А судьи кто?

Сколько ещё это будет продолжаться? Сколько она будет лицезреть тех, кто ей неприятен? Сколько будет улавливать в глазах лишь желание выгоды? В этих глазах не было и малой части той любви, которая была нужна ей. Она знала, что Саша будет одета необычно для дамы, но всё равно пыталась отыскать в толпе те самые голубые озёра. Смотря на других она видела глупость. Смотря на неё она видела множество светлых идей, жажду протеста, жажду донести нечто важное до тех, кто это, возможно, даже не понимает и не поймёт. Она пыталась и это было её единственной глупостью. В остальном же исключительный ум и острый язык. Приближался час начала. Александра не появлялась, что заставляло нервничать. Она обещала быть с ней, обещала быть рядом. Но почему же её до сих пор нет? Музыканты настраивают инструменты, стрелка на часах неумалимо двигается к восьми… И вот входит она. Невероятная, необычная, сильная. Тёмно-бордовый плащ и брюки. О боже, брюки. Но всё сидело на ней идеально. В зале стало тихо. И под звенящую тишину Саша элегантно пересекла комнату. Прокатился тревожный шёпот, а потом все как-будто очнувшись продолжили беседы о своём. Зазвучали первые аккорды музыки. Пора открывать бал. Александра подошла к своей возлюбленной и протянула ей руку, приглашая на танец. — Софья Павловна, не окажете ли мне честь? В её глазах было непривычное волнение. Не опозорит ли она любимую, не загоняет ли в неудобное положение. Но нет, она улыбнулась и согласилась. Александра плавно провела её по залу и встала напротив, элегантно придерживая. Зазвучала музыка и Александра повела. И на удивление вела она умело и невероятно естественно. Всё было спокойно и очень приятно. Её рука на талии, взгляд её глаз. Это выглядело красиво, даже несмотря на необычный наряд Саши. — Прошу прощения, Софья, что невольно приковала к нам взгляды. Но моё мнение… Пусть смотрят. Вы сегодня обворожительны, ma chérie… Пусть все видят восхитительную хозяйку бала. — Ох, Александра… Вы умеете говорить красиво, спору нет. И выглядите… Не могу себя обманывать, вы восхитительны. — Даже с тем, что оделась мужчиной? Софья лишь улыбнулась. Хотелось целовать но нет, нельзя. Не сейчас. Их побег уже был спланирован. Осталось дождаться времени. Музыка смолкла, танец был окончен. Александра осторожно провела Соню на место и отошла на шаг. К Софье подошёл хорошо одетый господин, не забывая при этом кинуть на Сашу взгляд со смесью непонимания и отвращения. — Софья Павловна, огромная честь познакомиться с вами. Вы сегодня словно яркая Жар-птица. Позвольте увековечить ваш образ в портрете… Я закажу лучшего художника! — Ах, граф… Боюсь, Жар-птиц не изображают, их отпускают на волю. — Ну тогда, может, прекрасная птичка в саду? — Вы про тех, которых держут в золотых клетках? — тут же вмешивается Чацкая. — так желаете запереть? Ваши намёки не работают, граф. Ох, и это желание обладать… Граф краснеет. — Да как вы смеете! — Прошу, граф, это для вас слишком высокая планка… — он скривился от переполнивших его эмоций, но более ничего предлагать не стал, уйдя прочь. — Саша, ты беспощадна. — даже несмотря на сказанное, на лице хозяйки играла улыбка, а в глазах был озорной огонёк. — Зато ты прекрасно улыбаешься. Хочешь, следующего доведу до обморока? Они тихо смеются, обмениваясь мыслями, но их прерывают таким липким взглядом, что хочется отряхнуться. Молодой человек появился из ниоткуда и рассматривал возможную невесту, словно она была диковинкой. — А вы, Софья, говорят, не любите бриллианты… — начал он задумчиво, — Восхитительная скромность. Большое ли у вас приданное? — О, очень большое. Целая библиотека книг и несколько платьев. Желаете взглянуть? Яркий огонёк Сониных глаз ввёл молодого человека в ступор. — Какая хорошая шутка… — Да нет же, князь, это чистая правда, — продолжала Софья, — хотя если вам нужна жена, что будет считать каждую копейку… Может, счёты используем вместо кольца? Князь фыркнул и не оставив никаких комментариев удалился. Соня притворно разочарованно вздохнула. — Эх, бедняга, а он наверняка уже высчитал, сколько прибавится к его состоянию. — Не беспокойся, Сонь… — Саша взяла её руку за запястье и мягко провела по нему большим пальцем, — вместе мы добьёмся куда большего. Через несколько минут какой-то чиновник рядом с ними уже двигал речь о своём благосостоянии. — Ваш отец, Софья Павловна, уважаемый человек! А я как раз скоро получаю новый чин. Не хотите ли присоединиться к большой влиятельной семье? Софья притворилась, что задумалась. — Как заманчиво… Однако я плохо разбираюсь в карьере. Может лучше в прогулках по пристани? Чацкая ухмыльнулась, прикрывая губы веером. — О, особенно в полночь, с подругой. Без разрешения. Мужчина мгновенно побледнел. — Да как можно? Что за мысли? — Нет-нет, просто плохая компания в моём лице. Но, кажется, никто не противится. Ещё какое-то время к ней периодически подходили, иногда отпуская настолько похабные комплименты, что хотелось мгновенно ударить. В порыве сдерживаемого недовольства Софья так сильно сжала веер в руках, что перья на нём переломились. Саша осторожно забрала уже непригодную вещь из её рук. — Будет прекрасным напоминаем о Москве. Софья с мольбой взглянула в её глаза и произнесла чуть слышно. — Я так больше не могу. Они смотрят на меня, словно здесь аукцион… — В таком случае, Соня, скоро уйдём. Внезапно в поле зрения возник немолодой князь. Он был вдовцом уже давно, в глазах застыла тихая грусть. Он единственный не отпускал пошлые комментарии и комплименты. — Софья Павловна, вы сегодня особенно прекрасны. Но, боюсь, не для этого места… Это настораживало. Саша уже была готова вмешаться в случае чего, как князь вновь заговорил. — Успокойтесь, Александра Андреевна. Я не конкурент. Вы ведь заберёте Софью с собой? Чацкая взглянула прямо в его глаза. — Уеду и заберу. В любом случае. Князь кивнул. — Я лишь… — он понизил голос, — хотел сказать, если задумали бежать, то у заднего крыльца ждёт моя карета. Если решитесь, скажете кучеру ехать по этому адресу. Он вас уж точно не выдаст. Могу обещать. — князь произнёс уже чуть громче, — кажется ваш веер более не годен. Возьмите этот в подарок. — и он вложил в её руку маленькую записку и ключ. Снова понизил голос. — Это ключ от моего второго дома. Он пустует. Переночуйте там, если погоня будет близко. Девушки некоторое время молчали в замешательстве. — Почему вы помогаете нам, князь? Тот вздохнул. — Моя дочь была в вашем возрасте, когда её выдали замуж за старого графа. Через год она бросилась в реку. Он медленно выпрямился и галантно поцеловал руку Софьи. — Прошу прощения. Хорошего вам вечера. И растворился в толпе. В глазах всё ещё оставалось выражение грусти, но также и появилось что-то новое. Более светлое и исцеляющее. Саша мягко сжала руку Сони. — Что думаешь, ma chére? — Я думаю… Мы обязаны попытаться. Александра кивнула и улыбнулась. Да, они обязаны.