Sticky Fingers

      — Послушай, мне правда жаль! Это не моя вина! Я… Я даже ничего не сделал! Этот парень просто начал бить меня безо всякой причины! Что я должен был сде-       Дрим закрыл дверь в их комнату, и в тот момент, когда послышался щелчок щеколды, Томми резко повернулся и начал яростно защищать себя.       Старший подошел к кровати, в то время как енот продолжал кричать ему в спину о том, как ему жаль, одновременно сопровождая каждое извинение отрицанием собственной вины. Мужчина бросил несколько предметов поверх аккуратно расстеленного одеяла, прежде чем повернуться лицом к гибриду.       — Я не хотел этого делать! Я просто… Он бил меня, я-я даже не понимал, что происходит! Ты сам видел! Я даже не причинил вреда этому реб-!       Блондин внезапно набросился на Томми. Гибрид был прижат к стене обеими руками Дрима, которые держали мальчика за бока.       Когда Томми прерывисто выдохнул и раскрыл глаза, застыв неподвижно, его хозяин отвел руку назад и угрожающе сжал ее в кулак.       Младший вздрогнул и спрятал лицо за своими руками, готовясь к неминуемому удару, который Дрим сейчас нанесет. По какой-то причине ему все равно было больно, хотя удара так и не последовало.       — Хорошо.       Голос Дрима вырвал гибрида из его нарастающей паники, тот уж было начал пытаться заглушить боль, которая вот-вот настигнет его. Потеряться в своих мыслях было единственным известным ему способом сделать это.       — Это хорошо, Томми. — Дрим заговорил снова.       Томми вздрогнул и уставился на мужчину. Старший все еще был пугающе близко, но еще не нанес удар и язык его тела даже не говорил о том, что он собирается сделать это. Гибрид не знал, что и думать. Мальчик не был уверен, игрался ли с ним человек или правда не собирался бить.       — Сейчас я буду тебя трогать. — Сообщил ему торговец.       Томми почувствовал себя еще больше сбитым с толку, когда руки Дрима в перчатках обхватили его предплечья и отвели их от лица гибрида.       Енот вздрогнул, когда его своеобразную защиту взяли и просто разрушили. Он зажмурился, ожидая удара.       — Я не собираюсь тебя бить, — Дрим продолжал медленно отводить его от стены, — ты хорошо справляешься, Томми       — Ч-что ты делаешь? — мальчик сглотнул, сделав неуверенный шаг вперед и приоткрыв глаза.       — Я убеждаюсь, что ты не нападешь на меня, — прямо сказал ему Дрим. Младший снова вздрогнул, когда он, спотыкаясь, побрел к кровати, пока его хозяин тащил его.       — Я-я не буду нападать на тебя… — Томми пробормотал что-то себе под нос. Его взгляд опустился в пол, пока Дрим все еще вел его за руки. Мальчика развернули и подтолкнули назад, заставив сесть на твердый матрас.       — Ты ранее уже укусил меня, — напомнил старший. Он сел на кровать рядом с Томми, затем жестом велел гибриду повернуться к нему, — и еще ты напал на этого мужчину.       — Он первый меня ударил!       — Это не важно! — огрызнулся блондин. Енот нахмурился и снова уставился на пол, — ты не можешь нападать на людей, Томми! Даже в целях самообороны!       — Но о-он! Я-я! — Томми смолк. Мальчик смирился с тем, что может только наблюдать, как Дрим начал вытирать его руку тряпкой, смоченной небольшим количеством воды из фляжки.       — И ты укусил на меня за то, что я начал трогать тебя, — торговец снова посмотрел на гибрида. Рот младшего был сжат в тонкую линию, — ты знаешь, что происходит с гибридами, которые нападают на людей, Томми?       Конечно он знал. Он же не тупой.       И Дрим понимал это. Блондин не ждал ответа от енота, просто хотел, чтобы Томми подумал о возможных последствиях своих действий.       — Вот почему мне нужно вернуться обратно на природу… — пробормотал мальчик, смотря, как Дрим очистил одну руку от крови, принявшись за другую.       — Нет, не нужно, — строго сказал ему хозяин. Он принялся тщательно очищать под когтями гибрида и убрал тряпку, когда кожа енота вернулась к своему обычному цвету, — жизнь в дикой природе сделала тебя таким. Тебе нужен кров и защита, кто-то, кто мог бы заняться тобой.       Томми открыл рот, чтобы опровергнуть слова мужчины, но его прервали, приступив вытирать кровь с лица. Очищая уголки рта и подбородок от красно-алых капель, Томми почувствовал, как щеки его начали краснеть от интимности подобных действий.       Это и называлось ухаживаниями.       Оно отличалось тем, что Дрим не пользовался своим ртом. Даже если бы старший был не человеком, а другим гибридом, то все равно это было бы непривычно. Оба плохо знали друг друга.       Томми задавался вопросом, осознавал ли мужчина вообще последствия своих действий. Если да, то это делает ситуацию еще более странной.       — Тебе нужно правильно себя вести с людьми, — объяснил ему Дрим, вырывая мальчика из его мыслей, — начнем с того, что, во-первых, не разговаривай, пока тебя не попросят сделать это. Я знаю что ты, любитель поболтать, но когда мы будем на улице, то ты должен молчать.       Томми нахмурился, и он снова уставился в пол. Он просто ужасно держал рот на замке. Ему всегда было что сказать, и если бы он захотел, то сделал бы это. Енот хорошо знаком с последствиями, но иногда даже этого недостаточно, чтобы сдержать себя от лишних комментариев.       Дрим все ходил и ходил перед ним, и Томми резко выпрямился, почувствовав, что кто-то трогает его за хвост, рефлекторно выдернув его из руки торговца.       — Не надо, — мальчик зарычал на человека, оскалив зубы.       — Расслабься, — строго сказал ему блондин. В тоне его голоса не было никакой угрозы, только властная нотка, которой было достаточно, чтобы вызвать у Томми несильную злость.       Мальчик дернул хвостом, но когда Дрим мягко подтянул его к себе, Томми остался неподвижен, напрягшись из-за неприятного прикосновения. Он ожидал, что за отросток потянут слишком сильно, как это делало большинство людей.       Подросток прижал руки к груди, готовясь к чересчур острой боли, но вместо этого почувствовал приятное ощущение щетки, расчесывающей его мех.       Томми смутился еще больше, нахмурив брови, взгляд метнулся вниз, а руки он положил перед собой, наклонившись вперед.       Это, блять, пиздецки странно!       Дрим либо идиот, либо один из тех извращенцев, которым нравятся гибриды. Подросток не мог сказать точно, но он никогда не видел, чтобы какой-то человек взаимодействовал подобным образом с гибридом.       Это странно, правда? Даже для людей это все равно странно, верно?       Стал бы торговец покупать гибрида, которого знал всего один день?       Старался бы вообще вычесать и выходить мех зверька?       Может, люди и правда были просто, блять, настолько чудными?       Это уже стало чем-то обыкновенным?       У Томми голова шла кругом от вопросов, и он покраснел еще сильнее, когда Дрим придвинулся ближе и начал расчесывать Томми вдоль всей длины хвоста, заходя щеткой ближе к спине. Другой эрогенной зоной, про которую мальчик знал, было основание его хвоста, там, где соединялись кожа и пушистый мех.       Между гибридами было негласное правило — нельзя прикасаться друг к другу там без обоюдного согласия. Для людей это чем-то похожим на то, чтобы коснуться чьего-то паха или схватить кого-то за задницу.       Однако Томми не был знаком с человеческими повадками, а Дрим, в свою очередь, не был знаком с гибридами и их анатомией.       Человек снова переместился так, чтобы оказаться рядом с Томми. Он заметил, что гибрид совершенно замолчал и густо покраснел от плеч до кончиков своих ушей, которые были прижаты к голове. Мужчина решил, что Томми просто не привык к тому, что люди ласково прикасаются к нему, и пытался свыкнуться. На самом деле, это было гораздо лучше, чем если бы енот просто набросился на Дрима.       Вся цель такой заботы о Томми состояла в том, чтобы заставить гибрида привыкнуть к людям, которые трогали его.       Нападение на двух людей за один день совсем не успокаивало Дрима. Он пока достаточно плохо знал гибрида, чтобы быть уверенным, что подобное больше не повторится.       Руки старшего осторожно блуждали по мягкому меху хвоста Томми, наслаждаясь тем, насколько пушистым и приятным может быть шерстка гибрида.       Аккуратно проводя рукой и щеткой по меху енота он наблюдал, как подросток начал дрожать.       Торговец предположил, что Томми, должно быть, начинает бояться. Он хотел доказать, что не причинит вреда мальчику. Дрим точно не получал удовольствия от того, что бил его.       Пальцы человека мягко проходились вдоль милой шерстки, когда в какой-то момент Томми внезапно вздрогнул так сильно, что чуть не заехал Дриму локтем в живот.       Человек быстро отпрянул назад, предположив, что енот снова стал агрессивным из-за прикосновений к нему. Благо, этого не произошло, но Томми определенно больше не собирался послушно и молча сидеть перед ним.       — Хватит! Б-блять! Боже… Что, нахуй, с т-тобой не так?! — Томми ощетинился, его шерсть вздыбилась в ответ на касания к телу. Он вскочил с кровати и обхватил себя руками, будто бы защищаясь, — что ты…! Ч-что за- Н-не делай этого, урод!       Щеки енота были настолько горячими, что они, казалось, светились из-за их температуры.       Со стороны Томми, блондин просто приставал к нему и лапал. Но со стороны человека — это была обычная забота, как о любом другом домашнем животном.       — Хорошо-хорошо, на сегодня все, — Дрим уступил, убирая щетку в сторону.       — Нет! Ты больше никогда не будешь трогать меня там! Блять, никогда! — Томми подошел к своему одеялу и плюхнулся на пол, свирепо глядя на Дрима, накинув мягкую ткань себе на плечи и закрыв ею лицо.       — Я… Я сделал тебе больно? Извини. Я не знал, что твой хвост настолько чувствительный, — Дрим встал и начал в спешке снимать с себя одежду, чтобы приготовиться ко сну. Томми вздрогнул и пристально уставился на человека.       — М-мне не было… больно. — Томми тихонько пробубнил себе под нос, а его голос стал более мягким.       Дрим обратил внимание на это, но не задавал никаких вопросов. Он предположил, что Томми лжет, просто чтобы не признавать, что это — его слабое место. Мужчина обязательно повторит подобное позже, чтобы заставить гибрида быть с ним честным.       — Снимай свою уличную одежду, мы собираемся спать, — сообщил ему торговец. Он был уверен, что зверек все еще проклинает его из-за причиненного дискомфорта этими прикосновениями.       — Разве ты не знаешь, что я веду ночной образ жизни? Болван. Я еле могу спать по ночам.       — Да? Тогда почему ты крал мои товары на рассвете? — поинтересовался блондин, расстегивая застежки спереди на своей одежде, уже сбросив плащ на пол и сняв обувь.       — Ну. Да. Это был не лучший момент в моей жизни, — признался Томми. На самом деле, он был помешан на золотых яблоках. Как только он их учуял запах, о его дальнейшей судьбе гадать и не стоило.       Дрим негромко засмеялся, не ожидая, что енот согласится с этим. Он не был похож на того, кто мог бы признавать свои ошибки. Приятно видеть обратное.       — Ну, в любом случае, — старший выдохнул, — теперь ты будешь придерживаться строгого графика. Ложись спать.       — Будешь придерживаться строгого графика, — енот начал передразнивать голос Дрима более писклявым и дурацким, — ты, хуйлуша.       Человек закатил глаза.       — Спи уже.       Томми отбросил свой плащ в сторону после того, как стащил его через голову, и швырнул брюки в ту же кучу белья.       Дрим снял маску, повернувшись к гибриду спиной, и приподнял одеяла, с измученным вздохом улегшись под них.       — Нам нужно кое-что сделать, прежде чем мы завтра уедем из города, так что тебе нужно вести себя просто прекрасно. Ты уже привлек к себе достаточно внимания за сегодня, — сонно сказал ему Дрим. За его словами последовал зевок и еще более тяжелый выдох.       — Что нам нужно еще сделать? — с интересом спросил мальчик, свернувшись в калачик и лежа на боку, завернувшись в одеяло.       — Пополню запасы еды и воды, куплю тебе одежду получше, чтобы ты выглядел более человечно. Меньше людей будут считать тебя бродячим.       — Я и есть бродячий, — напомнил ему Томми, слегка нахмурив брови. Намек на то, что он принадлежал какому-то человеку сильно раздражал.       Дрим молчал. Подросток не видел, как его глаза задумчиво уставились в потолок.       У блондина не было планов постоянно содержать гибрида, так как это тратит слишком много сил, учитывая, насколько много торговец путешествовал. К тому же, если бы он держал его у себя чересчур долго, то подобное обошлось бы ему слишком дорого.       Дрим совершенно не умел обучать гибридов чему-либо, он просто знал, что это сложная работа. Особенно с таким упрямым каким был Томми. Это делало все только труднее.       Но, человек в любом случае должен продать енота. Это помогло бы избежать нападения на Томми и клиенты бы меньше опасались младшего.       Если честно, разрешить остаться Томми жить в городе было бы проще. По крайней мере, это означало бы, что енот просто подчинен людям. И подчиняется кому-то другому, а не Дриму.       Однако было бы сущим адом пытаться заставить подростка сотрудничать. Даже просто упомянув об этом, Томми бы очень разозлился. В худшем случае, если во время процесса обучения он впадет в дикое состояние, к которому, к сожалению, был склонен.       Дрим еще раз вздохнул и перевернулся на бок. Его взгляд остановился на еноте, свернувшемся калачиком и смотрящем прямо на него. Отблеск света от свечи, стоявшей на столике рядом с кроватью человека, отразился в глазах енота.       — Постарайся заснуть, — сказал ему мужчина, задувая свечу, после чего комната погрузилась в кромешную темноту.