чего и следовало ожидать, Лаванда незамедлительно подтвердила эти мысли словом. Её голос дрожал от возбуждения и радостного предвкушения, когда она делилась с подругами своими мечтами о том, какое выберет подвенечное платье, сколько гостей пригласит на свадебное торжество и какую ораву детишек нарожает любимому после этого.       — Подумать только, — не могла успокоиться девушка. — Я буду уже не кто-то там, а самая настоящая миссис Рональд Биллиус Уизли!       Игнорируя дальнейшее щебетание Лаванды, которая от радости светилась похлеще медного чайника, Джинни отвернулась и посмотрела на чистое ночное небо сквозь окно. Ни единого крошечного облачка не мешало сиять звёздам.       Пока Демельза вслух рассуждала уже о своём молодом человеке, чьего имени юная мисс Уизли за несколько месяцев так и не удосужилась запомнить, сама она уже мысленно примеряла на себя гордый титул миссис Поттер. Ведь когда-то же у них с Гарри должно дойти до свадьбы.       — …и будешь ты миссис Гарри Джеймс Поттер, — вырвал её из задумчивости звонкий голос Браун. Джинни тряхнула головой, отчего длинные огненно-рыжие волосы рассыпались по веснушчатым плечам. Ну вот, стоило замечтаться на секундочку, а тебя уже обсуждают.       — Хм?       Внезапно Лаванда, озарённая какой-то неожиданной мыслью, выставила указательный палец точно в сторону Джинни.       — Погоди-ка… — протянула она, сощурившись. — А как вообще будет полное имя твоего Гарри?       — Что ты имеешь в виду? — сразу нахмурилась Джинни. Она скрестила руки на груди и теперь переводила полный недоумения взгляд с Лаванды на Демельзу. Роббинс лишь пожимала плечами, зато «гадалка» возвела глаза к потолку и с важным видом объяснила:       — Стыдно не знать, Уизли, что имя Гарри не является полным. Это прямо как Лав-Лав в моём случае или Деми — в её. — Она махнула рукой в сторону Демельзы.       — Но если не Гарри, то кто же он тогда? — изумилась Джинни, в которой немедленно проснулся жгучий интерес к возникшей загадке.       Теперь уже Лаванда пожала плечами.       — А я почём знаю, кто он там у тебя? Может, Генри, а может, Харви…       Джинни прикусила губу и крепко призадумалась. А ведь Лав-Лав была права, у Гарри, наверняка, какое-то совершенно особенное полное имя. Вознамерившись узнать это в ближайшем будущем, девушка отправилась к себе в кровать, где, впрочем, ещё долго не смогла сомкнуть глаз, прикидывая в уме всевозможные варианты, как же на самом деле звать её будущего мужа Поттера.

***

      Она решилась спросить его напрямую между поцелуями:       — Слушай, Гарри… — она облизнула губу. — М-м-м… а как будет твоё полное имя?       Джинни ещё не поняла, что этим невинным, казалось бы, вопросом поджигает бикфордов шнур.       — В смысле? — оторвался от её губ Гарри.       — В прямом, — пожала плечами Джинни. — Ну, вот смотри: к примеру, моё полное имя — Джиневра. У Рона — Рональд. А у тебя?       Гарри вдруг явственно вспомнился один момент из раннего детства, когда дядя Вернон, сидя за столом в гостиной, перебирал бумаги из секретера, чтобы устроить маленького племянника в школу. В тусклом свете настольной лампы его мясистое красное лицо казалось просто багровым. Дядя хмурился, пока его пальцы, похожие на разваренные сардельки, с удивительной ловкостью сортировали документы. В конце концов, он выудил нужный и пробежался цепким взглядом по строчкам.       «Значит, ты всё-таки просто Гарри», — пробасил дядя. — «Выходит, твой ненормальный папаша всё-таки успел совершить в своей беспутной жизни хоть один нормальный поступок и дал тебе нормальное, человеческое имя».       — Ну… Гарри, — вымолвил он, выйдя из ступора.       — Но ведь это даже не самостоятельное имя, — протянула Джинни.       — Не самостоятельное? — от души изумился Гарри. Он никак не мог взять в толк, куда клонит его девушка.        — Насколько я знаю, Гарри — это всего лишь производное. Я читала в магловских газетах из папиного сарая, что у принца Чарльза и принцессы Дианы родился сын Генри Чарльз Альберт Дэвид. Но позже в прессе его называли «принц Гарри». Держу пари, они сократили это имя, потому что так удобнее.       — Возможно, но причём тут я? — нахмурился Гарри. Он уже ощущал лёгкое раздражение от её упрямства по такому пустяку. И чем Джинни его имя вдруг не угодило? Неужели его чувств к ней недостаточно и нужно обращать внимание на всякие мелочи? — У меня в документах записано, что меня зовут Гарри Джеймс Поттер.       — Да неважно, как оно в документах записано, — отмахнулась Джинни и снова поцеловала его. — Важно то, какое оно на самом деле.       И тут терпение Гарри лопнуло, как мыльный пузырь. Он отстранился.       — То есть, ты хочешь сказать, что моё имя — это не моё имя? — вспылил он. — И на самом деле я не Гарри?       — Ну да, — не чуя катастрофы, подтвердила Джинни.       — Ты глупенькая? — Молодой человек не удержался от того, чтобы закатить глаза. — Пойми уже: меня зовут не Гарольд, не Генри, не Харви, не Гаррет, не, прости Мерлин, Гарриет и даже не Гарригарриясночтобынепогасло! Моё полное имя — Гарри! И если ты не желаешь этого признавать, то…       — То что? — Только сейчас девушку накрыло нехорошее предчувствие.       — То, думаю, нам лучше не…       — О, Гарри, пожалуйста, не говори так! Не руби с плеча, — взмолилась Джинни. Она быстренько решила пойти на попятную. — Знаешь, по большому счёту совершенно неважно, какое у тебя полное имя. Важно, что оно просто есть.       — Да есть, и это — Гарри, — твёрдо сказал он. Изумрудные глаза недобро сверкнули. Джинни удалось вывести его из себя в считанные минуты сущей ерундистикой: куда это годится? Если пару секунд назад он хотел спустить всё на тормозах, то сейчас намерения резко сменили вектор.       Молодой человек глубоко вздохнул и сцепил руки в замок. Его упрямая пассия хочет жаркого спора? Что ж, она его получит, — решил он и перешёл в наступление:       — Вот, допустим, если бы ты в документах значилась Джинни — не Джиневра, а просто Джинни, — то как бы мне стоило тебя называть, если бы я захотел обратиться к тебе по полному имени? Джиневра? Или, может, Вирджиния? Джиллиан? Джинджер? Джессика? Какое бы было твоё полное имя в таком случае?       — Какая разница? — захлопала ресницами девушка. — Главное, чтобы оно у меня вообще было…       Но Гарри уже несло:       — А меня вот, знаешь ли, этот вопрос очень сильно занимает! — Он резко умолк и вперил в неё взгляд, которым впору жечь дыру. После тяжёлой затянувшейся паузы молодой человек поднялся с кровати, прошёл к выходу из спальни и обернулся уже в дверях: — Пойду прогуляюсь. Поразмыслю в одиночестве над тем, как меня всё-таки зовут. — В его голосе сквозила едкая ирония. — Вот только не надо за мной всюду таскаться, хорошо?       Ни слова больше не добавив, он ушёл. Шестым необъяснимым чувством Джинни уже догадывалась, что раскол между ними произошёл куда серьёзнее, чем кажется на первый взгляд. На душе словно бы повис тяжёлый камень.