(Не) мой

Июль 2023

пятница

Тэхён: ну что, как у кого Чусок проходит? Чимин: я у родителей Чимин: с утра помогал маме Чимин: пролил суп Чимин: потом меня выгнали Чимин: сейчас ем Сокджин: у меня тоже семейный режим Сокджин: тётушки закидывают вопросами Сокджин: кто когда женится Сокджин: а главное, почему я похудел Юнги: ты же поправился Сокджин: ДЛЯ НИХ НЕТ Намджун: я тоже у родителей Намджун: отец завёл разговор о будущем Намджун: и я ушёл мыть посуду Хосок: повезло, ибо я мотаюсь по родственникам Сокджин: жив? Хосок: ноги отваливаются Хосок: зато еды набрал Тэхён: Юнги? Юнги: я ем Юнги: мама готовит Юнги: я снова ем Юнги: иногда мне задают вопросы Юнги: я киваю Чимин: мои достали старый фотоальбом Чимин: хочу повеситься Тэхён: вы хотя бы с семьёй, я-то один Юнги: хватит хвастаться, мы уже поняли, что ты счастливчик Хосок: какие планы? Тэхён: сходить в магазин Тэхён: купить рамён, чипсы и пиво Чимин: чипсы и пиво — это новый ритуал поминовения предков? Тэхён: утром играли в карты Хосок: кто проиграл? Тэхён: я Тэхён: теперь мою посуду за всех Тэхён: вечером покер Тэхён: ночью выйду на крышу Тэхён: посмотрю на город Намджун: он был романтиком       Тэхён усмехнулся и вышел из чата, убрав телефон в карман. В раковине ещё оставалась посуда после утренней игры — чашки с потёками кофе, миски из-под рамёна, одна с подгоревшим дном.       Чусок в общежитии всегда ощущался немного одиноким. Большинство студентов разъезжалось по домам, и коридоры быстро теряли оживлённость. Тэхён в этот раз остался один: родители уехали из страны к старшему брату в Америку на две недели, так что отмечать было не с кем.       — Тэхён!       На кухню вбежал взъерошенный Такаши в куртке нараспашку и с телефоном в руке.       — Ты занят? — спросил тот.       Тэхён бросил взгляд на раковину и пожал плечами.       — Как видишь.       Такаши сделал шаг ближе, понизив голос.       — Слушай, у меня проблема. Я не успеваю в аэропорт.       — И? — Тэхён повернулся к нему, вытирая руки полотенцем.       — Чонгук прилетает сегодня. — Такаши торопливо ткнул в экран телефона, словно там были доказательства его слов. — Я думал, что успею, но не рассчитал время. А у тебя есть права и машина… — Он прикусил нижнюю губу.       — Ты хочешь, чтобы я поехал в аэропорт? — переспросил Тэхён, удивлённо вскинув бровь.       Такаши на секунду замялся.       — Обычно такое планируют заранее, — Тэхён не упустил момента подколоть друга.       — Планировал, — отозвался Такаши раздражённо, — но планы иногда меняются. Я не думал, что всё так затянется. Родственники, автобус не пришёл… — махнул рукой. — Не суть.       Тэхён поставил кружку на сушилку и прикрыл воду.       — Ты сказал, что прилетает твой парень, — произнёс он, не глядя на Такаши. — И ты хочешь, чтобы я тебя туда отвёз.       — Да, — подтвердил тот сразу. — Ты не против?       Тэхён не успел ответить, Такаши быстро заговорил:       — Слушай, ты меня реально выручишь. Я чекнул стоимость такси и просто не смогу её осилить. Если я опоздаю, будет скандал. А мне сейчас это не нужно. И я буду должен тебе.       — Во сколько прилетает?       Такаши тут же оживился.       — Через час. Если выедем сейчас, успеем, — он уже ярко улыбался. — Терминал два.       Тэхён снял полотенце с плеча и повесил его на крючок.       Они вышли в коридор. Пустые стены усиливали эхо шагов. Где-то хлопнула дверь, и снова стало тихо.       — Ты нервничаешь, — заметил Тэхён, когда они спускались по лестнице.       — Конечно. Я столько не видел Чонгука.       Ехать никуда не хотелось, но разве Чонгук был виноват, что его альфа проебал время и вовремя не вышел из общежития, чтобы встретить свою пару?       На парковке Тэхён остановился у своей машины, достал ключи. Такаши сразу полез в салон:       — Спасибо, — сказал, пристёгиваясь. — Серьёзно.       Тэхён сел за руль, завёл двигатель. Машина тронулась с места.       Дорога в аэропорт в Чусок была странно спокойной. Город словно выдохся раньше времени: широкие проспекты пустовали, светофоры мигали лениво, машины попадались редко и держались друг от друга на расстоянии.       Такаши сидел рядом, уткнувшись в телефон. Он нервно дёргал ногой и то и дело смотрел на часы, хотя маршрут был очевиден и никаких пробок впереди не предвиделось.       — Если что, можешь ускориться, — сказал наконец, не поднимая глаз.       — Мы и так едем быстрее потока, — ответил Тэхён. — До терминала сорок минут.       Но перестроился в левый ряд и добавил газа.       В салоне повисла пауза. Чтобы не слушать собственные мысли, Тэхён включил радио.       «…в Чусок многие возвращаются домой, но для тех, кто остался в городе, мы собрали подборку спокойных треков…»       Заиграла медленная песня — что-то старое, с тянущимся вокалом и простым ритмом.       Они проехали мимо парка. Дорожки были пустыми, только пара пожилых людей медленно шла вдоль аллеи. В отражении стёкол мелькали редкие вывески, закрытые кафе, опущенные жалюзи.       Радио снова заполнило паузу. Теперь играло что-то более живое, с гитарой и ритмом, под который хотелось постукивать пальцами. Такаши начал тихо отбивать такт по колену.       — Эту я знаю, — произнёс он. — Мы слушали её в Токио. Часто.       — С кем? — спросил Тэхён, не глядя.       — С Чонгуком, — ответил Такаши слишком быстро, словно боялся возникшей ранее паузы. — Он любит такие треки.       Тэхён кивнул, не отрывая внимания от дороги.       — Он нервничает, наверное, — продолжил Такаши, глядя в окно. — Не любит перелёты. Боится их.       На подъезде к аэропорту радио поймало помехи, звук стал рваным. Тэхён убавил громкость.       — Почти приехали, — сказал он.       Такаши выпрямился, снова проверил телефон.       — Спасибо, что согласился, — произнёс он уже спокойнее. — Правда.       — Пока рано благодарить, — ответил Тэхён.       Аэропорт вырос впереди. Праздничная тишина осталась позади, уступая место привычной суете.       Тэхён свернул к терминалу. Поток машин уплотнился, асфальт блестел от света табло и фар.       Тэхён сбросил скорость, вглядываясь в ряды припаркованных такси и фигуры у ограждений.       — Вон, — сказал Такаши, привставая на сиденье. — Сейчас… сейчас.       Тэхён плавно притормозил у столба с маркировкой F1. Машина встала, двигатель тихо урчал. Такаши уже потянул ремень, распахнул окно и, высунувшись почти по пояс, вдохнул тёплый воздух терминала:       — Чонгук, сюда! — заорал, не заботясь о взглядах. — Сюда, я здесь!       Крик разрезал шум.       Тэхён удивлённо дёрнул бровью. Серьёзно? Такаши даже не выйдет встретить из машины?       Где-то у колонн вздрогнула фигура — омега обернулся слишком резко, будто имя дёрнули за нитку. На секунду он застыл, прижимая к себе ремень сумки, глаза широко раскрылись, плечи напряглись.       Тэхён успел разглядеть это мгновение: испуг, мгновенно сменившийся узнаванием. Чонгук выдохнул, опустил взгляд, потом снова поднял и пошёл. Быстро, почти бегом, лавируя между людьми.       Чонгук остановился у задней двери, неловко перехватил сумку, будто проверяя, не мешает ли, и только потом аккуратно открыл дверь. Сел не сразу — сначала поставил сумку к ногам, подтянул её ближе, затем устроился на сиденье, стараясь не задеть спинку кресла впереди.       Омега тут же потянулся к ремню, щёлкнул замком, проверил, что тот лёг правильно, и только после этого поднял глаза вперёд.       — Здравствуйте, — сказал он спокойно, чуть приглушённо, но отчётливо. — Я Чонгук.       Наклонил голову в коротком, формальном поклоне.       — Спасибо, что заехали за мной, — добавил сразу, не делая паузы. — Мне очень приятно.       Тэхён поймал себя на том, что смотрит в зеркало заднего вида дольше, чем нужно. Чонгук сидел ровно, колени вместе, ладони сложены на ремне сумки. Растрёпанные волосы, родинка под нижней губой — омега выглядел симпатично.       — Не за что, — ответил Тэхён, трогаясь с места. — Я Тэхён. Рад знакомству.       Чонгук снова кивнул, уже чуть расслабленнее, и откинулся на спинку сиденья.       Машина мягко выехала из кармана у терминала. Несколько минут ехали молча, пока Тэхён не решил нарушить неудобную тишину.       — Как дорога? — спросил Тэхён, не оборачиваясь. — Перелёт нормально прошёл?       — Да, — ответил Чонгук сразу. — Спасибо. Немного утомительно, но главное — без задержек.       Он сделал короткую паузу, словно подбирая правильную формулировку.       — Турбулентность была, но не сильная.       — Повезло. Обычно между Японией и Кореей сильно трясёт, да, Такаши?       Такаши вздрогнул, отрываясь от телефона.       — А, да, это так.       Тэхён нахмурился от такой реакции, но утвердительно кивнул. Его начинало раздражать поведение альфы в момент, когда к нему приехал омега. Он перестроился в другую полосу, посмотрел в зеркало — Чонгук сидел всё так же аккуратно, взгляд направлен в окно, будто не хотел мешать разговору лишним движением.       — Первый раз в Корее? — спросил он спустя минуту.       — Нет, — Чонгук слегка улыбнулся. — Я бывал здесь раньше. Но очень-очень давно.       Ответ был сдержанным и не предполагал продолжения разговора. Тэхён отметил это краем сознания и снова сосредоточился на дороге.       И только потом, уже когда они выехали на более свободный участок, он уловил нечто постороннее. Не сразу — сначала как ощущение чистоты, слишком мягкой для салона машины. Он машинально вдохнул глубже.       Запах проявился постепенно: прозрачный, спокойный, без сладости. Белый чай — тёплый, почти водяной. Под ним — лёгкая древесная нота, устойчивая, даже какая-то слишком тихая.       Он снова посмотрел в зеркало. Чонгук сидел так же ровно, пальцы лежали на сумке, плечи расслабились. Казалось, он даже не подозревал, что оставляет после себя что-то заметное.       — Устал? — спросил Тэхён.       — Немного, — честно ответил Чонгук. — Но я в порядке.       Некоторое время ехали молча, слушая, как шины ровно шумят по асфальту.       — Ты надолго? — снова завёл разговор Тэхён спустя несколько минут, всё так же глядя вперёд. — В смысле, в Корее.       — На шесть дней, — ответил Чонгук без раздумий. — До конца праздников.       — Ясно, — коротко отозвался Тэхён.       Он не выдержал и ткнул друга по ноге, привлекая его внимание к тому, кто сейчас рядом. Такаши, до этого почти не поднимавший головы от телефона, наконец выдохнул и отложил его на колени:       — Слушай, — сказал, оборачиваясь к Чонгуку. — Учти, что в общаге сейчас почти никого. Половина разъехалась, остальные сидят по комнатам. Мой сосед тоже уехал.       — Это даже лучше, — осторожно отозвался Чонгук. — Не люблю большие компании.       — Вот и отлично, — усмехнулся Такаши. — В планах — провести первый день Чусока без суеты. Соберёмся на общей кухне. Человек пять-шесть, не больше.       — И что будем делать? — спросил Чонгук, подавшись вперёд.       — Ничего особенного, — пожал плечами Такаши. — Закажем еды или приготовим что-нибудь простое. Кто-то принесёт фрукты, кто-то напитки. Скорее всего, включим старый фильм или просто посидим и поболтаем.       — Можем выйти прогуляться, если захочется, — добавил Тэхён. — Район пустой, спокойно.       Чонгук кивнул, заметно расслабившись.       — Мне подходит. После перелёта как раз не хочется шума.       — Тогда считай, что план согласован, — заключил Такаши.       — Хорошо, — Чонгук кивнул и неуверенно улыбнулся. Но тут же опустил взгляд, словно спохватился, что показал лишнее.       Тэхён увидел это в зеркале заднего вида.       Не сразу понял, что именно зацепило — угол губ, осторожность движения или то, как быстро Чонгук спрятал эту улыбку обратно в себя. Но внутри что-то ёкнуло. Сердце отозвалось коротким, ненужным толчком.       До общежития доехали быстро. Город окончательно опустел. Тэхён припарковался у знакомого входа, заглушил мотор. В наступившей тишине хлопок ремня Чонгука прозвучал отчётливо.       Коридоры общежития встретили их холодным светом ламп и эхом шагов. Здесь всегда было шумно, но сейчас пространство казалось совсем пустым. Где-то вдалеке работал автомат с напитками, монотонно гудя.       — Тут сейчас как в библиотеке, — бросил Такаши через плечо. — Все свалили к семьям.       — Зато спокойно, — тихо ответил Чонгук.       Они остановились у двери комнаты Такаши. Он открыл её с щелчком и отступил в сторону, пропуская омегу первым.       — Заходи, — сказал просто. — Располагайся.       Чонгук шагнул внутрь, замешкавшись на пороге.       — Спасибо, — сказал и повернулся к Тэхёну. — И за дорогу тоже. Рад был познакомиться.       — Не за что, — ответил Тэхён. — Увидимся позже. Если что — моя комната в конце коридора.       Чонгук кивнул, снова несмело улыбнувшись. Потом дверь закрылась, и в коридоре стало ещё тише.       Тэхён развернулся и пошёл к себе. Коридор казался непривычно длинным, шаги отдавались глухо и пусто. Он открыл дверь, включил свет и на мгновение остановился, так и не переступив порог.       Мысли снова вернулись туда, куда не просили.       Он ожидал увидеть совсем другого человека — омегу уверенного в себе, требовательного, привыкшего, что под него подстраиваются. А увидел тихого, скромного, слишком воспитанного, будто Чонгук заранее извинялся за само своё присутствие. И этот диссонанс ломал образ, который Тэхён сам себе нарисовал.       Он это понимал: первое впечатление ничего не решает. Тем более когда человек после перелёта — один в чужом месте, среди незнакомых стен и правил, к которым он ещё не успел привыкнуть. Вежливость и скромность могли быть напускными. Умение пережидать, пока пространство не станет безопасным, — отличный скил.       Тэхён это знал. Он сам так делал.       И всё же то, что он увидел в Чонгуке, не совсем укладывалось в привычную картинку.       Он встал, прошёлся по комнате, машинально поправил занавеску, но даже это не помогло вытолкнуть из головы чужую несмелую улыбку и осторожность, с которой Чонгук держал себя, словно постоянно проверял: можно ли здесь быть.       Тэхён остановился у окна и хмыкнул.       «Рано делать выводы», — сказал он себе. Чимин: ну как Чонгук? Сокджин: Тэхён, рассказывай. Тэхён: … Сокджин: он странный? Высокомерный? Тэхён: нет. Чимин: ? Сокджин: в смысле «нет»? Тэхён: тихий. Тэхён: слишком. Чимин: это как? Чимин: тихий или делает вид? Тэхён: не знаю. Тэхён: вежливый. Тэхён: до нелепости. Тэхён: сумку поставил так, будто извинялся. Чимин: … Чимин: ладно, мне это не нравится. Сокджин: мне тоже. Сокджин: а Такаши? Тэхён: молчал всю дорогу. Намджун: запах? Тэхён: слабый. Тэхён: почти никакой. Тэхён: ещё вопросы? Чимин: продолжай наблюдение. Намджун в сети. Намджун: …печатает. Намджун: что я пропустил? Тэхён: я ушёл есть.       Тэхён отключился и, быстро перекусив, пошёл мыть посуду.       Общага хоть и была полупустой, но всё равно жила своей отдельной жизнью. Где-то хлопнула дверь, из дальней комнаты донёсся смех, на лестнице кто-то спорил о расписании пар. Из комнат по этажу вился запах ужина: лапша, жареный чеснок, что-то сладкое и приторное.       На общей кухне горел холодный свет. Кто-то забыл закрыть окно, и сквозняк гонял по подоконнику пустой пластиковый стаканчик из-под кофе.       Чонгук стоял у плиты. Перед ним старый электрочайник с ободранной наклейкой и кружка с треснувшим краем.       Тэхён оглядел кухню: чужие контейнеры с подписями, липкое пятно от пролитого соуса на подоконнике.       — Привет, — Тэхён улыбнулся, проходя к раковине.       — Привет, — Чонгук вновь улыбнулся своей неловкой улыбкой.       — А где Такаши?       — В курилке.       — М…       Пока подходил, Тэхён заметил на шее у Чонгука пластырь, скрывающий запаховую железу. Это показалось странным. В общежитии это было привычно: слишком много молодёжи, ещё не умеющей толком держать феромоны под контролем. Но Чонгук был гостем, к тому же с первого взгляда от него исходил лишь едва различимый, почти нейтральный аромат.       Слишком слабый, чтобы нуждаться в такой предосторожности.       — Ты на каком курсе? — спросил он, оборачиваясь.       Чонгук снова смутился, будто вопрос был слишком личным.       — На третьем, — сказал в ответ. — Я учусь на дизайнера. В художественном университете.       — В Токио? — уточнил Тэхён.       — Да. Графический дизайн и визуальные коммуникации, — добавил Чонгук, словно по привычке. — В основном плакаты, айдентика, немного иллюстрации.       Тэхён заметил, что Чонгуку было приятно говорить об этом.       — Нравится? — спросил Тэхён.       Чонгук кивнул сразу же.       — Да. Иногда сложно, но… Мне подходит. А ты?       — Экономика.       — И как тебе?       — Ужасно скучно, — Тэхён фыркнул. — Мне больше нравится работать.       — Ты уже работаешь? — Чонгук вздрогнул, когда чайник выключился.       — Подрабатываю в вечерние смены три раза в неделю.       — Ого! А кем?       — Барменом.       — Ничего себе, — Чонгук искренне охнул. И тут же, будто спохватившись, опустил взгляд, смутившись собственной реакции. Руки дрогнули, и он поспешно разлил воду по двум кружкам, поставив одну ближе к себе.       — Не так эффектно, как звучит, — сказал Тэхён. — Половину времени я просто протираю стойку.       — Всё равно красиво, — тихо возразил Чонгук. — Я люблю бары. Атмосфера там особая, что ли.       Тэхён посмотрел на него внимательнее.       — Художник, — протянул он. — Сразу видно.       Чонгук смущённо улыбнулся, обхватив кружку ладонями, а затем, шикнув, убрал их, обжигаясь.       Из коридора донёсся чей-то голос, потом смех, кто-то пробежал мимо кухни, даже не заглянув внутрь.       — Ты рисуешь сейчас? — спросил Тэхён.       Чонгук кивнул.       — Проект для университета. Серия постеров про город и одиночество.       — Покажешь?       — Ну… — Чонгук в очередной раз смутился, хотя глаза его горели энтузиазмом. — Мой телефон остался в комнате, если ты подождёшь, я принесу его и покажу.       — Было бы здорово!       — Что покажешь? — на кухню вошёл Такаши. — О, чай готов. Спасибо.       Такаши подошёл к Чонгуку, обнял и быстро поцеловал. Тэхён отвёл глаза в сторону.       — Тэхён! Сегодня в моей комнате тусовка, в девять вечера, придёшь?       Тэхён поймал себя на том, что чувство удивления возникло где-то под кожей лёгким зудом. Ещё утром Такаши говорил о том, как скучал, как считал дни до встречи, как хотел наконец побыть с Чонгуком наедине. А теперь планировал тусовку.       Тэхён чувствовал странное недоумение. Он смотрел на то, как Чонгук автоматически кивает, и не понимал, почему это происходит.       Он подумал, что если бы сам месяцами ждал человека, то первым делом закрыл бы за ним дверь. Убрал бы телефон, выключил свет, остался бы наедине с человеком, которого так долго ждал.       — Да, я с радостью.       — Мы сейчас попьём чая и потом пойдём в магазин, пойдёшь с нами?       Тэхён поднял бровь.       — Мне лениво, — проговорил он, потягиваясь.       — Да брось, Чонгук, ты же не против, если с нами пойдёт Тэхён?       — Конечно, не против, — Чонгук кивнул.       — Ладно, заходите за мной, как соберётесь, — сдался Тэхён под взглядом друга.       До ближайшего 7-Eleven они дошли за несколько минут.       Внутри было тесно. Полки плотно заставлены подарочными наборами с лапшой и снеками — тунцом, бутылками растительного масла, аккуратно перетянутыми лентами. В круглосуточном магазине этот праздник ощущался физически.       Тэхён из раза в раз напоминал себе не лезть в чужие отношения. Пока они ходили втроём по магазину, он старался давать паре больше времени наедине — поэтому шёл чуть позади, нарочно замедляя шаг.        Такаши сразу взял инициативу в свои руки: что-то показывал, обсуждал, тянул Чонгука к холодильникам с напитками. Чонгук слушал, кивал, иногда улыбался, но двигался осторожно, словно всё ещё проверял, не мешает ли. Это настораживало.       — Тут всегда так перед праздниками, — бросил Такаши, открывая холодильник. — Все закупаются, будто конец света.       Чонгук усмехнулся:       — В Токио похоже. Только там люди привыкли делать вид, что это их не касается.       Тэхён взял банку пива, потом ещё одну и, хотя есть не хотел, долго рассматривал витрину с кимбапами — просто занимал себя чем-то, давая им чуть больше времени.       В магазине пахло сладким рисом, разогретой лапшой и пластиком упаковок. Где-то у кассы спорили о скидках, кассир устало улыбался, повторяя одно и то же приветствие.       Чонгук остановился у стойки с чипсами, растерянно перебирая упаковки.       — Ты какие любишь? — спросил Такаши.       — Любые, — ответил омега чересчур быстро, — только не очень острые.       — Значит, возьмём эти, я их обожаю, — Такаши словно проигнорировал последнюю реплику и взял пачку с острым вкусом.       Чонгук посмотрел на него с удивлением, потом улыбнулся.       — Спасибо.       Они отошли от снеков. Тэхён едва заметно покачал головой. Вернулся к полке, пробежался взглядом по ярким упаковкам, нашёл пачку без предупреждающих огней и красных букв про «огненный вкус» и бросил несколько упаковок в корзинку.       — Эти тоже, — сказал он.       — Ты же любишь острые? — Такаши поднял брови.       — Для разнообразия.       Друг бросил на него быстрый взгляд, будто хотел что-то сказать, но тут же пожал плечами.       — Ну, пусть будут, — отмахнулся он. — Всё равно съедим.       Чонгук посмотрел на Тэхёна почти с благодарностью, хотя ничего не сказал. Только кивнул, крепче сжимая ручку корзинки.       Тэхён сделал вид, что не заметил. Взял ещё бутылку воды, передумал, поставил обратно.       В магазине стало теснее — кто-то встал у микроволновки, кто-то долго выбирал напитки, переговариваясь вполголоса.       Такаши что-то рассказывал, яростно жестикулируя. Чонгук шёл рядом, чуть наклонив голову, слушал внимательно, временами смеялся. Его плечи оставались немного напряжёнными.       Тэхён заметил это и снова замедлил шаг. Остановился у холодильника с десертами, сделал вид, что рассматривает ценники, хотя взгляд его скользнул к Чонгуку, который потянулся за напитком, а Такаши, не глядя, взял другой и поставил в корзинку.       — Можно и этот, — сказал Чонгук вежливо.       — Да ладно, — отозвался Такаши. — Этот лучше.       Тэхён ничего не сказал. Просто взял тот самый напиток и, не глядя, добавил к остальным.       Корзинка стала тяжелее.       Он ведь хотел не вмешиваться и не делать выводов, но проигнорировать желания омеги просто-напросто не мог. Какой он тогда альфа?       Омегам мужского пола и так непросто из-за редкости своего вида. Тэхён чувствовал, как в нём в очередной раз поднимается раздражение, направленное не на Чонгука, а на Такаши — за эту слепоту, за отсутствие элементарной чуткости. Но он сдержался. Лезть с разговорами сейчас казалось неуместным.       Они двинулись к кассе.       Очередь двигалась медленно: впереди кто-то долго искал карту, кассир терпеливо ждал, повторяя заученные фразы про акции. За стеклом витрины уже зажигались огни улицы, и день медленно сдавал позиции вечеру.       Когда они вышли на улицу, воздух показался холоднее. Пакеты зашуршали в руках, фонари включились почти одновременно.       Телефон завибрировал. Чимин: с Чусоком 🌕 Чимин: хорошо отдохните и поешьте нормально, а не как обычно Сокджин: с праздником Сокджин: пусть будет тепло и спокойно, даже если вокруг шум Намджун: с Чусоком, Тэхён. Хосок: с Чусоком! 🎑 Хосок: улыбайтесь побольше и не перегружайте голову Юнги: с Чусоком Юнги: поешьте Юнги: отдохните Юнги: не перегружайтесь Тэхён: спасибо Тэхён: и вас с праздником       — Как тебе в общежитии? — Тэхён подсел к Чонгуку, который сидел в отдалении от всех и наблюдал, как его парень взял очередной банк в покере. Тэхён играть не хотел.       — Весело, — Чонгук улыбнулся, сделав глоток лимонада — того самого, который Тэхён незаметно добавил в корзину. — Я никогда не жил в общаге, поэтому всё кажется интересным.       Чонгук звучал убедительно, но Тэхён не поверил ни единому его слову.       Они не виделись с Такаши уже несколько месяцев, и Чонгук просто наблюдал, как его парень вместо того, чтобы быть рядом, сидит за покерным столом с другими. Это выглядело странно и ненормально. Ирония была в том, что Тэхён подумал об обратном: будь он на месте Такаши, он бы не отходил от Чонгука ни на шаг.       — Сохрани мой номер, — Тэхён повернул телефон с номером к Чонгуку. — На случай, если Такаши будет занят, а тебе что-то понадобится.       Чонгук улыбнулся, перепечатал номер, сохранил его в телефоне и поблагодарил.       Зачем Тэхён это сделал?       Он не задал себе этот вопрос сразу. Не потому, что ответ был сложным — скорее потому, что в тот момент он казался ненужным.       Это выглядело логично. Почти бытово. Они в одной общаге, вместе отмечают праздник, вокруг шум, чужие люди. Чонгук — гость. Если что-то пойдёт не так, у него должен быть номер кого-то ещё, кроме парня, который уже начал напиваться. Ничего личного.       Тэхён легко мог бы объяснить это себе именно так — и, в сущности, так и объяснил.       Он видел, как Чонгук сидит в стороне, как следит за Такаши, но не вмешивается, как смеётся позже других. Это не смахивало на одиночество — скорее походило на умение не требовать внимания к себе. В таких людях Тэхён всегда замечал тревожную черту: они слишком хорошо умеют справляться сами.       Поэтому номер — это просто подстраховка. Как запасной план, который, возможно, никогда не понадобится.       Тэхён отвёл взгляд, снова наблюдая за игрой, за тем, как карты ложатся на стол, как меняются выражения лиц. Он уже видел, как Такаши блефует, пряча хорошую руку. Тэхён просто для себя отметил: теперь у Чонгука есть дополнительная поддержка в случае, если что-то случится.       Если ему станет некомфортно — он напишет.       Если нет — номер так и останется лежать в телефоне, ничего не меняя.       Тэхён не придавал этому значения.       По крайней мере, так он решил. Неизвестный номер: (⌒‿⌒)       Тэхён удивлённо поднял взгляд на смущённого Чонгука.       — Понял, — улыбнулся. Чонгук — сохранить контакт. Вы уверены? Да.       — Чем вы тут занимаетесь? — Такаши сел между ними, обняв Чонгука за плечи.       — Обсуждали тебя, как ты спалил все свои карты.       — Эй! Я хорошо играл. Я взял банк.       — Я понятия не имею, как Воён и Чеён проигнорировали тот факт, что ты потирал уши.       — Прости, что?       — Ты всегда так делаешь, когда у тебя сильная рука, — Тэхён фыркнул.       — Я никогда так не делал!       — Делал, — в разговор вступил Чонгук. — Я тоже это заметил, — улыбнулся.       — Это вообще все знают, — мимо прошла Чеён и села напротив.       — Вот же дрянь, — Такаши выругался и убрал с плеч Чонгука руку.       Чеён засмеялась и наклонилась вперёд. Аккуратный вырез на её груди оказался на уровне взгляда Такаши, что невозможно было проигнорировать.       — Ты сегодня какой-то отстранённый, — протянула она, улыбаясь. — Даже странно.       — Значит, ты намеренно мне проиграла? — Такаши не дал никакой реакции.       — Мы с Воён любим, когда ты улыбаешься счастливый, — Чеён пожала плечами, не выпрямляясь.       — Пожалуй, я тоже сыграю, — Тэхён психанул на открытый флирт и, взяв Чеён под руку, увёл к игровому столу. — Раздавайте мне тоже.       Чеён не сопротивлялась, а лишь кокетливо улыбнулась Тэхёну. Тэхён: Чеён в открытую флиртует с Такаши Тэхён: а ему всё равно Юнги: ну у него же омега Юнги: ему должно быть всё равно Тэхён: не в этом плане Тэхён: ему не всё равно на флирт Тэхён: он его не останавливает Тэхён: я это имею в виду Сокджин: может, тебе кажется Хосок: может, потому что это флирт не в твою сторону Хосок: вот тебя и задело?       Тэхён покинул вечеринку в дурном расположении духа. Тэхён: да мне плевать на их флирт Чимин: а как будто не плевать Намджун: это называется аффективное отрицание Юнги: я вот даже хочу узнать, что это Намджун: это когда человек отрицает значимость события или чувства на словах Намджун: в то время как эмоциональная реакция уже произошла и продолжает работать Тэхён: иди к чёрту Юнги: а наш чат где? Чимин: мне вообще кажется Чимин: Тэхён, а ты реагируешь, потому что флиртуют с Такаши Чимин: или потому что это видит Чонгук? Тэхён: не понимаю твой поинт Тэхён: мне так-то вообще плевать Хосок: Чимин, да ты гений Чимин: а то я не знаю Тэхён: вы вообще о чём? Сокджин: мне тоже интересно Чимин: как бы тебе так сказать Чимин: ты реагируешь не на флирт Чимин: а на взгляд со стороны Тэхён: вы вообще о чём Хосок: о том, что тебе не нравится Хосок: как это выглядит Сокджин: и перед кем это выглядит Чимин: … Чимин: перед Чонгуком Тэхён: вы с ума сошли Намджун: нет Намджун: это называется реакция на нарушение символической позиции Юнги: бля Юнги: что Чимин: переведи с умного Намджун: ок Намджун: у каждого есть роль, в которой он себя ощущает Намджун: альфа, наблюдатель, тот, кто держит контроль Намджун: и когда эту роль при ком-то важном смещают Намджун: возникает раздражение, которое маскируется под равнодушие Хосок: он сказал «при ком-то важном» Сокджин: мне уже нравится Юнги: Тэхён Юнги: ты точно уверен, что тебе плевать Тэхён: идите все к чёрту Чимин: ну вот Чимин: опять Намджун: это, кстати, тоже ожидаемо Намджун: реактивная агрессия при угрозе самооценке Юнги: … Юнги: я сейчас выйду из чата Юнги: потому что мне стыдно за тебя Хосок: а мне нет Хосок: мне интересно Сокджин: так Сокджин: резюмируем Сокджин: ты бесишься Сокджин: потому что Чонгук видит Сокджин: что ты не главный Тэхён: вы е**нулись? Тэхён: заткнитесь Чимин: диагноз принят Тэхён: какой диагноз? Чимин: влюбился Тэхён: во что Юнги: в кого Хосок: Чонгука Тэхён: вы долбоёбы       Тэхён недовольно фыркнул. Тэхён: как вообще всё это связано Сокджин: отрицание Сокджин: стадия продолжается Тэхён: я его толком не знаю Намджун: это не обязательное условие Юнги: вот это сейчас было крипово Чимин: ты не ревнуешь к Такаши Чимин: ты ревнуешь за внимание Чонгука Хосок: ключевой момент Тэхён: мне похуй, кто на кого смотрит Намджун: если бы Намджун: мы бы не обсуждали это уже сорок сообщений Сокджин: Тэхён Сокджин: ты злишься Сокджин: потому что не можешь это контролировать Юнги: и потому что это уже произошло Тэхён: что произошло Чимин: ты начал учитывать Чонгука Хосок: его взгляд Хосок: реакцию Намджун: в психологии это называется Намджун: катексис объекта Юнги: бл*** Юнги: опять Чимин: переведи, профессор Намджун: ты эмоционально инвестировался Намджун: даже если сам себе этого не разрешил Сокджин: короче Сокджин: ты влип Тэхён: я просто раздражён Тэхён: потому что вы несёте какую-то дичь Чимин: конечно Чимин: именно так говорят перед тем, как влюбиться Юнги: поздравляю Юнги: ты попал Хосок: и хуже всего Хосок: он это даже не заметил Тэхён: … Чимин: вот Чимин: и это было молчаливое «да» Тэхён: вы все идиоты Тэхён: я говорил о том, что Такаши ничего не делает Тэхён: когда с ним флиртуют Тэхён: при ЕГО омеге Чимин: а ты помнишь, когда у меня была омега и я флиртовал с её подругой? Тэхён: а ты это делал? Чимин: ты даже не заметил, вот настолько тебе было похуй! Чимин: смекаешь, куда я клоню? Тэхён: ИДИ НАХУЙ       Тэхён вышел из чата, заблокировав телефон.       Это было глупо. Притянуто за уши. Он просто устал от чужих разговоров и вечных попыток всё упростить. Никаких чувств тут не было — только раздражение. Нормальная реакция на бардак и отсутствие границ.       Чонгук тут вообще ни при чём. Омега просто оказался рядом и увидел то, что не должен был видеть. Любой на месте Тэхёна обратил бы внимание на нелепость происходящего. Любой бы отметил, что флирт в открытую — это не норма, когда рядом есть партнёр.       Тэхён прошёлся по комнате, убирая вещи по полкам, наводя порядок. Это была не ревность и не обида. Он не любил несправедливость, не любил, когда правила работали выборочно. Если закрывать глаза на такое, всё быстро скатывается в хаос.       Никаких чувств здесь не было. Только желание, чтобы вещи назывались своими именами.