Желание, ржавый, семнадцать, рассвет

Кулак Солдата готов нанести удар. Человек под ним слаб, и он не будет сопротивляться. Это отличается от того, что они сказали ему. Капитан Америка. Его Миссия, которая будет бороться с Солдатом, будет пытаться убить его. Но он этого не сделал и не сделает. – … Потому что я с тобой… до конца. Рот Миссии едва шевелился, его губы распухли и кровоточили. У него сломана челюсть. Солдат почувствовал, как она хрустнула под его костяшками, когда он ударил его. Но слова понятны, несмотря на то, что невнятные. Солдата осеняет: болезненно худой светловолосый мальчик с поднятыми кулаками, я могу заниматься этим весь день - шлем и ярко-голубые глаза, наполняющиеся слезами, разве он не должен был быть меньше ростом? Смотрит, как трепещут ресницы, как открываются голубые глаза. Он останавливается. Замирает (– Баки? – Какой ещё Баки?) Стекло разбивается. Блондин падает. Это неправильно. Он должен был упасть. Он знает, что такое падение. Солдат летит вниз, его левая рука горит, всё вокруг холодное. Блондин падает в воду. Солдат ныряет за ним, хватает за костюм. Вытаскивает на берег. Он наблюдает. Ждёт. Блондин дышит. Солдат уходит. Что-то зудит в глубине его мозга. Что-то не так. Он не уверен, что именно, но когда подобное происходит, это приводит к ночи в том кресле. Он не вернётся, но и возвращаться к блондину тоже не хочется. Пётр. Ему нужно забрать Петра, тогда он сможет бежать. Они смогут сбежать вместе, потому что он защищает Петра, ведь никто другой этого не сделает. Вернуться на базу легко. Слишком легко. Здесь нет ни охраны, ни сигнализации, ни машин. Ему требуется всего несколько секунд, прежде чем понять, что там никого нет. Он пробегает через все здание, затем пробегает его снова, но место пусто. Он возвращается в комнату, в которой держали Петра, и опускается на пол. Он чувствует себя так же, как сразу после того, как встает с того кресла. Измученным и тяжелым. Онемевшим. Петра здесь нет. Он поворачивает голову и улавливает что-то боковым зрением. Предмет прижат к углу комнаты, там, где раньше была их подушка. Его подушка. Пётр никогда не спал на ней, предпочитая свернуться калачиком у него на груди. Он берёт вещь в свою здоровую руку, но не может достать его. Он тянет до тех пор, пока не вытащит предмет. На полу белая, вязкая, тягучая жижа. Паутина Петра. Надежно удерживающая предмет на месте. Он бережно держит вещь между пальцами. Его сердце болезненно колотиться. Это крошечный деревянный паучок. Он сделал его для Петра через несколько месяцев после их первой встречи. Он был ребёнком, который хотел игрушку, но люди в чёрном никогда не давали ему играть. Это время занимало тренировка, и, если Пётр когда-нибудь попросит игрушку, его накажут. В конце концов Пётр перестал просить игрушки. В тот же день Солдат начал строгать. Это была ужасная фигура, больше похожая на метательную звезду странной формы, но Петру она понравилась. Петр оставил его здесь. Оставил для него, чтобы солдат мог его запомнить. Как будто он мог когда-нибудь забыть. Он садится. Он не плачет. Он прижимает паучка к груди, как раз туда, куда Петр клал голову по ночам. Через некоторое время он встает. Собирает все припасы, какие только может найти, рассовывает их по карманам штанов (включая фигурку, которая надежно лежит в кармане жилета рядом с сердцем), затем выходит с базы.