Shrike.

Ночь с Силко действительно не дала ответы на все вопросы, но в некоторых моментах Кассандра получила их. Например, что он может быть нежным. Такое было условие после очередного секса у его стола, когда Кассандра вся заведённая сидела на его коленях и желала поскорее ощутить этот член внутри, чтобы избавиться от этого чувства, которое шкрябало внизу живота. Но он тогда не спешил. Позволял себе исследовать каждый ореол мягкими поцелуями, он уже не щипался, хотя было видно, что иногда в его здоровом глазу проскальзывало это желание. Он разрабатывал её даже после их недавнего секса, будто у Кассандры давно не было близости. Силко действительно тогда удивил её, одними пальцами, массирование её клитора и нежные поцелуи довели до оргазма. Потом она отплатила ему, Силко любитель сделок и за каждое свое действие всегда желал плату и вот она настала. В их практике уже был минет однажды, потому Кассандра знала что ему нравится и на что он особенно жарко отреагирует. Обессиленная она сползла с его колен и села между ног издавая скрежет метала по половицам дерева под собой из-за протеза, но это их не отвлекало, кажется, наоборот, Силко тогда был удовлетворен этим звуком, ведь так звучала его инвестиция. Его инвестиция сидела между его коленей и смотрела на возбуждённый член мужчины, будто изучала с какой стороны подойти правильно. Силко не был слишком толстым, он действительно отвечал своим параметрам внешне и тогда впервые Кассандра получила разрешение раздеть его. Да и какое разрешение если они послали к черту свою игру и сейчас просто находили ласки друг друга? Освобождали наконец-то другие строны, которые так долго прятали от мира. Сначала стоило начать с головки, которая истекала предэкулянтом, что свидетельствовало о том, что он продолжительное время был возбужден и терпел, лишь бы довести Кассандру до оргазма одними лишь ленивыми движениями пальцев. Это сводило с ума, потому что такого контраста от Силко не ожидалось. Кончить от самого опасного в Зауне человека? Это возможно, когда он грубо её прижимал к столу и трахал пальцами так, будто она совершила нечто ужасное и это было наказание, а не попытка высвободить негативные эмоции. Но вот кончить от его пальцев, когда Силко казался открытым? Это в какой-то степени пугало, потому что Кассандра тогда ощущала, что ей доверили что-то непосильно трудное, что она не сможет принять, но это быстро ушло на второй план, потому что её накрыла волна оргазма. — Ты долго думаешь, — воркочит голос сверху. Он всегда умел подбирать тональность, либо же женщина уже настолько потерялась в этом мужчине, что считала его голос умиротворяющим и.. привлекательным? — Действуй, раз уж начала. И тогда она начала, большой палец сминал головку, позволяя подушечке испачкать смазкой, пока её собственные губы выстраивали дорожки поцелуев вдоль грудной клетки к самому животу, где был устрашающий шрам. Она нежно поцеловала его, будто это была ещё одна тайна и позволила опуститься голове ближе к члену, но не опуститься на него своим ртом, нет, Кассандра знала, что Силко человек грубый, он любил дарить боль в удовольствии и так же любил её получать, потому что в такие моменты ты не только уязвим, но и живой. Зубами Кассандра прошлась вдоль внутренней стороны бедра и обхватила члена в своем кулаке, чтобы компенсировать ожидание хотя бы движением своей руки. — Ты не фарфор держишь, — и снова его голос в котором проскальзывают нотки недовольства. — Сожми, иначе сейчас же сядешь на него, чтобы я наконец-то ощутил, как твои тугие стенки сжимают меня. Черт, Кассандра, не медли, иначе я вытрахаю из тебя эту уверенность. Это поспособствовало действиям. Кассандра не только начала формировать на его бедре засос, но и сжала кулак сильнее вызывая такой комбинацией действий у него гортанный стон, что сообщал ей продолжать. Такими поцелуями, которые иногда становились лёгким покусывание женщина возвратилась к его эрекции, чтобы снова увидеть перед глазами ждущего Силко. Какие бы руки у неё не были, он требовал что-то получше, что-то, чем он сможет управлять лучше и это неё тонкие пальцы, которые двигались в какой-то момент не так как он хотел. Силко накрыл её кулак своим кулаком и сжал крепче, чтобы начать надрачивать себе в том темпе в котором он сам того желал и говорил об этом брюнетке. Она подняла голову и подставила свои губы, чтобы они оба направляли его возбуждение прямиком в её рот, который без препятствий принял его четверть, а дальше стоило постараться. Собственное возбуждение постыдно стекало по её голым бедрам, где оставались остатки оргазма, что заставляло Кассандру ёрзать на коленях перед ним, но никак не останавливаться в своей задаче, чтобы взять на всю длину. Силко был нежен, но не сейчас. Сейчас он схватил её за волосы и насадил её глотку на свой член, что вызвало рвотный рефлекс, заставляя горло сжиматься в спазмах, чтобы вытолкнуть предмет. Но для мужчины это была лишь приятная узость, которая лишь выдавила из него грубый стон и даже это звучало сексуально. — Ты даже так принимаешь меня, дорогая, — Силко издает тихий смешок пытаясь вернуть контроль к своим стонам, хотя сейчас это было не нужно. Тогда он кончил ей на грудь и позволил принять ванну у себя на этаже, чтобы Кассандра уже чистой вернулась в его постель. Дорогая. Последнее время он так её называл, дал ей это прозвище, как и сама Кассандра давала прозвища Джинкс с побуждением, что ей просто приятно ассоциировать этого ребенка с какими-то животными, даже если девочка не понимала её. Лежать в постели рядом с сонным мужчиной было во истину проклятьем. Кассандра могла поклясться, что она не заслужила этого момента, что те чувства, которые сейчас зарождались в ней просто от вида того, что Силко лежал на животе, в повязке для глаза и был повернут в её сторону — было не для неё. Но она была эгоисткой, брошенной и в такой ситуации, что её зелёные глаза могли лишь жадно поедать этот образ, будто мужчина скоро исчезнет. Пальцами она следовала по выбившимся прядкам волос, примечая, что даже так он не теряет устрашающий вид, хотя ему идёт. Следом спускается к выпирающим позвоночника и её пальцы натыкаются на татуировку в виде маленького йордла над поясницей. — Mierda, — шепчет она себе под нос тихим голос, пытаясь скрыть смешок и спускается ниже, чтобы остановится у одеяла, которое прикрывало таз Силко. — Я сейчас наиболее уязвим, чтобы ты туда лезла, — хриплый голос возвращает её внимание к лицу и женщина вынуждена лечь так же на грудь, чтобы прикрыть свою наготу. — Я не практикую анал, — фырчит. — Ты просто не знаешь какие ощущения он может принести, — он открывает свой серый глаз и смиряет её заинтересованным взглядом. — Мы введем это единожды, уверяю тебя, как только в твоей заднице будет пробка, а мой член внутри тебя — ты поймёшь насколько узкой можешь себя ощущать. — Ты не романтичен с самого утра, — она ежиться лишь от мысли, что что-то будет внутри её заднего прохода и ложится на спину. — Я предпочитаю проводить с женщинами в своей постели другого рода занятия, чем романтика, дорогая, — Силко кладет руку поверх её живота и тянет к себе. — Тогда это объясняет твои предпочтения. Они молчат довольно-таки долго, Силко потому что ему комфортно наконец-то не нагружать себя работой либо же мыслями о том, что Кассандра снова во что-то вляпалась. Он просто может закрыть глаз и насладиться минутной слабостью, которую они оба оставят в этой кровати и не будут вспоминать. Тишину нарушает Кассандра. Женщина поворачивает в его сторону свою голову: — Тебе стоит взять в совет Ренату Гласк, — она звучит более чем уверенно, ведь изучая семью Гласк она видит в этом козырь. Помимо того, что Вельвет приказала ей отвлекать Силко, это не означает, что женщина не может помочь найти ему сильных союзников в этой игре. — Она сильный партнёр, она может помочь в борьбе против Вельвет. Смотреть в сторону Силко было неловко, всё-таки вместо очередного поцелуя, сладких стонов либо же обычного и спокойного молчания она заговорила про его работу. Будь на её месте кто-то другой, другая женщина, которая не интересовала его так смогла бы после этого предложения жить дальше? Из-за многочисленных поблаг, крепких рук и удовольствия которые мужчина дарил ей, Кассандра вовсе забыла о том кем он является на самом деле, что он тот, кто создал Шиммер, который Кассандра так ненавидит. Абсурдная ситуация. Вместо того, чтобы немедленно потребовать ответ она осматривает его комнату. Ещё один интимный момент, другая бы не попала в его спальню, она не Кассандра. Но вот она здесь, в темной комнате, в которой нет ни намека на яркие цвета, даже подарков Джинкс, похоже, Силко действительно тщательно относится к своему комфорту и личному пространству. Огромная кровать у окна, которое зашторено, чтобы не пропускать ни капли света вывесок, потому что Силко всегда спит в самый пик жизни на улицах Зауна. Несколько часов, чтобы он мог хотя бы восполнить энергию и успокоить организм. Кассандра как раз таки лежала у окна, и единственное, что разделяло её от того, чтобы отодвинуть штору — тумбочка, которая стояла в углу, чтобы к кровати был доступ с двух сторон. Напротив кровати был небольшой комод с вещами, скорее всего там был один комплект сменной одежды и пижама. Спокойно и минималистичный стиль Силко, если убрать все предметы Джинкс. Недалеко стоял небольшой журнальный столик, а на нем - очки для чтения и какая-то перевёрнутая обложкой вверх книга, что говорило о том, что он иногда читает её. — Рената достойный барон, — отвлекает её голос за спиной. — И я уже изучал идею о том, чтобы сделать её одной из своих людей. — Я думаю, она будет правильным человеком, — Кассандра ложится назад на подушку и поворачивается лицом к нему. Силко выглядел не так как всегда. Человек, который одет всегда с иголочки исчез, остался лишь мужчина, который несёт на себе бремя лидера и промышленника. Его уложенные волосы сейчас выбились и спадали прядями на его вытянутое лицо, глаз до сих пор был прикрыт повязкой, а одеждой для сна был простой выбор — свободные штаны. И этот образ ему чертовски шел. — Но это не то, чтобы я хотел обсуждать за час до начала рабочего дня, — Силко раздражен и это понятно, Кассандра затронула тему во время его отдыха. — Иди сюда. Он хлопает рукой по своим бедрам и откидывает в сторону одеяло, чтобы обнажить голое тело женщины. Холод сразу же обволок её кожу, заставляя поежиться и раздражённо посмотреть на ухмылку, которая расцвела на лице мужчины, но приказ она выполнила. Силко позволил своим ладоням пройти по её бедрам, чтобы направить её таз немного ниже. И святая Жанна, Кассандра простонала, когда между складками она ощутила ткань его штанов и возбуждение, которое он точно пожелает снять. — Я никогда не устану от тех звуков, которые ты издаешь для меня. Силко гудел, его голос был неровный и низкий, а его собственное возбуждение лишь сильнее вдавливалось в мокрые складки, Кассандра снова становилась влажной как будто по одному взгляду этого мужчины. Он не стал долго тянуть, убрал руки с её бедер, которые так идеально контрастировали с её горячей кожей и потянулся к тумбочке рядом, ему нужно было что-то достать, но Силко, кажется, только тянул этот момент. — Садись, — приказывает он, хотя в голосе можно услышать нотки довольства от ситуации. — Негоже его заставлять ждать. — Для своего возраста ты крайне.. активен. Силко не двигается дальше, он лишь смотрит с ожиданием действий с её стороны, будто от этого сейчас зависло происходящее дальше. Кассандра же бросает на него возмущенный взгляд, которым она пытается скрыть свое возбуждение. Толчок бедер под ней вызывает хриплый стон и низ живота закручивает в тот самый узел, который происходит каждый раз, когда её кожа ощущает прикосновение тонких пальцев этого мужчины. Слишком идеально она создана для него. Кассандра покорно поднимает свои бедра опираясь на свои колени и пока Силко возобновляет копошение в тумбочке около кровати она занимается тем, чтобы обхватить возбуждённый член мужчины, который мигом отреагировал на её прикосновения. Силко под ней шумно втянул воздух и довольно кивнул намекая, чтобы Кассандра продолжала действовать. Длинна прижимается плотно к её складкам, проезжается по чувствительному клитору, когда женщина направляет его ко входу и вмиг, когда она толчком позволяет головке проникнуть внутрь, кажется все заново взрывается. Чувство заполненности снова лишает её здравого смысла, особенно когда Силко подталкивается ей навстречу заставляя своими бедрами прижаться к ней. — Mierda, — тихо ругается она под нос, когда очередной толчок Силко снизу вызывает дрожь в коленках. — Речь, Кассандра, — напоминает ей мужчина и за этим словом следует звонкий шлепок об ягодицу. А после у обоих вырывается стон. Из-за шлепка она сжимает его длину в себе, чувствует как мышцы напрягаются, а теснота внутри лишь вызывает ещё одну волну дрожи, которая сопутствует с собой удовольствие. Есть ли ещё какие-то боги, которым она должна молиться, чтобы не сойти с ума от этого угла проникновения? Силко следует пальцами по её низу живота, позволяет содрогаться под своими прикосновениями и каждый раз как первый наслаждается её реакцией. Она действительно будто была создана специально для него и попала на его порог по воле судьбы, хотя Силко не тот человек, который верит в верхнюю силу, он сам творит это. — Мне нужна инъекция, — голос мужчины выводит её из этого транса и женщина поднимает на него взгляд. — Это твоя задача на сегодня. — Будь ты проклят. Из груди женщины снова выходит стон, когда она тянется за специальным устройством, где уже была колба с мерцанием. Он точно готовился к этому, Чертов садист планировал это и теперь, довольный, словно пьяный йордл, сейчас лежал под ней и следил за трясущимися руками. — Следи за языком, Кассандра, — вторит он, когда его рука накрывает её бедро и поглаживает, чтобы успокоить. — Хорошая девочка. Дышать было тяжело, особенно когда в руке она держала наркотик и имела лишь одну попытку, чтобы четко попасть в ядовитый глаз. Кассандра схватила его за подбородок внутри волнуясь за такую вольность. Силко ненавидел, когда кто-то управлял им, особенно если этот кто-то была его сабмиссив, но вот она сейчас прикасалась к его самым проклятым участкам кожи, пока сам мужчина был глубоко внутри нее и не позволял забывать об этом, наоборот, он иногда двигал бедрами, чтобы Кассандра ещё сильнее волновалась о том не причинит ли она боль Силко. Он же был спокоен, не показывал недовольства от крепкой хватки, лишь послушно направил свое лицо под инъекцию не забывая в некоторые моменты напоминать ей каково это — сидеть на его члене. Когда Кассандра направила устройство достаточно близко Силко смог напрячься, он ненавидел это проклятую инъекцию, но женщина верхом на нем это сглаживала ситуацию и он сконцентрировался на том как она сжимала его. В момент, когда игла проткнула его адский глаз Силко впился в её бока, вызывая у Кассандры очередную волну спазма мышц внизу живота и черт, он готов отправиться вниз и сказать всем как это было восхитительно, когда она сжимала его и тяжело дышала лишь от того, что его член был так глубоко. — Хорошая девочка, — снова хрипло шепчет Силко и быстро меняется с ней местами. Он не любил медлить, а секс считал сценой для страсти, где играют двое, а, возможно иногда и больше двух партнёров, у него в жизни был всякий опыт в котором он сошёлся на одной мысли - на одного партнёра всегда проще потратить силы, тем более он уже не так молод, как когда-то был, где позволял себе несколько женщин за ночь в доме Баббетты. Теперь у него была Кассандра, которая хоть и выставляла границы, но сама же их и нарушала, что сводило его с ума и заставляло ночами не спать лишь бы обдумать, что эта женщина делает не так с ним. Походу все, потому что он наплевал на то, что когда-то считал запретным для себя: поцелуи и секс в своей спальне. Но вот она в его руках, тяжело дышит, позволяет заложить свои руки за спину и вдавливать лицо в подушку. Он сходит с ума от этой покорности с её стороны зная насколько Кассандра волевой человек, но до того момента, пока он не прикажет ей сидеть у его колен. Но теперь она имела власть над ним и это неимоверно злило, даже если в какие-то моменты ему нравилось это. Толчки становятся грубее, потому что злость на самого себя растет в такой же скорости, как и удовольствие, которое он получал от того как женщина сжимает стенки вокруг его члена, вскрикивает его имя и сходит с ума лишь от того, чтобы покориться ему. Он наматывает её волосы на кулак и заставляет вскрикнуть, её накрывает волна оргазма и это очередной наркотик для Силко, потому что в этот момент он считает себя единственным, кто заставляет её так сбивчиво дышать и становится влажной. Когда его собственное себя падает на её пояснице мужчина следом рухнет сверху, чтобы прижаться лбом к дрожащим плечам Кассандры, вдохнуть запах секса и насладиться последними волнами оргазма, которые накрыли их обоих. Возможно им следовало бы сходить на свидание, но Силко явно не был человеком для этого, потому что попросту не умел ухаживать за женщинами и это лишь сильнее тянуло их к нему. А его начинает тянуть к Кассандре.

***

Она сидит напротив него и изучает взглядом доску, которая была над головой бармена. Силко не желал идти куда-то в другое место, всё-таки проще было завуалировать их встречу под предложением выпить, когда он освободится от своей рабочей документации ровно настолько, чтобы подарить время этой женщине и Джинкс, которая, казалось, бегала где-то збоку и носила с собой очередные взрывные бомбы. — Черт, я с ума сойду, если оно не сработает, — кричит она настолько громко, чтобы Кассандра услышала ее, когда склонилась к ребенку. — Давай посмотрю! — такой же крик прилетает в ответ, чтобы перекрыть шум музыки. Силко же позволяет себе насладиться этим моментом. Кассандра смотрит на очередную взрывчатку в своих руках зная, что это было бы небезопасно, все эксперименты Джинкс взрывались в самый неподходящий момент, потому Кассандра свела это к минимуму и заменила порох на какой-то порошок в любимых цветах его дочери. Пока они обе заняты вниманием друг для друга мужчина исследует взглядом свой клуб, где все было покрыто мерцанием, страстью и пьяными людьми. Оазис свободы. Место, где каждый может отдохнуть и оказаться под его влиянием, поддержать его видение этого мира и заплатить деньги. Рядом воркочет парочка, в которой мужчина называет свою половинку «детка» и это звучит так приторно, что Силко захотелось подняться в свой кабинет, но тихий взрыв рядом заставляет его обратить внимание на Кассандру, которая оказалась покрыта в розовом порошке. — ¡Puedo morir! — вскрикивает женщина рядом и кашляет в кулак, чтобы выплюнуть небольшой комок розового. — Я не буду целовать тебя после этого, — сообщает ей Силко с какой-то лёгкой улыбкой, которую он так редко показывает. Кассандра замирает на месте от его слов и смотрит прямо в его глаза, чувствуя бурю эмоций, которая сейчас поедала её внутри. Силко точно сошел с ума раз уж говорит ей это сейчас, после того, какой интимный момент они разделили в спальне, после объятий и его нежного поведения. Возможно он болен? Если нет, то это наводит её на один главный вопрос: — Ты меня.. Она не успевает задать это, когда в клубе резко выключается свет, окутывая здание полной темнотой и тишиной, которая не была в этом месте в такое время, в самый час пик наркотиков и громкой музыки, каждый в этот момент забыл как дышать, потому первый выстрел был слышен слишком хорошо.

Продолжение следует..