Глава 90 «Горькая правда»
23 ноября 2025 г., 22:31
Оледеневшие руки покрылись толстой грубой коркой. Юная волшебница в чём была вылетела из стен дома, наспех накидывая на плечи пальто, другой рукой вытягивая сумку, что стояла у порога.
Снежный вихрь обвил её замёрзшее тельце, что через силу перебирало ноги по сугробам. Сщурив глаза, Блэк петляла по тёмным улочкам Лондона, в надежде забыться в собственных мыслях.
На душе было поршиво, сердце скулило и рвалось. Кончик носа уже пестрил ярко-красным румянцем, а с сухих губ слетали клубки дыма, вырисовывая над головой узоры паром.
Глаза юной волшеницы были иссушены от жгучих слёз. Солёные дорожки застыли на её щеках, скрываясь в воротнике куртки. Задрав голову вверх, она поймала лицом несколько крошечных снежинок, что растаяли на её лице, несмотря на холод.
Длинная вымощенная камнем улочка, на которую забрела Блэк, была укрыта белоснежными сугробами. Пятиэтажный дома по обе стороны от дороги тянулись вдаль. Одернув голову, Мар, под ногами которой захрустел снег, сделала несколько шагов в сторону. Провела ладонью по заснежанной табличке, очищая её от снега так, чтобы увидеть название улочки «Оксфорд-стрит»
Взор глаз упал на белокаменный дом по правую сторону от дороги. Нащупав в кармане серого пальто связку ключей, о которых Меган позабыла, она двинулась вперёд.
– Оксфорд-стрит, дом 17, квартира 28 на третьем этаже, – вспоминая содержание записочки тётушки Нарциссы, Блэк перешагнула порог тёмного подъезда, поднимаясь вверх по каменной лестнице.
По тонким прутья перил скользила ладонь волшеницы. Она пролетала лестничные пролеты, лишь замедлив шаг на нужном ей этаже.
Дойдя до третьего этажа, связка ключей оказалась в ледяной руке волшебницы, что с трудом держала их, боясь выронить. Найдя нужную дверь, гриффиндорка шмыгнула носом, понимая, что её ждёт тёплая ванна и горячий чай.
Обернув золотистый ключ в замочной скажите, юная волшебница одёрнула ручку двери на себя. Перед ней открылся вид на тёмную квартирку в сердце Лондона, что когда-то принадлежала матери, а с этого дня ей.
Рука интуитивно скользнула по стене, выискивая включатель. Щёлкнув по нему, свет мигом озарил прихожую комнату. Пробежав оценочным взглядом, Маргарет вовсе во мгновение забыла, что произошло часом ранее, теперь её мысли были заняты другим.
Новая глава в жизни – новый дом. Светло-серые стены были весьма в хорошем состоянии. По правую сторону от входной двери стоял туалетный столик заваленный газетами, ненужными бумагами и вырезками из книг. Над дубовой поверхностью столика висело округлое зеркальце, что за прошедшие года покрылось толстым слоем пыли. Лишь с краю висела чёрно-белая колдография матери и отца, на которой они нежно улыбались друг другу.
Скинув с тела промокшие пальто на вешалку, Маргарет прошла вглубь квартирки. С первого взгляда было тяжело сказать, что квартира была одиноко оставлена более пятнадцати лет. Всё точно осталось на своих местах так, словно хозяин обители оставили её на пару мгновений.
Длинный коридор расходился в разные стороны. Толкнув ближайшую дверь, перед юной волшебницей оказалась спальня Миринды: стены были украшены минималистичными картинами, которые Джейн рисовала в годы своей молодости, аккуратно заправленная двухспальная кровать, фигурное изголовье которой касалось стены.
С промокших волос гриффиндорки падали капли воды, оставляя на деревянном паркете разводы.
Белые стены увеличивали спальню визуально в несколько раз. Окна в пол открывали вид на ночные заснежанные улочки Лондона. По бокам висели бежевые шторы, потянув за края которых можно было зашторить окно.
Мягкая перина прогнулась под телом волшеницы. Рука её оттянула включатель лампы на прикроватной трубочке, озаряя спальню блеклым тёплым светом. Мягкий ковёр под ногами грел замёрзшие ноги. На тумбочке стояли несколько свечей, мягкая игрушка и ваза с засушенным букетом гортензий, что уже обрели блеклый оттенок. Едва коснувшись лепестков, бутоны отпали, рассыпавшись в порошок, заставляя Блэк закусить губу.
Маргарет оставила за собой открытую дверь в спальню, проходя вдоль узкого коридора, выходя в гостиную комнату с балкончиком, что выходил на улочку. Сквозь закрытую прозрачную дверь было видно, что мраморный балкончик был засыпан по колено в снегу. Тонкие прутья, что отделяли балкончик от высоты в три этажа покрылись инеем. Вид на столицу Англии открывался безупречный: дома уходили в даль, точно маленькие крохотные детальки.
В углу стоял камин, к которому зеленоглазка мигом подошла, забрасывая дрова. Скрежет спички. И тёплые язычки пламени из камина уже согревали трясущуюся от холода Блэк.
Выпрямившись, она вновь оглядела гостиную: высокие фигурные узорчатые потолки, над которой висела люстра с тысячами стеклянных осколков была покрыта пылью, таршер с погасшей лампой стоял у серебристой тюли, журнальный столик был завален газетами и альбомами, мягкий диван укрывался бежевым пледом, что ровно и идеально был заправлен.
Не зацикливаясь долгое время на одном месте, Маргарет вновь вышла в коридор, проходя дальше по коридору, что привёл ту в кухню. Светлая кухонка была совсем крошечной. Когда тяжёлая голова волшеницы коснулась дверного косяка, перед глазами Блэк возникло новое воспоминания о родителях. Стены дома подпитывали воспоминания о своих бывших жителях новой владелицы.
На край круглого стола приземлился кудрявоволосый юноша под напором женских рук. Миринда сделала несколько шагов назад, открывая дверцы шкафчика, что висел над газовой плитой, где закипал чайник на конфорке.
Поднявшись на носочки, она прошарилась рукой по полке наконец вытаскивая плетённую корзинку с лечебными отварами и настоями трав.
Регулус в обычном спокойствие оглядел взором серых глаз уютную кухню, что вела ароматом только что приготовленного ужина. Проведя рукой по лицу, кровавые разводы расползались ещё на пол лица.
Но волшебник, несмотря на это, лишь усмехнулся, оглядывая Джейн что тревожно рылась в аптечке. Поддавшись вперёд, рука Блэка обхватила запястье волшеницы, притягивая её к себе.
– Да стой, дай обработаю! – строго протянула она, оказавшись лицом к лицу с возлюбленным.
Взор его выразительных глаз смотрел в её глаза, заставив в одно мгновение успокоить пыл и жар. Она выдохнула горячий пар ему в щёку, вновь уводя взор глаз в пол, усмехнувшись.
– Побочные эффекты разговоров с Сириусом, – усмехнулся тот так, что губы растянулись в улыбке, показывая белоснежные ровные зубы.
Русоволосая гриффиндорка свела губы в одну линию, вновь оглядывая кровавый след под носом слизеринца. Уложив горячие ладони по обе стороны на гладкие щёки юноши, она всё же провела ваткой по ране, заставляя волшебника зашипеть от едкой боли.
– Терпи, – шикнула она, пряча другую руку в чёрных волнистых волосах.
Блэк дерзко улыбнулся в ответ, тянясь за поцелуем девушки, обвив руки вокруг её талии.
Чайник на плите засвистел, вода с громким шумом выплеснулась на конфорку. Джейн вынырнула из объятий аристократа, проворачивая переключатель.
– Продолжим? – усмехнулся брюнет, когда гриффиндорка вновь оказась у стола.
– Да, нужно обработать тебе рану, – промакивая рану, пролепетала хитро она.
Маргарет оторвалась от дверного проема, возвращаясь в тёмный коридор. Она продрогла под мокрым снегом, что укрывал улочки Великобритании. Найдя ванную комнату, Блэк скользнула рукой по стене, находя включатель света. Плитка под ногами была ледяной, когда волшебница вступила за порог босыми ногами. Стенки ванны наполнялись горячей водой. Пышная пена укрыла гладь воды.
Блэк нужна была перезарядка и что-то тёплое после ужасно тяжёлого званного ужина.
***
Как только в доме затих и сошёл на нет голос шатенки, что со злостью хлопнула входной дверью, молчание и тишина поглотила кухонку, на которой стояли все находящиеся в доме. Молли, не договорившая проповедь своих мыслей, уселась за край стола, сщурив карие глаза в гневе. Сириус не сдвинулся с места, стоя в той же комнатке, где оборвался их разговор. Взор его пустых глаз зацепился за выжженый портрет младшего брата, ветвь от которого тянулась к его дочери Маргарет. Зелёные глаза волшеницы заискрили на портрете, впиваясь остриём в горло мужчины. Но в его ушах всё ещё отдаленным звоном стоял голос Блэк, что назвала имя его некогда возлюбленной «Аврора Грант», одно лишь её упоминание вывело Сириуса из сознания. Как только по периметру кухни стали расползаться слухи и домыслы о Маргарет Блэк, Фред грозно рассёк воздух хриплым твердым голосом: – Вы что творите? – разгневанно пролепетал он, когда на пороге появился темноволосый мужчина, что наконец-то оттаял от прежнего разговора с племянницей. – Фредди, – Молли поднялась на ноги, мягко и улыбчиво становясь рядом с сыном, – Она одурманела твой разум, – ладони её почти легли на плечи юноши, но мигом были грубо сброшены, заставляя миссис Уизли округлить глаза и раскрыть в недоумении рот. – Как волки набросились на неё, – брызнул он, обводя взором тёмных глаз каждого стоящего в трапезной, – А ты зачем полезла на рожон? – окидывая взором глаз рыжеволосую женщину, прошипел он, – Я люблю её, несмотря ни на что. Она помогла отцу встать на ноги, а это твоя благодарность? Молли осеклась, прикусив язык. – Поганая девчонка тёмная волшебница, – вступился Грюм, вновь пытаясь пройти вперёд, на что Тед вновь преграждает путь, твердого оглядывая его. – Как вы можете такое говорить о ней? – Нимфадора скривила губу от отвращения, когда из уст её кумира вылетели эти слова в адрес кузины. – На вашем месте вы могли бы просто поблагодарить её за то, что она исцелила отца, – Фред обвел взором глаз стены кухни. Его сердце обливалось жгучей кровью и обидой за возлюбленную, имя которой вновь опорочили и осквернили гнусными домыслами. – Она ведьма, Фред, – протянул старший Блэк, подходя к огненноволосому волшебнику, становясь с ним вровень. Жгучие карие глаза сверкнули в свете свечей, когда гриффиндорец дерзко поднял голову, встречаясь с лазурными глазами мракоборца. – Я знаю. И знал это. И я не отрёкся от неё, потому что люблю её такой, какая она есть. И будь она на стороне Тёмного Лорда, я бы перешёл на его сторону, чтобы быть с ней, – твердо произнёс он, не сводя глаз, не дрогнув, – Потому что когда любишь, готов пойти на всё. Я попросил Мерлина излечить отца. Она – наш Мерлин, что без зазрения совести и страха в тот же день смогла отдать частичку своей силы ему. Нимфадора с восхищением в глазах смотрела вперёд, видя как старший из близнецов Уизли защищал её любимую сестрёнку. Андромеда прослезилась, гордо поднимая голову вверх. Тед вскинул уголки губ, покачивая головой. – Сегодняшний разговор говорит лишь о вашей слабости. Сейчас мы все окутаны страхом войны, но нужно даже в тёмные времена оставаться людьми. Маргарет не виновата в том, что эта сила была дарована ей. Она не должна прятать это в себе, а должна гордиться. И я горжусь ей, – с уст огненноволосого юноши сорвались последние горячие слова. Блэк пошатнулся, делая несколько шагов назад. Он вновь вспомнил юного себя и возлюбленную в лице главной приспешницы Реддла, от которой он, несмотря на любовь, отрёкся. Воспоминания захлестнули его с головой. – Теперь и я могу быть вам ненавистен. Можете и меня выгнать из дома, – Фред подошёл к краю стола, а после и вовсе покинул трапезный зал. Ним последовала за ним, следом трапезную покинула Андромеда. Тед кинул взор глаз на присутствующих и удалился прочь. Они не могли находиться с теми, кто не взлюбил их Маргарет. Двери хлопнули под напором рук волшебника, что поспешно удалился прочь за возлюбленной в тёмную глушь улиц.***
Раскрыв слипшиеся глаза от жары и влажности, что стояла в воздухе, Маргарет всё так же лежала в горячей воде при блеклом свете от пламени, что озарял ванную комнату. Потеряв счёт времени, шатенка окунула вновь голову в воду так, что гладь накрыла её лицо, заставляя вновь зажмурить веки. Из небольшого оконца, что было затонировано ванной комнатке, был виден снегопад, что застилал окрестности Лондона. Огромные хлопья снега порхали в невесомости, медленно опускаясь на голые ветки деревьев. В входную дверь раздался глухой стук, от которого волшебница напряглась, хмуря брови. Проведя сырой ладонью по волосам, она откинула их за спину, смахивал с лба дорожки воды. Стук не прекращался, с каждым мгновением становясь более твёрже и требовательнее. Натянув на тело шелковый халат, найденный в вещах, оставленных родителями в шкафу спальной комнаты, юная волшебница покинула распаренную комнату. Сырые следы её ног оставлялись позади неё на деревянном паркете. Прижавшись телом к двери, Маргарет взглянула в глазок, а после одёрнула защёлку и тронула дверь. На пороге её лондонской квартирки стоял рыжеволосый волшебник, плечи куртки которого замело снегом. Он хитро улыбался, оглядывая только что выскоченную из ванной возлюбленную с мокрыми тёмными волосами, что прилипли к её шее. Молчание. Меган с некой надеждой что-то искала в шоколадных глазах возлюбленного, что встал таким жестом на её сторону. Уизли улыбался, а после закусил край губы, вознося немного вверх испеченынй торт, что Блэк оставила на краю трапезного стола в доме дядюшки. – Они не заслуживают твоего творения. Им это ни к чему, а тебя чем-то кормить и радовать мне надо, – хрипло прошептал он, слегка склоняясь к уху гриффиндорки, – Я послал их всех, – следом он поднял другую руку, опираясь телом на дверной косяк, стоя всё ещё за порог квартирки в холодном знойном подъезде. В его левой руке оказалась бутылочка красного сладкого вина, что семикурсник стащил перед уходом из погреба Блэк. Шестнадцатилетняя шатенка расцвела на глазах. Он её любит больше мира, как и она его. Зеленоглазая волшебница мягко улыбнулась, Фред заметил это, расценив как хороший знак. Глаза её засияли драгоценным блеском от осознания того, что он именно тот, кто не поверит домыслам о ней, кто встанет на её сторону, даже если весь мир будет твердить обратное. Испечённый торт упал к стопке газет на тумбочке. Над ней в отражении круглого зеркальца показались два тела, что оказались в крепких объятиях. Шатенка обвила руками шею юноши, жадно и влажно целуя его губы. Дверь за его спиной захлопнулась, юноша взял всё в свои крепкие руки так, что теперь тело Блэк было вдавлено лопатками в дубовую фигурную дверь. Ладонь парня зарылась в сырых небрежно уложенных волосах волшеницы, слегка притягивая её за затылок к себе. Искра страсти ударила их током по ценам, пуская импульс в голову. Они слились в поцелуе, точно ждали этого мгновенния всю жизнь. Поднявшись на носочки, Маргарет не могла оторваться от алых губ юноши. Фред оторвался от припухших губ дамы сердца, оставляя мокрые следы на её раскаленной коже лица: щёки, скулы, шея, мочка уха, ключица. Прижавшись своим телом к его, Блэк в удовольствие задрала голову вверх, жадно и резво глотая воздух. Она впилась пальцами в его огненные пряди волос, так чтобы взглянуть в бешеные карие глаза, в которых читалась буря эмоций. Её томные глаза не отличались. Фред что-то промычал ей в шею, касаясь губами её гладкой бархатной кожи. Ладони впились в осиную талию, струящиеся волосы её прилипли к её спине. Позабыв о контроле, Мэг пискнула, чувствуя в тысячу раз острее все эмоции, проживая их как в первый раз. Она никогда не ощущала такого. Скользкие пальцы, на концах которых остались ещё крупнки душевой воды, заставили щеколду за спиной щелкнуть, закрывая входную дверь. Фред, услышав заветный звук, резво оторвал гриффиндорку от пола, интуитивно утаскивая в спальню, не отрываясь от её покрасневших губ. Тело Блэк было уложено на кровать, почти кинуто под весом тела юноши. Лопатки вжались в мягкую перину, что прогнулась под их телами. Фред оказался над возлюбленной, когда руки той скользнули к краю кофты, стягивая ткань через шею, заставляя Мар слегка привстать. От разгоряченных тел их исходил густой пар. Шея шатенки стала покрываться багровыми отметинами, когда голова её была откинута назад. Сырые шоколадные локоны запутались под напором пальц Уизли, что перебирал в руках её сладко пахнущие пряди. Мэг прикоснулась губами к мочку уха волшеника, обхватив зубами мягкую кожу. Юноша в свою очередь что-то неразборчивое прошептал, вглядываясь опьяненными глазами в довольную ухмылку на лице Блэк. Ноги волшеницы обхватили его торс. Блеклый свет от свечей укрывал спальню. Маргарет откинула голову, усмехаясь на выдохе, глазами разглядывая белоснежный потолок, где отражались тени. Фред не останавливался, подбираясь кончиками пальц к шелковой ткани на плечах Блэк, уронив голову той на шею. Когда бретелька была стянута с гладкой кожи плеча, на её месте очутился влажный след от поцелуя. На кончике языка юноши оставалось послевкусие от ягодного геля для душа. – Фред.. – промычал Маргарет, наконец переводя взор глаз на разгоряченное тело возлюбленного: на его голый торс, растрёпанные огненные волосы, опьянённые карие глаза, багровые губы, растянувшиеся в ухмылке, – Это кровать моих родителей.. Тут всё напоминает о них, – на выдохе тихо прошептала она. Фред же в свою очередь сбавил пыл, возвращая бретельку на законное место, оставляя последний лёгкий поцелуй на плече, падая устало рядом с тушкой возлюбленной и переводя сбившиеся дыхание. Свесив ноги с края постели, Уизли уложил руки за голову, повторяя движение Блэк, устремив взор глаз в потолок. – И что теперь ты собираешься делать? – прерывая тишину, произнёс семикурсник. – Теперь есть только ты и я.. Будем понемногу обживать эту квартирку и двигаться дальше по течению, – прошептала она, укладывая голову в бок так, чтобы взор глаз упал на задумчиво юношу с растрёпанными от рук Блэк волосами, – Ну а сейчас.. – она слегка улыбнулась, – Я бы не отказалась от ужина.***
Уложив подбородок на спинку стула, Маргарет в мятой отцовской футболке не могла оторвать взор глаз от Фреда, что стоял у кухонного стола, нарезая овощи на салат. Волшебник напором усадил шатенку за стол, говоря, что сам приготовит им ужин. Собрав тёмные локоны в небрежную прическу, заклотую на затылке, шестнадцатилетняя волшеница с мягкостью во взгляде не сводила изумрудных глаз с силуэта волшеника. Кухня укрылась ароматом её любимого чая по рецепту старшего близнеца. Хрустальные бокалы заполнялись багровым вином, который Фред стащил у мистера Блэка, а круглый пирог, что Мэг испекла часами ранее, порезался на несколько частей. Лезвие ножа проходилось по мякоти овощей, кромсая их на тонкие дольки. Разложив ужин по плоским тарелкам, Фред поставил салат перед гриффиндоркой, мимолётно целуя её в губы, что расцвели в улыбке. – Ты до сих пор не рассказал секрет твоего рецепта чая, – пролепетала волшебница, натыкая на зубчики вилки салат. – Тебе и не нужно его знать, я буду готовить тебе его всегда, – обхватив лодыжку ноги Блэк, он вложил её ноги к себе на колени, улыбаясь. Приятная, домашняя, семейная атмосфера витала в воздухе. Они были вылитой копией Регулуса и Миринды спустя года. Взор карих глаз смешался с взором зелёных, соединяясь воедино. Мягкая улыбка на их лицах. Ужин удавался на славу, пара обсуждала дальнейшие планы на рождественские каникулы. – Мне нужно будет отъехать к Тонкс за вещами и некоторые нужно забрать от Сириуса, – протянула она, последнее имя с особой интонацией. – Нужна будет моя помощь? – Нет, лучше в это время тебе заняться и своими вещами. Я хочу жить в этой квартире вместе с тобой, – уголки губ её дёрнулись в улыбке. – Люблю тебя, моя ведьмочка, – усмехнулся тот, тянясь к шатенке лицом. – Ты решил давить на больное? – прыснула в лицо она, стукая его по носу пальцем, щуря ядовито-зеленые глаза, – Я надеюсь ты помнишь, что в конце каникул я уезжаю в Финляндию на два дня? – Ах, как я тут буду без тебя, – лукаво прошептал он, шутливо откидывая голову назад.***
Самый великолепный день выдался у пары волешников, что наконец-то остались тет о тет. Мятая простынь на кровати, горячие тела, ватное одеяло, аромат вкусного завтрака. На прикроватной тумбочке лежал пригласительные билеты в кино, подаренные младшей Тонкс на шестнадцатилетие сестры. Рядом с ним лежал конверт с небольшим письмом и колдографией от Лавгуд, что на пару с Дэйвоном покоряла северную Скандинавию. – Долго ещё валяться будем? – прошептал волшебник, обвивая руками тело шатенки, что прижалось к нему. Сквозь одёрнутые шторы мерцало светлое небо, которое было усыпано снежными облаками. Сонные глаза волшебницы осторожно закрылись, точно в надежде досмотреть последние мгновение сна. Маргарет уже успела позабыть о вчерашней ссоре, но неприятное послевкусие и осадок все же осталось на душе. – Так хорошо, – прошептала она, втягивая аромат духов юноши, – Именно об этом я мечтала – быть с тобой рядом. Фред запустил ладонь в каштановые запутанные после сна волосы, мило улыбаясь любимой в ответ на сказанные слова. Он и сам загадывал именно это в рождественскую ночь. – Осталось только не попасться на глаза Сириусу, когда я буду забирать вещи. – А ведь годом ранее ты боялась попасться на глаза мистеру Малфою. Маргарет тяжело вздохнула, сомкнув губы. Натянув край одеяла, она укрылась с головой под смех юноши, что заставлял в конце концов встать её с кровати и пойти завтракать. Остаток дня до позднего вечера пара провела в четырех стенах, занимаясь уборкой и организацией пространства в их теперь общей квартире. Как только часы пробили шесть, волшебники, укутавшись в тёплую одежду, направились покорять магловский кинотеатр. Вьюга преследовала их спины, подгоняя воем ветра их тела, что неспешно под руку шагали по скользким улочкам Лондона. Парки и скверы были засыпаны снежным покрывалом, свет от тусклых фонарей по обе стороны от тропинки освещал им путь, заставляя снег блестеть при лучике света, переливаться серебристым блеском. Крепкие руки семикурсника помогли Мар стянуть с плеч куртку, сдавая её в гардероб. Взор карих глаз юноши в восхищением приковывались к каждому стенду, каждому уголку в магловском кинотеатре, пока Блэк, обхватив его ладонь, вела его к кассе. – Здравствуйте, – уложив локти на стойку, протянула шатенка, чьи ресницы всё ещё были припорошины хлопьями снега, а на щеках блестел румянец, – Нам два билета по абонементу.. – Маргарет обернулась через плечо, – Комедия, драма или ужасы? – Ужасы. – Тогда обещай, что не бросишь меня ночью на съедение монстров, – прошептала она, оборачиваясь обратно. Юная девушка за стойкой выдала паре билеты, давая направление в какой зал им нужно следовать. Взяв на стойке попкорн, Блэк протянула гриффиндорцу специальные 3D очки, объясняя как это всё происходит и работает. Сама Мар была в магловских кинотеатрах нечасто, но Нимфадора любила брать с собой младшую сестру на премьеры фильмов. Тёмный зал, последний ряд, на экране крутится заставка ужасов, солёный попкорн, наколяющая и будоражущая атмосфера. Зал был полупустой, придавая особой атмосферы, будто фильм был снят для них двоих.***
Вздрогнув от холода, шатенка натянула на подбородок ткань шарфа, задирая нос вверх, оглядывая ясное тёмное небо, что укрылось звёздами. Пара шагала вдоль сквера, где по левую сторону находилась набережная Лондона. В обнимку пара возвращалась неспешно домой после кино, обсуждая просмотренный фильм. – Теперь я не усну, – прошептала она, шмыгая носом, – Это было слишком страшно. Фред на это лишь усмехнулся, оглядываясь по сторонам, а после произнёс: – Это та аллея поцелуев, по которой мы прогуливались в августе после новости о разрыве твоей помолвки, – земедлив шаг, проинтересовался он, вспоминая знакомые места. – Да, моя любимая улица в Лондоне. Может не пойдем домой, а погуляем по ночному зимнему городу? – Ты же знаешь, что ночные прогулки моя слабость и отказать я тебе не в силе, – пролепетал он, целуя возлюбленную в макушку. Зимняя пора морозно била тела волшебников, что прогуливались вдоль дорог. Маргарет как экскурсовод показывала и рассказывала о каждом уголке города. Блэк часто гуляла с Ним по магловским улицам столицы, когда Уизли в свою очередь почти никогда не бывал в магловком Лондоне, посещая лишь Косую Аллею и вокзал Кинг-Кросс, для него это было в новинку. – Знаешь, – начал хриплый голос Фреда, – я хотела поблагодарить тебя за то, что ты сделала для отца. Твоя магия спасла его, – он сбавил шаг, останавливаясь посередине заснежанной тропинки. – Я знала как он для тебя важен. Владея такой силой, я не могла оставить это без своего вмешательства. И я не жалею о содеянном, даже после скандала. В тот вечер когда мы узнали о том, что случилось в министерстве, я увидела боль в твоих глазах, мне стало больно в разы сильнее из-за этого.. – откровенно ответила она, цепляясь за карие глаза юноши. – Ты идеальна, Маргарет, – протянул он, сгребая шатенку в объятия.***
Тёплые разговоры и пожелания тлели вокруг темноволосой волшеницы, что с чемоданом у ног стояла на пороге горячо любимого ей дома семьи супругов Тонкс. – Пообещай, что будешь приезжать к нам, – пытаясь скрыть уныние и грусть, протянула тётушка Андромеда, поджимая губы. – Вы мне заменили родителей мне во век не расплатиться с вами за эти теплые воспоминания из моего детства, я буду приезжать к вам в гости на каждые каникулы, – протянула Мар, оглядывая взором глаз Меду, а после перевела взор глаз на Теда. – Мар, я буду скучать по тебе, – Нимфадора крепко обняла гриффиндорку, когда из глаз брызнули слезы. – Я же не на всегда уезжаю. И вы приходите ко мне в гости, мы с Фредом будем вам рады, – гладя спину Тонкс, пролепетала она. Тяжёлый чемодан дожидался хозяйки у порога. Маргарет решила последний раз обойти стены любимого дома, пока мужчина искал запасы летучего пороха, дабы Мэг добралась до Лондона через камин. Толкнув дверцу в собственную спальню, Блэк попала в пустую и одинокую комнатку. В чемодан она сбросила все свои вещи, нажитые за шестнадцать лет. Теперь стены комнаты были пусты. На месте колдографий остались лишь выцветевшие обои, аккуратно заправленная постель, голые полки, где ранее стояли книги и всевозможные вещички Блэк. Маргарет последний раз приковала взгляд к окну, где на крыше черепица была завалена сугробами снега. На подоконнике за кружевной шторой остались стоять два букета: от Сириуса и от Кормака, которые успели засохнуть без воды, стоя в пустой вазе. Маргарет забрала лишь букет, подаренный возлюбленным, оставляя поникшие бутоны в своей комнатке. Каждый уголок дома веял своими воспоминаниями. Юная волшебница провела здесь свои лучшие детские годы благодаря членам семьи, что всегда окутывали её теплом, заботой и вниманием. Проходя вдоль коридоров, она видела силуэт маленькой себя, что с широкой улыбкой и взором озорных глаз бегала по этажам дома, играя в прятки с Ним. Воспоминания захлестнули её, заставляя в горле застрять ком. Ей было больно оставлять эти вспоминая там. Стоя в камине с порохом в зажатой ладони, она с любовью оглядывала семьи Тонкс и стены светлой украшенной гостиной. На кончике языка крутились слова благодарства, которые Блэк хотела выразить Теду, Меде и Ним. – Береги себя, Мэгги, – протянули они. Шатенка подошла к племяннице, кладя в объятиях на её хрупкое плечо подбородок, шепча на ухо: – Будь счастлива с Фредом. А я поговорю с Молли и Сириусом. Он сейчас в министерстве, поэтому можешь спокойно забрать вещи, – с заботой прошептала бывшая слизеринка, награждая племянницу лёгким поцелуем в лоб. Обхватив одной рукой ручку чемодана, а второй посыпав порох в ноги, Маргарет растворилась в воздухе. Перед её лицом исчезли горячо любимые лица волшебников, что провожали её с улыбкой и ноткой грусти в ней.***
– Здорово́, – Джордж вскинул брови, когда в прихожей дома появился силуэт старшего близнеца, – Ты где пропадал? Мама уже за сердце хватается всё причитает что-то про тебя и Мэг. В прихожей появилась ещё одна фигура, что встала рядом с младшим близнецом, обнимая его тело. Фред, что стягивал с ног сырые от снега ботинки, наконец выпрямился. Рядом с Джорджем пристроилась белокурая француженка с ясной улыбкой на лице. Она махнула рукой гриффиндорцу, приветствуя его с французским акцентом в голосе. – Мэри, не знал, что ты уже приехала, привет, – протянул Фред, обходя пару стороной, держа путь в спальню. – Мэг разве не с тобой приехала? – Рассел прошла за ним, в надежде разузнать когда сможет увидеть любимую англичанку, по которой безумно соскучилась. – Фред, ты где пропадал эти два дня? – Джордж проследовал за братом по пятам. – В квартире родителей Мэг. И сейчас в моих планах собрать вещи и свалить от сюда. Простите, нет времени сейчас болтать, – протянул он, скользнув в гостиную, но был прерван материнским охоньем. Молли, сидевшая на краю диванчика в гостиной, в ручную расшивала ткань до тех пор, пока в гостиной не появился старший из близнецов. – Фредерик Гидеон! Ты где пропадал? Почему не отвечал на письма? – со строгостью вспылила она, вскакивая на ноги. Фред не ответил на шквал вопросов, даже не повёл глазом, игнорируя распрос, двинулся в сторону деревянной лестницы, что вела на этажи выше. – Ответь на мои вопросы, Фред! Где ты пропадал! – крикнула миссис Уизли, раздувая ноздри, когда фигура юношу пропала за поворотом. Мэри схмурила брови, не понимая что происходит. Джордж не успел поведать возлюбленной о том, что случилось днями ранее на званом ужине в имении мистера Блэка. Француженка приехала часами ранее в Нору по приглашению возлюбленного, который хотел провести с ней время на рождественских каникулах. По ступенькам раздались громкие шаги семикурсника, что держал на плече спортивную сумку со своими вещами. Он стремительно скинул свою одежду на дно сумки, возвращаясь в гостиную, дабы покинуть стены дома. – Не пущу! – Молли загородила путь, вскидывая голову, – Блэк тебе всю голову задурманит. Ты к ней едешь? Ах так ты оставляешь отчий дом, обменяв нас на неё? Она не могла принять его решения, вовсе забывая о том, что перед ней больше не маленький сын, который не мог решать самостоятельно свои дальнейшие действия. Она привыкла пресекать самодеятельность, но в этот раз это не получалось. – Хватит, – протянул он, сверкаяя взором карих глаз, – Если вы не уважаете Мэг, значит не уважаете меня и мой выбор. Мне это надоело. Я переезжаю жить к ней. Обогнув мать стороной, Фред покинул гостиную, мчась в прихожую и накидывая на себя куртку. – Она загубит тебя своей тёмной магией! Подумай хоть раз своей дырявой головой! – Молли сорвалась с места, кидаясь в прихожую за сыном. Она пылала красным цветом, гневаясь на гриффиндорку в лице юной Блэк. – Джо, что происходит? – Мэрлин одёрнула юношу за рукав кофты, поднимая взор озадаченных голубых глаз, но её голос был перебит криками и скандалами из коридора. – Хватит, мам. Ты пытаешься рассорить меня с Меган. Хватит. Я больше не желаю это слушать. Впредь вы не увидеть меня в стенах этого дома, пока Маргарет не станет здесь желанным гостем, – до ушей пары донёсся хриплый, но звонкий голос волшеника, а после дверь с звоном хлопнула. Голубоглазая француженка напряглась, как только младший близнец примкнул к её ухо, дабы рассказать что произошло. В это мгновение в гостиную вернулась разгневанная миссис Уизли, что мигом упала на край дивана, но не спешила возвратиться к шитью. Как только Джордж закончил повествование, он выровнялся, пожимая плечами. Мэрлин в свою очередь была горяча на речи, поэтому замалчиваеться не стала. – Это правда? – всплылила она, обращаясь к рыжеволосой женщине, заставляя ту сконцентрировать своё внимание на гостье, – Вы правда оклеветали Меган за её помощь? – голос её звучал твердо, но с лёгким картавым акцентом. Молли свела брови к переносице, пуще прежнего хмурясь. Она не ожидала услышать эти слова от Рассел, которую видела от силы несколько часов. – Мэри? – Меган бы не поступила так с вами никогда, она верна своим убеждениям, добра ко всем и честна. Вы оклеветали её за то, что она помогла мистеру Уизли встать на ноги, – Мэри не стеснялась своих слов, не боялась задеть хрупкое эго миссис Уизли. Ещё немного и она бы заняла место другой пылкой на речи француженки в лице Флёр Делакур. Рассел встала на сторону Маргарет, защищая честь своей горячо любимой английской подруги. Блондинка надула губы, скрестив руки на груди, ушла прочь в выделенную ей комнату, покидая гостиную на первом этаже. – Мэри права, ты была резка к Мэг. Она отдала часть себя, чтобы спасти отца. Оклеветать её было ошибкой. Фред сделал правильно, что ушёл к ней. Он любит и уважает её. Если хочешь вернуть его, нужно полюбить и принять Блэк. Подумай об этом на досуге, – Джордж кинул последний взор глаз на мать, а после отправился за возлюбленной, что топала по лестнице вверх. Молли осталась одна в гостиной наедине со своими мыслями.***
Зимний Лондон покорял молодых волшебников своей красотой и загадочностью. В центре столицы четверо волшебников проводили беззаботно морозный вечер на открытом катке, рассекая по льду на коньках. Мэри настояла совместной прогулке с волшебниками, по которым она очень соскучилась за время пребывания во Франции, вдали от любимой туманной Британии. Расцепив ладони, Маргарет с Мерлин затормозили у бортика катка, осторожно поднимаясь к скамейкам, дабы стянуть с замерших ног коньки, что натёрли им ноги. Близнецы подоспели за ними, помогая дамам подняться на ноги и продолжить прогулку по заснежанному городу. Рассел делилась с англичанкой о том, как обстоят её дела в Шармбатоне, говоря как скучает по Хогвартсу и дням, проведенным в стенах замка. Маргарет, что была не меньше рада приезду француженки, внимательно слушала её занимательные рассказы, идя вдоль улочек города с возлюбленным. Украшенные лавочки, где проходила ярморка, святились разноцветными огнями гирлянд. Пышная ель, что стояла в центре, была украшена разноцветными игрушечными шарами, где отражались силуэты проходящих горожан. Канун нового года удавался в прекрасной компании на свежем воздухе. Маргарет, склонив голову к возлюбленному, что стоял позади неё, рассказывала белокурой волшебнице, из-под шапки которой выбивались локоны, как проходят их дни в замке. Фред добавлял к этому о новых шалостях под хитрую улыбку младшего близнеца. Компания приземлилась за барный заснежанный столик у одной из лавок, делая заказ на четыре горячих глинтвейна. Яркие витрины красно-белых лавочек пестрили карамельными тросточками, сводкой меню с горячими напитками, свежеиспечённой выпечкой, имбирчными печеньями с предсказанием на предстоящий год. Вдоль лавок тянулись еловые ветки, что под грозным морозным ветром, отдавали свежим едким ароматом, что переплетался с зерновым кофе. В пластиковых красных стаканчиках на снежном круглом столике появились напитки: горячие красное вино с дольками фруктов. Теплый напиток смог согреть замёрзших волшебников в столь поздний час, когда те и не думали заканчивать прогулку. Небо давно затянулось тёмным полотном с блеклыми крохотными звёздами, что словно гирлянды освещали землю, придавая таинственного блеска сугробам снега. Рядом с напитками у каждого из волшебников появились печенье с предсказанием, которое выдавали всем покупателям напитков. Главной красотой этого вечера стала огромная карусель, что светилась яркими желтыми огнями, озоряя путь ярмарки. Карусель с подвешенными зверьками, сделанными мастерами своего дела и раскрашенными глянцевыми красками. Озорная новогодняя музыка сочилась от лавки, где продавали входные билеты на аттракцион. Тянулась огромная очередь их людей, что с замиранием сердца прижимали к груди купленные билеты на красочный аттракцион. – Какая у вас красота в самом сердце Лондона, – с искреннем удивлением и восторгом протянула француженка, что впервые прогуливалась по улочкам столица, – Такая праздничная атмосфера, что даже дух захватывает, – с акцентом тараторила она. – Может прокатился на карусели? – поинтересовалась она, обращаясь к парням, уже заведома зная, что ответ Рассел будет положительным. Долго настаивать не пришлось, поэтому младший из Уизли уже через пару минут стоял с четырьмя входными билетами золотистого цвета. Переминаясь с ноги на ногу и дожидаясь своей очереди, Маргарет завела непринужденную беседу с друзьями. – Канун Нового года всё же, может после катания ко мне. Хотя бы оторгрею вас? – Правда? Приглашаешь? А то, – Рассел сбавила тон на более низкий и тихий, почти наклоняясь к уху подруги, – Я не очень то хочу возвращаться туда, где тебе не рады, – прошептала она, имея ввиду Нору. Блэк самодовольно улыбнулась, одобрительно качая головой. – Да, Мэри не хуже тебя закатила нравственную беседу маме, – прокомментировал Джо, обнимая возлюбленную за плечи. – Вот и славно, я постелю вам в гостиной. Места всем хватит.***
Отперев ключом входную дверь, обладательница квартирки в центре Лондона отступила назад, приглашая войти гостей. Нащупав интуитивно включатель, свет озарил светлую прихожую. Теперь всё было иначе, чем в тот вечер, когда Маргарет впервые переступила порог квартиры родителей ныне её собственной. Пара постралась на славу, чтобы это место стало для них райским уголком. – Я поставлю чайник, а Фред пока покажет вам хоромы, – стягивая с себя шубу, протянула волшебница, что быстро юркнула в сторону кухни.***
Настал день, когда лист календаря отпал на пол, красным цветом помечая новый день, когда Маргарет Блэк должна была вечером того же дня оказаться на званом ужине в холодной снежной Финляндии. Распрощавшись рано утром с возлюбленным, который решил отправиться на несколько дней погостить к старшему из братьев на окраину города, дабы помочь ему с семейными делами. Билл жил на окраине Лондона вместе с возлюбленной француженкой. Уизли пригласил к себе на новоселье семью. – Береги себя, – с заботой протянул Фред, застегивая молнию куртки, – Хорошей тебе поездки. Надеюсь на лыжах ты катаешься куда лучше чем на коньках, а иначе ты не вернёшься в Шотландию, – усмехнулся он, оглядывая взором карих глаз ещё сонную гриффиндорку, что, укутавшись в ватное одеяло, стояла в прихожей, склонив голову об дверной косяк. – И я тебя люблю, – сонно пролепетала она, в надежде досмотреть сон, что витал перед её закрытыми глазами. Семикурсник чмокнул волшеницу в щеку, оставляя за собой открытую входную дверь, заставляя холодный воздух, что гулял в подъезде, ударить по телу Блэк. Закрыв дверь на ключ, шатенка рухнула в кровать, досыпать полоденный ей час. Собранная сумка с вещами подпирала стену спальни. Тётушка Беллатрикс обещала отправить за племянницей своего человека, который помог бы той трансгрессировать на огромное расстояние без вреда себе. К четырем часам молодая волшебница была готова. Одета с иголочки в сатиновое платье, подаренное старшей Блэк. Тёмные ткани подчеркивали достоинства фигуры шатенки, подол растекался в ногах, где сверкали серебристые туфельки на остром каблуке. Тёмные шоколадные локоны были заколаты на затылке так, что несколько передних вьющихся прядей выпадали по задумке у лица. Оторвавшись от собственного отражения в круглом зеркальце, что висел в коридоре над косметическим столиком, в ногах Блэк появился эльф, склонившийся к ступням ведьмы. – Мисс? – прошептал хриплый тусклый голос эльфа, что не поднимал глаз вверх. – Я готова, можем отправляться, – качнув головой, протянула она, протягивая свою руку к руке преданного домовика Беллатрикс. Земля под ногами исчезла, давление сжало тело юной Блэк со всех сторон, перемещая её в другое невесомое измерение. Тонкие яркие линии, расходившиеся из центра в разные стороны, собрались воедино, собирая силуэты тел. Великобритания осталась за спинами, за тысячи миль от Меган, что стояла на землях Финляндии. Тёмный особняк, у подножья которого оказалась Блэк, вовсе не отличался от остальных в роду её семьи. Но отличительной особенностью было то, что по обе стороны в туманном пепле возвышались скалы и горные хребты, среди которых спрятался мэнор, в котором скрывалась ведьма от лишних и ненужных глаз. Огромные владения завораживали дух при одной лишь мысли о том, что это настоящая магия, что скрывает от чужих глаз такие окрестности. Меховая шуба согревала волшеницу, что неторопливо шагала по сугробам, разнося хруст по громкой местности, где громким гулом гулял злой ветер, что бил нежную бархатную кожу Маргарет. Хруст снега сменился на стук каблуков по мраморной плитке, выстилавшей тёмные коридоры замка. Тень в блеклом свете луны падала за спину Блэк и тянулась за ней по пятам. Дубовая дверца раскрылась перед жданной гостей, что переступила порог трапезного зала, мерцающего в свете тысячи свечей. Сидевшая во главе стола брюнетка, оглянула появившуюся племянницу, что застыла в дверях. Под высоким потолком кружились свечи, освещавшие трапезный стол, что ломился от блюд. Стены особняка были укрыты картинами, которые средняя из сестёр Блэк любила скупать у мастеров своего дела. – Ты как раз во время, – окликнула шатенку обладательница особняка, – Прошу к столу. Стянув с плеч норковую шубу, Блэк отдала её в руки эльфа и прошла вглубь зала, усаживаясь по правую руку от тётушки. Взор изумрудных глаз встретился с прибывшей семьёй Малфоев, что уже трапезнечали за столом в компании Беллатрикс. Черноволосая ведьма улыбнулась, укладывая холодную ладонь поверх руки горячо любимой племянницы. Она была рада видеть ту в своих гостях, была рада, что Меган не отреклась от своих обещаний присутствовать в качестве одного из гостя на званном ужине. – Здравствуйте, мисс Беллатрикс, – протянула сдержанно та, вскидывая уголки губ. Сердце болезненно заболело, когда она поймала на себе её острый взор горящих глаз, вспоминая день, когда Сириус оклеветал её, сравнивая с ненавистой ему кузиной. Званый ужин проходил довольно тихо и скудно, но чувство болезненного раскола таилось в груди юной ведьмы. Маргарет оторвала взор глаз от тарелки, проводя медленно по сидящим по противоположную сторону стола семье Малфоев. Нарцисса непринужденно вела беседу в старшей сестрой, кротко обмениваясь раз через раз с племянницей взглядами. Драко, подперев щеку, сидел за столом, витая в собственных мыслях от скучности вечера. Люциус же испепелял взором глаз шатенку, что наткнулась точно на остриё лезвия, встречаясь с серыми глазами мужчины. Стиснув зубы, Блэк почувствовала неладное чувство каждой клеточкой тела. – Ну что же, – мужчина поднялся из-за стола, наигранно улыбаясь, – Поднимем же бокалы. Возможно это последний праздник наш вместе, да, Маргарет? Бокал с жгучим напитком поднялся над головой волшеницы, заставляя её оторвать взор глаз от стола. – Люциус, не нужно, – одёргивая супруга, прошептала сдержанно беловолосая волшебница. – Нужно, пускай они будут оба знать. Пускай откроют глаза, – ответил наперекор тот, – Долго ты собиралась скрывать, что таишь в себе магию? Тайна всегда становится явью, и Тёмный Лорд знает об этом. Так почему же за ваши ошибки, должен отвечать мой сын? – адресуя вопрос уже Беллатрикс, шикнул тот, стягивая хрустальный бокал в руке. – О какой магии идёт речь? – подал голос младший из Малфоев, заостряя внимание на кузине, что и сама была в замешательстве. – А я объясню. Маргарет ведьма. Как и мисс Блэк. Вот только за грехи Беллатрикс теперь перед Лордам будешь в ответе ты, – оглядывая взором серых глаз сына, громко заявил Малфой, – И ты, – оборачиваясь на застывшую шатенку, шикнул тот. – Что? – слетело с дрожащих губ, прошептала тихо Маргарет, – Это правда? – обращаясь к тётушке Цисси, судорожно прошептала она. Бывшая слизеринка опустила взор глаз, закрывая лицо рукой. Торжество было испорчено. – Да, Маргарет, да. Приняв это проклятие, ты подписала нам всем смертный приговор. Пора научиться отвечать за свои поступки. Из рук молодой ведьмы выскользнул хрустальный бокал, разбившийся в дребезги у её ног. – Он ведёт за тобой охоту, Мэг, – не поднимая лица, прошептала Нарцисса, – Он желает видеть вас с Драко в своих рядах. И он сделает всё, что в его силах. – Браво, мисс Блэк, – протянул Люциус, громко сглатывая ком в горле. Беллатрикс бросила озлобленный взгляд на мужчину, что с разгневанным лицо был готов наброситься на двух ведьм. Черноволосая волшебница, усмерив того взглядом, отодвинула стул и поднялась из-за стола, предлагая Меган прогуляться по саду и подышать свежим воздухом. Маргарет, стиснув зубы, последний раз оглядела мистера Малфоя, после перевела взгляд на его сына. Поднявшись из-за стола, шатенка приняла в руки норковую шубу, накидывая её на плечи, выправляя локоны вперёд. Две молодые ведьмы удалились из дома, держа путь на морозную улицу. Старшая из Блэк молчала, ведя гриффиндорку по незнакомым коридорам, что вывели их в зимний сад, который скрывался за домом. Оказавшись на мраморном балкончике, Меган прошлась вперёд, обхватывая руками прутья перил из драгоценного ледяного металла голыми руками, заставляя перевести себя в порядок. Втянув холодный морозный воздух в лёгкие, волшебница вскинула голову вверх, цепляясь взглядом за звёздное небо. Беллатрикс прошлась вперёд, скользя ладонью по заснеданным перилам, опускаясь вниз. Зеленоглазая волшебница вернулась в мир, отрываясь от неба, устремив взор глаз за силуэтом тётушки. У подножья мраморной лестницы, когда тётушка Беллатрикс достигла земли, Маргарет наконец-то увидела главную деталь зимнего сада – лабиринт, что месяцами ранее цвел и пах. Зелёные кусты выцвели и засохли, но тёмные грубые ветки, свившиеся воедино, оставили свой первозданный вид. – Пойдем прогуляемся? – оборачиваясь к застывшей волшебнице, обратилась к ней черноволосая волшебница, вскинувшая уголки губ вверх. Беллатрикс укуталась в песцовую шубу, цепляясь одной рукой за руку девушки так, что руки их образовали некое кольцо. Маргарет неспешно шагала нога в ногу с тётушкой, что безмолвно показывала той свои владения в Финляндии. Тёмные снежные хребты укрывали по обе стороны зимний дворец, накрывая точно куполом волшебников. Снег под ногами небрежно скулил от наступающих шагов. Темноглазка молчала, не расцепляя рук, точно делала вид, что наслаждается времяпровождением со своей кровной племянницей. Но на деле она прокручивала в голове нужные слова, которые должна донести до ума молодой ведьмы. Вести были крайне неприятные, поэтому она думала как сделать это мягче, сгладив углы. Складывалось крайне ненастоящие впечатление о том, что тётушка решила после скандального диалога между своими гостями разрядить обстановку простой прогулкой по ночной аллее. Морозный воздух веял хвойными ветвями, что осыпали окрестности отовсюду. Две волшеницы вошли в лабиринт, поворачивая на развилке в правую сторону. – Поведай же мне что у тебя на душе? – протянула Беллатрикс, рассекая воздух бархатистым голосом. Она начала издалека, в надежде прощупать почву. Блэк молчала, взором глаз смотря вперёд. Волшебницы попали в тупик лабиринта, встречаясь с ветвящийся стеной из грубых непроглядных ветвей. – Новости о свирепствовании Тёмного Лорда меня пугают, – произнесла Маргарет, испуская из губ густой пар. Беллатрикс знала к чему ведёт разговор. – В одну из ночей в отца моего возлюбленного змея пустила яд. Не суждено, что это дело рук его приспешников, что действовали в его интересах подкосить авторитет Министерства Магии и вселить страх, – Маргарет вновь раскрывала занавес своих переживаний перед любимой тётушкой, что вселяла в неё, что ей можно доверять. Черноволосая волшебница шла под руку с племянницей, что вела её по коридорам живого лабиринта, неспешно прогуливаясь по ночным хребтам. – Своей неопытностью я.. Я отдала частичку крови ему, но не учла того, что не стёрла частичку памяти, подвергая себя быть раскрытой. Так и случилось. Сириус был разгневан. Он вспыхнул как пламя, возненавидел меня в тот миг, когда понял, что я унаследовала магию твою и его матери.. Он был внесебя, выгнал меня из дома, – встречаясь с взором её тёмных глаз во мраке тьмы, делилась шёпотом девушка. – Дурак, повёрнутый на своих убеждениях. Он так и остался тем юным малым, но в теле взрослого мужчины. Со своими взглядами и детской импульсивностью, – протянула та, качая головой из стороны в сторону, – Но ты считаешь, что мистера Уизли укусила змея лишь потому, что Реддл хотел подорвать авторитет Фаджа? – протянула старшая Блэк, заставляя юную особу остановиться, заострить взор глаз на тётушке. – Разве есть другие причины? – щуря изумрудные глаза, спросила она у тётушки, что знала Реддла от и до. – Мэг, это не так. Он хочет любой ценой заполучить тебя. Он будет кормить обещаниями и мечтами о том, что хочет видеть именно тебя в рядах его армии. А знаешь почему? – прошептала она, склонившись к уху Маргарет, – Ему нужна новая ведьма, из которой он будет выжимать всю дарованную духами силу. Он будет предлагать тебе горы золота, счастья и всего того, чего желаешь ты. Но сейчас он играет в другую игру. Если раньше он делала так со мной, то с тобой он делает иначе. Беллатрикс продолжала путь по тёмному извилистому лабиринту, заводя Блэк в глубь. – Сейчас он играет на твоих чувствах совести. Думаешь почему именно мистер Уизли? Маргарет молчала, пытаясь отсыкать ниточку, что связывает это. – Меган, потому что это отец твоего возлюбленного. Он знает о тебе все. Он делает так, что причиняет боль напрямую тебе, а косвено через боль и утрату других. Сейчас его прицел указывает на тех людей, которые не дороги тебе, но важны для близких тебе людей. Следующий может быть кто угодно. Позже он будет сужать круг, пока что-то не щелкнет в тебе, пока в тебе не проснется мать Тереза. Следующим может стать кто угодно, но в конце он всё равно доберется до тебя. Маргарет оказалась в засаде. Вновь пути вперёд нет. Тупик. Лабиринт казался безграничным. Юная волшебница подняла взор глаз на тётушку, что с унынием смотрела на неё, поджимая губы. Беллатрикс знала о чём говорила, предупреждая племянницу о том, что поджидает её. – И что мне делать? – тихо прошептала она, в надежде услышать хоть что-то. – Я могу предложить тебе лишь один вариант, – черноволосая волшебница расцепила их руки, взором глаз цепляясь за растерянный взгляд, – Убегай из Лондона. Покинь Хогвартс и исчезни бесследно для всех. Я буду помогать тебе и мы вместе будем колесить по миру в поисках свободной жизни. Начнём всё с чистого листа, – она немного улыбнулась, протягивая вновь ладони к телу юной Блэк. Но Маргарет отпрянула назад. – Я не могу бросить всё. Там моя жизнь, мои близкие. Там я, – к горлу её подкатил ком, заставляя волшеницу поджать дрожащие губы, – Разве нет другого выхода? – Выход только один. Меган, ты будешь расплачиваться за грехи семьи. Я понимаю тебя, да, жизнь которую я предлагаю и не назвать жизнью. Это просто беготня от проблем. Но так ты хотя бы будешь жива, а не гнить либо в земле, либо с сжатыми руками Реддла у своего горла. Подумай об этом на досуге, – произнесла Беллатрикс, оставляя волшеницу наедине с собой, давая ей возможность самой выбрать из лабиринта, – Но знай, что я всегда рядом. Белолицая волшебница укрылась за поворотом живого лабиринта, оставляя гриффиндорку наедине с собой. К глазам молодой ведьмы подступили горькие слёзы. Она чудом осталась стоять на ватных ногах, закрывая ладонями ледяное лицо. Она ни секунды не могла прожить счастливо. Вьюга завыла над её головой, накрывая шубу белыми хлопьями. Маргарет стояла в тупике, прижавшись спиной ветвей деревьев, сплетённых в единый клубок. От волшебницы вновь ускользнуло её надежда на счастливую и беззаботную жизнь в свои юные годы. От неё вновь зависло многое, но выбора ей не представлялось.***
– Нашла выход из лабиринта? – прикасаясь губами к краю форфоровой кружки с ароматным кофе, протянула тётушка Беллатрикс, когда на пороге гостиной комнаты показалась племянница. Подол платья шатенки промок от сугробом, по которым тянулся шлейф ткани. Она скинула с себя верхнюю одежду и туфли, босыми ногами направляясь в сторону мраморной лестницы. – Я кружила по лабиринту, но так и не нашла выход. Я вернулась туда, откуда мы с вами зашли, – поднимаясь по ступенькам вверх, произнесла устало та. – Так и есть. Этот лабиринт не имеет выхода, Меган. Это замкнутый круг, – ставя обратно на блюдце чашку, произнесла черноволосая дама, закинув ногу на ногу. Маргарет застыла на одной из ступенек, понимая к чему клонила тётушка, наглядно показывывавшая на какую тропу вступила она. Она молчала, стоя к ней спиной. – Я смогу ещё погостить у вас в имении и подумать о своём? – Конечно, дорогая, сколько твоей душе угодно, – протянула ласково та, – Твои покои наверху, эльф приготовил для тебя комнату и проведет тебя до неё. Блэк, не ответив, поднялась дальше вверх, оставляя Беллатрикс одну в гостиной.***
Весь следующий день Маргарет бродила по заснежанной усадьбе, неторопливо обходя окретности. Январские дни в этом году казались самыми морозными и угрюмыми. Укутавшись в тёплом одеянии, шатенка прогуливалась по скользкой дорожке, что вела её вдаль. Фонтан по левую сторону от Блэк укутался снежным оденянием. Каменные огранки окрасились инием. Вода не текла ручьями из краёв. Лишь слой снега укрывал одинокий каменный фонтан. Скульптуры одиноко стояли среди голых ветвей. И лишь горные хребты изящно извивались под серым небосводом, где больше не показалось солнце. Мост, опрокинутый через замерзшую речонку, привёл молодую волшебницу к беседке, вымощенной мраморными разводами по круглыми гладким колонам. Ладони Блэк упали на морозный снег, счищая его с перегородки. Взор глаз устремился в чистое серое небо. Форфоровое лицо её застыло в уныние. Маргарет погрузилась в себя. – А что если я перейду на его сторону? – не оборачиваясь на появившуюся тётушку, произнесла громко она, когда голос её задрожал от сказанных слов. Цоканье каблуков прошлось по каменному полу. Беллатрикс устроилась рядом с девушкой, разворачивая её рукой к себе. – Тогда ты потеряешь себя, – ответило скомкано она, понимая, что теперь Маргарет повторяет её линию судьбы. – Как же я буду смотреть в глаза тем, кто пострадает от его рук? Он делает это чтобы задеть мои чувства? – Маргарет, – осекла её тётушка, пытаясь образумить, – Ты готова перейти на тёмную сторону? Готова погрязнуть по локти в крови? Чем же ты тогда будешь отличаться от Реддла? – А если он перейдет от простого запугивания.. Если он убьёт кого-то? – Не если, а когда, Меган. Так и будет. Я говорю тебе это с целью, чтобы ты знала, что это не сказка, это наша жизнь. Пора открыть глаза и трезво мыслить. Твоей крови не хватит на всех. Ты не сможешь разбрасываться ей направо и налево. Волшебница обмякла, отворачивая голову в сторону. Вот-вот из глаз её брызнут слёзы. Она почувствовала себя такой беспомощной в моменте, когда осознала что руки её связаны. – Маргарет, не нужно играть в благодеятельницу, – приводя девушку в чувство, твердо произнесла Белль, – Не делай хуже для себя. Потом присядут на твою шею и буду винить в том, что ты не смогла спасти кого-либо. Не прыгай выше головы и будь благоразумнее, – касаясь её щеки тонкими длинными пальцами, прошептала Блэк, оглядывая зеленоглазые глаза. – Как же быть? – прошептала Мар. – Решай сама. Это твоя жизнь. Но от судьбы ты не убежишь, – обхватив ласково ладонями обе щеки девушки, пролепетала мудрая волшебница, – Будь сильной. – Я устала быть сильно, – прикрывая тяжёлые веки, пропищала жалостливо она, – Мне так не хватает родителей рядом, – пуская слезу, шептала она, не раскрывая глаз. Тётушка бережно прижала ту к себе, укладывая на макушке девушки теплые ладони.***
Перед отъездом в Великобританию семья Малфоев нерасторопно собиралась у порога дома мисс Беллатрикс, дожидаясь, когда к супругам вернётся сын. Маргарет не возвращалась из сада, прогуливаясь по окрестностям горных хребтов. Серое небо затянулось туманной пеленой, отражая душевное состояние темноволосой гриффиндорки. – Мэг, – окликнул её голос брата в лице младшего Малфоя. Светловолосый юноша нашёл среди тонких стволов волшебницу, что застряла в своих мыслях. Обернувшись взор глаз её встретился с кузином, разговор с которым после прошлого застолья вовсе не завязывался. – Я не желаю объясняться, Драко, – прыснула Блэк, уходя от диалога. – Мэг, я буду защищать тебя. Ты не перейдешь на его сторону. Я тебе обещаю, – охватывая холодную ладонь девушки своей, скомкано и быстро пролепетал слизеринец, заставляя Блэк обомлеть и сомкнуть губы. – Ты чего такое говоришь? – громко протянула та, сторого оглядывая парня, вытягивая свою руку из его хватки, – Ты чего надумал, Малфой? – она была серьезна, голос её не дрожал, а был тверд и настойчив. Юноша потянул головой, ускользая от ответа. Блэк судорожно повторила вопрос, на что тот лишь развернулся к ней спиной, уходя вдаль. – Драко, ты с ума сошёл? – срываясь на крик, она вновь дала волю чувствам, – Не нужно своей ценой защищать меня! Ты меня слышишь? Её голос дрожал и звенел в холодном январском воздухе, но будто до ушей юноши не долетал. Крупицы сомнения в силах сестры у него закрались после одного из разговоров с Ноттом, от чего услышанная новость не повергла его в шок, а наоборот надоумила на перемены в жизни.***
9 декабря 1995 года
Мальчишеская спальня Слизерина
После прогулки с Маргарет, Нотт вернулся в стены замка, заваливаясь на мягкую перину телом. Холодный снег точно въелся в его кожу, а мурашки не отпускали его. В комнату вошёл ещё один слизеринец, что мигом зажёг несколько свечей, окутав спальню мягким светом. Заметив друга, что уже без сил валялся в кровати, Малфой пустил в его адрес несколько колких шуточек, что были проигнорированы шатеном. – Что с тобой, Нотт? – плюхоясь на край перины, протянул незамысловато блондин, вскидывая брови, – Это моя Блэк так на тебя повлияла? – Тебе не кажется странным.. – начал кареглазый волшебник, усаживаясь по-турецки и опрокидывая спину на изголовье кровати. – Решил пофилософствовать? – Послушай, – с ноткой нервозности продолжал тот, заставляя Малфоя усмирить лукавство и едкие шуточки, – Ты помнишь как Мэг пропала на месяц из школы? – Допустим, и что к тому? – Ты серьезно? Да её точно подменили, тебе разве не показалось того же? Блондин замолк, отводя взор глаз в сторону. Нотт был прав. – Что ты думаешь? – медленно прошептал слизеринец, заостряя внимание на шатене. – Она пропала на месяц под напором твоей мамы. Мне кажется это не просто так. В ней будто таится что-то новое. Иногда сила меняет человека. В этом случаи именно так произошло. Она скрывает что-то..***
В последние деньки рождественских каникул, Маргарет, убитая последними днями, заявилась на площадь Гриммо за оставшимися вещами, днями ранее отправив короткую записку о своем приезде. Холодный приём был свойственным после последних событий. Волшебницу никто не встретил у порога, заставляя интуитивно пройти вглубь дома. Пакеты с вещами Блэк стояли вдоль стены в общем зале. Небрежно покиданные вещи почти вываливались из краёв на пылтный паркет. У дверного проема из кухни, оперевшись о дверной косяк, стоял хмурый мужчина с щетиной. Он не сказал ни слова появившейся племяннице, что также холодно встретила его. Маргарет прекрасно знала характер Блэков, знала эту игру в молчанку и придерживалась этих правил. Она демонстрационно стала проверять все ли вещи были собраны в пакетах, прокручивая в голове, под напором грозного изучающего взгляда Блэка, что вообще должно когда-то оставлено в стенах этого дома. – Ты у неё была, да? У этой ведьмы? – холодно и рвано бросил он вместо приветствия. – Какая тебе разница? – прыснула ядом та, не отрываясь от поисках вещей, – Хочешь опять упрекнуть меня этим? – Мерлин, ты такая же упрямая как она, как отец! – сдавленно, пытаясь подавить гнев, прошипел бывший гриффиндорец. Его выводило из себя её спокойствие, игравшие на его нервах. – Пойми, я больше не тот ребёнок, о которым ты мало что знал, Сириус. Я больше не ребёнок, – буркнула Меган, сверкая ярко-зелеными глазами. Блэк и сама закипала от чувств и эмоций, в которых она захлебывалась от пережитых дней. – Конечно, та Меган, увидев себя спустя столько лет, убежала бы в слезах от страха. В кого ты превращаешься? Это магия тебя портит. – Хватит так со мной говорить, – огрызнулась она, оскалив зубы, – Если не можешь смириться, то это не мои проблемы. Почувствовав накалённую обстановку, маленький домовой обхватил лодыжку волшеницы, становясь перед ней, точно показывая Сириусу, что не стоит у ней подходить. – Ну уж нет, Меган. Ты уже совсем рехнулась. – Да что ты говоришь? – воскликнула на эмоциях она, на что мигом была усмерена шлепком по лицу. Красная отметина на щеке заполыхала огнём, заставляя ту прийти в чувства и заткнуться. Зелёные глаза вскинулись вверх, судорожно от непонимания бегая по напряжённому лицу мужчины, что мгновенно сбавил пыл от понимания, что он натворил. Он оставил её в доме одну, хлопая входной дверью с такой силой, что девушка пошатнулась. К горлу подкатился огромный ком, что встал поперек, перекрывая воздух. В глазах блеснули первые полу-прозрачные серебристые слезинки. Схватившись за голову, Блэк практически рухнула на пол, другой другой она ухватилась за выступавший край кушетки, стиснув зубы. Ослабив хватку руки, она упала на холодный паркет, подгибая под себя колени. Ей казалось что мир вокруг неё понемногу рушился. Она не могла владеть в этот миг собой, эмоции захлестнули её с головой. Она уложилась от безысходности всем телом на пол, утыкаясь носом в паркет. Болевые импульсы сковали её тело. Пальцы рук скользили по паркету, ногтями вцепляясь в него, оставляя белые обрывистые линии. – За что.. – шипела она сквозь стиснутые зубы, когда по щекам катились слезы. Шея её покрывалась солёными дорожками, которые тянулись от век. Горло першило от громких возгласов и ревов Блэк, что не могла смириться с тем положением, в котором она находится в данный момент. Притянув к груди колени, она уткнулась в них лицом, выдыхая сгустки разгоряченного пара изо рта. В чувство её привёл лишь тихий звон, что разнёсся над её головой. В мгновение она подумала, что Сириус трансгресировал обратно в дом, и дабы не быть найденой в таком уязвимом состояние, Блэк вскинула голову. Над ней возвышался силуэт светловолосой волшеницы, лицо которой закрывали белоснежные мокрые от стена пряди волос. Блэк, что не могла оторваться от пола, откинула шоколадные пряди от лица, что прилипли к мокрым щекам от слёз. Красные глаза недолго взглядывали на Лавгуд, быстро отвелись в сторону от едкой боли, которая возникала когда Мар смотрела на свет. – Сейчас не врем.. – шикнула она, пытаясь скрыть свои слезы, промакивая лицо рукавами кофты, но она осеклась. Взор глаз смотрел в угл зала, где стояло пианино. Блэк замолчала, задумываясь о том, зачем в дом к Сириусу прибыла Луна, не знавшая о нахождении подруги там. Мэг не поднимала глаз к подруге. В груди её что-то больно щелкнуло, отрезвляя её. Когтевранка трансгрессировала сюда не за ней. Случилось что-то страшное. Что-то очень страшное. Блэк рывком поднялась на ноги, впиваясь взором глаз в силуэт подруги, что неподвижно стояла на одном месте, опустив взгляд в пол. – Луна, что? – прошептала темноволосая волшебница, строго оглядывая белокурую волшеницу, что до конца каникул должна была находиться в Северной Скандинавии. Лавгуд что-то невнятно промычала и вновь замолчала. Маргарет наострила слух. До ушей её донёсся её плач. Блэк обомлела, когда некогда голубые глаза волшеницы поднялись на неё. Из глаз сочились слезы, теперь она рыдала навзрыд, падая на колени на пол. – Отца убили, – сквозь рев, шептала юная чародейка. Она уронила лицо в свои ладони. Дом затрещал по швам от её оглушительного крика боли, что вырвался из её груди. Блэк упала рядом, прижимая ту к себе. Слезы вновь брызнули из её зелёных глаз. Бедная невинная когтевранка осталась без обоих родителей, сейчас рыдала от безысходности и боли, что разрывало её изнутри. Беллатрикс оказалась была права.
