По воле Небес

      Четыре месяца спустя       Ши Гуан слегка нервничал.       Он пришел на целый час раньше оговоренного срока и большую часть времени бесцельно бродил у пруда. Наблюдал за рябью на воде, как шевелились камыши от ветра и птицы перелетали с одного берега на другой. На улице стоял ясный весенний день, пахло зеленью и едва уловимыми нотками специй — неподалеку лавочник только что открыл тележку с шашлычками. По другую сторону залитой солнцем поляны за беседкой группа стариков играла в маджонг: то и дело до юноши долетали смех и отдельные восклицания, которых невозможно было разобрать. По тротуарам катили коляски новоиспеченные мамы, изредка в компании детишек постарше, что неизменно срывались на бег и оказывались у берега. Ши Гуан наблюдал за подобными сценами с улыбкой.       Но чем ближе становилось время встречи, тем большую неуверенность он ощущал, потому что совершенно не знал, чего ждать. Два дня назад ему неожиданно пришло сообщение от Юй Ляна с просьбой встретиться, и юноша, сразу же отправив сообщение с согласием, никак не мог унять нервозность в ожидании знаменательного дня. Чу Ин предлагал пойти с ним, но Ши Гуан отказался — это то, что они должны были уладить только вдвоем с напарником. Юй Лян выбрал для встречи их любимое место в беседке у этого самого пруда, и юноша испытывал по этому поводу смешанные чувства. Здесь они часто играли в го, болтали обо всем на свете, дружески спорили и смеялись. Ши Гуан не приходил сюда ни разу за полгода, ни разу с тех пор, как они разорвали связь друг с другом. А сейчас он стоял здесь, волновался и нервничал так сильно, как с ним не случалось уже давно. Юноша по-прежнему очень хотел видеть Юй Ляна частью своей жизни, но не был уверен в том, что его лучший друг желал того же.       В какой-то момент Ши Гуан засунул руки в карманы толстовки и, прикрыв глаза, шумно втянул носом воздух, подставляя лицо теплым солнечным лучам. Какой-то момент он прислушивался к голосам стариков, занятых своей игрой, пению птиц, размеренному плеску воды и визжащим от радости детям где-то по ту сторону от тротуарной дорожки, стараясь расслабиться.       И неожиданно оказался застигнут врасплох.       — Не ожидал, что ты придешь раньше, — услышал Ши Гуан знакомый голос и в следующий миг обернулся. Юй Лян обнаружился в нескольких шагах от него — в легком бежевом пальто, в темных брюках и белой рубашке. С плеча свисала знакомая коричневая сумка на тонком ремешке. Внешне он выглядел таким же как раньше и в тот момент, когда юноша взглянул на него, то осознал, что действительно очень соскучился по нему. Его первым порывом было улыбнуться, что-нибудь пошутить, обнять крепко, ведь они не виделись и не общались больше полугода, но Ши Гуан сдержал себя.       Он откашлялся и помялся неловко.       — Эта встреча была слишком важна для меня. Я не хотел опоздать.       Они смотрели друг на друга, разделенные не более чем пятью шагами, но юноша четко ощущал, что на самом деле сейчас расстояние между ними было намного большим, чем казалось глазу.       Юй Лян, вроде бы, тоже ощущал неловкость, возникшую между ними, хоть и старался держаться непринужденно.       — Спасибо, что согласился прийти.       — Спасибо, что позвал. Я… рад, что ты написал.       Напарник поджал губы, а затем кивнул в сторону беседки.       — Сыграем? Я принес комплект.       Юноша сразу же испытал короткое облегчение и кивнул.       — С радостью.       Ши Гуан почти тут же расслабился: все это очень напоминало старые добрые дни, наполненные го, смехом и уютными разговорами обо всем на свете. Они устроились в беседке, и Юй Лян сразу же вытащил на стол небольшой складной комплект. Пока он возился с камнями, Ши Гуан осторожно бросал взгляды на него украдкой, пытаясь понять, что было у него на уме или, хотя бы, в каком он пребывал настроении, но все тщетно.       Они разыграли камни — юноше достались белые и Юй Лян сделал первый ход.       — Поздравляю с получением титула, — вдруг сказал он и Ши Гуан, подняв голову, взглянул на него. — Я, наверное, должен был сразу написать тебе сам, но…       — Тебе ненужно ничего объяснять. Сюй-гэ передал мне твои слова, все в порядке.       — О, — Юй Лян на мгновение стушевался, а затем неловко добавил: — Ну теперь я могу поздравить тебя лично. Титул Тяньюань — это большое достижение. Ты молодец.       — Спасибо, — Ши Гуан закусил губу, делая свой ход. Несмотря на вполне дружеский тон собеседника он все еще ощущал некоторую натянутость, и был почти уверен в том, что и сам Юй Лян чувствовал то же самое. Юноше очень сильно хотелось как-то избавиться от нее, и в какой-то момент он подался вперед: — А как прошла твоя поездка?       — Неплохо, — ответил Юй Лян после небольшой паузы и задумался. — В основном я только и делал, что проводил семинары, показательные мастер-классы и играл. Иногда Хон Су Ён вытаскивал меня в театр или на оперу. А так… — он вздохнул и пожал плечами. — На самом деле рассказывать особо не о чем.       Напарник вновь устремил взгляд на доску и сделал свой ход. Ши Гуан колебался мгновение, а затем осторожно спросил:       — А Му Цинчунь?       Юй Лян замер и, казалось, как-то напрягся — глядя на него, юноше пришло в голову, что это была плохая идея.       — Прости, — неловко сказал Ши Гуан, откашлявшись. — Прости, я… Это не мое дело. Не отвечай, если не хочешь, я все понимаю.       Мысленно обозвав себя непроходимым тупицей, Ши Гуан взял белый камушек и сделал свой ход. Какое-то время за столом царила тишина, а потом юноша осторожно поднял голову, чтобы взглянуть на друга еще раз. На лице Юй Ляна отражалась задумчивость и он еще пару секунд крутил в пальцах черный камень прежде, чем поставить на доску.       — Он… Он хочет встречаться со мной, — сказал напарник, в то время как Ши Гуан взволнованно уставился на него во все глаза.       — Правда?       — Угу.       — Ну, это… — Ши Гуан растерянно почесал в затылке, поскольку не знал, какое определение в текущей ситуации было самым уместным. Юй Лян не выглядел ни счастливым, ни раздосадованным, и юноше казалось, будто он ступал по минному полю. — Это… Что ж, это было ожидаемо.       Юй Лян вдруг взглянул на него озадачено.       — Ожидаемо?       — Ну да. То есть… — юноша пожал плечами. — Он несколько раз говорил мне, чтобы я перестал морочить тебе голову и оставил в покое. Тут даже мне все стало понятно.       Воцарилась пауза. Юй Лян слегка нахмурился.       — Я не знал, что Му Цинчунь говорил с тобой об этом.       — Я… честно, я не был уверен в том, стоит ли тебе рассказывать, и вообще тогда… Ох, в то время все было так запутано и сложно… Прости, а. Наверное, мне следовало сказать?       Юй Лян некоторое время молчал, а затем сделал следующий ход.       — Все в порядке, правда.       — Точно? — Ши Гуан подался вперед, внимательно глядя на друга. Тот и раньше не был открытой книгой, а сейчас и подавно казался наглухо застегнут на все пуговицы. Юноша изнывал от желания вернуть ту непринужденность и легкость, что существовала между ними в прошлом, но очень боялся сделать какой-нибудь неосторожный шаг и все испортить. Он очень хотел вернуть Юй Ляна в свою жизнь и знал, что не простит себе, если упустит эту возможность.       Напарник поднял глаза, и они некоторое время смотрели друг на друга.       — Точно, — Юй Лян улыбнулся ему краешком губ, и у Ши Гуана тут же немного отлегло от сердца. Юноша шумно вздохнул и поставил свой белый камушек на доску, испытывая неимоверное облегчение, а затем вновь устремил любопытный взгляд на напарника. Ему было очень интересно, что происходило в Сеуле между товарищами и он робко поинтересовался:       — Так и… Он тебе нравится?       Юй Лян, казалось, задумался.       — Возможно, — сказал он после небольшой паузы, и, как-то загадочно улыбнувшись, поставил свой черный камушек на доску. — Мы заключили одно соглашение. Посмотрим, выполнит ли он условия.       — Постой, ты что, решил устроить Му Цинчуню экзамен или как?..       — Если он хочет встречаться со мной, то должен доказать, что достоин. Я не отдам свое сердце кому попало.       Ши Гуан фыркнул и неверяще рассмеялся.       — Обалдеть, правда что ли? Даже не думал, что скажу это, но мне вдруг стало жаль Му Цинчуня.       — Не стоит. Он на это заслужил.       — Ух, а теперь мне кажется, что самое главное о Корее ты таки умолчал. Семинары, тренировки… Ага, как бы не так!       Юй Лян вдруг рассмеялся и в тот момент юноша ощутил, что неловкость между ними ушла, а на сердце сразу стало легче. Он был приятно поражен: кажется, у его лучшего друга начинался новый и весьма интересный жизненный этап и Ши Гуан поймал себя на том, что хотел бы быть его частью.       Он поставил свой белый камушек на доску — Юй Лян ответил на ход через минуту, сосредоточенно глядя на гобан. Ши Гуан смотрел на него и ощущал, что действительно что-то изменилось. Возможно, эти полгода порознь в самом деле пошли ему на пользу. Пошли на пользу им обоим.       Некоторое время за столом царило уютное молчание — только и было слышно тихий цокот камней, да шелест ветра, что периодически доносил до них запах жареного мяса. Ши Гуан вдруг осознал, что они очень давно не играли друг с другом настолько непринужденно, просто наслаждаясь моментом, и испытал прилив искренней благодарности к другу. Время пролетело незаметно и в какой-то момент Юй Лян поджал губы, глядя на доску.       — Я проиграл, — сказал он, после чего поднял голову, и они с Ши Гуаном встретились взглядами. Юноша ожидал, что напарник хоть немного да расстроится, но на удивление Юй Лян улыбнулся краешком губ. — Очень хорошая игра. От обладателя титула Тяньюань я другого и не ждал.       — Да ладно, перестань, — отмахнулся юноша, вновь почувствовав себя не в своей тарелке. — Я выиграл всего-то полтора очка. Если мы сыграем еще одну партию — ты наверняка меня победишь.       На мгновение повисла пауза, а затем Юй Лян сложил руки на столе и слегка подался вперед.       — Ши Гуан, я… — он на мгновение замялся, в то время как юноша вскинул голову и, пока ждал продолжения фразы, чувствовал себя как на иголках. — Я много думал все это время и хотел спросить… Мы можем еще быть не только соперниками, но и друзьями? Я бы очень этого хотел, если ты не против.       В ту самую секунду, как Ши Гуан услышал это, ему показалось, что с плеч свалилась гора. Все это время он так боялся, что Юй Лян никогда его не простит — этот страх висел на нем мертвым грузом и только теперь наконец-то исчез. Юноша был невероятно рад избавиться от него.       — Ну конечно можем! На самом деле я очень переживал, что это ты больше никогда не захочешь снова общаться со мной вне гобана, — выпалил юноша. — И если честно, то… Я очень скучал, правда. Ты даже не представляешь, сколько раз за все это время я хотел позвонить или написать тебе.       — О, думаю, что прекрасно представляю, — заметил Юй Лян и вдруг широко улыбнулся, отчего Ши Гуан сразу же не менее сердечно улыбнулся в ответ. Казалось, в тот благословенный момент они снова достигли того самого молчаливого взаимопонимания, разделив одну мысль и одно ощущение на двоих. — Кстати, я слышал от шисюна, что ты сейчас вроде как возглавляешь командный рейтинг. Теперь, когда я вернулся, тебе придется потесниться.       — Вот еще! — картинно фыркнул Ши Гуан. — И не подумаю. Хочешь вернуть себе первое место — обыграй меня. А так просто я не уступлю.       — О, так ты сейчас бросаешь мне вызов?       Ши Гуан подался вперед, заговорщицки подмигнув.       — Испугался?       — Не дождешься.       — Ну и отлично, — юноша поднялся с лавки. — Тогда в понедельник жду тебя в командной комнате.       — Не переживай, я обязательно приду, — пообещал Юй Лян и Ши Гуан, довольно улыбнувшись, с чистым сердцем пошел прочь, небрежно помахав рукой на прощание своему лучшему другу.