Часть 11
14 мая 2023 г., 21:32
Очередной стук в дверь. Я не видел Амалию уже два дня, передвинув планы и оставив ей возможность обдумать всё самой и окончательно успокоиться, но, почувствовав её энергию, что-то внутри меня отдало теплом.
— Господин, к вам Амалия. — Раздался голос Криса.
— Впусти её. — Ответил я, отходя от окна.
Амалия зашла молча и остановилась у моего стола. Судя по её лицу, внутри неё вновь происходила тяжёлая внутренняя борьба.
— Присядь, — сказал я, от чего она вздрогнула, но всё же села.
— Извините, — наконец тихонько сказала она. Я заметил, что под столом она начала заламывать пальцы в своей привычной манере.
— Ты так не привыкла извиняться? — Спросил я, намеренно оттягивая время.
— Да. И общаться тоже. — Она перестала мучить свои пальцы. — Я не врала вам. И я понимаю, что подорвала ваше доверие, но я обещаю, что такого больше не повторится.
Я ненадолго задумался прежде чем ответить, взвешивая каждое слово. Я не хотел зазря мучить нас обоих, но так же хотел донести до неё мысль, что она не неодушевлённая вещь для меня.
— Сейчас ты — моя воспитанница и ты напоминаешь мне сестру. Я не могу относиться к тебе плохо и я не могу потерять и тебя. Поэтому я могу быть слишком строг с этими ограничениями, которые тебе не нравятся, могу быть слишком мягок в наказаниях за нарушения. Я понимаю. И понимаю, что поступаю эгоистично. Но если ты попадёшь не в те руки... Ты даже не представляешь, что с тобой могут сделать. Это опасно. Не только для Небес. Я несу прямую ответственность за тебя и действительно беспокоюсь.
Амалия всё так же молчала. Её била мелкая дрожь. Я снова вспомнил свой разговор с Шепфа. Он сказал, что эта девочка предскажет много важных вещей. Важных и жестоких. Но справится ли она с этим знанием? Смогу ли я защитить их и её?
— Я был так же слишком добр к сестре и не смог уследить. Те, кто это сделал получили своё наказание от Шепфа, а моя вина не искупится никогда. Но я хочу хотя бы попытаться и дать нам обоим то, чего мы лишились. И моя доброта развязала тебе руки. Я поступаю так не из-за вредности. Мы говорим об этом первый и последний раз, надеюсь, ты всё поняла. И твои извинения приняты.
Я почувствовал её ладонь на моей лопатке — и понял, что стоял к ней спиной всё это время, а ведь она могла так и нож мне в спину вонзить, — но вместо ножа она обняла меня. Трепетно, осторожно сводя руки на моём животе и прижавшись щекой между лопаток.
— Это последний раз, когда я ослушалась этикета, — сказала она, но я не собирался её ругать за это. Это был искренний порыв, нежность, которой я лишился много лет назад. Когда меня в последний раз обнимали, не считая женщин, с которыми я иногда проводил ночи, уходя от своего бремени туда, где я был просто очередным мужчиной.
От Амалии исходил лёгкий запах корицы. И сама она казалась такой же нежной, бархатной и хрупкой. Её прикосновения были лишены всякой пошлости, её пальцы, сжатые в кулаки, даже не касались меня, и я понял, что она прижималась ко мне только щекой и плечами, словно боясь сократить дистанцию до недопустимой.
У неё не было мужчин прежде, не считая дурачеств с мальчишками ровесниками, я знал это, даже не особо заглядывая в её воспоминания, а внимание от Торендо быстро вызвало в ней трепетные чувства, но что она испытывала ко мне? Может, я обижал её, сравнивая с сестрой и называя невинным ребёнком? В прочем, нам не стоило обсуждать эти вещи и затягивать этот момент ещё дольше.
Я мягко отстранил её руки и повернулся к ней. Наклонившись, коснулся губами её лба, стараясь придать этому жесту больше целомудренной и отеческой ласки, чтобы не вводить девочку в заблуждения. Всё же она была действительно юной и неопытной рядом со мной, и вся ответственность лежала на мне.
— Ты можешь быть спокойна за свою знакомую, с ней всё будет в порядке. — Сказал я, наконец найдя нужный момент.
Глаза Амалии чуть расширились, и она отступила назад, запнувшись об стул, но я перехватил её руку, удержав равновесие. Она было дёрнулась, но выдёргивать её из моей хватки не стала.
— Откуда вы?..
— Не смотри на меня так, будто я влез к тебе голову, — я свёл брови чуть ближе к переносице. — Шепфа сказал передать это тебе, чтобы ты не беспокоилась.
— И часто он вам всё рассказывает? — Я отпустил её руку, но её взгляд всё ещё выдавал обеспокоенность и страх. Словно сейчас она осознала всё могущество, стоящего перед ней ангела.
— Вовсе нет. Просто нам с тобой больше не стоит ругаться, — ответил я, про себя улыбнувшись румянцу на её скулах.
— И он прям всё-всё знает?
— Ты что, кого-то убила? — Спросил я, выгнув одну бровь, уже зная ответ.
— Нет, вы что? Просто... — Амалия замялась, не найдя слов.
— Я понимаю, что тебя смущает это, но, поверь, Шепфа нет дела до всех наших тайн и занятий. Он знает, а не подсматривает. Так что тебе не стоит даже задумываться об этом.
— Как мне теперь не думать об этом? Ладно, — она коснулась пальцами виска. — Не стоит даже говорить об этом.
— Да, кстати, он мне ещё кое-что сказал. — Её лицо приобрело совсем страдальческое выражение.
— Вы мне снова мстите? Как можно быть таким жестоким? — Спросила она чуть жалобным голосом.
— Напротив, я хотел обрадовать тебя. Шепфа сказал, что ты готова повысить ранг.
Амалия моргнула один раз. Второй.
— Простите?
— Ты можешь стать архангелом.
— Правда?
— Конечно, нет. Издеваюсь над тобой в отместку за баловство, — ответил я, не скрывая улыбки.
Амалия лишь покачала головой с отстранённым выражением лица. Ладно, это действительно было уже слишком.
— Правда. Я назначу испытания на следующую неделю и принимать их буду тоже я, так как они подстраиваются под личные способности. Поэтому наши занятия пока отменяются. Продолжай повторять всё, чему я тебя учил. Я не буду беспокоить тебя эти дни.
— Я правильно понимаю, что и к вам с вопросами я тоже не могу прийти? — Амалия сглотнула, наконец вернувшись к реальности.
— Да. На этот раз тебе придётся готовиться самой. Это будет своего рода проверкой того, чему ты научилась у меня.
Амалия задумалась и по её изменившемуся взгляду я понял, что она обдумывала какую-то колкость, но я предупреждающе прищурился, и она отвернулась, так и не ответив.
— Вот и что мне с тобой делать? — Вздохнул я. — Куда подевалась та девочка, которая и слово сказать боялась в моём присутствии?
— Вы же сами злились из-за этого.
Я приподнял одну бровь. Она уловила моё тогдашнее настроение и запомнила это?
— Отчасти, ты права. Но я, кажется, осекал тебя за дерзость.
— Извините, я правда стараюсь сдерживаться.
— Ладно уж. А теперь можешь идти и начинать подготовку. В крайнем случае зови Криса.
— Хорошо, — ответила Амалия и ушла, напоследок бросив на меня неопределённый взгляд, словно хотела что-то сказать, но передумала.
Нет, всё же я ошибся, сравнивая её с чем-то кислым. Она была именно пряной и жгучей корицей, от которой на несколько секунд перехватывало дыхание, а обманчиво мягкие бархатные крупицы разлетались, провоцируя кашель и лёгкое удушье. Вот такой была Амалия на самом деле. Но я был рад видеть её настоящую, открывать её новые стороны и наблюдать за непредсказуемой реакцией.
