Часть 1
8 мая 2023 г., 21:46
— Церемония назначения нового командира третьего отряда началась! — голос блондина остановил общую голдёжку, поскольку звание заместителя главы может подтвердить в любой момент.
— Командир третьего отряда, выйди из строя! — так его голос грозный, твёрдый, уверенный, как и спокойное, будто вырезанное из камня, лицо.
Секунда — и толпа расступилась перед двумя идущими парнями: их важный вид устрашал. Кто-то начал шептаться и возмущаться. Через секунду в лицо очкарика прилетает кулак Такемичи, а ещё через небольшой промежуток времени прилетел удар от Баджи. Мелкая потасовка переросла в ругань между Кейске и Сано. Но не успели они закончить кричать друг на друга, как свастоны услышали рёв моторов чужих байков. Непонимание витало в воздухе.
— Кто это решил пожаловать в наше место, Майки? — спросил главного командующего Рюгуджи, всё также устремив взгляд вперёд без капли эмоций.
— Не знаю, Кенчик, но могу сказать только одно: живыми они точно отсюда не вернутся.
— Констатация факта, зато такая верная, — сказал кто-то справа, по-моему это был Мицуя.
Шум моторов всё приближался, а вскоре из-за поворота выехали, хотя будет вернее подметить — вылетели, один за другим два чёрных спортбайка Кавасаки. Повернувшись на ногах обладателей, они въехали во двор храма Токийской Свастики, чуть не сбивая стоящих у них на пути. Остановились они прямо перед ступенями, на которых стояли Майки, Дракен и остальные. Мгновением позже, когда ещё никто не успел отойти от такой наглости, из-за угла идентично прошлому шуму последовал свит. Также как первые спортбайки въехали во двор, но остановились дальше предводителей.
Все всадники были в шлемах, в чёрных, кроме первоприбывших, плащах, на главных всадниках были кожаные куртки того же цвета.
По толпе Свастонов пробежал шёпот, отвращение было на лицах воинов, но парни, возвышавшиеся на лестнице, держали суровость, ни один мускул не дрогнул, пока сам Манджиро Сано не соизволил говорить.
— Кто приехал, и по какому поводу вы беспардонно врываетесь в нашу обитель?
Незнакомец впереди осмотрел всех вокруг и, не вставая с транспорта, начал говорить:
— Я приехала в свой дом, а меня тут не ждут… Что ж, печально, — в глазах основателей блеснула искра надежды на встречу со старым знакомым, чуть приоткрыв рот, Майки начал ждать дальнейших действий говорящего.
Ставя мотоцикл на крепкую подножку и перекидывая левую ногу на землю, человек потянулся к застёжке шлема. Сняв предмет защиты с головы, перед всеми явила взору своё лицо девушка. Девушка была ростом чуть выше Майки, стрижка короткий боб, русые волосы. Эмоциональностью она не отличалась от самих создателей Тосвы.
— Мизуки-тян? Мизуки? Это реально, ты? — шок непосвящённым мужчинам, окружавших их, был непонятен. Даже с произношением своего имени на довольно милой мордашке сохранилась начальная стойкость. Все, кто её знал и находился здесь, хотели подойти, обнять, на худой конец пожать руку. Но как только Манджиро двинулся, девушка показала указательный палец, взывая подождать, сама же подошла к стоящему позади толпы Свастонов Кисаки, и того, что произошло дальше не ожидал никто. Хрупкая на вид девушка ловко и невероятно быстро повалила на асфальт тело, причём парень сильно приложился головой, отчего он потерял сознание, а очки разбились вдребезги.
Поднявшись с земли, Мизуки стряхнула невидимую пыль с плеч и колен и спокойным шагом отправилась обратно. Шоку Свастонов не было предела.
— Мизуки, с каких пор ты начала вырубать с порога Свастонов, да и вообще, что вам всем сделал Кисаки? — спросил Манджиро девушку, которая собиралась пройти к своему байку, но повернула голову в сторону Майки. Только сейчас он рассмотрел полностью её лицо. От правого уха до уголка рта шёл ровный шрам, а глаза, что раньше были тёмно-голубые, а сейчас пронзали его насквозь, были такими же, как смоль, чёрными. Но мгновенье, и они вернули старый цвет. Парень, шокированный произошедшим, открыл рот чтобы что-то сказать, но слов как назло не находились. Увидев его реакцию, она лишь усмехнулась.
— У вас, наверное, много ко мне вопросов, но отвечать на них я буду после. Сначала я хотела сказать, что до нас дошёл слух о том, что Токийская Свастика собирается биться с Вальхаллой, это правда или нет?
— Да, это правда.
— Я собиралась предложить свою помощь, думая, что сто на триста не очень…
— И какую помощь ты собиралась предложить после двух лет отсутствия? — подал голос Рюгуджи.
— Во-первых, я ненавижу, когда меня перебивают, а во-вторых, я хотела присоединиться к Свасте с моими сотнями участников, — брови девушки были сведены к переносице, показывая, что гнев её велик и непредсказуем. — Но я так вижу, что Свастоны как слепые котята включают в свои ряды саму Вальхаллу.
— Что? Что ты мелешь? Те, кто стоит за тобой, это твоя банда с численностью ста человек? Но почему мы не знаем о ней, и вообще, с чего ты взяла, что мы включаем Вальхаллу? Мизуки, объясни.
— Не слышали, потому что, создавая её, я заранее знала свои цели и уже поэтому именовала её: «Незримыми». Никто не знал о нашем существовании, а кто знал, уже давно покоится с миром. Каждый, находящийся за мной, поставит передо мной на колени сотню таких, как ты, Майки, и тысячу таких, как ты, Дракен.
— Что за бред? Непобедимого Майки никто не может поставить на колени! — выкрикнул кто-то из толпы мужланов.
— Уверен? А про Рюгуджи ничего не скажешь? — чуть смеясь, спросила того смельчака. — Может, проверим? А, Майки? — с вызовом взглянула на него Мизуки.
— Я принимаю твой вызов, — на лицо парня вернулась привычная каменная гримаса.
— Тэкера, пойдешь ты, — девушка присела на сидение своего байка, не поворачиваясь и даже не задумываясь, вызвала из толпы Незримых.
Вставая со своего личного мотоцикла, выбранный человек тоже снял шлем и на удивление всех присутствующих Свастонов, это была тоже девушка. По ней было видно, что она дрожит, и ей страшно, подойдя к своей госпоже, она прошептала, но многие услышали.
— Но я же самая слабая, я его не поставлю на колени, не смогу, — по толпе мужчин прошёлся смех.
— Я никогда не говорю того, в чём не уверена, — Мизуки похлопала по плечу трусиху и улыбнулась, стараясь успокоить дрожь девушки.
Поднявшись по лестнице, девушка встала по правую руку от самого Сано, парни, что стояли рядом, чуть отошли, давая место для микро битвы. Девушка поклонилась, выражая уважение.
— Не собирался сражаться с девочками.
— Сейчас я для вас противник, и неважно, какой у меня пол. Даже предлагаю ударить первым. И да, можете даже не поддаваться, бейте во всю силу, — Тэкера, промямлила, но это было слышно и опять вызвало волну смеха.
Майки, недолго думая, резко поднял ногу, намереваясь ударить в самую голову, но у самого виска девушки, нога была крепко сжата чужой рукой, не давая даже пошевелить ею. Провернув конечность, девушка также заставила этим движением повернуться парню к ней спиной, а после, другой рукой схватив за плечо, потянула назад и надавила вниз. Всё происходило моментально, и уже через несколько секунд после поднятия ноги глава Токийской Свастики стоял на коленях перед своими подчинёнными с шокировано открытыми глазами. Майки даже не думал поддаваться, но его всё равно уделали, и даже по истечению времени он чувствовал хватку хрупкой маленькой девушки.
— Убедились? — голос звучал снизу, Мизуки смеялась во всю глотку каким-то неестественным истерическим смехом.
— Убедился… — вставая он произнёс следующее:
— Такахаси Мизуки назначается командиром шестого отряда. Кто твой заместитель?
— Хара Вадоли, — человек, что приехал с Мизуки и стоял молча, не мешая своему начальнику, тоже снял шлем и явил взору своё лицо. Перед всеми стояла третья девушка. Мизуки и Вадоли поклонились, выказывая знак уважения предводителю.
— На этом собрание закончено… А, и ещё, если я узнаю, что кто-то к кому-то пристаёт или провоцирует, тот автоматом вылетает из Токийской Свастики, — произнёс грозный Кен Рюгуджи. — А вас попрошу остаться.
Все, кто присутствовал из бойцов, устремились к выходу. Мизуки подошла к своей группе, шепча что-то, о чём никто не догадался. Спустя нескольких минут они сели на свои мотоциклы и уехали. Решив все проблемы с подчинёнными, она подошла и поднялась по лестнице. Стоявшие там парни не могли оторвать от неё глаз.
— Мизуки, куда ты делась? — накинулся на неё с объятиями Майки, Дракен положил руку на плечо, остальные тоже хотели её обнять, но они увидели, что девушка никак не отреагировала на объятия Сано и прикосновение Кена, стояла, опустив руки, и смотрела практически пустым взглядом в одну точку.
— Что ты хотел? Я слушаю, у меня мало времени, и так трачу драгоценные минуты, — сухость сочилась из всех щелей, и это приводило в полный ужас, ведь при знакомстве с ней тогда ещё не являющиеся главой и членами Токийской Свастики парни знали её как более эмоционального и общительного человека.
— Я хотел просто спросить, как ты, почему ты исчезла и не появлялась, и как ты умудрилась создать такую группировку? И… И почему ты стала такой ледяной к нам? Солнце, ответь, — он уже не обнимал её, а держал за плечи, смотря в глаза, и тряс за них, когда говорил.
— Ну-у, рассказ мой будет начат с последнего вопроса. Вернёмся на два-три года назад…
***
— Не маловат ли ты, чтоб драться со старшеклассниками? — мужик на корточках по-блатному взглянул на молодого парня перед ним. — П-прости… — начал говорить блондин, но кто-то сзади не дал договорить. — Ну раз дерётся, то нет, чё мозги ебать? — женский голос со смелостью говорил, ни разу не дрогнув, хоть мат в речи и не красил его. Обернувшись, парень увидел девушку с чёрными длинными волосами. Она, держа в одной руке портфель, а в другой рожок мороженого, ловко вертела его при разговоре и не проронила ни одной крошки. Та была одета в школьный клетчатый пиджак, под которым была видна белая блузка, и в такую же клетчатую юбку. — Слышь, тебя кто сюда лезть просил? — Лезть? Я просто наблюдала, — глупая, слегка наивная, наигранная улыбка появилась на милом лице. — Шлюхам слова не давали, ты много на себя берёшь, — гопник, что сидел на корточках рядом со своим боссом, подошёл и чуть нагнулся к девушке, выдыхая вместе со словами запах табака, от чего носик незнакомки сморщился. — За шлюху в жбан получишь, а за табак — под дых, — с каплей грозности, но, по-прежнему улыбаясь, сказала девушка. — Уходи, не вмешивайся, пожалуйста, — подросток умоляюще взглянул на заступницу, но та даже не заметила его взгляда, продолжая гнуть свою палку. — Не беспокойся обо мне, я могу постоять за себя, — захихикала, чуть прищуря глазки. Завернув обратно в упаковку мороженое, она опустила сумку на землю, а уже потом положила на него сладость. С кошачьей ловкостью девушка забралась на шею стоящего перед ней гопника и обеими ногами зажала пути для поступления воздуха, отчего мужчина под ней руками пытался освободиться. Но не получилось. А когда он начал хрипеть, та моментом освободила его и, балансируя, встала ногами на плечи, а у него начали подкашиваться ноги под весом девушки. Те, кто был рядом, побежали на помощь товарищу, чтобы наказать смелую незнакомку, но стоило им приблизиться, а пострадавшему упасть, как девушка подпрыгнула и, перевернувшись в воздухе — возможно вы подумаете, что она приземлится на землю, но нет — она побежала по головам хамов, что выбрасывали в её сторону гадости. По итогу, когда она уже стояла на земле, стирая невидимые пылинки с юбки, все лежали. — Ничего себе ты их ушатала, — вырос как из-под земли невысокий парнишка, держа во рту чупа-чупс. Подойдя к одному лежащему, он ногой, будто брезгует, повернул из стороны в сторону голову, а после, подняв свой взгляд на высокого блондина и девушку примерно того же роста, что и он сам, произнёс: — Без сознания. Вас как вообще зовут? Меня Манджиро Сано, ну или просто Майки. Вы мне больно понравились, давайте дружить, — когда он это произнёс, он прикрыл глаза, улыбаясь, и не увидел шока в глазах ребят, которые периодически переглядывались, чтобы удостовериться, не послышалось ли им. — Да-да, я тот самый «Непобедимый Майки», — ответил на немой вопрос и протянул руку для рукопожатия. — Кен Рюгуджи, но можно просто Дракен, — сказал парень, а после перевёл взгляд на возможную спасительницу. — Мизуки Такахаси. Я о тебе где-то слышала. Кстати, крутая татуха. А у меня вот что есть, — сняла пиджак и вытянула руку, на которой отчётливо была выбита татуировка змеи, которая высунула свой язык в районе среднего пальца левой руки, а хвост уходил куда-то под блузку. — Ого, и насколько длинная она у тебя? Мне били, так больно было, ой… — почесав затылок произнёс Дракен. — У меня болевой порог завышен. А змея проходит между груди, обвивает талию и заканчивается на правом бедре, — совсем без стеснения говорит и при этом показывает пальцем Мизуки. А после, посмотрев на наручные часы, произнесла: — Ну, мне пора, парни. До скорого. — Может, тебя проводить, Мизуки? Не боишься? Ах, ну да, такую девушку сложно обидеть. — Да нет, мне недалеко. Кстати, будешь мороженое? — парни почувствовали изменения в голосе девушки, но значение придал этому только Майки. Всунув в руки Манджиро мороженое, девушка попрощалась и спешно пошла дальше. — Слушай, Кенчик, давай проследим за ней. — Во-первых, не называй меня так. Во-вторых, подглядывать нехорошо, — возмущённо произнёс Рюгуджи, скрещивая руки на груди. — Не знаю, как ты, а мне показались странными её голос и поведение. Мороженое дала, будто чтобы вопросов не было. Короче, я пойду посмотрю за ней, ты как хочешь, — он начал движение, когда Такахаси зашла за угол. — Ладно, пойдём. Пройдя несколько метров и завернув за тот же угол, что и Мизуки, её там уже не было, они прошли дальше и оказались на другой улице. Там они её и увидели. Парни следили взглядом за ней, периодически прячась за довольно широкими столбами или деревьями. Так продолжалось полчаса. Вскоре девушка зашла в большое здание. Подойдя ближе к нему, Майки и Дракен увидели надпись «Токийская городская больница». — Интересно, зачем ей туда? — прошептал парень низкого роста. — Ох, чувствую не к добру. В здание девушка прошла без проблем. Её все знали, и особых вопросов она уже не вызывала. Подойдя к стойке регистрации, она сказала своё имя и имя своей матери, лежавшей там. — Такахаси Морита, — грустно сказала девушка, ожидая, пока молодой человек за стойкой скажет, можно ей пройти или нет. — Мне жаль, но ваша мать скончалась вчера ночью. Приношу свои соболезнования, — парень печально посмотрел на лицо ошеломлённой от известия девушки. — Не может быть, почему мне сразу не сказали? — в ответ ей пожали плечами. В этот момент мир рухнул. Мама болела уже 5 лет раком поджелудочной железы, и все 5 лет она страдала, а от этого страдали и Мизуки с отцом. Поначалу Такахаси старший приходил к жене практически каждый день, стойко переносил тяготы болезни, но после он сломался, отчаялся в конец, начал пить после работы, пропадать на выходных и вообще перестал приходить в больницу. Мизуки прикрывала его, говорила, что у него на работе завал, и он очень устаёт, чтобы маме не было хуже, хотя она была взрослая женщина и понимала всю трагедию семьи Такахаси. Девушка бежала по коридору в палату, где раньше лежала мама. Рывком открыв дверь, рыдающая девушка беглым взглядом осмотрела кровать. На ней лежала ровно застеленная простынь, но не было человека. — Девушка, вы что себе позволяете. А, это ты, Мизуки-тян, — сказал врач, что раньше лечил Мориту. Он почти стал для неё другом. — Мне жаль. — Где она? Где моя мама? — мужчина приобнял её за плечи, пытаясь успокоить, а она била его по груди, крича одни единственные слова. — Тебе разве отец не сказал? Она уже в морге, завтра можете забирать. — Можно я на неё посмотрю? — Да, конечно, идём, — видя её сломленное состояние, он взял под руку, чтоб не дай бог она не упала. Путь был недолгим, но Мизуки это время казалось вечностью. Мысль о потере матери не давала покоя. Подойдя к железной двери, ноги буквально подкосились, и той сильной девушки, которая была полчаса назад, и след простыл — она сломалась. Она чуть ли не падает вниз, но сильная рука врача держала её. Повернув такую же железную ручку двери, на них повеял дух смерти вместе с холодом холодильных камер. Мужчина буквально внёс Такаси и усадил на прохладную лавочку. Из глаз уже сами по себе начали литься слёзы, и каждая попытка поставить девушку в устойчивое положение проваливалась: она всегда заваливались на бок. Достав из специального ящика бутылёк нашатырного спирта, мужчина поднес его к носику девушки, что заставило её поморщиться. Переведя пустой взгляд на лицо мужчины, она произнесла одно слово: «где?» Мужчина открыл одну морозильную камеру и вытащил оттуда тело матери. — Можно я побуду одна? — врач ничего не произнёс, а только вышел из комнаты. — Мама… Мамочка, прости меня… Прости меня за всё… Прости отца… Он ужасный, даже не сказал о твоей смерти… Теперь я одна, только ты держала меня на плаву… Папа по-любому не будет мною занят… Ему теперь плевать… Прости… — шептала будто в бреду, стоя на коленях перед холодным, безжизненным телом. Неизвестно, сколько это длилось, но когда мужчина вошёл, чтобы проверить как Мизуки, она продолжала что-то шептать, покачиваясь. Она даже не отреагировала на прикосновения. Он хотел поднять её с холодного пола и вывести из здания вообще. Она даже не сопротивлялась, шла как кукла. Свежий воздух немного привёл в чувства. — Я наверное пойду, приготовлюсь к похоронам, — сказала девушка, повернув в ту сторону, где предположительно находился её дом. — Ты точно дойдёшь? Может, провести? — Не переживайте, есть кто проведёт. Выходите, я всё равно вас видела, — чуть громче сказала девушка, и из-за угла забора высунулись две головы. — До свидания, — на лице появилась старая улыбка, будто и не было этой истерики, мольбы о прощении. — А вы знали, что подглядывать нехорошо? Но вы теперь мои друзья, вам на первый раз прощается. — А можно вопрос? Что сейчас было? Тебя вывели, ты была невменозе. Секунда — и ты уже улыбаешься, — взволновано спросил мелкий. — Забейте, плохо стало, вот и на воздух вывели, всё-таки атмосфера больницы давит, — ей пока не хотелось говорить о маме. За несколько секунд Мизуки расставила приоритеты, и сейчас она решила, что лучше будет, если она уделит внимание дружбе и надежде на то, что это её спасёт от полной тоски и безумия. Ей было плохо без мамы, и она была на грани сумасшествия. Если она не переключится, она свихнётся окончательно. — Ну, пошлите.***
— Так вот почему ты тогда странной была. Почему ты нам раньше не рассказала? Мы бы тебя поддержали, — расстроенный, взволнованный взгляд парня, что стоял напротив и глядел, распахнув глаза. Манджиро невольно, нежно взял подругу за руку, но когда она перевела взгляд на них, убрал, чуть покраснев. — Я не привыкла жаловаться. Хотела быть сильной под стать вам. Такой же стойкой и нагоняющей ужас… Но это ещё не всё, что так сломало и поменяло меня. Помните… Прости, Майки, вспомню больное, но помнишь день, когда чуть не убили Шиничиро?..
