Клетка для Белого Дьявола

      – Наоми, – Вамп медленно подошёл к ней сзади и приобнял экипированной рукой за хрупкое плечо, – Ты сделала то, что я просил?       – Ах, д-да! – она испуганно вздрогнула, просто не привыкла, что к ней так подкрадываются сзади, – они... работают. Я провела эксперименты на лабораторных мышках, но как они будут взаимодействовать с человеком... это может быть большой нагрузкой на миндалевидное тело, гиппокамп, префронтальную кору лобных долей и… многое другое… – девушка откашлялась, понимая, что слишком сильно ушла в биологические процессы, которые не очень интересуют Вампа, – и даже могут повлиять на состав крови и выработку гормонов, – она развернулась лицом к мужчине и испуганно посмотрела ему в глаза, – Конечно, мутация не произойдёт даже с таким сложным исходным кодом наномашин, но они слишком тесно войдут в контакт с телом носителя, чуть ли не на генетическом уровне. Даже несмотря на то, что это первое поколение, как у тебя, и бэкдор я сделала доступным только первоносителю...       Она удивлённо выдохнула, наконец-то обратив внимание на вампира перед ней, который был весь окроплён кровью и покрыт ранами. Не было следа и от его длинного чёрного плаща, хрусткий звук которого помогал ей иногда успокоится, стоит прижаться к его сильному плечу.       – Вамп! Что с тобой?! – она начала быстро оглядывать его с ног до головы, подмечая каждый порез и след от пуль, пока мужчина не тряханул её, чтобы она успокоилась.       – Я принёс, сделай анализ.       Наоми понимала, что не стоит спорить с ним, особенно когда его инстинкты убийцы работают на полную катушку после очередной битвы. Мужчина аккуратно поставил на стол чемодан и ввёл код. Девушка не смогла увидеть его, потому что маленький экранчик был измазан густой запёкшейся кровью. Странно, что сенсор вообще реагировал на прикосновения. Он протянул ей две полные небольшие гемотрансфузии с белой жидкостью, которые достал из глубокого нутра чемодана.       – Проверь и почисть, если необходимо. "Адама" введи в эти пачки, максимальная концентрация, - он кинул уже грязные пакеты с кровью девушке, которая, тихо пискнув, с трудом поймала сначала первую, потом вторую, – А сюда... – вампир с любовью огладил большие объёмы крови и благодатно выдохнул подумав о своей строптивой любви, которая сейчас мучительно пытается выбраться, – ...сюда введи "Еву", распредели их максимально равномерно, так же интегрируй в код подавители с долгосрочным отключением. Не хотелось бы, чтобы кто-то умер из-за эмоциональной перегрузки.       Девушка в ужасе смотрела на довольно смеющегося мужчину, понимая, что кто-то станет жертвой этих экспериментальных наномашин. На тот момент она даже не предполагала кто может быть объектом одержимости Вампа. Мужчина готов был взять на своё постепенно истощающееся тело ещё большую нагрузку, которая постоянно эхом разносила глухую боль. Вампир привык к ней и научился справляться, подсев на подавители.       – Ты делала копию данных этих наномашин? – Вамп снова перевёл усталый взгляд на девушку, дожидаясь ответа. Яд в его теле, который использовали противники, значительно замедлял заживление его ран, из-за чего кровь не сразу сворачивалась, чтобы покрыть раны твёрдой коркой и рубцовой тканью, которая тоже вскоре рассосалась бы.       – Нет, как ты и просил.       Но мужчина знал правду, ещё когда зашёл в заброшенное помещение где-то в покинутых трущобах, где очередной раз прятали Наоми. Он аккуратно прижал пальцы в районе уха, связываясь с кем-то по кодеку, и посмотрел в покрытое пылью окно, глубоко вдыхая спёртый воздух помещения. Здесь определённо стоило проветрить, но Наоми боялась, что кто-то может прокрасться через открытые рамы. Вампир размеренным шагом обошёл девушку, разглядывая её с ног до головы. На подсознательном уровне он старался шагать в такт тихо гудящей технике, которая заполняла собой угол комнаты. Вамп лично предоставил девушке необходимое оборудование, чтобы она смогла в этих условиях создать его маленькую мечту.       Он выжидал, когда будет сделана полная запись данных на драгоценный диск, пока девушка насыщала наномашинами предоставленные пакеты с искусственной кровью. Никто не должен знать панацею от этих наномашин, ради этого он ценой своей жизни достал старое поколение, которое ещё не было внесено в "Систему" и не имело идентификатора. С ними Наоми была на "ты", хоть и позволяла себе иногда ругаться на примитивный код и устаревшие детали. Но она была уверена, что сможет реализовать эту необычную задумку, ведь именно ей удалось подарить Вампу условное бессмертие.       Он не испытывал никаких эмоций после её слов, потому что ожидал от этой женщины и хитрости, и предательства. Вамп читал её как книгу и отчасти был благодарен за то, что она так открыто себя показывает со всех сторон, хоть и умудряется частично скрывать подноготную своих идей и амбиций. Но сейчас ему на руку её желание сделать копию данных на всякий случай, потому что самому не хотелось возиться со всей этой техникой. Всё уже за него собрано, отсортировано и зафиксировано. Девушка пыталась всячески скрыть сам факт записи данных, спрятав окно программы под исследовательскими данными и результатами тестов наномашин. И вот, в правом нижнем углу всплыло маленькое незаметное уведомление. Мужчина довольно хмыкнул и глянул на Наоми, которая уже заканчивала насыщать наномашинами и ту кровь, которая лежала в чемодане.       – Моя Королева, всё сделано?       Девушка лишь едва заметно положительно качнула головой, убирая инструменты в сторону. Она аккуратно сложила все пакеты с кровью, оставив на них пометки. Да, объёмы крови различались и было очевидно, какие наномашины в каких пачках, но это уже рефлексы учёного. Она аккуратно закрыла красное нутро чемодана и послышались многочисленные клацающие звуки: скрытые замки сразу же защёлкивались без шанса открыть эту загадочную вещицу без ведома хозяина.       Вамп посмотрел на расслабившуюся девушку, которая переминалась с ноги на ногу. Она ждала от него хвалебное слово и скорый уход из её временного дома. Мужчина достал свой телефон и парой движений пальца набрал необходимый номер. На звонок ответили в ту же секунду, послышалось покорное «принято», и мужчина закрыл чёрную кнопочную раскладушку, так и не сказав ни слова. Ему было плевать, что сейчас все общаются по связи кодек, ему был важен исключительно свой комфорт, а раз душа требует подобный мобильник, то всем придётся смириться с этим. Кодек только для особо скрытных сообщений и приказов.       – Как их активировать? – он глянул на девушку из-под полуприкрытых глаз, на белках которых иногда проступали лопнувшие капилляры, придавая его виду ещё большую усталость.       – Просто... ввести в тело поочерёдно. Сначала "Адама" первому объекту, потом "Еву" второму. Как только хотя бы капля этой крови попадёт в тело человека, наномашины будут активированы, реагируя на особые элементы химического и гормонального состава крови кандидатов, особенно когда дойдёт до центральной нервной системы. Полный контроль будет принадлежать носителю "Адама", но и связь будет установлена только с первым, кому ввели "Еву". – девушка огладила кровавый чемодан сбоку, где не было чьей-то крови.       Через пару секунд в дом быстро зашло пять солдат, вооружённых до зубов. Они аккуратно подхватили девушку под подмышками, пока она удивленно оглядывалась, и потащили к выходу, не реагируя на её сопротивления. Наоми смотрела через плечо на Вампа и нервно спрашивала, что происходит, на что солдаты ей ответили о скором уничтожении этого места: враги смогли отследить нынешнюю базу, поэтому стоит избавиться от улик. Именно так сказал командующий отрядом Вамп, который провожал девушку безэмоциональным взглядом.       В помещении снова воцарилась желанная тишина, стоило стихнуть суетливым шагам где-то вдалеке. Вся эта суматоха и шум теперь неприятно саднят в пульсирующих виска́х, вены на которых заметно выпирали. Словно звонкое эхо прошлого, навязчивое и нежеланное. Вамп лениво подошёл к работающему компьютеру и вынул драгоценный диск, на котором теперь хранились годы трудов Наоми. Ему было плевать, что сейчас на зеркальной поверхности размазывается кровь, которая пропитала его рукава и перчатки, главное поскорее убрать его в специальную коробочку и унести с собой. Он снова глянул на монитор, узнавая время. Пара минут и это место подорвут, поэтому он поспешил и, вложив диск сначала в специальный бокс, быстро спрятал его в одной из своих тактических сумок, прихватив свой тяжёлый чемодан. Вамп вышел из оборудованного помещения, глухо стуча когтями экипировки о старый деревянный пол. Он утробно засмеялся, сгорая от желания поскорее увидеть своего совсем одичавшего зверька. Кровь в венах вскипала от возбуждения, когда он мечтательно представлял, как будут ломаться психика и тело Джека после введения этой крови. Ради этих наномашин он пожертвует любые суммы и технику, любую кровь и жизнь. Но стоит что-то подарить Наоми, чтобы она не сильно обижалась на его влюблённую выходку. Вдруг эта женщина ему ещё пригодится?

***

      Райден должен поспать, его тело уже изнывало от усталости. Казалось, что он чувствовал каждую клетку своего тела, которые трепещут от одной мысли о сладком сне. Иногда он проваливался в микросны, но каждый раз в ужасе вдыхал холодный воздух комнаты, оглядывая испуганным взглядом помещение. Раньше он мог заглушить свои мысли и сновидения с помощью алкоголя, драк и каких-то заказных заданий, но сейчас, когда в его распоряжении бесконечное множество унылых часов и скука, парень всё чаще задумывался о том, что его тревожит с самого детства. Как бы он не контролировал свои мысли, чтобы не делал, они вновь и вновь рисовали перед ним кровавые пейзажи.       Усталость и голод сказывались на теле громким урчанием и дрожью в руках и ногах. Он чувствовал, как терял в теле вес, как потихоньку сходил с ума. Иногда его накрывало так сильно, что он шептал в подушку мольбы о возвращении Вампа, раз у него нет шансов сбежать отсюда. Бесчисленное количество попыток порвать трос на запястьях оставят на его коже заметные шрамы, как символ его беспомощности. Парень думал, что в один день отчаяние затмит разум, он просто вывихнет себе суставы ладоней и с помощью этого же троса распилит мягкую плоть, избавившись от рук на уровне запястий. А пока что он то и дело подходил к гермодвери и, повернувшись к ней спиной, стирал пальцы в кровь в надежде открыть её. Срываясь на хриплые крики, Райден иногда просто начинал царапать титановую поверхность, частично срывая ногти с ногтевого ложа и ломая их. Бил, пинал, рычал, упирался лбом и даже позволял себе эмоционально разрядиться с помощью слёз. Рвал балдахин кровати, переворачивал кресло, измазывая всё кровью с его рук, готов был рвать зубами шелка, которые иногда пропитывались запахом его ледяного пота, крови и грязных ночей с Вампом.       Но терпеливый мужчина всё чинил, докупал и исправлял, ему было плевать, что мог натворить его милый зверёк. Он восхищался его энтузиазмом и надеждой. Был рад, когда тот проявлял эмоции, а не забивался в угол с бунтующим молчанием, щёлкая зубами в сторону нависающей над ним фигуры Вампа. Хотя для вампира и в этом был свой шарм: приятный аромат крови парня со странной примесью, его расслабленное после очередной истерики заплаканное лицо и стеклянный взгляд давали понять, что он отлично "повеселился" в отсутствие мужчины, выплёскивая желчь и ярость на неодушевленные предметы. И теперь только страх и трепет при виде Вампа. Полная покорность в постели. Но он никогда не рефлексировал над причиной такого состояния Джека.       Парень медленно опустился на пол, уперевшись спиной в тяжёлую дверь и оставив ровный кровавый белый след. Эти стены и потолок давили на него, а руки рефлекторно сжимались вокруг фантомной рукояти его ВЧ-клинка, который теперь пылится неизвестно где. Райден посмотрел на свои покалеченные после пинков и ударов ноги и прикусил нижнюю губу, ненавидя свою беспомощность в этой до одури дурацкой ситуации. Джек нуждался в модулях, которые подавляют эмоции. Он превращался в того, как парень считал, слабака, который когда-то рыскал по Биг Шеллу и радовался при виде Солида, в чьей помощи он нуждался даже сейчас.       Устал, безумно устал. Глаза на секунду сомкнулись, и он услышал в комнате тихое шуршание, на которое тут же среагировал, попытавшись встать. Около кровати что-то едва слышно хлюпало, что-то светлое медленно потянуло кончик одеяла под корпус кровати и сразу скрылось из виду. Парень сглотнул, но нашёл в себе силы хотя бы неуверенно подойти к этому месту. Каждый его шаг ощущался, как прощупывание почвы, в которой может таиться "волчья яма". Ему казалось, что его сбитое от удивления и тревожного волнения дыхание сейчас его оглушит, пока он не остановился рядом с местом, куда размеренно втягивалось огромное одеяло, в которое частенько любил кутаться Вамп, стуча зубами от холода. Он думал, что видел много жутких вещей, поэтому такой странный трюк его не должен испугать, кто бы там не был. Вдруг это новый способ Вампа поиздеваться над ним? Какие-то скрытые ходы и выходы, с помощью которых он незаметно пробрался и решил так по-детски поиздеваться над парнем. От этой мысли Райден злобно рыкнул, представив довольную физиономию мужчины. Он аккуратно взял пальцами ноги ткань одеяла, которое в ту же секунду перестало пугающе медленно уползать куда-то под кровать. Один рывок и ожившее покрывало было откинуто в сторону, заставив Джека чуть ли не сесть на шпагат в воздухе, неприлично демонстрируя комнате свои прелести и гибкость его молодого тела.       Лишь небольшая часть угла покрывала выглядела странно, будто она была пропитана какой-то жидкостью. Парень позволил одеялу упасть на пол, обнажив перед собой густую темноту между кроватью и полом. Он сел на колени и медленно пригнулся, заглядывая в широкую щель. И правда, там, в глубине, было что-то светлое, почти белое, какие-то… ветки? Спаянные между собой пруты? Он почувствовал ужасную вонь, опустившись рядом с тканью, которая хлюпнула от касания к ней. Черное вещество, пропитавшее собой покрывало, пахло сладковатым тухляком и аммиаком.       Ответ, что это перед ним, он получил в ту же секунду, когда загадочные белые палки вылезли из-под кровати, обнажая при свете, как оказалось, бледные детские руки. Джек в ужасе посмотрел на них, страх сковал тело. Это ручки… ребёнка девяти лет, были покрыты шрамами и гнойными язвами, из которых медленно стекал желтоватый гной с сукровицей, как бывает при абсцессе. Они были совсем рядом, у его ног и опущенной головы. Он не мог оторвать от них взгляда, будто от этого зависела его жизнь.       Райден не верит в бабаек и монстров. Бояться надо людей, которые вполне себе реальны и могут сделать ужасные вещи… Так он думал, пока в давящем нутре мрака не начали появляться детские изуродованные лица, которые, казалось, смотрели прямо ему в глаза стеклянными влажными глазками. Попадающий свет либо поглощался мглой, либо бликовал в их выцветших радужках. Некоторые лица были перекошены в агонии, какие-то не выражали ничего, а кто-то беззвучно шевелил потрескавшимися губами, хватая драгоценный воздух. И лишь одно было в голове, вибрирующе проходя по каждому сантиметру тела мерзкой волной:       

«Капитан. Помогите. Капитан, мне страшно. Капитан Джек. Помогите. Это так больно. Мои руки, верните мои руки. Почему они так далеко. Помогите. Помогите…»

      Их мольбы переросли в какофонию, которая вот-вот сложится в трагичную предсмертную мелодию. А Джек их слушал и вспоминал, как часто менялись дети-солдаты в его отряде, после каждой вылазки на задание. Их учили, что умирают только слабые, что за них не стоит переживать. Слабые погибают, сильные выживают.       Но не когда ты, будучи в десять лет капитаном отряда, нёс вину за чужую жизнь, которую ему насильно вручили и заставили беречь, как зеницу ока. Солидус не терпел потерь в отряде, хоть и считал это естественным круговоротом. Дальше всплывали лишь воспоминания пыток и наказаний.       – Стойте… стойте, прошу… – ледяной пот уже покрыл всю его спину, – Кха…       Райдена вырвало, а дыхание пропало, оставляя лёгкие в сжатом состоянии. Казалось, что они выйдут из него следом кровавым месивом, сразу после желудка, который будет застревать в его глотке. Он не сводил взгляда с этих знакомых лиц. На глазах уже лились горячие слёзы, которые он даже не замечал, а нос перестал чувствовать запах мертвечины, только пыльный и терпкий аромат пороха. Детские ручки потянулись к его лицу и едва коснулись влажных из-за слёз щёк…       Джек проснулся, сопроводив всё невероятно громким вдохом холодного воздуха. Он чувствовал, как задыхался, как дрожало его тело, а волосы на загривке, руках и ногах стояли дыбом, от чего появлялось колющее ощущение на коже. Он плакал и глухо скулил, стараясь позвать кого-нибудь на помощь. Парень не хотел смерти этих детей, он не хотел снова видеть бывших товарищей по несчастью, которых уже давным-давно поглотил чернозём и глина на поле боя, растворив даже детские тонкие косточки. В такие моменты ему казалось, что он должен разделить с ними тяжёлую ношу, что в его теле тоже должны копошиться черви, жуки и прочая фауна трупов. И он чувствовал их, как они движутся под кожей, как они трутся о стенки внутри его вен, как они огромной слипшейся стаей шевелятся в его органах, особенно в желудке.       Его чуть не вырвало, но уже в реальности. Он хотел выпить алкоголь, хотя бы омыть спиртом эти мерзкие ощущения в его плоти и крови. Это всё сон, это галлюцинации, но тело отказывалось разделять сновидения и реальность, продолжая биться в мелком мерзком ознобе.       – Господи… кто-нибудь… – парень с ужасом сжался, будто это поможет ему спрятаться от нахлынувшей панической атаки, – Помогите, кто-нибудь… Солид… – Райден снова заплакал, сильно задрожав и хрипло завыв, – Вамп… кто-нибудь…       Его персональный Ад продолжался довольно долго, вымотав каждую клетку тела. Парень морально и эмоционально был измотан, опухшие глаза из-за долгих слёз и искусанные губы давали знать, что он не смог достучаться до чьей-либо помощи, стойко вытерпев этот психологический ужас в гнетущем одиночестве. Теперь он ощущал только усталость и боль, проклиная тот момент, когда он дал слабину и решил позволить глазам отдохнуть.       На полу стало невероятно холодно, стены поглотили все его крики и стоны – бездушные свидетели. Джек медленно встал и начал сверлить взглядом его и Вампа ложе. Нет, это просто сон. Он убеждал себя, казалось, целый час, пока ноги не начали ныть от усталости, пока не набрался остатков решимости и не проверил кровать вдоль и поперёк, на сколько позволяли это сделать связанные за спиной руки. Ничего нет.       Парень тяжело рухнул на кровать, приняв позу эмбриона, и начал смотреть в стену. Тело сильно ломило, в такие моменты он жалел, что у него нет новомодного подавителя боли, о которых ходили слухи. В голове было чисто и ясно, ни одной мысли. Он слишком устал о чём-то думать. Сейчас он хотел лишь одного: хоть чьё-то присутствие в этом огромном мраморном гробу, где его замуровали, оставив наедине с кошмарами. Но стоило подумать об этом, как эти мысли испарились и послышался тихий скрип, тяжёлые шаги, глухой стук по двери…