Воинская часть №69

4:26 утра Это утро началось… не как обычно. Маршал преспокойно лежал в своей койке, уткнувшись головой в подушку, как вдруг за дверью послышались монотонные солдатские шаги, стремительно приближающиеся к кабинету. Уже через секунду в дверь яростно начали стучать, будто случился пожар или небо решило свалиться на землю. Маршал слегка приподнялся с койки и пробубнил сонное: — Войдите… — «Сука, какая падла решила заявиться ко мне в полпятого утра, блять…» — Он грозно сел на койке. Взял из пачки сигарет на тумбочке одну штуку, поджёг её и встал напротив двери. Но, похоже, гость либо не расслышал, либо не хотел слышать приглашения. Маршал вспылил: — Я же уже сказал, заходите, чёрт вас дери! — В его словах явно читалась нарастающая агрессия. Но уже через мгновение дверь распахнулась, и внутрь на всех парах влетел тот же офицер, который день назад передал телеграмму от товарища генералиссимуса. — Здравия желаю, товарищ маршал, разрешите доложить! — Вольно, чё тебе надо в такую рань, а? — маршал поднял левую бровь. — Товарищ генералиссимус немедля хочет видеть вас, просил передать что хочет с вами «серьёзно поговорить»! — Блять… — «Попал, чёрт возьми.» — Хорошо, передай ему, что я скоро буду. — Маршал начал наскоро собираться. «Серьёзно поговорить» уже не предвещает ничего хорошего. — Так точно, товарищ маршал! — Солдат отдал честь и вышел тем же путём, каким и явился. Уже через минуту маршал покинул свой кабинет. Но первым делом направился в сторону комнаты лейтенанта. Зачем? Потащить салагу с собой. Причину будить и брать её в охапку маршал для себя нашёл просто железобетонную: «Ну, одному идти не очень-то интересно. Да и пускай уже привыкает к режиму нашей части! Бодрствование с четырёх утра — залог хорошей службы!» — ага, сказал тот человек, который любит дрыхнуть как убитый до самого обеда… Менее, чем через полчаса маршал уже стоял как штык у её комнаты. Оценив дверь на вид, маршал крякнул и принялся стучать: — Подъём, лейтенант, нас ждёт очень продуктивный день! В ответ — тишина. — Земля! вызывает! лейтенанта! Хватит дрыхнуть, вставай! В ответ — снова тишина. Маршалу вусмерть надоело ждать и он, набрав в лёгкие побольше воздуха, громко и чётко рявкнул так, что с потолка осыпалась штукатурка: — РОТА-ПОДЪЁМ, ЛЕЙТЕНАНТ! — Дверь чуть треснула, а на пол полетели хлопья краски. Лишь после этого за дверью наконец послышался сонный жалобный голос: — Това-арищ маршал, почему в ваших приключениях обязательно должна участвовать я?.. — Потому что потому, и это не обсуждается! — отрезал маршал. — Нечего дрыхнуть до обеда! — Чую я, вы и сам фанат поспать до посинения… — парировала флегматично лейтенант, неспешно одеваясь. Ответа из-за двери не последовало. Когда она вышла из комнаты, на ходу натягивая на лоб верную фуражку, за дверью, как и ожидалось, всё ещё вальяжно ждал маршал: — До-оброе утро! С первыми лучами солнца, так сказать! — Он натянул ехидную улыбку. — Товарищ маршал… — Лейтенант украдкой посмотрела на офицерские часы маршала — свои впопыхах она благополучно оставила в комнате, — Четыре-сорок утра, солнца даже ещё не видно… — Она жалобно взглянула на него, приподняв козырёк фуражки. — Ну и что? — невозмутимо отозвался маршал. — Мне же надо как-то поддержать разговор и всё такое… Но не суть. Чёрт, нахер я пришёл… — Маршал озадаченно почесал затылок. — Вспомнил! Мне к вышестоящему начальству надо. Телеграмму от генералиссимуса мне вручили ещё в день твоего приезда, но-о… Это было вчера. Чувствую, мне пизда… Он с видом виноватого пса закурил очередную сигарету. — Товарищ маршал. Напомните-ка мне вот что. А я зачем вам нужна? — Лейтенант угрюмо сложила руки на груди. Маршал весело выставил растопыренную лапищу, готовясь загибать пальцы: — Ну, первое: нехер так много дрыхнуть. Второе: вышестоящему начальству тебя всё же надо представить. Третье: э-э… Скучно мне одному идти. Как-то так. — Ну и ну… — вздохнула тяжело лейтенант. — Как я понимаю, выбора у меня нет, я права? — Именно! Пошли, не хочу получать лишних пиздюлей. Хотя, если подумать, генералиссимус не такой уж и плохой… Главное, — поучал он лейтенанта, гордо подняв палец кверху, — ничего лишнего не сказать. Иначе нам точно светит расстрел. Лейтенант, явно будучи настроенной менее оптимистично, устало накрыла ладонью лицо. — М-да, будет весело… — Не то слово!!!

***

Вскоре они добрались до места обитания генералиссимуса. Выбрал он себе район, конечно, роскошный — на горе. На вершине издалека вырисовывались высокие стены каменного забора, окружавшего дом. За ним — приличного размера здание, больше походившее на средневековый замок со шпилями. Маршал не стал тратить время на созерцание — видел дом он уже очень, о-о-очень много раз; лейтенант же была, мягко говоря, в немом шоке. Идя по коридору, она подскочила к маршалу и задумчиво пробубнила: — Ну и хоромы он себе отбабахал… Не жирно ли? — Она с надеждой повернулась на маршала, как на, может, и не слишком достоверный, но единственный доступный ей источник информации. — Да не, ему в самый раз, я считаю. И не мало, и не много. — уточнил маршал, потушил сигарету и выкинул её на пол. Лейтенант нахмурилась, провожая взглядом догорающий окурок, но вслух ничего не сказала. — Мы пришли. Маршал резко остановился у двойных деревянных дверей, ведущих в кабинет генералиссимуса. — Вы готовы, лейтенант? — Маршал вопросительно посмотрел на девушку. — Конечно. — «Куда денусь…» — Пойдём. Двери распахнулись, пропуская напарников в довольно длинный строгий кабинет. По стенам тянулись высокие шкафы, полки которых были сплошь забиты документацией самого разного рода и вида: папками, скоросшивателями, стопками листов. Будто и не кабинет вовсе, а отделение каких-нибудь архивов. В конце помещения стоял стол, а за ним сидел товарищ генералиссимус собственной персоной. Светловолосый, статный, широкоплечий мужик, не выше маршала, но и не сильно его ниже, однако куда как старше — годов так на пятнадцать. Лейтенант слегка поёжилась, увидев его: определённый трепет его образ точно вызывал. Как человек высшего командования, он и правда всегда пользовался почётом и уважением среди всех обитателей части. Всех, кроме маршала. Для него громоздкое слово «субординация» было не более, чем пустой звук, если дело касалось тех, кто был выше его по рангу. Тем более, что с генералиссимусом они скорее были как хорошие друзья, познакомившиеся летним вечерком где-то в советском баре. Правда, это ни разу не означало, что для товарища маршала в силу его взаимоотношений с высшим начальством будут действовать хоть какие-то послабления. Генералиссимус оторвался от бумаг и поднял голову, внимательно окинув вошедших проницательным взглядом: — Товарищи офицеры. Доброе утро, товарищ маршал. — Товарищи офицеры. Ага, и вам. — Маршал едва сдержался, чтобы не вставить в приветствие какую-нибудь тупую реплику в стиле: «Забор покрасьте». Генералиссимус перевёл взгляд на чуть спрятавшуюся за маршалом девушку и сощурился. — А это ещё кто? Смирно. — А, это… В комплекте было. — Маршал с невозмутимым довольством поднял подбородок и откинул полу шинели, представив лейтенанта вниманию серых пристальных глаз. Она слегка подпрыгнула от страха, хотела было заскочить обратно за широкую спину, в безопасность, но вовремя остановилась, одёрнула себя и вытянулась по струнке, отдав честь: — Товарищ младший лейтенант. — Собственно, что ещё можно сказать? Вопрос хороший… — Назови причину визита. — ехидно подсказал маршал. Как бы не хотелось пнуть маршала каблуком кирзача, этого делать не стоило. Он прав. Лейтенант скривила губу, судорожно размышляя, как бы помягче перефразировать причину: «Набухалась и случайно попала в ебеня». — Попала по направлению с воинской части №8642. — Товарищ маршал, с вас документация о переводе солдата в нашу часть. — Так точно. — Солдата, ага. «Ну вас обоих к чёрту.» — лейтенант неслышно вздохнула и закатила глаза. Хотела бы она спросить, откуда маршал собрался брать документы, если их в принципе никогда не существовало… Может, есть свои пути. Генералиссимус откашлялся и глухим голосом, как какой-нибудь политрук, продолжил: — Вольно. Итак… К вам есть дело. Достаточно… — Он перебрал пальцами бумаги и тяжело вздохнул. «Какое, блядь дело-то?!» — Маршал прохрустел носком сапога и медленно вздохнул в ответ. — Интересное дело. В общем… Я…. — Да какое дело-то?! — вспылила лейтенант. Маршал обернулся на неё, широко раскрыв глаза. — Это генералиссимус, если ты не забыла. Прояви немного терпения. — прошипел маршал тихо. Лейтенант похолодела, осознав, во что могла влипнуть по собственной глупости. Погон-то опять не было видно… — Да, простите… — Но, благо, генералиссимусу было глубоко наплевать, о чём шёл никак не связанный с делом диалог. Он невозмутимо продолжал: — …Адмирал морского флота. Надеюсь, в представлении не нуждается. — Извините… — Лейтенант стыдливо натянула фуражку на глаза, чтобы случайно не встретиться взглядом с начальством. — Кто это? — Маршал введёт вас в курс дела. И ещё, товарищ маршал. — Он исподлобья глянул на него так взбешëнно и дико, будто желал испепелить. — Да-а? — Ещё раз, блядь, такая задержка после того, как вы ТОЧНО получили телеграмму — вашим расстрелом займусь лично я. Ясно?! — Так точно, товарищ генералиссимус. — Вот и чудно. Свободны! — Генералиссимус показал пальцем на двери. Когда маршал и лейтенант покинули пределы хорóм, по горе эхом прошёлся отзвук горна, возвещавшего о завтраке. Маршал довольно ухмыльнулся: — А вот и завтрак. Вы идёте, лейтенант? — Товарищ младший лейтенант… — вздохнула она в ответ. — Конечно, иду. Кстати, товарищ маршал, а кто такой этот ваш… адмирал морского флота? Маршал слегка нахмурился. — …Это мой брат. Раньше мы с ним служили вместе, вполне ладили, но это, как и всё в мире, не могло продолжаться вечно. В итоге мы с ним… сильно повздорили. Он пошёл в военно-морской флот, а я остался в этой части. — Маршал тяжело вздохнул. — С тех самых пор прошло тридцать пять долгих лет, и вот — возможно, мне выпадет шанс снова повидаться с ним. Скажу вам честно, я по нему скучаю. Хоть мы и не смогли понять друг друга, но всё же родные братья. Я не думаю, что он на меня злится. — Маршал сделал последнюю затяжку сигареты и выбросил очередной окурок на каменную дорожку. — Как-то так, это если вкратце. Теперь понятно? Лейтенант сочувственно хмыкнула, глядя куда-то в пол. — Так точно, товарищ маршал. Теперь в столовую? — Теперь — в столовую. — эхом подтвердил маршал.

***

Столовая — гудящее, неспокойное и суетливое место. Кажется, во всей части не сыщешь помещения более оживлëнного, чем оно. Даже как-то непривычно. На улице — мороз, люди жмутся к домам, как вороны к печным трубам, тихо, угрюмо; а зайдёшь внутрь — тепло, шумно и по-уютному празднично. Они опоздали — почти все столы были уже заняты. Только мельком увидев единственный стол со свободными местами, маршал нахмурился и презрительно фыркнул. — Вот же вляпался… — Что не так? — Да так… Еблан один. На этом краткий экскурс закончился. Лейтенант взяла еду (котлету, пюре и стакан кваса собственного производства) и села за стол, с любопытством разглядывая своих новых соседей. Один — мужчина лет тридцати, со светлыми волосами и невозмутимым выражением лица. Правда, удивляло не это — а то, что он был одет вообще не по уставу. Маршал не раз шипел на лейтенанта за её расхлябанность — всегда расстегнутую шинель и фуражку явно не по погоде, но он… И вовсе был в тëмно-серой толстовке и джинсах. Его шинель же покоилась на коленях, аккуратно сложенная вчетверо. Рядом с ним — девушка. Явно помоложе, может, ровесница младшего лейтенанта, тоже со светлыми волосами до плеч. Впереди пряди были чуть подлиннее. Она уже была одета по форме. На погонах красовались три звезды, выстроенные в ряд. Каким образом? Старший прапорщик? Они что, в Российской Империи? В советской армии разве вообще существует такое звание? Маршал сел за стол с таким лицом, будто его только что заставили всухомятку съесть целый лимон. — Доброе утро, товарищ маршал. — протянул мужчина. — Товарищ маршал. — Девушка отдала честь. — Вольно. — прошипел маршал в ответ. Лейтенант непонимающе нахмурилась — с кем она, черт возьми, имеет дело? — Итак, смотри. Это — товарищ майор. — Маршал вальяжно указал на мужчину. Тот мягко помахал рукой. — Это — старший прапорщик. — Девушка слегка кивнула. — Товарищи, это — лейтенант. — Товарищ младший лейтенант. — Похоже, ты новенькая. Впервые тебя вижу. — Майор усмехнулся. — Ну, чувствуй себя как дома. Маршал с подозрительным выражением лица покосился на майора. — Товарищ майор. Не желаете ли объясниться? — Никак нет, товарищ маршал. Не горю желанием. Маршал грохнул стакан с квасом об стол. — Вы, верно, забыли, что в воинской части действует устав, чьи положения необходимо выполнять всем и каждому? — Так точно, товарищ маршал. Запамятовал. — невозмутимо отозвался майор, с аппетитом уплетая свою порцию. Глаза маршала недобро блеснули. Он растянулся в гадкой улыбке. — Знайте, что вечно это продолжаться не может. Вам прекрасно известно, что наказаниями в нашей части занимаюсь лично я. И лучше не знать, что я могу придумать лично для вас под целой бутылкой крепкой водки. — Валяйте. — вздохнул майор. У лейтенанта появились какие-то смешанные эмоции. Вроде и вызывает уважение, но одновременно дикое непонимание. Чего он добивается?.. Прапорщик украдкой окликнула лейтенанта. — Пока они препираются, можем познакомиться поближе. — Думаешь, подерутся? — Не-а. Майор не из тех, кого легко расшевелить на открытый конфликт. Маршал тщетно пытается его спровоцировать. Лейтенант усмехнулась. — Старается обернуть ситуацию в свою пользу? — Ага. Хитрый больно. — Она добродушно усмехнулась в ответ. — Но не обращай внимания. Для них это — обычное дело. — Верю. — лейтенант вздохнула. — Хорошо бы ещё кваса налить… Она осмотрелась в поисках чего-то вроде бочки или дополнительных стаканов, но ничего подобного не обнаружилось. Разочарованно вздохнув, она хотела было приняться за свою тарелку снова, но… Где еë чёртова котлета? — Что-то не так? — поинтересовалась старший прапорщик, активно что-то пережёвывая. — Ты издеваешься?! — Ничуть. — Она ехидно усмехнулась и легко выпрыгнула из-за стола, увернувшись от цепких рук лейтенанта. Ловкая сволочь! Так и не догонишь. Не успела лейтенант опомниться, как шинель прапорщика уже замелькала зелёным маяком за несколькими рядами столов. Ищи ветра в поле! Как вдруг… — Ой-ой-ой, какого?! — Рядом с ней мгновенно, будто из-под земли вырос огромный двухметровый силуэт. Секунда — и беглянка отчаянно заболтала ногами в добром метре от земли, пойманная за шкирку с поличным. По столовой оглушительным громом разнёсся грозный бас товарища маршала: — Это что ещё за хуйня, а, товарищ старший прапорщик?! Прапорщик пискнула, стараясь выбраться из железной хватки: — Просто шутка, товарищ маршал! — Просто шутка?! — Казалось, от голоса задрожали стёкла в окнах. — За такие шутки, товарищ старший прапорщик, вам положено выдать крепких пиздюлей по первое число. И вы прекрасно знаете, кто вами займётся. Столовая затихла. Будто уже оказалась на панихиде или похоронах. Даже лейтенанту вмиг перехотелось ловить прапорщика за шкирку, озорницу стало жаль. Среди наступившей тишины вдруг чисто и звонко прозвучал один-единственный хладнокровный голос: — Товарищ маршал, отпустите девушку. Первый раз простительно. Майор спокойно встал с места и заложил руки в карманы. Маршал в бешенстве повернулся на него, не отпуская преступницу. Столовая со страхом подняла глаза, не веря своим ушам. «Точно похоронили.» — Заткнулся бы ты. — процедил маршал, угрожающе повернувшись всем торсом в сторону майора. — Только если отпустите прапорщика, товарищ маршал. Повисла угрожающая тишина. Если никто не вмешается, драки точно не избежать. И все прекрасно понимали — столкновение будет ужасающее. Буквально не на жизнь, а на смерть. Столовая тихо загудела, в панике стараясь придумать хоть что-то, но все варианты и планы летели в топку, упираясь лишь в один итог — кому-то из присутствующих придётся принести себя в жертву. Лезть к маршалу, когда он готов был в приступе ярости сравнять всю часть с землёй — означало только верную мучительную смерть. Смельчаков на эту суицидальную роль не находилось. Кто-то в толпе отчаянно перекрестился. Всё. Конец. — Товарищ маршал. — Что-то настойчиво дёрнуло его за рукав. — Пойдёмте лучше водку пить, а? Маршал застыл. Его обозлённые зрачки столкнулись с синими глазами, которые с лёгкой наглостью выглядывали из-под козырька фуражки. Майор, прапорщик, а вместе с ними и вся толпа замерла, считая секунды до ужасающей развязки. — Пропала… — Что она, мать твою?!.. — Отвернись, отвернись! Пока не поздно… Но маршал вдруг оскалился, медленно вздохнул и небрежно разжал руку. Прапорщик кошкой приземлилась на ноги и торопливо отскочила в сторону. Столовая обомлела. — Да, конечно! — с усмешкой вдруг отозвался маршал, подтащил к себе лейтенанта и радостно улыбнулся. — Пора научить тебя правильно пить, шкет! — Товарищ маршал!!! Я не пью! — запротестовала лейтенант, отчаянно пытаясь выбраться из ловушки мощного локтя. — И вы хорошо это знаете! — Да поебать мне. — Маршал рассмеялся. — Не умеете — научим, не хотите — заставим. — Чёрт бы вас!.. Маршал вновь выпрямился и разжал объятия, а лейтенант с оскорблённым видом отпрыгнула в сторону и поправила фуражку. Он гордо развернулся и зашагал к выходу: — Идём. Водка не ждёт! — Тьфу, бля, молчите уж! — Лейтенант нагнала его и одёрнула шинель. — Пить я всё равно не буду. — Утю-тю-тю, — передразнил маршал. Тоже мне, пятидесятилетний мужик… — Будете, лейтенант. Ещё как будете. — Товарищ, МЛАДШИЙ, лейтенант. — Да поебать мне! — Катитесь к чëрту, товарищ маршал! Дверь хлопнула. По шокированной столовой прокатился многоголосый вздох облегчения. Майор подошёл к прапорщику и присел на корточки: — Как ты? — Нормально… — Хорошо. — Он помог ей подняться и вздохнул. — Вот же повезло… — Не скажите… Полагаю, начинается нечто любопытное? Майор как-то странно усмехнулся. — Ты права. Я всегда говорил, новенькие — это к лучшему. Сначала мичман, теперь вот… Младший лейтенант. — Ага. — прапорщик задорно тряхнула головой. — Главное, чтобы маршал не подлил ей технического спирта. Иначе все перемены… Хех, пойдут прахом.