Осколки звёзд

      Гостиная Слизерина была укутана в тёплый воздух, что сочился из камина с озорными язычками от пламени. Возвращаясь с ужина, юная Блэк была поймана Ноттом и Паркинсон и утянута в подземелье.       Каждый уголок замка был украшен к приближающийся Рождественской ночи. Пышная ель стояла в центре трапезного зала. Каждая веточка была украшена золотистыми игрушечными шарами, а на основание блестела пятигранная золотистая звезда. Сквозь прозрачный потолок падали мелкие непохожие на друг друга снежинки, что как только касались поверхности стола, мигом растворялись, не оставляя и следа. Сквозь витражные окна был виднен танец снежного вихря, что окутывал все окрестности Шотландии.       Огромные сугробы, аромат свежести и цитрусов, улыбки, голоса что с надеждой ждут поездки к семье. Студенты каждые вечера собирались в гостиных своих факультетов, обсуждая их планы на зимние каникулы. Свободные дни от дисциплин многие ученики покидали стены замка, проводя время с друзьями в деревушке Хосмид, готовились к поездке домой, обменивались подарками.       Упав на мягкий диван, Маргарет вытянула ноги к камину, согреваясь в холодном подземелье. Рядом с гриффиндоркой упал кудрявый юноша, что уложил голову на колени к подруге, Пэнси же упала по левую сторону от Блэк, повторяя движение Нотта, тоже разложилась на коленях у шатенки.       – Вам диванов мало? – усмехнулась зеленоглазка, опуская голову к лицам волшебников так, что её вьющиеся локоны стали щекотать их кожу лица.       – Эй, малышка Мэгги, как планируешь справлять рождество? – руки Паркинсон упали на тело Тео, пока она всё ещё валялась на коленях гриффиндорки.       Между двумя слизеринцами завязалась драка в шутку, их целью было отвоевать место на ногах Блэк, на что та была крайне недоволен тем, что её ноги стали полем для боя.       – Ещё не знаю, думаю как и все предыдущие года в имение Тонкс, а ты? Опять останешься в Хогвартсе? – протянула Мар, когда к подножью мраморной лестницы неспешно спускались ещё двое учеников в лице Малфоя и Забини, что возвращались с ужина.       – Вам что диванов мало? Чего напали на неё? – прыснул блондин, падая на креслице рядом с кузиной.       – Я в отличии от Тео давно не была с Мэг, я по ней соскучилась! – Пэнси в шутку пыталась столкнуть юношу, на что тот лишь обхватил её тело, пробегаясь ловко пальцами по рёбрам, щекоча, – Нотт! Прекрати, дай мне с Мэгс спокойно посидеть.       Блейз усмехнулся подходя к ошарашенной гриффиндорке, что вглядывалась в бой рядом с ней.       – Ты так быстро убежала с ужина, что твой ворон не успел отдать тебе это, – вкладывая в раскрытые ладони письмо, произнес Забини, падая на свободное место в кресле, – Мэй как резанный начал каркать и звать тебя.       Повертев конверт в руках, она наконец-то нашла имя отправителя «Сириус Блэк». Оторвав запечатанный край, на колени упал сложенный вдвое пергамент.

«Здравствуй, дорогая племянница. Я прочёл твоё письмо. К великому сожалению, я не смогу прибыть к вам на Рождество в имение мистера и мисс Тонкс. В Министерстве Магии сейчас огромные проблемы, я уверен, ты и сама знаешь с чем это связано. Прошу не расстраивайся, хочу уверить тебя в том, что ты и семья Тонкс приглашены в имение Блэк на площади Гриммо через пару дней после Рождества. Мы всем Орденом хотим отметить Рождество, хоть и не в ночь на 25 декабря, но всё же отметить в хорошей компании. Безумно жду нашей встречи,

Сириус Орин Блэк»

      Свернув пергамент, Маргарет хоть и была огорчена в том, что и это Рождество она проведет без Сириуса, но всё же понимала, что он и сам бы хотел провести этот праздник в кругу семьи впервые за столько лет разлуки.       В Министерстве Магии, в котором Блэк старший занимал значительную должность после восстановления своей невиновности, сейчас был завален работой. Пожиратели Смерти кружили над мирным небом магической Британии, руша всё на своём пути. Ещё не один раз на первых страницах газет бушевали страшные заголовки о новых нападениях не только на маглорождённых волшебников, но и на простых маглов.

***

16 декабря 1995 года

Гостиная Гриффиндора

      Громкий плач, точно рёв, резал уши каждого кто переступил порог гостиной львов. Скопившаяся толпа не давала понять первостепенной причины: гул, шум, гам, шёпот, тщетные попытки успокоить того, кто находился в центре толпы.       Выйдя из комнаты на небольшой балкончик, Маргарет и Джинни перевесились через перегородку, выглядывая что происходит внизу. В это же мгновение унылая и одновременно напуганная гриффиндорка в лице Гермионы Грейнджер поднималась вверх по ступенькам. Поймав её, младшая Уизли начала свой распрос, пока Блэк всё ещё вглядывалась в толпу, ловя взор глаз Маклаггена. Отвернувшись, Маргарет облокатилась поясницей на перила, вслушиваясь в шёпот темноволосой гриффиндорки.       – На родителей Лаванды Браун напали приспешники Тёмного Лорда.. – совсем тихо пролепетала она, подзывая девушек к себе, – Ей пришло письмо из госпиталя, вот она и плачет.       – Какой кошмар, они настоящие звери раз так поступают, – прошептала злостно Уизли, сжимая ладони, – А Амбридж до сих пор верит Фаджу и заставляет нас поверить.       Страх окутывал тела юных волшебников. Мир вновь погружался в уныние, страх, гонение, заливаясь новой безвинной кровью. Это были не единичный случаи нападений. В мире маглов творилась настоящая чертовщина: приспешники жестоко убивали мирных граждан по наставлению своего Лорда. Вновь мир погряз в тьме. Война не жалела никого.

***

      – И кто это нам пишет? – протянул темноволосый слизеринец, когда место на коленях Блэк отвоевала брюнетка, его руки ловко вытянули конверт с письмом читая размашистую подпись, – Сириус Блэк значит.       – Драко, – протянул Блэк, пуская пальцы в короткие чёрные локоны Пэнси, что победно расположилась на ногах подруги, – Я не приеду на каникулах в мэнор, – поджимая губы, произнесла она, понимая, что каникулы и так коротки.       – Мы и не звали, – усмехнулся он, – Да ладно тебе, мы с тобой и так встретимся. В Финляндии на званном ужине, – улыбнулся он, подмигивая шатенке.       Она обомлела. Семья Малфоев была приглашена на званый ужин к мисс Беллатрикс Блэк, что остановилась на несколько недель в северной стране.       – Что вы забыли в Финляндии? – протянул Блейз, стаскивая с тарелки фруктов зелёное яблоко.       – Отец решил съездить в горы, – отмахнулся белокурый слизеринец, всё ещё наблюдая за кузиной.       – Раз Мэг приглашена, то ждём напастья. Что скажет мистер Малфой, если узнает о том, что ты целовалась на глазах у всей школы с предателем крови? – протянул Забини, ловя на себе взор изумрудных глаз.       Маргарет схмурила брови, вытягивая подушку из-за спины, кидая её в лицо друга, что мигом залился смехом.       – И вправду! Это было очень-очень неожиданно, – шепча, брюнетка играла бровями, – Такой страстный поцелуй! Вы – это бразильский сериал, столько страсти, столько эмоций, столько ссор, – хитро шептала та.       – И да, могла бы это сделать не тогда, когда мы проиграли, – протянул Нотт, скрестив руки на груди.       – О нет! Она сделала это весьма вовремя, – качая головой, усмехнулся Малфой, убирая руки за голову, – Все в один миг забыли, что Поттер поймал снитч, и главным обсуждением стала наша пара.       – Вы мне просто завидуйте, – затыкая уши как в детстве, наперекор шутливо говорила Блэк, – Просто завидно! – высовывая язык, говорила она парням.       – Конечно, – хором ответили те, закатив глаза.       – Почему мы перешли от темы Рождества к теме моей личной жизни! Давайте лучше пообсуждаем ваши страсти в личной жизни, – протянула та, оперевшись спиной о мягкую спинку.       – У меня никого на горизонте нет, – ответил Блейз, на что мигом был перебит.       – О ну конечно, да ты ни одной юбки не пропустишь, Забини, – дискутировал блондин, – Себе хотя бы не ври. Тебе Алфи чуть голову не открутил, когда увидел твой взгляд на младшей Уизли.       – Кто бы говорил, Малф, – прыснул юноша, кривя лицо и делая вид, что слова друга были никак ни истинными.       – Хэй, Блэки, а откуда у тебя синяки на коленях? – протянул Нотт, клюя носом вперёд.       Подушечки пальц слизеринки прошлись по тёмным капроновым колготкам гриффиндорки, высматривая сливовые пятна на светлой коже волшебницы.       – Мистер Малфой тебя уже кнутами бьёт? А он ещё не знает, что ты целовалась.. – заводя ту же шарманку, усмехнулся коротко стриженный волшебник.       – Мерлин, никто меня не бьёт, это мы с Фредом, – выдыхая протянула она, но была мигом перебита истошным криком Теодора и Драко.       – Вы с ним не только целовались, но ещё и... – завопили те, раскрыв широко глаза и почти вскочив на ноги.       – Вы с ума сошли! – окликнула тех Блэк, крутя пальцем у виска, – Мы с ним катались на коньках на озере! Идиоты! – щеки её запылали ярким румянцем, заставляя её уронить лицо в раскрытые ладони.

***

19 декабря 1995 год

Чёрное озеро, окрестности школы чародейства и волшебства Хогвартс

      Держа в одно руке связку коньков, другой обхватив руку гриффиндорки, Фред шагал по большим сугробом в направлении замёрзшего озера. Маргарет шла за гриффиндорцем позади, вступая в углубления от его ног в снегу, дабы не сильно замочить штанины джинс.       После всех уроков пара решила выбраться на прогулку и покататься на коньках по замерзшему льду озера. Инициатива исходила конечно же от семикурсника, когда пятикурсница в свою очередь не сильно горела желание падать в сугробы кажду секунду от неумения кататься.       – И я же говорила повстречавшись со мной, ты узнаешь много моих недостатков: я не умею кататься на этих коньках, боюсь грозы, плохо летаю на метле, – пробираясь по сугробам, говорила гриффиндорка, ловя снежинки руками.       Уизли, что мигом сбавил шаг, обернулся на волшебницу, вглядываясь в её изумрудные глаза своими шоколадными. Из-под его тёмной шапки выпадали огненные прядки волос, а на лице читалась озорная улыбка.       – Садись давай, – смеясь, протянул он, дабы помочь волшебнице зашнуровать коньки на ногах так, чтобы она не запнулась в первую секунду от шнурков, – И давай обойдёмся без всяких травм перед поездкой домой? Договорились?       – Ха, я ничего не могу обещать, родной. Ты сам вытащил меня на лёд. Если я разобью нос, то перед мадам Помфри будешь оправдываться ты.       – Так уж и быть, возьму удар на себя, но давай всё же ты не будешь падать лицом вперёд? – хлопая ресницами, произнес он, натягивая на вязанные носки Блэк белоснежные коньки.       Маргарет расплылась в улыбке и чмокнула юношу в нос. Натянув на руки тёплые варежки, Блэк дожидалась когда рыжеволосый юноша наденет коньки, и они помчатся в путь.       Чёрное озеро окружал небольшой хвойный лес, что отделял пару волшебников от лишних навязчивых глаз. Еловые верхушки были припорошены снегом, что сиял под яркими лучами солнца. Впервые за несколько дней стояла ясная, до жути морозная погода, что обжигала кончик носа, добавляя румянца на щеках. Задрав голову и выпустив фигурный пар, Блэк морально готовилась к тому, что сейчас ей предстоит нелегкая задачка – хотя бы простоять на льду пару секунд и не рухнуть обратно в сугробы.       – Давай лапу, – усмехнулся юноша, протягивая возлюбленной руку, помогая подняться на ноги.       Фред вышел на лёд первым, а после помог Меган опуститься к нему, не отпуская её рук. Взволнованная своим шатким положением, она с осторожностью опускалась, выпрямив спину. Встав на лёд, она стойко держалась прямо, набираясь смелости двинуться вперёд.       – Чёрт.. – как только она ослабила хватку почти рухнула, но крепкие мужские руки не дали ей столкнуться со льдом, заставляя ещё вцепиться мёртвой хваткой в рукава куртки юноши, – Не прошло и пяти секунд и я бы уже была с фингалом.       – Давай медленно. Доверься мне, – юноша слегка потянул её на себя, двигаясь плавно спиной назад.       Взор его влюблённых глаз был прикован к юной Блэк, что взяв себя в руки, отдалась ему, доверяя. Её точно детская улыбка мигом расцвела на лице, как только она проехала несколько метров вперёд по стеклянному льду. Фред не мог скрыть своей улыбки, видя как гриффиндорка искренне радуется таким обыденным вещам.       – Видишь всё получается. Найди точку опоры. Я сейчас отпущу тебя, а ты попробуй просто постоять. Я буду страховать тебя, не боись.       – Хорошо, – качнув головой, пролепетала та, пытаясь самостоятельно устоять на тонких лезвиях.       Ослабив хватку, Маргарет и впрямь смогла самостоятельно стоять. Радости её не было предела. Она мигом захлопали в ладоши, молясь небесам, но вот ехать сама она не решалась.       Протянув руку, Фред мигом утянул волшебницу под её писк в центр озера, раскручивая её вокруг себя. Их звонкий смех переплетался между собой. Задрав голову высоко вверх, раскалённые лица их ловили крохотные снежники.       Следущие полчаса на льду прошли под чутким наблюдением гриффиндорца когда он учил юную Блэк самостоятельно кататься. Его указания она выполняла непоколебимо, отдавая на льду всю себя, старалась и не отчаивалась.       – Ногу отводи одну назад, вторая – это опора. Помогай руками. Так, молодец, вперёд.       Ослепительные лучи солнца грели их лица, а мороз щипал кожу. Весь лёд был покрыт разнообразными линиями от острых лезвий коньков.       – Смотри! – юная леди прокатилась пару метров вперёд, идеально балансируя на коньках, – Боже мой!       – Видишь! – радостно протянул Фред, подъезжая к той, – Это не так уж и тяжело.       Не прошло и пары секунд как Блэк рухнула на лёд, принимая удар на колени. Разнёсся её громкий смех, а лицо рухнуло в ладони.       – Эх, Мэгги, – прошептал гриффиндорец, помогая волшебнице подняться на ноги. Больше он не выпускал из своих объятий, помогая ей не поквитаться со льдом.       – Ну что? Перед мадам Помфри как будешь объяснять мои синяки на ногах? – шептала Блэк, что оказалась в тёплой пустой гостиной львов.       В руках парень держал связку коньков, положив их у камина, он вытянул волшебную палочку, делая так, чтобы их одежда больше не была мокрой от сугробов, в которые они успели потолкать друг друга пока возвращались обратно в замок. Усадив её на мягкий диван, холодные кончики пальц парня коснулись штанины джинс, задирая их выше колен, оглядывая округлые синяки.       – Лёд — мой враг, – хихикнула Блэк, – Ай, у тебя руки холодные! – пролепетала она, как только он опять коснулся её красной кожи от холода.       – Так согрей меня, – целуя волшебницу, прошептал он, попадая в тёплые и родные объятия зеленоглазки.

***

      – Встречаемся 24 декабря в шесть у Тонкс. Нимфадора взяла несколько отгульных дней, – щёлкая пальцами, протянула Маргарет, – Не опаздывай, будем готовить на рождественский стол всякие блюда, – обнимая белокурую волшебницу, добавила та.       – Завтра уже поезд и мы прибудем в Лондон, – мечтательно протянула Лавгуд, – Я так соскучилась по всем..       Утром 23 декабря поезд Хогвартс-эскспресс отправится от станции школы прямиком до Лондона. Многие ученики школы покинут стены замка на рождественские каникулы, ведь не горят желанием оставаться там с Амбридж и её наидурацкими правилами, которые просто душили студентов. Она сделала сводку правил, которые были развешаны на каждом углу школы, портя всю атмосферу праздника. И каждую свободную минуту министерская дама придумывала что-то новое, более абсурдное, грозя тем, что если правила будут нарушены последуют жёсткие наказания. Поэтому в Рождество стены замка будут пустовать и покроются паутиной.       – А Сириус приедет?       Мэг отрицательно повертела головой, поджимая губы, говоря: «В Министерстве сейчас не всё гладко..»       – Пожиратели сейчас зверствуют. Мне, если быть честной, боязнено за отца. Его журнал как никто другой выпускает правду о ситуации в мире. Как бы не было признано это оппозицией против Министерства. Да и громкие речи в сторону Тёмного Лорда могут быть приняты в штыки, – прошептала она, уныло подпирая пол взором глаз, – Поэтому я и уезжаю к Дэйвону. Отец насколько занят, что я бы все новый год была одна.       Маргарет грустно взглянула на белокурую когтевранку, сгребая её в свои объятия, утешая. Мир и вправду находился в шатком положении. Министерство Магии старалось дать отпор силам и армии Тёмного Лорда, но попытки переворота не оканчивались. В стены Министерства всё чаще стали пробираться люди Томаса Реддла, в надежде сдвинуть с места Фаджа и занять его власть.       – Всё будет хорошо, – шептала она. Саму Мэг тоже окутывали страхи за Ним, которая яро горела работой в Министерстве, иногда лезя на рожон по природе своей смелости и бойкости, – В рождественскую ночь всегда случаются чудеса. Попробуй поговорить с отцом.       – Люблю тебя, родная..       – И я тебя, снежинка.       Распрощавшись у портрета Полной Дамы, что открывала путь в башенку львов, Маргарет двинулась через пустую гостиную прямиком в спальню. Чемоданы дожидались её, дабы собрать все необходимые вещи и подарки. Некоторые Блэк отложила в сторону для того, чтобы подарить их вечером тем, с кем она не увидится все каникулы – Пэнси Паркинсон, Теодор Нотт и Блейз Забини. К ним шатенка планировала заскочить после ужиная поздравить с наступающим и обнять на последок.       Горячий ужин дожидался учеников школы на длинных факультетных столах. Праздничная атмосфера витала в воздухе. Аромат рождественских блюд, которые домовики начинали готовить заранее, морозная свежесть, цитрусы и нотки пряности.       После трапезы Маргарет пристроилась за столом змей, протягивая друзьям приготовленные упакованные подарочки в честь приближающегося Рождества и Нового года.       – Я вас очень люблю и ценю. Буду безмерно скучать по вам в каникулы, – обнимая со спины друзей, она уложила подбородок на макушку брюнетки.       – Спасибо, Мэгги, – пролепетала Паркинсон, поднимаясь из-за стола и обвивая шею девушки, крепко прижимаясь к её изумрудному свитеру, – Мой подарок я отправлю совой в ночь на Рождество.       – Спасибо! – громко протянул Нотт, повторяя движение подруги, крепко обнимая по дружески Блэк, – А Малфой плохо себя вёл и не заслужил подарок?       – Ему я вручу лично в руки, когда мы пересечёмся в Финляндии.

***

      Отставив собранный чемодан к стене, где стояли сумки соседки по комнате, юная Блэк вновь взялась за магловский роман, что был не начат ей в вечер перед матчем. Утянув книгу в толстой обложке с прикроватной тумбочки, темноволосая волшебница отправилась в тихую пустую гостиную, вновь занимая местечко неподалеку от камина.       Интересный сюжет завораживал юную леди, что притянув колени к себе, с превеликим удовольствием была погружена в чтение. Шелест книг переплетался с треском дров. Гостиная Гриффиндора была украшена яркими флажками, гирляндами и мишурой к зимнему празднику. Календарь указывал «22 декабря 1995 года». В углу стояла небольшая, но красивая ёлочка, что была украшена студентами факультета львов разноцветными игрушками.       Не заметив как книжка улеглась на грудь волшебницы, Мар уже сопел на креслице у тёплого камина.

***

Пророчественный сон Маргарет Блэк.

      Тёмный длинный коридор поник в мрак и тьму. Глухой топот ног неспешно движется по коридору, выпятив вперёд волшебную палочку, на конце которой горел шарик света. Маргарет наблюдала за картиной свысока, точно была третьим лицом, новым элементом, который более никто не видел.       Каменный коридор сменяется залом, вымощенным зеркалами. В блеклом свете свечей появляется знакомый мужской силуэт: рыжие огненные пряди волос, крупное телосложение, высокий рост. Тяжёлые увесистые шаги перекликаются с лясконьем, шуршание. Блэк была невидимым элементом, точно зеркалом, что находилось под потолком.       Один из залов Министерства Магии, в котором мистер Уизли патрулировал этой ночью. Мужчина средних лет неспешно шагала вдоль узкого зала, вглядываясь в собственное отражение. Неизвестный звук, что давил на барабанные перепонки, напрягал волшебника. Позади него в мраке тьмы ползла тёмная змея, что одним укусом могла вогнать яд несовместимый с жизнью. Зеленовато-коричневое гибкое тело змеи петляло по пятам за волшебником, что пытался понять откуда исходит шум. Чешуйчатое тело поспевало за мужчиной, что нерасторопно оглядывал каждый уголок.       Длинный язык, что имел раздвоенный конец, что-то шипел и сверкал между белоснежными клыками. Едкие жёлые глаза с тонкими разрезами разглядывали тело впереди. Догнав мужчину, змея обвила его тело, оставляя змейнный укус на бледной коже, вгоняя в кровь вязкую слюну с убийственным ядом. Хриплый голос звал на помощь, молил о пощаде. Руки пытались отцепить от себя змею, что оплетала его тело, сдавливая кости, перетирая их в порошок.

***

      Сердце билось с немыслимой силой. Страх окутал её тело, будто на месте мистера Уизли была сама Блэк. Она сама не знала как оказалась в подземелье, не теряя ни минуты стуча костяшками пальц по дубовой двери. На её радость дверь открыл темноволосый волшебник, что оглядел напуганную волшебницу с головы до ног.       – Вы же знаете о моей силе? Сейчас всё было как на яву. Министерство Магии. Там змея, огромная ядовитая, – тараторила Блэк, перебирая все слова в разнобой, что крутились на её языке, – Она впустила яд, и я была точно там. Я видела это своими глазами, – безудержно говорила она, не понимая что видела только что во сне.       Профессор Снейп, что до поздна разбирал эссе, стоял на пороге своего кабинета вслушиваясь в дрожащий голос ученицы. Язык её заплетался. Не зная бы то, что Маргарет Блэк обладает особой родовой силой, он бы закрыл перед её носом дверь, списывая это на ещё один розыгрыш. Но не сейчас.

***

      Огромная суматоха стояла в кабинете директора, поднимая на уши преподавателей. Всё члены семьи Уизли, Блэк и Поттер стояли рядом с напуганной Макгонагалл. Со лба Поттера скатывались крупинки пота, а он бубнил себе под нос что-то о змее, которую разглядел во сне.       Альбус, сверкающий своей серебристой мантией, ходил из стороны в сторону, что-то говоря потретам, висевшим вдоль стен.       – Мистеру Уизли окажут медицинскую помощь, – протянул один из портретов, прибывший на своё место.       – Сэр, его отправили в больницу Святого Мунго.       – Спасибо за помощь, – усаживаясь за стол, протянул тихо он, – Вовремя подуспели. К сожалению, это оказалося не кошмарным сном мистера Поттера..       – Мисс Блэк, а как вы? – протянула Минерва, оглядывая взором глаз шатенку, что в тот же миг как и сам Поттер, помчалась за помощью к Северусу.       Поймав на себе взгляды, она лишь пробормотала что-то в роде: «Простое совпадение»       Благодаря своей силе, Меган смогла вовремя оповестить профессоров о нападение Нагайны, что под контролем Тёмного Лорда, пробралась в Министерство.       – Я отправлю срочное письмо вашей матери, миссис Уизли. Вы в срочном порядке можете быть доставлены домой. Профессор Макгонагалл откроет камин.       Джинни и Рог мигом согласились на это, желая не оставлять маму одну в страхе и тревоге. Близнецы же отказались, сославшись на то, что уедут утром на Хогвартс-Экспрессе.       Ночь выдалась бессонной и выматывающей. Маргарет вернулась в гостиную львов вместе с возлюбленным, что был подавлен услышанной новостью.       – Посидишь со мной? – промычал он, устало падая на мягкий диван в центре пустой гостиной.       Меган молча уселась рядом, утягивая юношу в объятия. Ладонь волшебницы успокаивающе поглаживала его спину, шепча что-то ему на ухо. Они оба были окутаны в страх за мистера Уизли. Фред не мог найти себе место, зная, что отец в эту ночь прошёл столько кругов ада. Собственно говоря как и все члены его семьи.       Блэк же была напугана не меньше. Она своими глазами видела эту жестокую картину, когда в воздухе витал хриплый голос и зов о помощи. Когда запах крови витал над ней, а она не могла ничего поделать, не могла помочь. Она испытывала чувство вины от того, что не смогла никак повлиять на ситуацию не подвластную ей.       – Я не представляю, что сейчас с ним. Укус ядовитой змеи, если бы не ты, то я бы не представляю, что бы случилось.. – шептал он, уткнувшись гриффиндорке в плечо.       – Фред, всё будет хорошо, я тебе обещаю, – зарывая ладонь в его огненных волосах, прошептала она, – Обещаю, что Рождество вы встретите вместе. Фредди, – слегка отодвигаясь так, чтобы видеть его карие грустные глаза, прошептала она, – Всё будет хорошо, я тебе даю слово. Вам сейчас с Джо лучше отправиться к миссис Уизли, ей как никому другому нужна поддержка и помощь.       Юноша устало обвил тело волшебницы, уныло утыкаясь в её шею. Он был безумно подавлен. Маргарет ещё крепче обняла его, шепча то, что всё будет хорошо. Остаток бессонной ночи был проведен в молчании, уныние и надежде на то, что всё встанет на свои места. Шум вьюги за окном убаюкивал пару, что под утро всё же уснула в гостиной.

***

      Платформа была укутана толпами учеников, что стремились поскорее занять сводобные места в экспрессе. Под навесом висели огромные часы, что вот-вот пробили бы одиннадцать часов.       Колёсики от чемодана оставляли дорожку на сыром снеге. Члены семьи Уизли все же по настоянию Минервы Макгонагалл отправились в Нору при помощи камина. Маргарет распрощалась с возлюбленным у порога кабинета, обещая пересечься на званом ужине в доме Сириуса, что приглашал к себе после Рождественской ночи на празднование в большом кругу.       Погрузив чемодан, Блэк заглянула в первое попавшиеся ей купе, что оказалась занятое Грейнджер и Поттером. Упав на полку рядом с шатенкой, Меган оставила чемодан у стеклянной двери.       – Ужасная ночка выдалась, – сдавленно и смято протянула Гермиона, поджимая губы.       – И не говори.. – откидываясь на мягкую обшивку, прошептала сонная Блэк.       Стук колёс убаюкивал сонную волшебницу, что ужасно плохо спала минувшую ночь. Юная Блэк боялась закрыть глаза и вновь увидеть пророчественный сон с близкими ей людьми. Кто-то точно специально игрался на её нервах.       – Мэг, а как ты смогла увидеть то, что случилось в Министерстве?       – Встречный вопрос, Поттер, – пролепетала та, закрывая тяжелые веки.       Путь до Лондона предстоял не близкий, поэтому характерный стук колёс мигом склонил зеленоглазку в сон не менее тревожный чем прошлой ночью. Больше не душе не было той радости приближающемуся празднику. Лишь тоска и страх неведания.

***

      Вокзал Кинг-Кросс встретил учеников с распростёртыми объятиями. Платформа уже была забита малознакомыми лицами, что встречали своих детей с поезда.       Проснувшись от тормашение за плечо, Маргарет поднялась с полки, вглядываясь в окошко в купе. Выйдя на платформу, взор изумрудных глаз заприметил синеволосую макушку, что мигом ринулась к шатенке.       – Мар! Выросла то как, какая красавица!       – Ним, – падая в объятия девушки, пропищала она, оставляя чемодан позади себя.       Синие волосы мигом перекрасились в нежно-розовый оттенок. Тёплые объятия согревали тело шатенки, что не могла ослабить объятия.       Лондон встретил волшебницу снежным вихрем, что заметал каждый уголок улицы. Морозный холод ударял по её лицу как только она покинула здание вокзала, обвив рукой ручку чемодана. Втянув в лёгкие воздух, она прикрыла глаза, останавливая младшую Тонкс.       – Ним, – начала шатенка, укутавшись в тканевый шарф, – Ты же знаешь, что произошло сегодня ночью в Министерстве с мистером Уизли?       – Да, – тихо ответила синеволосая волшебница, – Артура знатно потрепали. Он сейчас в госпитале, врачи пытаются сделать всё возможное.       – Каковы шансы? – трезво глядя на мир, протянула Меган, поджимая губы.       – Шансы на быстрое выздоровление невелики, если быть честной, – Нимфадора подняла голову, устремив взор глаз в облачное небо.       Взор глаз Блэк упал под ноги. Она не спешила покидать улицы Лондона, долго раздумывая над мыслью в своей голове. С мистером Уизли не была настолько близка, но сердце юной Блэк сжималось до боли от сознания происходящего. Стянув с ладони варежки, взор глаз её упал на серо-голубые венки.       Словив взор глаз Тонкс, Маргарет произнесла: «Трансгрессируй, пожалуйста, в больницу Святого Мунго»       Без лишних вопросов Тонкс протянула гриффиндорке руку, уводя за пределы многолюдной улицы. Найдя укромное место, Нимфадора трансгрессировала к подножью кирпичного здания в самом сердце Лондона. Здание в шесть этажей охраняет искусственный манекен ничем не примечательный для простых маглов. Искусственные ресницы у него отклеились, а из одежды — только зеленый нейлоновый фартучек. Чтобы попасть внутрь, необходимо подойти вплотную к витрине, обратиться к манекену, назвать цель посещения, подождать, пока манекен чуть заметно кивнет и поманит суставчатым пальцем, и затем пройти сквозь стекло. Поднявшись по заснеженным ступенькам, Маргарет попросила Дору подождать её у входа, дабы не таскаться по этажам с чемоданом.       С виду здание не привлекало лишнего внимание, дабы маглы не заподозрили неладного: простой потрёпанный бывший магазинчик, витрины которого были заколочены досками.       – Мне нужно навестить мистера Уизли, – протянула тихо Маргарет, подходя вплотную к манекену, что в мгновение ожил раскрыв перед её лицом закалоченные двери темного цвета.       Светлый холл первого этажа был почти безлюден, тих и одинок. Лишь иногда мелькали целители в лимонно-жёлтых халатах с вшитым гербом волшебников-целителей. Отряхнувшись от снега, Блэк неуверенно переступила порог здания. Страх быть пойманной сковал её. Сбросив все ненужные эмоции вопреки страхам, шатенка двинулась к стенду с белыми пропечатанными объявлениями:

1 этаж. Травмы от рукотворных предметов — Взрыв котла, обратное срабатывание волшебной палочки, поломка метлы и прочее.

2 этаж. Ранения от живых существ — Укусы, ожоги, застрявшие шипы и прочее.

3 этаж. Волшебные вирусы — Инфекционные заболевания: драконья оспа, болезнь исчезновения, грибковая золотуха и прочее.

4 этаж. Отравления растениями и зельями — Сыпи, рвота, неудержимый смех и прочее.

5 этаж. Недуги от заклятий — Наговор, несовместимый с жизнью, порча, неправильно наложенные чары, потеря рассудка и прочее.

6 этаж. Буфет для посетителей и больничная лавка.

      Проскользив пальцем по листку бумаги, она остановилась на сводке информации о втором этаже. Найдя нужную лестницу, Блэк пролетела несколько пролётов, попадая в узкий светлый коридор. Запах спирта и лечебных трав витал настойчиво в воздухе. По обе стороны от коридора были одноместные палаты для больных, попавших с серьезными травмами.       – Подскажите, пожалуйста, а где можно найти палату мистера Уизли. Он поступил к вам сегодня ночью, – протянула гриффиндорка, ловя одну из целительниц в коридоре.       – Вы кто ему приходитесь? – натягивая на нос очки, строго протянула та.       – Невеста его сына, – пролепетала она, ловя взор её глаз.       – Время для приёма давно закончено. Да и тем более семья с его супругой здесь уже были с утра. Я не могу пускать вас в палату, – произнесла она напоследок, пытаясь обойти шатенку по левую сторону.       – Хорошо, попробуем по-другому, – выдохнула она       Маргарет резво обхватила запястье женщины, впиваясь остримём своими изумрудными глазами в её серые. В этот раз она намерено использовала внушение через зрительный контакт, которым тётушка её учила. Она не могла уйти из госпиталя без достижения своей цели во благо семьи Уизли.       – Ты проведешь меня к нему в палату, – прошипела Блэк, когда зрачки собеседницы под напором ведьменсокго внушения сузились.       – Да, я отведу вас, – протянула покорно она, указывая путь в нужную палату, – 6 палата.       Оставив Маргарет у белой двери, целительница растворилась в сумотохе больницы. Ударив несколько раз костяшками по двери, Блэк робко открыла дверцу в светлую одноместную палату. На койке приковано и смиренно лежал мужчина, что устало провёл глазами по палате, видя появившуюся шатенку, что слегка улыбнулась, закрыв за собой дверцу.       На прикроватной тумбочки стояли всевозможные склянки с отварами, мази, целебные травы. Целители не отступали от больного всю ночь, в надежде сделать то, что в их силах. Но все эти попытки были тщетны по сравнению с ядом змеи, что подкосил здоровье Артура Уизли.       На металлическом изножье кровати осторожно лежала нога мужчина, что была замотана стерильной повязкой. Змейнный яд попал в организм через укус в ногу, поэтому окровавленные раны были спрятаны за слоями бинтов.       Мужчина находился в обмарочном состоянии, ведь организм всё ещё балансировал на грани жизни и смерти. Маргарет, поняв, что Артур вовсе не понимает, что происходит вокруг, обошла койку, оказавшись у перевязанной ноги. Пальцы аккуратно стали стаскивать стерильную повязку, оголяя место укуса. Кровавые вмятины пульсировали, кровоточились, пылали жаром.       Поджав губы, Маргарет решил покончить с этим как можно скорее, дабы не быть пойманной. Если же её поймают с поличным, то могут и принять за тёмную ведьму или вовсе одну из приспешницу Тёмного Лорда.       Найдя острый осколок на дне собственной сумки, Меган подставила ладонь, рвано оставляя на руке шрам. Кровь мигом сочилась из свежей раны. Сжав руку в кулак, по белоснежной коже покатились кровавые дорожки. Вознеся руку над раной, где были видны следы от острых клыков, несколько капель вязкой исцеляющей крови упали на неё. Кожа стала затягиваться, кровоток остановился, оставляя лишь блеклый шрам от зубов. Кровь Маргарет – новоиспечённой ведьмы рода Блэк, обладала целительными свойствами. Одна капля могла затянуть самые страшные раны.       Удостоверившись в действенности её целительства, Блэк мигом обвязала лодышку новым бинтом, откидывая старый в угол комнаты. Стянув с раковины светлое полотенце, она обмокнула свою ладонь, убирая остатки свежей вязкой ведьменской крови.       Обернувшись через плечо, взор светлых глаз последний раз оглядел мистера Уизли. Маргарет покинула палату, спешно уходя из стены больницы.

***

      Родные стены дома показались за толстыми стволами деревьев. Вытоптанная узкая тропинка вела к подножью лестницы, у которой возвышался белокаменный дом семьи Тонкс.       – Дальше сама, – целуя девушку в лоб, протянула младшая Тонкс, – Дотащишь чемодан? Время поджимает, а мне нужно ещё вернуться в Министерство. Через три минуты, – она одёрнула рукав куртки, оглядывая циферблат, – Нужно стоять в кабинете Грозного Глаза и отсчитываться перед ним.       Та кивнула головой, и след бывшей пуффендуйки простыл, оставляя лишь шлейф её стойких духов.       Отворив дубовую дверь, Маргарет переступила порог светлой прихожей. И вновь узорчатые обои немного выцвели под ослепительным морозным солнцем, теряя прежний цвет. В нос ударил привычный и такой любимый аромат выпечки – шоколадные круассаны тётушки Меды.       Стянув устало с ног ботинки, Маргарет не успела сбросить куртку, как у стоп её появился один из жителей дома – пушистый кот, что мигом стал тереться мордочкой о светлые брюки Блэк. Глухой топот раздался по деревянной лестнице. С верхнего этажа неспешно спускалась Андромеда в домашнем платье. Взор её янтарных глаз упал на огромный чемодан, стоявший у арки, что вела в гостиную и кухню. Следом была замечена и сама гостья, что мягко устала расплылась в улыбке.       – Мэгги, – сбегая с последних ступенек, прошептала волшебница, обвивая тело гриффиндорки.       Её нежные объятия всегда были для юной волшебницы точно материнскими. Андромеда заменила ей Миринду, заботясь о племяннице как о своём ребёнке.       – Тётушка, – тихо и скомкано пролепетала Мэг, утыкаясь той в шею, – Я так скучала по вам, – укладывая ладони на спине, она невольно сжимала ткань платья, боясь отпустить любимую тётю.       – Маленькая моя, а я то как скучала, – гладя шоколадные локоны, тянула бывшая слизеринка, вжимаясь щекой о меховую заснежанную подкладку куртки Блэк, – Давай раздевайся и пойдем я тебя накормлю.       Родные стены дома, в котором Маргарет провела многие годы своей жизни, грели её душу. Она чувствовала себя там, где должна быть.       Светлая гостиная была украшена к Рождеству: пышная ель стояла на своём привычном месте, на журнальном столике в гостиной стояла тарелка с цитрусовыми, белая тюль украшена искусственными снежинками, на барной стойке, за которой трапезничала семья на узорчатой тарелки лежала свеже испечённая выпечка.       Сославшись на плохое самочувствие, Маргарет заперлась в собственной спальне. Андромеда же, подумав, что девушка устала с дороги, посоветовала той вздремнуть. Упав на мягкую перину, взор её усталых глаз устремился в потолок. Ей было необходимо переварить то, что она сотворила в больнице Святого Мунго и то, что происходило вокруг неё.       Мысли о Рождестве, о праздниках, о планах разрушились в миг. Она боялась, что всё разобьётся вдребезги в её руках. Туманные и отяготяющие мысли склонили усталую и тяжёлую голову, приковав к мягкой подушке.       У двери её комнаты стоял не разобранный чемодан, Мэй резвился где-то в окрестностях дома. Спальня Блэк покрылась неровным рваным дыханием волшеницы, что повернувшись на боку испепеляя взором глаз узорчатые обои у кровати. Потеряв счёт времени, она с неким нервным ожиданием ждала чуда – весточку о выздоровление мистера Уизли. Она боялась, что своим вмешательством могла навредить тому, ухудшив состояние.       Тишина. Лишь стук её собственного неспокойного сердца.       Ближе к позднему вечеру до её ушей донёсся звук открывающейся входной двери и голоса двух волшебников. Нимфадора и Тед вернулись домой после рабочего дня. Их шаги и звонкие голоса удалились в гостиную, где дожидалась их Андромеда.       Переборов себя, Мэг всё же поднялась с кровати, желая поздороваться со всеми и отведать ужина в кругу семьи. Оставив комнату за спиной, она неспешно прошла вдоль коридора, медленно спускаясь по лестнице в прихожую. У входной двери остались следы от сырых ботинок и растаявшие снег, что упал с плеч курток.       Остановившись на предпоследней ступеньке, Маргарет потянулась к тумбочке, над которой висело круглое зеркальце. Стянув с запястья резинку, руки волшеницы стали собирать тёмные локоны в хвост, оглядывая своё отражение.       Голоса в гостиной не утихали так, что Блэк ненароком уловила суть разговора. Тихие и приглушённые голоса витали за стеной.       – Ну что? – протянул тревожный голос Андромеды, что поставила на стол горячий ужин.       – Это чудо, мама, – искреннее протянула Дора, выдыхая сгусток воздуха в горле, – От яда не осталось и следа! Грозный Глаз, что вместе с Блэком старшим посещал сегодня Артура, был поражён. Это магия – не меньше.       Наострив слух, Маргарет застыла, сердце её сковалось тугим жгутом. Затаив дыхание, она не сводила глаз с собственного отражения: изумрудные глаза застыли в ожидании, губы невольно приоткрылись, глотая жадно воздух.       Андромеда с облегчением выдохнула, вознося голову к небу, шепча точно молитвы и благодарство Мерлину.       – И это я не утрирую. Точно ничего той ночью и не было. Завтра уже будет дома с семьёй.       – Слава Мерлину, – протянула Меда, улыбаясь.       Маргарет стояла у зеркальца, закрыв губы рукой, другой же опералась о столешницу. Сожмурив веки, она не могла поверить услышанному. Всё получилось. Она смогла спасти жизнь человеку.       Сердце безудержно стучало в её груди, разгоняя кровь по юному телу. Именно в этот момент она осознала как сильна с родовой магией. Отныне она не могла и повернуть язык так, чтобы проклясть тот день, когда приняла под напором духов рода ведьменскую силу. Она благодарила свой род, что наделили её разум и тело магией крови.       Из арки выскользнула тень силуэта хозяйки дома. Раскрыв глаза, она вновь устремила взор в собственное отражение. Тётушка Андромеда пристроилась за спиной волшеницы, крепко обнимая её тело.       – Завтра утром я хочу ненадолго заехать к семьёй Молли, передам пирог. Хочешь помочь с приготовлением? – устремляя взор янтарных глаз в зеркала, оглядывая себя и племянницу.       – Да, я могу помочь с пирогом, – оборачиваясь, протянула Маргарет, натягивая на лицо лёгкую улыбку.       – Твоя помощь мне не помешает, пойдем пить чай, – указывая кивком головы в сторону кухни, она уложила свою ладонь на лопатку гриффиндорки, мягко подталкивая её в гостиную за стол.

***

             Черепица крыши была усыпана снежным одеянием. Раскрыв окно, Маргарет вылезла на крышу, пробираясь в центр, расчищая сугробы руками.       Поздняя морозная ночь выдалась в лесах Великобритании. Маргарет любила такие ночи, ведь небо над головой мигом становилось ясным – яркие крохотные звёзды укрывали весь небосвод, озоряя окрестности своим блеклым сиянием.       Усевшись на холодный снег, взор глаз взобрался к блестящим звёздам. Втянув ледяной воздух, тело девушки упало на черепицу как на мягкую перину. Нимфадора, пришедшая в спальню кузины, не нашла тёмную макушку в кровати. Младшая Тонкс взобралась на подоконник, вступая на заснеженную крышу, где и была найдена юная Блэк.       Мягко улыбнувшись, синеволосая волшебница прошлась вперёд, усаживаясь по левую сторону от тела гриффиндорки.       – Как ты? – тихо протянула бывшая пуффендуйка, укладываясь на мягкий покров снега.       – Я безумно соскучилась по этим краям, – пролепетала она, довольно прикрывая глаза.       – Но я смотрю ты и в Хогвартсе не скучала. Мы всей семьёй читали гневные письма от Макгонагалл о твоём возмутительном поведении, – усмехнулась Тонкс, поворачивая голову в сторону шатенки.       Поймав взор озорных глаз, Маргарет рассмеялась, вспоминая все проделки в стенах школы за прошедшие месяца.       – Отработки были одним из ключевых моих занятий на протяжении первой половины пятого курса. Что я только не делала, – Маргарет стала загибать пальцы, перечисляя, – Мыла доспехи и медали, помогала в библиотеке, два раза оставалась на отработке у Снейпа и целый месяц подтягивала шестикурсника по основам защиты от тёмных искусств.       – Помню как я и сама не меньше тебя баловалась в стенах замка. Один раз меня заставили даже перебирать слизней для кормёжки тарантулов, что держал у себя в хижине Хагрид. До сих пор помню как я потом как по струнке ходила и больше месяца была пай-девочкой.       Разговоры по душам – вот по чему именно скучала Меган. С Ним она могла быть собой, раскрыв ей занавес всех своих тайн: о её поцелуи с Фредом на глазах всей школы, о её проделках, о душевных переживаниях. Тонкс располагала к себе людей, умея грамотно поддержать и выслушать, обнять и утешить.       – Ним, как дела обстоят на работе? – тихо протянула Блэк, зная, что эта тема в данный момент времени для всех стояла остриём.       Тонкс молчала и не спешила отвечать. Рука её скользнула в задний карман тёмных облегающих джинс, вытягивая картонную коробочку. Откинув верхушку, в ней показались длинные тонкие белые палочки. Вытянув одну английскую сигарету, Тонкс ловким движением руки сожгла её с помощью магии.       Серый сгусток дыма с едким запахом вырвался из её уст, растворяясь в воздухе.       – Дурацкая привычка. Побочные эффекты работы в Министерстве.. – крутя меж пальцев сигарету, прошептала та, – Сейчас это тяжёлая тема для разговора. Всё идёт ровным счётом так, как бы этого не хотелось. В Министерстве стало не безопасно, люди Тёмного Лорда лезут из щелей, пытаясь влиться как ни в чем не бывало в ритм работы, – стуча основанием окурка, прошептала устало двадцатидвухлетняя волшебница, – Тому пример произошедшая ситуация с Артуром Уизли. Случилось чудо, что он встал на ноги, – откидывая окурок в сторону, протянула Тонкс.       Маргарет застыла взглядом на потухшем окурке, прокручивая в голове сказанные слова кузины.       – Давай не будет о плохом, – заводя руку в копну серебристых волос, усмехнулась Тонкс, – Мм, а я ведь обещала тебе поведать о том, с кем я недавно познакомилась на работе, – сменяя лад, с интригой протянула Тонкс, хитро улыбаясь.       Мар уселась по турецки, пробегаясь взором глаз по лежащей волшебнице. Волосы бывшей пуффендуйки мигом окралисись в огненно-красный цвет, говоря о её серьезных чувствах.       – Не томи, Ним! – воскликнула Блэк, закусив край губы, – Ну же!       Тонкс увела взор глаз в сторону, набираясь смелости.       – По приказу Корнелиуса Фаджа мы Орденом должны были привлечь на свою сторону для защиты драконов. Тёмный Лорд заманивает к себе в ряды оборотней, великанов, что в мире магии находятся в гонении, – устремляя взор глаз в небо, рассказывала та, – И к нам из Египта приехал один очень красивый молодой человек, что свою жизнь посвятил изучению драконов. Грозный Глаз поручил мне встретить его и познакомить с Министром. Ты не поверишь кто это был! Чёрт побери, я даже и понятия не имела что это.. Мне он безумно понравился. Такой высокий, крепкий, огненноволосый волшебник. Мэгги! Это брат Фреда! Это Чарли Уизли!       Мар от удивления раскрыла рот, приложив по обе стороны к щекам ладони.       – Теперь я полностью понимаю тебя. Они — Уизли все такие красавцы, – пролепетала та, пылаяя румянцем на щеках.       – Может и вам тогда сходить как-нибудь в кино? Я даже готова буду пожертвовать твой же подарок вам с Чарли, – игриво поднимая брови, пролепетала Блэк, наклоняясь лицом с лицу синеволоски.       – Ну уж нет, Мар, это мой подарок на твоё шестнадцатилетие. Сходите с ним на какую-нибудь сопливую мелодраму или вообще ужастик. А с Чарли я придумаю что сделать, – хитро прошептала она, выпуская клубок дыма из рта.

***

24 декабря 1995 года Преддверие Рождества в имении супругов Тонкс.       С утра и до вечера следующего дня проходило в сумотохе подготовки к Рождественской ночи. Маргарет помогала Нимфадоре украшать комнаты дома помимо гостиной: спальню Мэг, Ним и супругов Тонкс. Следом по настоянию старшего Тонкс волшебницы также принялись украшать беседку в заснеженном саду гирляднами. Не обходилось дело и без игры в снежки, который раз через раз прилетали то в занятую Блэк, пока Тонкс переводила дух на деревянных перилах открытой беседки, то в Нимфадору, пока Маргарет лепила снеговика.       Кухня была уставлена Рождественскими блюдами. Андромеда и Тед хлопотали у плиты, готовя салаты, гарнир и закуски.       После принесённой весточки от Молли о выздоровлении Артура и его возвращении домой всё стало на свои места. Тёплая семейная атмосфера возрасла вновь в стенах дома, позабыв о тех страшных минувших днях.       Вечер подкрадывался к магической Великобритании, незаметно окутав окрестности в мрак темноты, загоняя солнце за горизонт. Маргарет дурачилась с Ним, что по щелчку пальца меняла свою внешность, пока шатенка подметала коридорчик второго этажа.       Держа в руках тряпку, Дора вовсе забыла о просьбе матери протереть пыль, строя разные гримасы под хохот Блэк, что почти сложилась пополам от смеха.       Отправив тыквенный только что испечённый пирог совой в Нору, вложив под ленту пожелание и поздравления на сложенном вдвое пергаменте, темноволосая волшебница в лице Андромеды устремила взор глаз на супруга. До их ушей доносился звонкий хохот двух волшениц, что затеяли уборку.       – Вот и как не любить их? – смеясь, протянул мужчина, помогая жене поставить в печь сырую утку.       – А вот угадай теперь кто это.       Черты лица синеволосой волшеницы стали мягче, превращая лицо в более круглое. Волосы стали не доставать до плеч, завиваясь упругим локоном. Стянув из ящика розовую атласную ленту, она обвязала шею ей, завязывая на конце бантик.       – Корнелиус Фадж! А вот наш Министер Магии! Согласно уставу... – парадируя, Ним выдавливала строгость и серьезность.       – О, Мерлинова борода, Долорес Амбридж, – крутя головой, засмеялась она, показывая всем видом, что персона министерской штучки ей противна.       Она высунула язык, скрестив руки перед собой в знак протеста.       – Угадала! А это кто..       Звонкий смех эхом разносился вдоль стен дома, указывая на то, что девушкам вовсе не скучно заниматься уборкой.       Ближе к шести вечера в дверном проёме появилась светлая макушка с охапкой праздничных пакетов.       Мар наперегонки с Ним бросились по ступенькам в коридор первого этажа, встречая приглушённую гостью.       – Луна, здравствуй, – протянула хозяйка дома, промокнув сырые ладони кухонным полотенцем.       – Здравствуйте, миссис Тонкс, – мягко улыбнулась Лавгуд, устремив взор глаз на спускающихся почти куборём двух волшебниц.       – Приехала! – воскликнула Меган, обвивая шею подруги и помогая ей стянуть с макушки шапку, что уже почти упала на пол от стремительных и жарких объятиях Блэк.       И теперь же по дому разносились уже воскликли трёх голосов, что принадлежали молодым волшебница, и тихие смешки супругов.       Маргарет стояла у плиты бок о бок с Луной, пока Нимфадора помогла родителям накрывать стол.       – Поговорила с отцом? – прошептала тихо шатенка, раскатав тесто, пока когтевранка присыпала его мукой.       – Поговорила. Он пообещал мне, что пасхальные каникулы мы проведем вместе. Папа сказал, что хочет свозить меня на них в Норвегию или Ирландию. Конечно, он предложил съездить на рождественских, сказав, что отменит для меня все свои планы, но я уже пообещала Дэйвону, что приеду к нему. Мы с моего детства с ним хотели вместе путешествовать, – улыбнулась Лавгуд, светясь от счастья.       – Я так рада за вас, – прошептала Блэк, целуя подругу в щёку, оставляя пальцем на щеке белый след от муки.       – Эй, родная, это война? – пролепетала она, стирая с лица след, а после провела пальцем по горстке, рисуя на лбу волшеницы снежинку.

***

      – Счастливого Рождества! – эхо голосов пролетело по блеклой гостиной, что переливалась в свете разноцветных гирляд.       – Ура, – прикинула Нимфадора, вознося высоко вверх бокал шампанского.       Чоканья, поздравления, объятия. Огромный стол был накрыт рождественскими блюдами, над которыми трудилась вся семья. Запечённая утка, салаты, закуски, тарелки фруктов, сладости, выпечка.       Под пышной ёлкой под бой куранотов по волшебства появились подарки для каждого члена семьи. Разноцветная упаковачная бумага с атласными лентами и небольшими именованными записочками.       Барный стол с каждым мгновением заполнялся неровными стопками письм, которые совы приносили в дом семьи Тонкс.       Мужчина отошёл от стола, командуя волешницами: «Ставайте около ёлки с бокалами, я сфоткаю вас. Улыбайтесь!»       Андромеда встала в центре по обе стороны от неё выросли две волшебницы в лице Маргарет и Луны, Нимфадора присела на корточки, поднимая руки над головой. Смех, поздравления, улыбки.       – Все кричим «ура» на три, два... – поднося к лицу колдоаппарат, шептал старший Тонкс, – Один!       Семья была в сборе. Крепко обнявшись, они широко улыбались, насложлаясь моментом.       Ясная вспышка осветила гостиную. Колдоаппарат запечатлил прекрасную картину: Маргарет чмокнула в щёку Нимфадору, Луна обнимала Андромеду, а Нимфадора поставила рожки гриффиндорке и когтевранки, громко хохоча.       Выбежав в заснеженный сад, в руках у каждого появились бенгальские огни, что ярким блеклым зашипели, озоряя золотистыми искорками все в округе.       Ясная самая искренняя улыбка не сходила с уст Блэк в эту чудесную ночь. Загадав самое заветное желание, она закрыла глаза, тая надежду на его исполнение.       Супруги Тонкс ушли обратно в дом, как только три волешницы упали за руки в сугробы, хохоча и делая снежных ангелов.       И вновь традиционные снежки и лепка снеговиков. Едкий холодный снег забирался под одежду волшениц, что пищали и смеялись, не сдаваясь. Несколько снежков прилетели Маргарет в шапку, что та слетела в сугроб.       – Эй! – воскликнула она, догоняя смеющуяся Нимфадору, что с помощью магии забрасывала двух учениц снегом, – Луна нападай на неё! – крикнула Мар, когда Лавгуд окружила опешенную Тонкс.       Две тушки повалили Ним в сугроб, на что та утянула их за собой, заставляя нырнуть в снежный покров.       Звонкий хохот эхом звучал по окрестностям Великобритании. Небосвод в эту тайнственную ночь был усыпан яркими серебристыми звёздочками. Морозный воздух щипал лица, покрывая тела толстой корочкой.       – Боже! У меня весь капюшон в снегу! – пискнула Лавгуд, ежаясь от холода.       – А у меня все ботинки промокли, – болтая ногой, прошипела сквозь стук зубов о друг друга, Блэк.       – Как же я по вам и по таким дням скучала! Мои любимые! – притягивая за шеи у себе, шептала беззаботно Ним, на что Блэк истошно завопила.       – Аа, ты вся сырая! Я сейчас окоченею! Мерлин всемогущий, – лепетала та, заставляя двух волшениц смеяться в голос.

***

      Самое любимое время рождественской ночи – глубокая ночь, проводимая у камина под тихие разговоры и сладости.       Натянув на красное тело сухую одежду, Нимфадора и Луна прыгнули на мягкий ковер у камина, греясь в объятиях, укутав тела пледами.       Маргарет же стояла у окна, держа в руках букет любимых цветом – красные бутоны ещё не до конца раскрылись, но сладкий запах уже наполнял комнату. Вытянув из центра небольшую записочку и пробедав взглядом по ней, она расстаяла, понимая от кого этот подарок:       «С Рождеством, любимая! Ты была права, в эту ночь сбываются чудеса»       Она прижала к груди записочку, склонив голову к деревянной оконной раме, вглядываясь в собственное отражения в окне, за которым кружилась и игралась вьюга. Дурацкая улыбка въелась кожу лица, а в голове невольно возник образ возлюбленного.       – Мэг, хватит там мечтать, прыгай к нам, – проворковала Тонкс, похлопав по ковру рядом с собой.       Разослав поздравительные письма, Маргарет выпустила Мэя на улицу, зашторив тюль, радостно двинулась в сторону подруг, что сидели в её спальне, шурша упаковками от сладостей.              Пробившись меж двух волшебниц, Мар оказалась в их объятиях. Долгие томные разговоры тянулись до утра: каждая рассказывал о чём-то своём, делясь всем произошедшим. Приготовленные блюда стояли рядом с ними, к которым они время от времени возвращались, чокались бокалами и загадывали желания. Не обошлась эта ночь и без гаданий на картах, которыми прекрасно владела Лавгуд.       Девчачьи слетни, настольные игры, пицца, колдографии.       Вьюга за окном поднимала снег, играясь с ним в танце. Мороз ударил по окрестностям Лондона, рисуя на окнах инием узорчатые рисунки. Гул ветра переплетался с треском дров в камине, что к утру вовсе погас, наполняя комнату лишь сонными голосами волшениц. Их хохот и голос шептался до первых лучей, а после затих, давая черед сопению.       Упав на мягкий ковёр, волшеницы укутавшись в тёплые одеяла, сомкнули глаза. Яркая пышная ёлка всё ещё мерцала огнями, письменный столик наполнялся стопкой писем от разных адресатов для юной волшеницы, а рядом оставлялись подарочные коробочки.       Тиканье часов. Три девушки лежали в объятиях друг друга, видя сны. Андромеда и Тед, зная, что волшеницы всю ночь на пролёт проболтали, завтракали без них, обсуждая приглашение от Сириуса на званный ужин членов Ордена Феникса.       На столе возникли ещё два букета: белые лилии и красные розы. Один букет был отправлен дядюшкой Блэком, который из стен Министерства поздравлял юную племянницу с праздником, а второй от Кормака Маклаггена.

«Дорогая племянница. Я поздравляю тебя с этим замечательным праздником. В эту ночь нужно загадать самое сокровенное желание и оно обязательно сбудется. Напоминаю тебе о том, что ты приглашена в Блэк-мэнор на званный ужин. Площадь Гриммо, 12. Буду ждать тебя вместе с семьёй Тонкс, хочу уверить тебя в том, что семья Уизли также приглашена. Буду рад, если останешься погостить в стенах дома.

Сириус Орион Блэк»

***

      Следующий день после Рождественской ночи прошёл спокойно и медленно как по течению. Маргарет распрощалась с когтевранкой, желая ей хорошего времяпровождения с любимым Марксом в Скандинавии.       День проходил в обсуждении прошедших учебных дней в стенах Хогвартса. Блэк поделилась с семьёй своими успехами в учёбе и в шалостях, повлекших за собой тонну отработок.       В кругу семьи проходил ужин. Семейный очаг тлел тёплым дымком по периметру белокаменного дома, согревая жителей. На коленях у гриффиндорки мурлыкал пушистый кот, что свернулся в клубок на её коленях.       – Завтра Сириус позвал нас к себе отпраздновать прошедшее Рождество. Семья Уизли то же приглашена, как и челны Ордена, – протянула Андромеда, напоминая двум волшебницам о вечернем визите в гости.       – Мм, возможно там будет и Чарли, – играя бровями, шикнула Блэк на ухо синеволоски, что мигом стукнула её по ноге, возмущённо сгорая от стеснения, заставляя ту подаваться смешком.       – Ну-ка тише, – прыснула Тонкс, грозя шуточно той рукой.

***

      Тяжёлые дни в Министерстве не позволяли макроборцам опустить руку и работать спустя рукава. Обложив себя работой, они постоянно не вылезали из стен Министерства, лишь сменяя пост с рутинной защиты стен Министерства Магии на патруль улиц магической Британии.       Сириус Блэк занимал немаловажный пост в стенах здания. Стоя наверху иерархии, он руководил Авроратом, пресекая любую самодеятельность, борясь с тёмными волшебниками. В его обязаности как главы мракоборцев стояла задача помимо того, что нужно было ловить тёмных волшебников и ведьм, нужно было наставлять и следить за подничёнными, раздавая приказы.       Красивый черноволосый мужчина средних лет не покидал ледяные стены учреждения, работая не покладая рук. Рождественские будни стали обыденностью без той искринки в душе.       Пустые стены дома впервые за долгое время появились перед глазами Сириуса, что наконец-то смог получить выходной день. Серые, глухие, пустые стены веяли сыростью. Дом запустился паутиной, точно тоскуя по хозяйну.       Блеклый свет по повиновению руки зажёгся в трапезном зале. Пройдя вдоль тёмных коридоров, Блэк старший устало уселся за стул, откидывая тело на спинку. Поверхность стола из драгоценного девера покрылось толстым слоем пыли, от которой дышать становилось тяжелее.       Проведя рукой по тёмным волосам, бывший гриффиндорец тяжело вздохнул, вытягивая из кармана брюк потрёпанную пачку сигарет, откидывая с глухим шумом в центр стола. Домовик бродил во мраке дома, неспешно передвигая шершавыми ногами по полу.       Завтрашним днём стены и залы дома вновь наполняться шумом голосов, смехом, чоканьем бокалов. Но сейчас тяжёлая голова была занята мыслями о прошедших нелёгких днях.       Вытянув из пачки тонкую сигару, он мигом зажёг её кончик, сжимая между сухих губ. Лазурные глаза устремились в потолок, задрав голову вверх, он выпустил едкий пар изо рта. Сигаретный дым въедался в стены потрёпанной трапезной.

***

Днями ранее

23 декабря 1995 года

Больница Св. Мунго

      Выпал случай выбраться из бездны работы, но не счастливый. Вечером на кануне предрождественской ночи, Сириус вместе с некоторыми членами Ордена отправились по приказу Фаджа проверить мистера Уизли, что прошлой ночью был доставлен в стены госпиталя в ужасно неутешительном состоянии.       Встретив Молли у кабинета, что судорожно перебирала подол платья, не находя себе место. Она прекрасно знала, что целители не могли пустить её в палату, потому просто в ожидании чуда сидела то в зале ожидания, то под дверью белоснежной палаты.       – Не пускают? – протянул Ремус, проводя рукой по щетине и присаживаясь рядом с огненноволосой волшеницей.       – Часы приёма были выделены утром, поэтому я даже не спрашивала разрешения. Не могу дома находиться, поэтому просто здесь.. – шептала сквозь слёзы та, поджимая губы от горечи, что переполняла её.       Блэк безэмоционально и устало оглядел узкий коридор, встречаясь взглядом с подчинённой волшеницей: Гестией Джонсон, что мигом поймав взгляд мужчина, качнула головой, усаживаясь к миссис Уизли и предлагая ей всё же отправиться домой и отдохнуть.       Под тихий, но настойчивый голос черноволосой волшеницы, Молли отнекивалась, но всё же двигалась с Гестией в сторону выхода.       Поймав в узком коридоре целительницу в ярко-лимонном халате, Кингсли в привычном себе синем плаще привлёк внимание затуманенной женщины.       – Нам нужно попасть в палату к мистеру Уизли, – начал тот, уже ища по карманам удостоверение о том, что является работником министерства, на что был прерван точно вызубренной, бездушной, скомканной фразой.       – Шестая палата, – бросила она, сверкая округлыми глазами.       Блэк, поймав озадаченный взгляд Кингсли, проводил целительницу взором светлых глаз. Кивнув головой, он сдвинулся с места, направляясь в сторону нужной палаты.       Шум и суматоха сбивала с ног нескольких волшебников, что в тёмных мантиях двигались по узкому коридору больницы. Из нужной палаты пулей вылетела одна из целительниц, что запыхалась, захлопнув за спиной дверь.       Выгнув бровь, Блэк задал безмолвный вопрос, пробегаясь проницательным взглядом по лицу женщины, что была точно напугана и удивлена.       – Вы от Корнелиуса Фаджа? – стараясь подавить эмоции, пролепетала судорожно она, а после открыла перед их лицом палату, приглашая зайти.       У койки с больным стояло ещё несколько работников, что с точно такими же лицами стояли над Артуром.       – Тебе не показалось, что прошлая целительница была под чарами? – прошептал Люпин на ухо Блэка, на что тот ничего не ответил, хмуря брови от острой боли в висках.       И всё же чары Маргарет были ещё грязны, заметны, неопытны и видны невооружённым взглядом сильных волшеников.       – Что за сумотоха? – протянул уверено бывший гриффиндорец, остановив за плечо целительницу, что сжимала в руках папку с бумагами, – В чём дело? С ним что-то не так?       – Это чудо, сэр.. Его раны затянулись и он полностью здоров. Ещё утром его состояние было критическим. Он буквально был на лезвии, балансируя на грани.       Блэк ещё пуще прежнего схмурился, проводя ладонью по щетинистой щеке. В его голове что-то не складывалось. Взор глаз невольно упал в угол комнаты, где скомкано валялось полотенце заляпанное и залитое кровавыми пятнами, что точно переливались в лучах солнца, мерцая серебристым оттенком.       – Как это возможно?       – Магия не меньше.. Я передам министру магии о том, что завтра уже выпишем его домой.       – Колдоство? Чьих это рук дело?       – Это уже не важно, Сириус, главное, что Артур жив.       – Это важно, возможно это тёмная магия, которая хорошего в себе ничего не несёт. Если это так, то хорошее состояние по повиновению руки Тёмного Лорда может не увенчаться чем-то хорошим. Всё не так просто.. – ответил он, отходя в угл палаты, поднимая кровавое полотенце.

***

      Сжимая в руке коробочку, обвязанную атласной лентой, с только что испечённым малиновым пирогом, Маргарет с семьёй Тонкс шагала по заснеженной улице в самом сердце Лондона. Снежный вихрь одарял тела едким морозным холодом, покрывая их кожу грубой коркой.       Площадь Гриммо была пуще остальных завалена снежными сугробами. Вечер затягивал столицу Англии в темноту, что укрывала улицу ровно после того, как стрелки пробьют четыре.       Двери мэнора открыл домовик, приглашая гостей войти в дом, наполненый запахом воспоминаний о судьбах семьи Блэк. Тонкс прибыли одними из первых, ведь ранее дали обещание помочь старшему из Блэк с званным ужином.       Меган медленне всех стягивала с тела верхнюю одежду, ставя на дубовый комод выпечку. Взор глаз с особым вниманием пристально оглядывает стены дома, по которым она соскучилась не меньше, чем по дому Тонкс. Особая магия витала в доме, когда в нём оказывались представители древнего рода Блэк. Дом точно оживал.       Пальто Мар повесила на крючок, стягивая с ног кожанные ботинки. Сумку с вещами она поставила у двери, ведь пообещала Сириусу остаться на день-два в гостях.       Прислушавшись к голосам в зале, можно было легко понять, что они прибыли не первые, но все гости ещё только подтягивались.       В ногах у девушки стоял домовой эльф, изучая округлыми глазами девушку, будто впервые видел её.       – Мисс Блэк.. – зашептал он, заставляя гриффиндорку вскинуть брови.       Ныне Кикимер никогда не называл так волшебницу, скверно и с предвзятостью относясь к ней. Но теперь в его голосе что-то изменилось. Он с горящими глазами впился в волшебницу, щебеча что-то под нос.       – Мисс Блэк стала представительницей рода великой семьи Блэк. Знала бы об этом хозяйка, миссис Вальбурга Блэк, она бы гордилась вами..       Шатенка застыла, вслушиваясь в монолог домовика, что незамысловато и невзначай беседовал с собой.       В коридоре появился силуэт высокого темноволосого волешника, что с мягкой улыбкой встретил горячо любимую племянницу.       – Меган, здравствуй, – прошептал мужчина, обнимая племянницу за плечи, сковав в родственных объятиях.       Перед ним стояла племянница с тёмными струящимся волосами, горящими изумрудными глазами и четкими острыми чертами лица.       – Выросла то как. Изменилась, – проводя рукой по макушке, произнёс он, вглядываясь в новую волшебницу перед собой.       – Здравствуйте, дядюшка, – радостно протянула она, мягко улыбаясь, – Семья Уизли ещё не приехала?       – С минуты на минуту прибудут, – качая головой, ответил он, приглашая волшебницу пройти в зал.       Кикимер шёл по пятам за прибывшей волшебницей, причитая и восхваляя ту.       Родимые стены мэнора были украшены к прошедшему Рождеству и будущему празднованию Нового Года, ночь на которую все члены Ордена вновь проведут в стенах кабинетов министерства магии на своих постах.       На диванчике обшитом дорогой тканью, привезённой из Франции, раскинулись двое волшебников в лице Люпина и Грюма. В зале у полки с книгами задумчиво стоял Кингсли на пару с Гестией. Нимфадора, отделившись от матери и отца, что проследовали с Блэком старшим в кухню, изучала с интересом пианино, проводя кончиком пальца по клавишам.       Маргарет переступила порог кухни, ставя на край бордовой скатерти длинного стола испечённый пирог. Трапезный стол заполнялся рождественскими блюдами, раставлялся сервиз, кухонные приборы. Аромат хвойных деревьев и цитрусов витал в разряженном воздухе.       В этот вечер можно было расслабиться и по-настоящему отдохнуть в кругу приятной компании и родных людей, отпраздновать прошедшее Рождество, вспомнить былые времена.

***

      Гости время от времени подтягивались к назначенному времени. Следом после семьи Тонкс на площадь Гриммо попало и семейство Уизли.       Маргарет долго упрашивала Ним всё же спуститься вниз и поприветствовать гостей, в лице которых точно был бы Чарли Уизли, на что Тонкс долго отнекивалась, говоря, что хочет поваляться на кровати и почитать книгу. Но всё же была стянута гриффиндоркой к подножью лестницы.       У входной двери стоял старший близнец, что стягивала с тела куртку. Юная волшебница мигом оказалась рука об руку с ним, приветствуя его и поздравляя с прошедшим праздником, на что мигом была утянута в крепкие объятия и легкий морозный поцелуй.       – Получил мой подарок? – гордо поднимая головой, поинтересовалась она, вскинув взор озорных глаз вверх.       – Матч по квиддичу был изумителен, спасибо, – протянул Фред, вспоминая как днём ранее в Джо побывал вновь на чемпионате по квиддичу между Болгарией и Финляндией, билеты на который Маргарет подарила в качестве рождественского подарка.       Нимфадора медлено спускалась по ступенткам вниз, привлекая на себя внимание.       – Чарли приехал? – невзначай поинтересовалась Блэк, переводя взор глаз с сестры на возлюбленного.       – Он с Биллом опаздает. Им нужно дождаться Рона с Поттером и Грейнджер и доставить их на Гриммо.       – Слава Мерлину, – пролепетала синеволосая волшебница, теряясь за поворотом.       – Что с Ним? – вскидывая брови, протянул Уизли, провожая её спину взором карих глаз.       Блэк не успела и открыть рта, как голос Тонкс её перебил: «Не смей ничего говорить, Мар!»       – Я тебе всё потом объясню, – шепотом ответила Блэк, на носочках дотягиваясь до уха волшебника, – Вы пока с Джо можете разместиться. Как мистер Уизли? – последней вопрос она задала очень тихо и скомкано, пряча взор глаз.       – Не поверишь, но все замечательно. Мэг, это чудо. Есть конечно некоторые увечия на теле, но это пустяки. Мы были на седьмом небе от счастья, когда Кингсли отправил нам письмо с тем, что отца выписывают, – с улыбкой на лице рассказывал юноша, радостно вещая весть.       – Слава Мерлину, что всё именно так.

***

             Пока Фред и Джордж под руководством Доры располагались в одной из спален дома, Маргарет вернулась в трапезную, усаживаясь за край стола. Мягкая улыбка расплылась на её лице, в объятиях она стягивала приготовленный подарок для дядюшки.       Подняв голову, взор глаз зацепился за растянутые над потолком гирлянды и флажки с новогодними рисунками. Небольшая ёлочка стояла в углу кухни рядом с плитой, где готовились последние блюда под чутким руководством Кикимера.       Кухня была пуста. Шум бурления воды на плите, гул ветра за окном, приглушённые голоса. В трапезную вошла рыжеволосая волшебница, что пару мгновений назад вела беседу с Андромедой.       – Здравствуй, Меган, – мило и приветливо протянула волшебница в то мгновение, как в кухне появился силуэт ещё двух волшебников.       Сириус помогал Артуру спуститься через несколько ступенек, что отделяли соседний зал от трапезной.       Взор глаз Маргарет приковался к мужчине, что был ещё немного слаб. Его голова была обвязана белым бинтом, а на лице ещё мерцали блеклые шрамы, что не убирались обычными мазями.       Мистер Уизли что-то говорил Блэку старшему, пока тот помогал ему усеться за стол.       – Совсем скоро сядем за стол, – протянул Сириус, обращаясь к шатенке.       Артур поднял взор глаз, встречаясь с изумрудными глазами юной Блэк. Он изменился в лице. Карие глаза его впились в черты лица гриффиндорки, точно пытаясь воспроизвести утеряные воспоминания. Маргарет под пристальным взглядом застыла, точно чувствуя что сейчас что-то будет.       Она не двигалась, позволяя волшебнику изучить её. Молчание было оборвано тихим и спокойным голосом Артура:       – Спасибо тебе, без тебя я бы не выкарабкался. Твоя магия стала моим спасением, – наконец обмолвился он, отлично помня Маргарет и то, что она сделала в тот день, когда проникла в палату.       Перед его лицом возник образ волшебницы, что в тот день над тушкой его тела порезала ладонь, делясь целительной кровью, что как расклалённая сталь коснулась рваной раны на его теле.       Его слова были едва услышаны, но для Мэг они вонзились остриём. Она осознала в это мгновение, что не стёрла это воспоминания из его сознания, раскрывая себя.       Приоткрыв сухие губы, она молчала, понимая к чему сейчас это приведёт. Ком в горле перекрыл доступ к кислороду. Страх окутал её тело точно оковами из толстых веревок, что стягивали её.       Взор голубых глаз старшего Блэка перевелись на волшебницу, что всё ещё в смятении безмолвно сидела за столом. Она закрыла глаза в надежде, что это всё сон.       Сириус изменился во взгляде. Всё в его голове встало по местам. И теперь перед ним сидела не юная волшебница в лице Маргарет Блэк, а точня копия его кузины – Беллатриксы Блэк. Её глаза, её волосы, её лицо, её сила, её характер.       – Маргарет? – прошипел мужчина, заставляя Блэк поднять взор потерянных глаз, – Ты рехнулась?       Он оказался у её тела, грубо хватая за основание руки, впиваясь пальцами в лопатку. Обвив руку волшебницы, он резво утянул её в отдельную комнату. Злость вспыхнула в нём.       Ураган его мыслей и эмоций сметал всё на своём ходу.       Тело гриффиндорки было вжато спиной в стену с узорчатыми обоями древа рода Блэк. Лопатки примкнули к холодной шершавой стене, что чувствовала все неровности дома.       Блэк впилась взором своих зелёных глаз в разгневанного волешника, пальцы которого больно сжимали хрупкие плечи девушки, сдавливая их. Разница в росте, заставила ту вскинуть голову вверх, бегая взором глаз по лицу Сируиса.       – С каких пор ты стала тёмной волшеницей! – истошно завопил он, заставляя Маргарет остолбенеть точно от чар, – Магия крови?       Блэк оскалил зубы, вдавливая тело юной ведьмы в стену. Маргарет впервые видела его таким. Он был зол, раздражен. Из него выплёскивался гнев и непонимание. Его безумные глаза как лезвие вонзились в горло Блэк, что была окована неизведанным чувство страха и не понимая.       – Ты связалась с ней! Вылитая копия Беллатрикс. Ты рехнулась или поехала умом раз овладела тёмным искусством под её руководством! – сокращая дистанцию, не унимался мужчина, не сводя глаз с глаз шатенки.       Множество вопросов вихрем витали на его кончике языка. Он не знал, когда племянница осмелилась ослушаться его, не знал как Беллатрикс связалась в ней, не знал какая сила теперь крылась в теле и разуме Блэк.       В его глазах перед ним стояла ненавистая кузина в лице средней из сестёр Блэк. Тёмная волшница, виртуозница, ведьма, в которой смешалась самая разная магия.       Маргарет стояла в смятении под гнётом звона голоса Сириуса Блэка, что стирал её плечи под своим хватом в порошок.       Его громкий голос эхом разносился по корилома дома так, что каждый слышал то о чём он спрашивал гриффиндорку.       – Это не тёмная магия! – наперекор воскликнула Маргарет, бегая глазами по лицу мужчины, – Это моя магия.       Горячий пыл шёл от волшебника, что специализировался и даже стал помешан на борьбе против тёмных искусств. Но ещё больше он был помешан на ненависти к Беллатрикс, что никогда не была ему близка и любима. А теперь её места заняла горячо любимая племянница – Маргарет.       – Какого чёрта! Маргарет! – кричал он ей в лицо, тормоша за плечи.       – Это моя магия! Я ведьма! – кричала она, сквозь брызнувшие слезы.       – Блэк, ты с ума сошла, – зашипел волшебник, почти коснушись лба гриффиндорки подбородком, – Зачем ты приняла это проклятие на себя?       – Это дар, а не проклятие, – прошептала она, кривя губы от ненависти, что перепоняла её, кроя голову.       – Ты должна была отречься от неё! Тёмная магия порочит твою кровь! Маргарет! Тёмная магия убьёт тебя.       – Это не тёмная магия! – срываясь на крик, она поддалась вперёд, на что была охвачена крепкими руками темноволосого мужчины.       – Какая же ты упрямая как твой отец! Как Беллатрикс!       Маргарет застыла, заострив взор глаз на светлых глазах волшебника, что некогда стал ей родным. Вновь надежда на семейное счастье раскалолось.       – Зачем ты приняла эту магию? – сжимая её тело до боли, воскликнул он, вновь видя перед собой черноволосую кузину с ведьменским даром.       – Не приняв её, я бы была осквернена духами рода, – прошипела она, пытаясь вырваться из его хватки.       – Всё лучше, чем ходить под Тёмным Лордом, – шикнул он, острым взором глаз режа кожу волшеницы.       – Я не тёмная волшебница! Это моя магия! Это мой дар! – стянув ладони в кулак, она стала бить мужчины по груди, пытаясь вырваться из его сдавливающий мертвой хватки, – Пусти же меня!       – Ты идиотка, раз поверила Беллатрикс. Она была и есть приспешницей Реддла. Теперь ты в их западне. Лучше бы ты была осквернена духами рода, чем станешь одной из пожиратели смерти, чьи руки по локоть в крови невинных людей.       – Я спасла мистера Уизли! А что сделали вы? – не выдержав, крикнула Блэк, – Я сделала это, чтобы Фред не потерял отца. И только поэтому. Во мне не было злых побуждений.       Блэк старший отступил. Взор его глаз потух, когда он изучал силуэт волшебницы перед ним. Маргарет тяжело дышала, грудь её вдымалась то вверх, то вниз. Она не сводила взор глаз в пол.       – Я не готов видеть в стенах своего дома вторую Беллатрикс. Не будь в тебе этой гнусной магии крови, что погубит не только тебя, но и всех вокруг. Уходи, – твердо произнес он, не жалея о сказанном.       Лицо волшеницы вспыхнуло, а после резко побледнело. Она не могла выдавить ни одной эмоции. Стоя перед ним, она забыла как чувствовать, забыла как проявлять бушующие в ней эмоции. Холодный взор глаз стеклянно не сводился с силуэта черноволосого волшебника с тёмной щетиной на щеках и туманным взглядом лазурных глаз, что теперь ненавидили Маргарет с её магией, что телка по ценам юной леди.       Старший Блэк невольно взглянул в центр радужки, видя в них отрожения самого себя только пару лет тому назад.

***

19 июля 1975 года

Дом семьи Блэк

Площадь Гриммо, 12

      Дом трещал по швам от злобного шипения миссис Блэк, что надменно вскинув подбородок вверх, оглядывала собственногг сына, что терял контроль над своим телом и разумом.       Черноволосая волшебница бездушно, скрестив руки на груди, сверху-вниз оглядела последний раз старшего из сыновей, повторяя вердикт:       – Убирайся вон из моего дома. Не будь ты упрямым козлом, то ты купался бы в золоте и в овациях. Мы дали тебе всё, чтобы ты встал на ноги, прося лишь уважения нашим взглядам о чистоте крови, – её чёрные как бездна глаза небрежно пробегались по стенам горячо любимого дома, разгадывая обои с выученнымм наизусть членами семьи, – Приняв бы сторону Милорда, ты бы стал вторым после Реддла, захватив власти в мире, заставив всех ходить под тобой. Но ты упрям и глуп до этого.       Юный волшебник стоял перед матушкой, теряя навык говорить и дышать. Он потерял частичку себя в этот вечер, зная, что всё к чему он прикасается рассыпается как песок в его руках.       – Ты мне не сын. Я не потерплю твоего присутствия в стенах моего дома. Рядом с Регулусом, – её рука поднялась над головой, стягивая пальца к центру ладони.       На стене портрет юного волешника с английской подписью имени «Сириус Орион Блэк» покрылось чёрным обугленным пятном. Вальбурга выжгла старшего сына с древа рода, изгнав его из семьи.       – Ты – моя мать, не только мать Рега! Ты отвратительна, упряма и заносчива! – шикнул Блэк, скривив верхнюю губу от отвращения, – Я никогда бы не поступил так со своими детьми, как это делала всё моё детство ты. Ты должна была стать моей опорой, мои стержнем, а не той, кто будет рушить во мне меня.       Слезы на щеках его иссохли. Он ненавистно бросил взгляд на нетрогнувшую бывшую слизеринку, что точно заткнув уши, спокойно провожала взором глаз тень на полу.

***

      Темноволосая ведьма обомлела. В её голове всё ещё эхом отражались сказанные слова от такого родного человека, в котором она дыши не чаила. Взор её изумрудных глаз погас.       – Ты отвратителен. Ты ведь и сам когда-то был в рядах Тёмного Лорда. И любил его самую главную приспешницу – Аврору Грант. Она была достойна твоей любви, а я нет? – бросила она, уверенно покидая душную комнатку.       Стук её каблуков, подаренных тётушкой, разносился по деревянному паркету, но был прерван. Она оказалась на светлой кухонке, где собрались в невольном молчании все гости, что в тот момент находились на площади в ожидании званого ужина.       Блэк была перехвачена в кухне миссис Уизли, что грозно обхватила её руку, притягивая шатенку к себе.       – Какое проклятие ты наложила на моего мужа! Какое проклятие ты наложила на моего сына, на Фреда? – гневно воскликнула она, испепеляя взором глаз бледнолицую волшебницу.       Маргарет видела перед собой её красное от гнева лицо, чувствовала как она до боли сдавливает её запястье, считая её темной волшеницей. Молли относилась к гриффиндорке скиптички, но именно этот разговор, что она уловила кончиками ушей, заставил её перейти линию дозволенного и высказать все свои домыслы той в лицо       Взор глаз прошёлся вдоль по стенам, где собрались ещё несколько людей, что с ужасом наблюдали за картиной: Ремус Люпин, Андромеда и Тед Тонкс, Артур Уизли, Нимфадора Тонкс. И Фред, что последний пришел на шум. Они услышали каждую мелочь в разговоре, что эхом разносился по стенам, заставляя их расходиться по швам.       Андромеда стояла в самом углу трапезной, со стеклянными глазами оглядывая любимую племянницу, что попала под гнёт разгневанных волшеников. Она как никто другой понимала её, зная судьбу темноволосой волешницы со всех сторон.       – Это девчонка предательница? – воскликнул Грозный Глаз, рассекая воздух рукой, но был остановлен рукой старшего Тонкая, что пригрозил тому взором глаз.       Блэк резво вырвала своё запястье из хватки, ненавистно шепча:       – Вам бы только обвинить кого-то. Я не тёмная волшебница и никогда ей не была. Чтобы ещё раз я помогла кому-либо. Раз я ненавистна вам, то вы меня никогда не увидите в рядах Ордена Феникса. Я лучше буду сама по себе, чем с теми, кто не уверен в моей верности. Не уверен во мне.       Празднование оборвалась печально. Она покинула кухню под ор Молли, что обвиняла ту во всех смертных грехах, уверяя себя и всех, что та околдовала их всех, задурманив головы и разумы.       – Твоя магия убьёт всех! Сначала ты водила за нос нас, что отдана Марксу, крутя роман с моим сыном! – рыжеволосая женщина была разгневана и громка речами, – Ну теперь ты решила сыграть в благодеятельницу. Нам не нужны подачки последовательницы тьмы.       Она кричала что-то вслед девушке, что застыла в дверном проёме, что разделял её трапезную и гостевой зал. Блэк стояла к ним спиной. В ушах стоял шум. Взор пустых глаз смотрел вперёд, впиваясь в стены дома, что гнили под гнётом голосов.       – Вы ничего обо мне не знаете! Вы знаете моё имя, но не мою судьбу, – протянула Маргарет, оборачиваясь через плечо, прыснула она, – Можете не утруждаться более и не срывать на меня свой голос. Вы мне ненавистны.       Она бросилась прочь из стен дома, оставляя после себя шлейф духов и горькое послевкусие на кончике языка.       Огромная пропасть выросла позади неё. Раскол. Со стула, где ранее сидела волшница, упала подарочная коробочка. Дребезг разбитой фарфоровой кружки привлёк внимание всех, кто стоял в смятении по периметру кухни. Входная дверь хлопнула. След юной ведьмы простыл.