«Боровичи — старинный город в Новгородской области, будто созданный для туристических поездок. Он наполнен множеством достопримечательностей и потрясающей природой»
Именно так скорее всего начнется их выпуск. И ни одна сволочь не упомянет о том, как здесь было пиздецки холодно. До мелкой дрожжи во всем теле. Не спасали даже куртки, стоящие как зарплаты большинства людей, живущих здесь, за два года.
— Ты весь дрожишь, — лениво произнёс Шепс, развалившись на заднем сидении автобуса и листая ленту в телефоне.
Он даже не поднял взгляда, когда чернокнижник забрался в их небольшой автобус. Диме хотелось въебать со всей дури прямо в его красивое лицо. Может тогда он опять
заметил бы его, как делал это раньше? Матвеева бесило напускное безразличие со стороны Шепса. Он больше не смотрел на него, постоянно отводя взгляд в сторону. А с губ медиума едва ли срывалось несколько фраз, чтобы съемочная группа думала, что между ними все было
в порядке. Ведь они
друзья.
Нихуя не в порядке.
И Матвееву хотелось кричать об этом на весь долбанный мир. Говорить об этом с телеэкранов телевизоров. Но, естественно, он не мог этого сделать, продолжая играть в кошки-мышки с Олегом.
— Там дубак, — прокомментировал чернокнижник, садясь на соседний с Олегом ряд.
Вместе с ними в маленьком автобусе оставались лишь водитель и один оператор. Дима тут же узнал мужчину — Коля. Что ж, после его работы с Череватым и попытки пробраться к тому на мега-супер-пупер секретное снятие проклятия, мужчина определенно заслуживал сидеть вместе с ними в тепле, а не морозить все свои достоинства в этом Богом забытом месте. И только сейчас Матвеев заметил, что в автобусе не хватало их лучика света — Лины.
— Олег, ты куда проебал единственную даму в нашей тройке? — с подъебом поинтересовался чернокнижник.
Он хотел разрядить обстановку в автобусе, как бы говоря всем вокруг (одному только бедному оператору-Коле, потому что водитель уже давно спал), что у них все хорошо.
— Она пошла в магазин за чем-то, — равнодушно ответил Шепс.
Дима был уверен, что тот продолжал листать социальные сети в своем телефоне, читая сообщения преданных поклонниц или сидя на одном из сайтов знакомств.
Блядство.
Он ненавидел такое общение от Олега. Тот всегда и со всеми был милым и дружелюбным, но только не с чернокнижником, будто между ними пробежала огромная черная кошка.
— Понятно, — чернокнижник постарался изобразить в своем голосе такое же безразличие и холод. И со вторым было нетяжело, учитывая местную погоду.
Дима потянулся в карман, доставая кейс с наушниками. Ему следовало расслабиться, а для этого не могло быть ничего лучше просмотра сериала. Он достал наушники из черной коробочки и запустил Кинопоиск. Не успел Матвеев поудобнее устроиться на месте, когда вернулась Лина, неся в руках какой-то пакет.
— Я вся замерзла, — да что ты, блять, говоришь. — Ребята сказали, что у нас есть ещё час свободного времени перед началом. Поэтому можем согреться.
Блондинка засунула руку в пакет, доставая бутылку неплохого виски и колы. Дима присвистнул, удивляясь тому, что здесь вообще продавали такие напитки. Люди, которых он видел ранним утром, когда редакторы знакомили экстрасенсов с окрестностями города, больше походили на любителей дешевой водки, которую стыдно было бы даже отдать Череватому для подношения Толику.
Олег,
сидевший развалившийся позади, заметно оживился и принял сидячее положение. Дима это понял по тому, как длинные ноги парня уперлись в кожаное сидение, на котором сидел сам чернокнижник.
— Наконец-то
действенные методы согревания, — усмехнулся Шепс.
Матвеев сразу понял, в чей огород был брошен камень. Парень хотел промолчать, но его язык сегодня работал быстрее, чем мозг.
— Оу, думаю тебе прекрасно известно, что есть и другой хороший метод согреться, — иронично ответил чернокнижник.
«Ну же, посмотри на меня. Прожги меня своим пиздецки красивыми серыми глазами»
Он хотел вывести Олега из равновесия…чтобы что? Дима сам не знал, чего хотел добиться своим поведением.
«Ты хочешь, чтобы он вновь обращал на тебя внимание. Считал
особенным, а не смешивал в одну кучу с остальными экстрасенсами».
Эти мысли, которые Матвеев пытался отрицать, крутились на задворках сознания.
Идите нахуй.
Он ждал реакции, но ее не последовало. Только не от Олега, но зато Лина с интересом посмотрела на молодого парня, широко улыбаясь.
— Может поделишься этим способом со мной? А то мне кажется, что я там замерзну насмерть? — весело поинтересовалась девушка.
Видимо она надеялась, что Матвеев даст ей действительно полезный совет. Будто он, блять, каждый день замерзал и знал все способы согреться, помимо крепкого алкоголя. Чернокнижник уже открыл рот, собираясь выдать один из своих саркастичных ответов, но не успел.
— Думаю, что Дима имел в виду крепкий чай с лимоном, — неожиданно ответил Шепс, сильнее упираясь своими коленками в кресло брюнета.
Да, Матвеев определенно имел в виду
чай с лимоном.
— Как скучно, — фыркнула Лина, усаживаясь на передние сидение.
Из волшебного пакета, который она наверняка приобрела в местном ларьке неподалеку, появились пластиковые стаканчики и несколько пачек Винстона. Блядство, неужели среди всех сигарет Лина решила выбрать самые отвратительные? Дима, Олег и Лина слишком поздно обнаружили малый запас никотиновых палочек в своих карманах, поэтому решили, что купят здесь, когда пойдут в магазин. Вот и сходили.
— Не смотри на меня так, — неожиданно произнесла девушка, обращаясь к чернокнижнику. — Для тебя у меня Мальборо.
Из кармана экстрасенса появилась спасительная красно-белая пачка, а в следующую секунду она уже летела Матвееву в руки. Он почти поймал ее, если бы не чужая рука, которая была заметно больше и длиннее его. Олег сжал пачку сигарет в руках, убирая ее к себе в карман.
— Спасибо, Лина,
ненавижу Винстон, — несмотря на то, что он обращался к девушке, Диме казалось, будто слова были предназначены для него.
Сука. Видимо, чернокнижнику придется самому идти в магазин за сигаретами, потому что Шепс
не любил делиться.
Джебисашвили проворчала что-то о том, что мальчики были слишком молоды, чтобы понять прелесть Винстона. На что Олег поспорил, что если он к тридцати не закурит его, то Лина будет должна ему еще одну бутылку хорошего виски. Девушка согласилась с ним, видимо, по доброте своей душевной или, потому что не обращала на Олега особого внимания. А чернокнижник знал, что Шепс сейчас пиздел словно дышал. Он курил в принципе все, в чем содержалась хоть какая-то доза никотина. Предложи ему сейчас Беломор — он бы и на него согласился и даже не думал. Медиум просто решил позлить его. Вывести из равновесия перед испытанием, заставляя маленьких бесов внутри Димы проснуться.
— Ну так что, — продолжила Лина, мастерски открывая бутылку. — Кому налить?
Дима не был фанатом крепкого алкоголя, предпочитая более легкие напитки, но сейчас ситуация обязывала его принять на грудь пятьдесят грамм, а вчерем, возможно, и добавить еще сто пятьдесят. Он только вытащил наушники, убирая в свой черный кейс, и начал вставать с места, когда Шепс сделал то же самое. Они столкнулись в проходе, прижимаясь друг к другу всеми частями тела. Дима даже наступил Олегу на ногу, но тот даже не дрогнул. Такой знакомый запах парфюма ударил по чутким рецепторам чернокнижника, заставляя глубже вдохнуть аромат мужчины напротив. Казалось, что этот запах проникал в легкие словно яд, отравляя парня изнутри. Они стояли так, в проходе между сидениями, несколько секунд, которые тянулись
вечность. Дима заметил, как рука Шепса дернулась, будто тот хотел прикоснуться к нему, но не секунду замерла и вместо этого он слегка оттолкнул чернокнижника от себя. Матвеев прочистил горло, продолжая смотреть вниз на их темную обувь, которая была испачкана следами подошв друг друга. Видимо, Олег тоже наступил ему на ногу.
— Извини, я случайно, — прервал тишину Шепс.
— Нет проблем, — вот и весь ответ.
Никаких ссор и выливания накопившихся друг на друга обид. Просто можно было делать вид, что они чужие друг другу. И это бесило Матвеева. До боли, до скрежета в зубах. Его бесила собственная слабость перед Шепсом. Почему он не мог ему ничего высказать — все, что он думал сейчас, что накопилась в его жалкой душе за все это время? Да потому что он был всего лишь верным щенком, на которого
хозяин не обращал внимания.
— Мальчики, у вас все в порядке? — голос Лины вырвал из размышлений.
— В полном, — коротко ответил Олег, протиснувшийся мимо Димы.
Шепс сел напротив подруги, принимая стакан с небольшим количеством выпивки, из рук блондинки.
— Дима? — в голосе Лины звучало беспокойство, похожее на материнское.
— Разбавь мне с колой, — ответил чернокнижник, приближаясь к коллегам.
Он сел позади блондинки, открывая себе потрясающий вид на Шепса, сидевшего к ним лицом с пластиковым стаканчиком в руках, постукивая по нему пальцами, будто нервничал.
— Столько колы хватит? — Лина показала пластик, где было заполнено чуть больше четверти емкости. Дима одобрительно кивнул. — Пропорции пятьдесят на пятьдесят?
Матвеев задумался. Он слишком давно не пил крепкий алкоголь и не знал, как тот начнет на него действовать, а впереди ждало испытание.
— Ты хочешь его споить, чтобы он завалил испытания? — в голосе Шепса не слышалось никаких насмешек. Он говорил серьезно.
— Ты раскусил мой коварный план, Олег, — блондинка театрально прижала руку к сердцу, будто Олег
ранил ее туда.
Забавно выходило. — Я просто спросила. Он может и сам себе налить, если хочет.
Девушка протянули Матвееву бутылку виски и его стакан с колой. Чернокнижник кивнул головой, соглашаясь с тем, что он и сам в состоянии это сделать. Проблема была лишь в том, что он сам не знал, сколько туда лить. Непроизвольно взгляд чернокнижника упал на Олега, чья челюсть сейчас была напряжена, а холодный взгляд серых глаз уставился на Лину.
Не на него. Решение было принято в ту же секунду. Матвеев наклонил бутылку, дожидаясь пока янтарная жидкость начнет заполнять стакан.
— Все-таки пятьдесят на пятьдесят, — усмехнулась Лина, забирая бутылку из рук молодого парня. — Смельчак.
Дима слабо улыбнулся, покручивая стакан с «коктейлем» в руках, чтобы жидкости внутри перемешались. Он мог поклясться, что чувствовал напряжение, исходящее от Шепса.
— Олег, не веди себя как мамочка, — видимо девушка тоже это заметила. — Мы у тебя дети уже взрослые. Коля, ты с нами? — экстрасенс перевела взгляд на оператора, который скучающе сидел на своем месте и играл во что-то на телефоне.
— Я на работе, — пожал плечами мужчина, продолжая тыкать в экран телефона.
— Работа начнется через час, — уговаривала девушка.
Оператор оторвал взгляд от экрана телефона и посмотрел на каждого экстрасенса, присутствующего здесь, будто оценивал.
— Предпочту трезвым бегать с камерой за тремя пьяными магами во время ваших
ритуалов, — пояснил Николай.
— Мы экстрасенсы, — поправил Дима.
— Одна херня — мне все равно за кем бегать. Хоть за лешим. Лишь бы платили., — пожав, плечами ответил оператор.
Экстрасенсы не нашли, что могли бы ответить Коле. Поэтому Лина вытянула стаканчик вперед, готовая произносить тост.
— За удачное испытание для каждого из нас!
***
Час прошел уже давно, а к ним так никто и не приходил, чтобы начать испытания. Дима уже давно допил свою порцию алкоголя, чувствуя как его тело расслаблялось, а разом затуманивался. Все переживания ушли на задний план. И даже младший Шепс, сидящий теперь таким образом, что их с Димой коленки практически соприкасались, не был помехой приятной неге во всем теле. Олег с Линой о чем-то болтали, шуточно споря на разные темы. Матвеев же был немногословен даже после алкоголя, изредка вставляя свои комментарии, которые обычно всегда были адресованы Шепсу.
Послышался звук открывающейся двери автобуса. Дима выпрямился на месте, стараясь сосредоточить слегка плывущий взгляд. В машину зашел Илья, чьи каштановые волосы пришли в полный беспорядок от ветра снаружи. Ведущий закрыл за собой дверь, потирая свои руки друг об друга в попытке согреться хоть чуть-чуть.
— Весна шепчет, ребята, — саркастично заметил мужчина. — Я смотрю вы здесь во всю
готовитесь?
Илья указал на явно начатую бутылку виски и пустые стаканчики в руках экстрасенсов. Лина пожала плечами, будто в этом не было ничего необычного.
— Будешь? Согреешься,
Илюша.
Ларионов покачал головой, продолжая потирать руки. Даже сквозь толстую куртку было заметно, как дрожало тело мужчины.
— Я не экстрасенс. Боюсь, мне канал не даст поблажек, если увидит у себя пьяного ведущего.
Дима никак не отреагировал на этот выпад, а вот Олег усмехнулся, отчего дернул ногой и случайно коснулся чернокнижника. Матвеева прошибло током даже сквозь одежду. Блять. Ему показалось или Шепс, на секунду, но задержал свое колено возле Димы? Возможно, все это ему мерещилось под действием алкоголя. И никакого касания вообще не было. Что ж, если это так, то Матвеев точно в полной жопе.
— Поверь ты будешь таким не первым и тебя не уволят, — уговаривала девушка, будто ей жизненно необходимо было споить ведущего. — Согреешься.
Илья уставился на бутылку, которая словно манила к себе, предлагая попробовать.
— Наверное, это действительно ее план — споить нас всех и даже ведущих, — неожиданно для самого себя, Дима обратился к Олегу, указывая на Ларионова, который уже наливал себе немного алкоголя для блеска глаз и теплоты.
«Ну же, ответь хотя бы сейчас, пока никто не смотрит»
Молил голос внутри чернокнижника, будто Шепс мог его услышать. Но, видимо, он услышал.
— А я сразу это говорил, — медиум даже не улыбнулся.
Вот и весь их разговор, наполненный лишь стандартными фразами и безразличием. Дима чувствовал отчаяние, которое постепенно накатывало на него. В такие моменты он начинал думать, что
ничего Олега уже не вернуть. Он больше не посмотрит в его сторону, да и вряд ли посмеется с ним над какой-нибудь глупой шуткой, услышанной на просторах Тик Тока. Если бы Матвеева спросили: был ли в его жизни поступок, о котором он жалел больше всего. Дима без раздумий смог назвать точный день и, возможно, даже время, когда он совершил этот поступок, ставший точкой невозврата в их с Олегом отношениях. Тогда они решили, что это была лишь
глупость, вызванная количеством выпитого алкоголя, но вот только на следующий день Шепс полностью обрезал свое общение с чернокнижником, избегая того словно пламени.
Он не заметил, когда ведущий уже осушил стакан, тут же заметно ободрившись. Ларионов поправил свои растрепанные волосы и похлопал в ладоши.
— Ну-с, и кто у нас сегодня первый? — поинтересовался Илья.
— Дамы вперед, — ответил Шепс, указывая на блондинку напротив.
— Джентльмены, — усмехнулся Ларионов, проверяя свои наручные часы. — Тогда пойдем со мной, Лина. Нам бы лучше успеть до темноты.
Девушка поставила бутылку рядом со своим сидением, плотно закрыв крышкой. Достала маленькое зеркальце и проверила свой внешний вид, прежде чем покинуть автобус вместе с Ильей.
Вновь повисло тяжелое молчание. Никто из них не говорил ни слова, думая о чем-то своем. Если быть точнее, то Дима думал об Олеге, а вот куда были направлены мысли медиума он не знал. Неужели они собирались провести не меньше часа? Сидя в автобусе молча, ожидая возвращения связующего звена. Матвеев почувствовал резкую потребность в перекуре, несмотря на отвратительную погоду и отсутствие нормальных сигарет. Лина оставила невскрытую пачку синего Винстона на своем сидении. Дима потянулся туда, хватая картонную коробку в свои руки. Что ж, он сможет пережить одну сигарету, а после своей очереди на испытании сходит до ближайшего ларька — он шел вторым, а Шепс замыкал их тройку сильнейших. Чернокнижник бросил взгляд на медиума, который продолжал сидеть на месте только теперь он снова листал что-то в телефоне. Матвеев так резко встал с кресла, что чуть не ударился о коленку медиума, но Олег успел ее убрать.
«Не смотри на него»
Сам себе говорил чернокнижник, проходя мимо. Глаза так и намеревались покоситься чуть в бок, глядя в экран телефона. Писал ли он сейчас каким-нибудь девушкам с целью познакомиться и провести время? Или, может, общался с братом? Просто листал новости и читал комментарии? Или любовался очередными эдитами с собой? Дима этого не знал, но так, блять, хотелось знать.
«Это не твое дело».
И пока Матвеев мог себя в этом убедить, он резво выскочил из автобуса, отходя в сторону небольшого леса, где уже стояло несколько операторов и настраивали свои камеры. Дима поприветствовал мужчин, надеясь на то, что те не решат к нему присоединиться. Хотелось покурить в одиночестве, вдыхая приятный аромат хвойных деревьев и свежести, который напоминал ему о Шепсе-младшем. Блять, если так пойдет дальше, то скоро все вокруг будет напоминать о
нем. Чернокнижник со злостью дернул защитную пленку на пачке сигарет, пытаясь открыть их. Оторвал бумагу и положил остатки обертки к себе в карман, так как не видел вблизи ни единой мусорки. Прекрасно, еще и бычки придется с собой тащить до ближайшего бака. Дима зажал сигарету между зубов, ощущая противный привкус и ища зажигалку в своих огромных карманах. Он не успел ее достать, потому что рядом появился тот, кого Матвеев никак не ожидал увидеть. Олег стоял рядом с ним, протягивая к нему знакомую сигарету — Мальборо. Он делал это молча — ни единого звука не вылетело изо рта медиума. Дима с недоверием посмотрел на Шепса, но все же принял сигарету, предложенную медиумом. Винстон он положил за ухо, намереваясь выкинуть, когда доберется до мусорки. Чернокнижнику не пришлось дальше искать источник огня — Олег тут же поджег кончик его сигареты, помогая получить привычную дозу никотина в свой организм. Матвеев сделал глубокую затяжку, ожидая, что вот сейчас Шепс развернется и уйдет, но вместо этого медиум потянулся рукой к лицу Димы, заставляя того вздрогнуть. Его холодные пальцы едва коснулись нежной кожи за ухом, обжигая и вызывая волну мурашек. Чернокнижник не сразу понял, что Олег вытащил сигарету, спрятанную у Димы за ухом, а затем закурил рядом с ним. Они стояли молча на небольшом расстоянии, но со стороны могла показаться, что у них все хорошо. Хотя напряжение продолжало летать в воздухе между ними.
— Спасибо, — Матвеев решил не быть совсем уж бесчувственным. — Что поделился.
«Хотя сначала отобрал»
Хотел добавить чернокнижник, но не стал портить то хрупкое равновесие, что возникло между ними сейчас.
Олег пожал плечами, как делал это всегда. Дима уже и не ждал от него ответа, просто наслаждаясь тишиной между ними.
— Вспомнил, что ты не куришь Винстон.
«Ты этого и не забывал»
Хотел ответить Матвеев, но сдержал себя прежде, чем его рот открылся, произнося эти слова.
— Я думал, что ты тоже, — напоминая об его собственных словах, ответил Дима.
Олег сделал очередную затяжку и покачал головой. Дима заметил легкую улыбку, коснувшуюся его лица.
—
Ложь во благо, — Шепс отвечал ебанными загадками, которые еще не совсем трезвый мозг Димы не мог разгадать.
Он хотел что-то ответить, когда резкий порыв ветра чуть не вырвал сигарету из его рук. Куртка едва ли защищала его от холодного воздуха. Темные волосы прилипли к лицу, закрывая обзор на происходящее вокруг. Послышался грохот, а затем чей-то отборный мат. Матвеев постарался убрать волосы с лица, чтобы увидеть хотя бы что-то из происходящего здесь. Шепс, стоящий рядом с ним, занимался тем же самым только еще успевал курить без помощи рук.
— Кажется дождь намечается, — взгляд Олега был устремлен в небо и Дима посмотрел туда же.
Под словами «намечается дождь» Шепс, видимо, понимал словосочетание «пиздец погода», но в его более культурном варианте. Небо заволокло черными тучами, которым не было видно конца и края. Где-то вдали виднелись раскаты молнии, а через пару мгновений они услышали гром. Ветер усиливался с каждым мгновеньем, поднимая с земли всю грязь. Съемочная группа бегала вокруг, будто сами не понимали, что делать. В такую погоду собаку из дома не выгонишь, да и экстрасенсов тоже.
— Блять, повезло нам с погодкой. Эх, май, — усмехнулся Матвеев, туша сигарету о землю. — Пойдем в автобус или ты хочешь, чтобы тебя унесло?
Риторический вопрос. Видимо, поэтому Олег ничего не ответил, а молча потушил сигарету, позволяя ветру унести окурок куда-то далеко, и двинулся за Матвеевым. Когда они вернулись в машину, то к их удивлению там уже ждали Илья и Лина. Блондинка заметно дрожала, пока Ларионов наливал ей очередную порцию виски. Они не сразу заметили ребят, вошедших в автобус.
— О, наконец-то, мы вас потеряли, — начал ведущий. — Испытания откладываются на завтра, поэтому сейчас мы едем заселяться в гостиницу. Как раз время перевалило за два часа, — пояснил ведущий.
Что ж, Дима не знал: ему радоваться или огорчаться? С одной стороны, это значило, что не придется сегодня бегать под дождем, боясь, что тебя сдует в какую-нибудь речку вместе с каким-нибудь оператором. С другой же стороны, это означало лишь то, что ему предстояло провести с Шепсом еще больше времени. Отнести этот факт к плюсам или минусам — он не знал.
— Не знала, что у нас заказана гостиница, — ответила Лина.
Матвеев мог поклясться, что слышал стук ее зубов.
— Пять минут назад заказали, — ответил Илья. — Сережа, поехали по адресу, — Ларионов протянул водителю бумагу с адресом.
Дима уселся на свое место — позади Лины, а Олег все так же сидел в другом ряду. Только теперь напротив чернокнижника.
— Будете? — спросил Илья, показывая парням бутылку.
Ведущий сел вместе с Линой и их стаканы уже были наполовину полные.
— Я думал ты не пьешь, — прокомментировал Шепс.
— На работе, — усмехнулся Ларионов. — А сегодня нас отпустили, поэтому можно и отметить внеплановый выходной.
Олег посмеялся, соглашаясь с доводами Ильи. Действительно, они теперь были свободны до завтрашнего утра. Можно было и расслабиться.
— И мне налейте, — они не знали, как так вышло, но Олег и Дима ответили одновременно.
Матвеев почувствовал странное чувство неловкости, вновь возникшее между ними. Но, кажется, остальные не обратили на это никакого внимания.
— Вот это я понимаю, — комментировал Ларионов, наполняя стаканы. — Коль, может выпьешь с нами?
Дима уже успел забыть об операторе, который все это время сидел с ними, ответственно дожидаясь моментов для съемки. Все взгляды устремились на мужчину, который крепко держал камеру, будто та была продолжением его тела. Казалось, что в его голове происходила тяжелая битва между «за» и «против».
— Да, черт с вами, — махнув рукой ответил оператор. — Наливай.
***
Перед тем, как добраться до гостиницы, если это можно было так назвать, они заехали в небольшой магазин, где закупились алкоголем, сигаретами и едой. Оставалось только надеяться на то, что никто не сфотографировал их тайно, пока они были в магазине, с целой корзиной различного алкоголя. Они приехали к отелю, когда на часах уже было около трех часов дня, а грозовые тучи стали еще гуще. Мелкий дождь уже начинал капать на землю. Поэтому ребята быстро вышли из автобуса, хватая свои сумки с продуктами и забегая в дверь помещения.
На ресепшене стояла симпатичная блондинка с весьма милым личиком, которое Матвеев мог назвать красивым.
Мог, если бы не заметил, как ее карие глаза тут же уставились на Шепса-младшего, раздевая его взглядом. Дима почувствовал, как ему хотелось прикрыть Олега собой от
нее. Но все это было глупостями. Шепс не нуждался в его
помощи, чтобы разобраться с миниатюрной блондинкой. Они подошли к стойке, когда Олег вышел чуть вперед, а его лицо озарила очаровательная улыбка.
— Мы заказывали номера, — начал объяснять Шепс, облокотившись на стойку регистрации.
— Да, конечно, вы же с телевидения? Часть ваших уже заехали чуть раньше, — слишком приторным голосом ответила администратор.
Улыбка словно приросла к лицу Шепса впервые за все то время, что они здесь были. Блять, Дима не сомневался, что вечером тот затащит ее в свой номер. От таких мыслей тошнота подступила к горлу чернокнижника.
— Мне нужны ваши паспорта, — попросила девушка.
Все из команды достали свои документы, протягивая их блондинке. И, конечно же, первым она взяла паспорт медиума, специально задержавшись пальцами на его коже. Хотелось напиться до беспамятства, чтобы забыть всю эту сцену Дима не знал, почему Олег вызывал в нем
такие чувства. Это было
неправильно, но он ничего не мог с собой поделать.
— У нас осталось три двухместных номера как раз для вас, — радостно сообщила девушка.
Может, у Димы и было все плохо с математикой в школе, но он точно умел считать до десяти, чтобы понять, что их здесь немного больше, чем три.
— Но нас пятеро, — удивленно заметил Дима.
— Ты же не думаешь, что так просто найти номера на всех день в день? — спросил Илья, пиная Матвеева локтем. — Мы, мальчики, поживем парами, а девочка побудет сегодня принцессой.
Блять. У Димы было не так много вариантов: Илья, Николай или Олег. Пиздец, возможно Лина все же согласиться приютить его к себе? Он слишком сильно задумался и не заметил, когда блондинка вырвала из рук его паспорт. Взглядом она продолжала прожигать Олега. Дима не был уверен смотрела ли она вообще на цифры в паспорте или просто тыкала по клавишам.
Она занесла в программу данные каждого из них, когда потянулась к ящику с ключами от номеров. Девушка начала с Лины, давая ей ключ от номера, который оказался на втором этаже. Когда очередь дошла до мужчин, то Матвеев молился всем богам лишь бы…
— Прошу ключ от вашего номера господа, — девушка протянула его Илье и Николаю.
Сука. Сука. Сука.
Лина и мужчины уже успели отойти от них вместе с большей частью вещей, чтобы не мешать, когда блондинка дошла до них с Олегом. Ее улыбка стала еще шире (хотя, казалось, что это физически невозможно). Она протянула ключ Олегу, вновь задерживая свою руку на его.
— А это ваш ключ, — голос звучал настолько фальшиво, что хотелось закрыть уши. — И если вам что-то понадобиться, то вот, — девушка протянула Олегу визитку с номером телефона. — Звоните в любое время дня и
ночи.
Матвееву хотелось блевать от переизбытка сахара в организме. Неужели Шепсу это нравилось? Возможно, что Диме стоило вести себя с ним так же. Может быть, тогда он обратил бы на него внимание?
— Спасибо, — медиум взял визитку и подмигнул девушке.
Удивительно, что та не грохнулась в обморок, а лишь томно вздохнула. Матвеев слишком громко фыркнул, когда они отошли от стойки регистрации.
— Что? — неожиданно спросил Олег, идущий позади.
—
Ничего, — бросил через плечо парень.
Он не хотел смотреть на Олега. Не хотел ничего объяснять. Где его бутылка виски? Он собирался сесть с ней в обнимку и надеяться, что Шепс не догадается привести эту блондинку к
ним в номер, попросив Диму погулять, пока тот будет трахаться.
Их номер, единственный из всех, располагался на четвертом этаже гостиницы, открывая хоть какой-то вид на дождливый город. Дима поставил свою сумку возле двери, осматриваясь вокруг. Бежевые обои на стенах были явно новыми; на полу лежал мягкий ковер, который еще явно не успели запачкать; возле одной из стен стояли две односпальные кровати, застеленные таким же бежевым постельным бельем. В номере не было балкона, но было широкое окно с подоконником, на котором можно было удобно устроиться, чтобы выкурить сигарету. Что ж, все было чуть лучше, чем ожидал чернокнижник. Дима наклонился к своей сумке, доставая оттуда бутылку виски, которую купил себе в магазине.
— Уже начинаешь пить один? — Матвеев не заметил, когда Олег успел уйти в ванную комнату. Его темные волосы были слегка влажными из-за дождя и того, что он явно ходил умыться холодной водой. Капельки влаги все еще стекали по его лицу.
Хотелось прижаться и поцеловать. — Не подождешь остальных?
Матвеев пожал плечами.
— Не вижу смысла, — парень быстро открыл бутылку и, принюхавшись, сделал глоток чистого виски.
Дима поморщился, чувствуя алкоголь, который обжигал все внутри него. Он уже и забыл, каким противным был вкус крепкого алкоголя, если тот не разбавлять. Но градус понижать было нельзя, а вся запивка осталась у Ильи. Неожиданно, Олег выхватил из его рук бутылку с алкоголем.
— Эй, какого хуя, Шепс, — возмутился чернокнижник, пытаясь отобрать бутылку, но тот держал ее за своей спиной.
— Тише, тебе хватит на сегодня. Иди лучше покури у окошка, — Олег указал на окно в их комнате. — Не хочу слушать твой пьяный храп или еще чего хуже — держать твои волосы над туалетом.
Матвеев чувствовал ярость, которая застелила ему весь разум. Или это был алкоголь? Дима не знал, но он чувствовал, что вся эта энергия требовала выхода наружу. Либо сейчас, либо уже никогда.
— А я не хочу слушать, да и видеть тоже, как ты будешь трахаться с той блондинкой! Но я же не запрещал тебе флиртовать, — если Шепс говорил спокойно, то голос Димы сорвался на крик.
— Ты ебнулся? — холодно спросил медиум. — Где ты видишь здесь блондинку?
Олег обвел пальцем их номер, будто доказывая то, что Матвеев и так знал — в номере не было никакой блондинки.
— Я видел ее внизу, — уточнил чернокнижник. — И она дала тебе свой номер, — неожиданно для себя, Дима тыкнул указательным пальцем в грудь Олега, приближаясь к нему на опасное расстояние.
Шепс не двинулся с места, продолжая стоять словно был долбаной статуей. И, наконец, взгляд его кристально серых глаз оказался на Диме. Чернокнижник почувствовал дрожь, прошедшую по всему телу — от макушки до пяток.
— Какого хуя, Матвеев? Даже если я и собирался бы трахнуть ее, то неужели ты думаешь, что я не нашел бы более укромного местечка? — поинтересовался Олег, но потом в его голове словно что-то переключилось, когда он увидел взгляд чернокнижника. — Да и почему тебя это вообще волнует? Или тоже блондинка понравилась?
Он, блять, издевался, улыбаясь как чеширский кот.
Что ж, возможно, Диме стоило пойти ва-банк? Пока виски придавал ему достаточной смелости, чтобы не развернуться и убежать.
—
Предпочитаю темненьких, — карие глаза чернокнижника смотрели прямо на Олега, пытаясь прочитать его эмоции по лицу.
Дыхание Шепса сбилось. Это было заметно по тому, как замерла его грудь, а затем дыхание резко участилось. Они смотрели друг другу в глаза. Это было впервые с того самого рокового дня, когда все пошло не по плану. Сердце Димы бешено билось, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди. Время вокруг них остановилось, а разум отрезвел. Теперь к нему пришло понимание того, что он только что сказал.
Но чернокнижник не успел пожалеть об этом, почувствовав руку Олега, которая сжала ткань Диминой толстовки. Секунда. Две. Шепс притянул Матвеева вплотную к себе, глядя на него сверху вниз. Он изучал его словно какой-то экспонат из музея. Его губы приоткрылись и дрожь прошла по телу Димы.
— Что ты сказал? — хрипло спросил Олег.
— Предпочитаю темненьких, — покорно повторил чернокнижник.
Видимо, это все, что требовалось Олегу. Он резко притянул голову парня к себе, впиваясь в него своим поцелуем. Их губы столкнулись в битве, где каждый хотел победить. Они кусали друг друга, смазывая капли крови легким движением горячего языка. Их языки сплелись в странном танце, больше похожим на борьбу за власть, где никто не собирался уступать друг другу. Дима издал гортанный рык, когда почувствовал, как в очередной раз зубы Олега сомкнулись на его губе, а во рту появился металлический привкус собственной крови. Шепс провел языком по припухшей губе парня, слизывая красные капельки. Завтра Дима наверняка проснется с искусанными вдоволь губами. И у его гримеров возникнут вопросы, но сейчас его это совершенно не волновало. Единственное, что волновало чернокнижника на данный момент — эта желание ощутить губы медиума на всем своем теле.
Матвеев потянулся к крепким плечам парня, хватаясь за них и направляя его тело в сторону небольшой кровати. Дима не отрывался от губ Шепса даже когда длинные ноги медиума столкнулись с краем кровати и они оба упали на твердый матрас.
— Блять, — Олег повернул голову, отрываясь от губ чернокнижника и открывая тому доступ к своей шее. —
Блять.
Последнее слово уже было адресовано Матвееву, когда тут спустился поцелуями вниз к тому месту, где бился пульс мужчины, вызывая стон из груди медиума. Он осыпал нежными поцелуями каждый участок на светлой коже экстрасенса, стараясь не оставлять там никаких следов. Если искусанные губы они еще могли объяснить гримерам, то вот засосы на шее — в этом Матвеев сильно сомневался. Дима спустился поцелуями уже к краю, где заканчивалась голая кожа и начиналась одежда. Ему хотелось спуститься ниже. Дмитрий поднял взгляд, глядя в глаза Олегу, которые были застелены пеленой возбуждения, а его зрачки заметно расширились. Матвеев искал в его глазах разрешения, боясь того, что Олег мог отвергнуть его. В очередной раз. Но сейчас Шепс этого не сделал. Наоборот, он помог Матвееву стянуть с себя черную толстовку, приподнимаясь с постели и оголяя торс. Дима отбросил кофту медиума куда-то в сторону, вновь припадая поцелуем к губам Шепса, но ненадолго. Усмехнувшись, когда Олег потянулся за очередным поцелуем, Дима спустился ниже, припадая губами к нежной коже под ключицами. Руки Шепса путешествовали по телу чернокнижника, исследуя каждый его сантиметр под толстовкой — каждый шрам и татуировку.
— Хочу, чтобы ты тоже разделся, — на выдохе произнес Шепс, запуская пальцы в волосы Димы.
Матвеев оторвал голову от такого желанного тела. На его лице играла хитрая ухмылка.
— Как пожелаете, — ответил чернокнижник, садясь на бедра Шепса, чтобы стянуть с себя одежду.
Его толстовка тоже полетела куда-то в сторону, а холодные руки Олега оказались на его теле, продолжая изучать. Серые глаза следили за движением собственных рук, будто запоминая каждую деталь молодого тела.
Матвеев вновь нагнулся, целуя бледную кожу, покрытую россыпью темных волос. Шепс издал громкий стон, когда губы чернокнижника оказались на его соске, оставляя на нем едва заметные укусы, которые тут же сменялись нежным касанием языка. Но Олег, видимо, не собирался оставаться в долгу. Его руки опустились к молнии на брюках парня, которые уже казались ему слишком тесными. Он был чертовски возбужден еще с того самого момента, когда увидел капли воды, стекающие по лицу медиума. Шепс ловко справился с застежкой его брюк, освобождая возбужденную плоть от тесноты слишком плотной ткани. Мужская рука обхватила член парня сквозь ткань трусов, на которой уже виднелось мокрое пятно в центре.
— Олег, — простонал чернокнижник, когда Шепс провел большим пальцем по головке.
Дима оторвался от кожи парня, стараясь прийти в себя от ощущения рук мужчины на своем члене. Он чувствовал, что возбуждение Олега было таким же сильным и упиралось ему в бедро. Шепс потянул за резинку трусов парня, опуская их совсем чуть-чуть, чтобы открыть себе доступ. И стоило только Диме почувствовать руку Шепса без всяких преград, как ему тут же снесло крышу. Громкий стон вырвался из горла чернокнижника. Возможно, его было слышно даже в соседних номерах. Но, честно, сейчас ему было абсолютно плевать на это, когда руки Олега были на нем, а сам Олег лежал под ним. Матвеев вернулся к его губам, затягивая Шепса в страстный поцелуй, пока его возбуждение продолжало накапливаться где-то внизу живота.
— Блять, чуть быстрее, — умолял Матвеев, когда рука Шепса начала двигаться в мучительно медленном темпе.
Олег усмехнулся парню прямо в губы, то замедляя, то ускоряя движение своего кулака на члене чернокнижника.
— Если хорошо попросишь, — ответил Шепс, отрываясь от губ парня.
Бессердечный.
Дима отодвинулся от губ Олега, возвращаясь к его ключицам. Только теперь он оставлял там не только нежные поцелуи, но и чередовал их с засосами. В этом месте гримеры точно не увидят бордовых отметин. Олег под ним прогнулся, подставляя свои ключица и грудь для большего. Блять, ему нравилось. Дима почувствовал, как рука Олега начала двигаться гораздо быстрее, вырывая из горла чернокнижника очередные хриплые стоны.
— Олег, я сейчас кончу, — простонал парень, когда Шепс особенно сильно сжал его в своей руке.
Дыхание чернокнижника сбилось и он больше не мог целовать медиума, пытаясь вдохнуть в себя хоть каплю кислорода из-за подступающего оргазма. Он балансировал на грани, готовый вот-вот свалиться.
— Так давай, кончай, — хрипло ответил Шепс.
И это все, что было нужно Диме. По позвоночнику прошла приятная дрожь, а знакомое тепло разлилось по всему телу. Его разум помутнел, как и взгляд, а тело ослабло. Он упал сверху на крепкое тело медиума под ним. Чувствуя его возбуждение, которое еще никуда не ушло. А кожа живота была липкой из-за беспорядка, который он натворил несколько секунд назад.
— Сейчас я отдышусь и… — он не договорил, когда Шепс провел ладонью по волосам Димы, приглаживая мокрые от пота пряди.
— Тише, не торопись, — грудь Олега содрогнулась в смехе.
Тогда Дима приподнял голову и вновь посмотрел в серые глаза Шепса. Он почувствовал горячее желание снова поцеловать его, поэтому прижался губами к его в очередном поцелуе. Но на этот раз таким нежным до боли. Без укусов и языков. Только лишь их мягкие губы, нежно сминающие друг друга. Матвеев провел ладонью по бицепсу парня, опускаясь ладонью ниже. Олег понимал, чего хотел Дима, но останавливать не стал, ожидая пока рука чернокнижника доберется до пуговиц на его брюках. И когда это произошло, то в дверь постучали. Парни оторвались друг от друга, вопросительно глядя в глаза. Они точно никого не ждали.
— Парни, Лина и Илья вас заждались, — Николай, блять.
Олег пришел в себя быстрее Димы, прочистив горло он собрался с силами и ответил.
— Простите, я умотался и уснул, а Дима сейчас… в душе, да. Дайте нам пять минут.
— Только пять минут парни, а то они скоро сами к вам завалятся, если вы не принесете им виски, — с этими словами Коля, видимо, ушел.
Дмитрий уткнулся носом в изгиб шеи Олега и засмеялся хриплым смехом.
— Блять, я совсем забыл, что весь алкоголь у нас в сумках, а у них только кола и сок.
Олег ничего не ответил, а лишь хрипло засмеялся. Дима поднял голову, боясь увидеть, что Шепс вновь закрылся от него и отдалился.
— Давай собирайся и неси им сумку с алкоголем, а я пока приму душ, — ответил Олег.
Дима поднялся с Олега, перекатываясь на край кровати. Ему, если быть честным, душ тоже не помешал бы. Но сейчас он не хотел спорить с Шепсом, боясь разрушить этот тонкий контакт, который вновь возник между ними. Возможно, Олегу сейчас было полезно побыть одному и все обдумать? Дима должен был научиться давать ему время. Поэтому Матвеев молча встал и подошел к своей сумке, где в небольшом кармане лежали влажные салфетки. Достав несколько штук, он вытер все следы их занятий со своего тела и выбросил салфетку в мусорку. Матвеев схватил черную толстовку, которая валялась неподалеку и быстро нацепил ее на себя. Даже не посмотрел, а правильно ли это сделал.
— Лучше причешись, — раздался голос Олега, который все еще лежал на кровати и не спешил в душ.
Дима глянул на себя в зеркало, достав расческу. Действительно его черные волосы торчали в разные стороны и были спутаны, как после хорошего секса. Быстро причесавшись, он подхватил сумку с алкоголем и уже собирался выйти, но остановился в дверях.
— Через сколько тебя ждать? — поинтересовался Дима.
— Схожу в душ и приду, — голос Олега вновь звучал безэмоционально, будто он снова ушел в себя.
Чернокнижник схватился за ручку, открывая дверь, и покинул номер, оставляя Олега наедине со своими демонами.
