По воле Небес

      Слова Ши Гуана никак не хотели выходить у Юй Ляна из головы, и, в конце концов, он остановил свой выбор на его любимом блюде, от всей души надеясь, что никто из родни не усмотрит в его действиях что-то странное. Или просто что-то не то, если вдруг это каким-то образом всплывет в разговоре за обедом. В конце концов, многие любят мясо в горшочке, и это не значит, что он пошел на поводу у Ши Гуана только потому, что хотел его задобрить и сделать приятное. Совсем не значит!       Юй Лян купил и принес домой продукты, а после этого пошагово изучал рецепт приготовления в интернете до тех пор, пока не смог запомнить наизусть. Хотя в этом не было абсолютно никакой необходимости, но зубрежка помогала отвлечься от мыслей о Ши Гуане и пустяковой ссоре, из-за которой было немного стыдно и досадно. Юй Лян помнил, как тяжело ему бывало в детстве с характером отца, и когда-то пообещал себе, что с возрастом не станет таким как он. Ведь они с товарищем были равны, и Юй Лян действительно не имел никакого права постоянно поучать и перекраивать его под себя, даже если временами этого очень хотелось.       Ши Гуан не звонил и Юй Лян его тоже не беспокоил, занявшись тренировкой. Уже намного позже вечером, когда понял, что мысли все время предательски возвращались к дневной размолвке, юноша взял телефон и набрал друга в надежде замять ссору. Ши Гуан не таил обид по-настоящему долго, хоть мог дуться и демонстрировать свое уязвленное самолюбие без проблем столько времени, сколько было нужно для того, чтобы Юй Лян первым пошел на мировую. И этот раз к его неудовольствию тоже не стал исключением.       Юноша хотел, чтобы друг тоже пришел на обед — это казалось вполне уместным, учитывая, что отец в последние годы следил за успехами Ши Гуана не менее пристально, чем остальное китайское го-сообщество, да и шисюну он тоже не был чужим. Когда товарища удалось убедить, Юй Лян не абы как воспрял духом и позднее лег спать в хорошем расположении духа, абсолютно довольный тем, как все удачно разрешилось.       Следующим утром ему первым позвонил Фан Сюй.       — Слушай, а я ведь не спросил — может, тебе нужна какая-нибудь помощь с обедом? Или ты закажешь доставку?       Юй Лян усмехнулся и покачал головой.       — Не нужно, Ши Гуан обещал помочь. Заодно и отобедает с нами. Как думаешь, родители не будут против?       Шисюн удивленно хмыкнул.       — Нет конечно. С чего бы? Уверен, лаоши будет рад с ним повидаться и обсудить ваш последний турнир.       У Юй Ляна мгновенно отлегло от сердца, и он бросил быстрый взгляд на часы — близилось девять утра, а это значило, что Ши Гуан скоро должен был прийти.       — Хорошо, тогда мы все приготовим и будем вас ждать.       — Отлично. Я сообщу, когда заберу учителя и супругу из аэропорта.       — Спасибо, шисюн.       Юй Лян повесил трубку и с воодушевлением отправился на кухню. Специально оставил Ши Гуану его овощи, а сам принялся за мясо. Следовать инструкциям действительно было просто, да и в устройстве духовки в самом деле не оказалось ничего сложного. Он помыл мясо и принялся нарезать его, попутно ожидая звонка в дверь. Однако когда минуло полчаса, а затем час, а Ши Гуан так и не явился, слегка обеспокоенный Юй Лян взял телефон, чтобы позвонить и поинтересоваться, не проспал ли тот часом, когда заметил одно входящее сообщение от напарника. Открыв его, он увидел всего четыре слова.       «Прости. Не смогу прийти».       Сердце сразу упало. Юй Лян нахмурился, и некоторое время просто смотрел на иероглифы, будто ожидал, что их смысл каким-нибудь магическим образом изменится с минуты на минуту. Или что сейчас придет новое сообщение с идиотским смайликом и содержанием вроде «шутка!», «купился!» или чем-нибудь в этом роде. Ши Гуан вполне мог выкинуть что-нибудь подобное без зазрения совести, так что Юй Лян продолжал недоуменно смотреть в телефон и ждать.       Но больше ни одного сообщения так и не пришло.       Предчувствуя недоброе, юноша набрал друга, но роботизированный голос почти сразу услужливо сообщил, что номер находился вне сети. Может, телефон разрядился? Или же, Ши Гуан отправил сообщение и нарочно его выключил? С невообразимой досадой юноша стиснул мобильник в руке — ну не мог же напарник нарочно подставить его таким подлым образом? Они ведь вроде как помирились вчера и все уладили. Или, может, он все же чего-то недопонял?..       Юй Лян сердито запихнул нелестные мысли о друге в самый дальний угол сознания и принялся за овощи. В глубине души он еще лелеял надежду, что Ши Гуан вот-вот придет, извинится и выдаст очередную невероятную историю о том, что же его так задержало или отвлекло, при этом делая большие глаза и кипя от возмущения. Но в конечном итоге он так и не явился. Ни когда Фан Сюй позвонил и сказал о том, что забрал родителей из аэропорта, ни когда они подъехали к дому. Юй Лян говорил себе, что в этом нет ничего страшного — мало ли, что могло случиться? — но не мог отделаться от нелогичного чувства, что им пренебрегли несправедливо.       — Мама, папа, — выйдя во двор, Юй Лян натянул на лицо вежливо-радостную улыбку и сердечно обнял родителей, когда они вышли из машины. — Как долетели? Все хорошо?       — Ой, все нормально, сынок, не волнуйся. Как бы там ни было, а дома все равно лучше, — откликнулась мать с улыбкой и повернулась к мужу. — Верно?       — Разумеется, — кивнул Юй Сяоян. Он повадился вытаскивать чемоданы из багажника, но Фан Сюй и Юй Лян опередили его.       — Мы сами, папа, не волнуйся.       — Оставь это молодым, дорогой, и пойдем в дом. Оттуда чем-то так вкусно пахнет! Кажется, самостоятельная жизнь не абы как пошла нашему сыну на пользу!       Юй Лян скромно улыбнулся, но улыбка медленно сошла на нет, стоило родителям скрыться в доме. Он непроизвольно нахмурился, вернул все свое внимание багажу и только тогда заметил, что шисюн внимательно смотрел на него. Юй Лян сразу отвел взгляд, хотя сердце все равно предательски сбилось с ритма.       — Эй, ты в порядке?       — Да, — отмахнулся юноша, не глядя на Фан Сюя, и ощутил легкий укол совести. Одно дело изображать прилежного и вежливого сына перед родителями, совсем другое — перед человеком, который был ему почти что старшим братом. Да и к тому же знал как облупленного. Он вздохнул.       — Ши Гуан не пришел, — тихо бросил Юй Лян, вытаскивая наружу очередной чемодан. Шисюн задумчиво поправил очки и последовал его примеру.       — Что-то случилось?       — Наверное, — ответил юноша и отмахнулся. — Он не соизволил вдаваться в подробности и дозвониться я ему так и не смог.       Юй Лян избегал смотреть на старшего, и изо всех сил старался сделать тон своего голоса больше небрежным, чем обиженным, но прекрасно знал, что у него это не получилось, из-за чего ощущал прилив злости на самого себя. В конце концов, это же Ши Гуан. А у него вечно все не как у нормальных людей.       — Знаешь, я все-таки думаю, что он бы не стал пропускать этот обед без веской причины, — сказал Фан Сюй после недолгой паузы. Выгрузив последний чемодан, он закрыл багажник и повернулся к Юй Ляну. — Вы уже столько лет дружите. Не накручивай себя. Наверняка он сообщит тебе подробности, как только сможет.       — Скорее, если сочтет нужным, — ответил юноша и повадился таскать вещи в дом. Фан Сюй помог ему.       После того, как с багажом было покончено, Юй Лян с родителями и шисюном расселись за столом. Несмотря на то, что мама захвалила приготовленный сыном обед, сам юноша едва поковырял в нем палочками. Аппетит у него совершенно пропал, а в душе царило замешательство, легкое раздражение и недоумение. Уже и время обеда подходило к концу, а Юй Лян так и продолжал пребывать в смятении. Неужели так сложно взять телефон и позвонить? Ну или вкратце написать хотя бы что случилось, чтобы он не волновался понапрасну? Какой бы ни была причина — разве это такое большое дело, поставить в известность хотя бы двумя словами? Подмываемый непониманием и досадой, он думал, что Ши Гуан точно никогда бы так не поступил с Хун Хэ или Шэнь Иланом, или с кем-нибудь из своих школьных друзей. Но, разумеется, куда ему до них! Он ведь всего лишь «самый лучший друг». Возможно, в глазах Ши Гуана это было не так уж и много.       В какой-то момент Юй Лян почувствовал ощутимый тычок в колено от шисюна и вдруг, подняв голову, к своему стыду обнаружил, что все смотрят на него вопросительно. Юноша осознал, что какая-то часть разговора прошла абсолютно мимо него, и откашлялся, возвращаясь мыслями к реальности. Это было нехорошо и абсолютно неестественно, если из-за обиды на друга он умудрился пренебречь вниманием родителей и старшего.       — Юй Лян, что с тобой? Ты хоть слово слышал из того, что я говорил? — спросил Юй Сяоян, внимательно глядя на него. На юношу сразу накатил стыд.       — Я… — Юй Лян стиснул под столом ладони в кулаки, чувствуя себя неловко. Выдумывать какие-то оправдания ему претило, поэтому он просто сказал, как есть: — Прости, папа, я отвлекся.       — Где ты витаешь? — поинтересовался мужчина, нахмурившись и немного подавшись вперед. Юноша опустил глаза, потому что совершенно не знал, что ответить. — Это на тебя не похоже. Если ты так вел себя и на турнире, то неудивительно что ты проиграл ту партию.       — Дорогой, это всего лишь одна игра, — мягко вмешалась мама, хотя сам Юй Лян снова виновато потупил глаза.       — Я понимаю, что всего лишь одна, — ответил отец. — Одна на турнире международного уровня — это совсем неплохо. Просто я хочу быть уверен, что она не превратится в две или более. Кстати, Ши Гуан в этот раз тоже был рассеян, что не пошло ему на пользу. Я думал, он будет сегодня, — Юй Сяоян вопросительно глянул на сына. Юй Лян открыл рот, чтобы что-то сказать, но на полпути замялся.       — Я… У него не получилось прийти, — только и ответил он, чувствуя себя крайне неловко, хотя и понимал, что это глупо, ведь по сути ни в чем не был виноват. Юй Сяоян хмыкнул и неожиданно улыбнулся краешком губ, после чего предположил:       — Неужели испугался, что я буду его ругать?       Фан Сюй неуверенно засмеялся. Юй Лян насилу выдавил из себя улыбку.       — Возможно. Хотя я говорил ему, что не стоит.       Юй Сяоян сделал глоток воды из стакана, а потом отставил его назад на стол.       — Этот ребенок весьма талантлив и достигнет не абы каких высот, когда наконец перестанет считать ворон. Хоть его навыки возросли и окрепли за последние годы, ему по-прежнему не хватает стабильности. Я до сих пор не знаю чего ждать от него всякий раз, как он садится за гобан. А в нашем деле это далеко не всегда хорошо.       — Я тоже говорил ему об этом, папа, — поспешил заверить отца Юй Лян. — В этот раз Ши Гуан просто хотел во что бы то ни стало успеть на свадьбу друзей и, наверное, поэтому немного отвлекся.       — Свадьба! — воскликнула мама. — Это же замечательно! И кто женился?       — Его бывшие сокурсники по академии Ицзянху — четвертый дан Шэнь Илан и Бай Сяосяо. Они очень важны для него.       — Друзья — это хорошо, — сказал Юй Сяоян и добавил: — Но нельзя позволять одному аспекту жизни так сильно влиять на другой.       Юй Лян неуверенно кивнул. Фан Сюй схватился за стакан и поднял его.       — Согласен, лаоши, и мы обязательно ему это передадим. А теперь давайте выпьем за ваше здоровье и возвращение…       После обеда Юй Лян звонил Ши Гуану еще несколько раз, но тот все время был вне сети. Ближе к вечеру юноша даже подумывал над тем, чтобы вызвать такси и поехать к нему домой, но все время одергивал себя. Если бы случилось что-то совсем страшное, то на крайний случай тетя Ши уже сама наверняка бы ему позвонила. Но даже вопреки этим доводам Юй Лян не находил себе места из-за смутного беспокойства. Даже для Ши Гуана такое долгое молчание было нетипичным.       Когда около девяти вечера наконец-то зазвонил телефон, высветив на дисплее ожидаемое имя, юноша судорожно схватил его, пребывая где-то на грани между искренней тревогой и недовольством.       — Привет, прости пожалуйста, что я не позвонил раньше, просто… — Ши Гуан тяжело и прерывисто дышал в трубку. Сначала Юй Лян подумал, что он где-то бежал, но после секундной заминки вдруг понял, что все не так и тот просто давился беззвучным смехом. И поскольку сам юноша в тот момент был совершенно не расположен к веселью, радостный тон напарника слышать было почти невыносимо. — Юй Лян, ты просто не представляешь, что сегодня случилось! Это… Честно, у меня нет слов, и я не могу поверить, но это настолько потрясающе, что у меня до сих пор в голове не укладывается. Обещаю, я обязательно тебе все объясню завтра, ладно? Сейчас я просто кое-чем занят, а такое в двух словах не расскажешь, но уверяю — ты просто обалдеешь, когда услышишь, что за гость ко мне сегодня пожаловал…       — Ты издеваешься?! — выпалил Юй Лян, от неожиданного переизбытка чувств резко вскочив со стула. Сердце пустилось вскачь, и он вцепился в мобильник так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Ты хоть представляешь себе, как я волновался? Я ведь целый день тебе названивал!       Смех почти сразу прекратился, ну или по крайней мере напарнику удалось его приглушить. Повисла долгая оглушительная пауза.       — Но я ведь написал, что не смогу прийти, чего ты кипятишься? Да, я прекрасно знаю, что получилось не очень красиво, но у меня не было иного выбора, — приглушенно заговорил он и осекся, а затем многозначительно вздохнул: — Я клянусь, ты позже все поймешь. И когда это случится, то разрешаю отругать, отпинать меня от всей души за гобаном или ногами — как захочешь — если причина моего отсутствия сегодня покажется тебе недостаточно уважительной.       — Ши Гуан…       — Ну хватит, я прошу тебя, не заводись, а? Я… — долгий тяжелый вздох. — Я искренне сожалею о сегодняшнем, правда, и обязательно извинюсь и перед твоими родителями при встрече.       — Можешь не утруждаться, — отрезал Юй Лян. — Уверен, у тебя снова найдется дело поважнее.       — Юй Лян! — кинул он досадно, но юноша повесил трубку и в остервенении бросил телефон на стол. Уже через несколько секунд тот снова разразился радостными трелями, но Юй Лян и не подумал отвечать на звонок. То есть, он за весь день едва ли не извелся от беспокойства, в то время как Ши Гуан просто предпочел ему кого-то другого и все это время веселился? Ему стало горько, и обида острым уколом дала о себе знать где-то под ребрами. У юноши не было никакого желания узнавать детали ни сейчас, ни потом, и он плюхнулся обратно на стул, неприятно поражаясь своей реакции и неуместным эмоциям, которые так до конца и не мог себе объяснить. Несмотря на все слова и заверения Ши Гуана в том, что они были лучшими друзьями, все же нашелся еще кто-то, кто был для него намного важнее. Юй Ляна раздражало и одновременно пугало то, что он придавал отношениям напарника с другими людьми так много значения.       Телефон умолк и после этого Ши Гуан больше не перезвонил. Глядя на погасший дисплей Юй Лян сердился и ощущал себя таким несправедливо униженным и брошенным, каким до этого никогда не был.