366 дней в году

      В понедельник Дима чувствовал себя раздавлено. Парень не отвечал на смс друзей, а уж тем более на звонки Олега. В школу пришлось идти, потому что бабушка бы не отстала.       Диме хотелось умереть, а ещё ужасно хотелось курить. Олег спиздил подик и не успел вернуть. Гандон.       Парень зашёл в класс русского языка почти самым последним, сразу же рядом сел Влад, заваливая вопросами. Дима конечно знал, что тот будет их задавать, а вот отвечать не очень хотелось. Поэтому пришлось просто сказать, что всё хорошо, а виной такой подавленности — недосып.       На математику Дима идти не хотел, думал прогулять, но решил, что он не станет бегать от Олега, как маленький. Абсолютно плевать, что тот подумает и может сказать.       Только вот он ничего не сказал. Даже в сторону Димы не взглянул, не проронил ни слова. Дал классу какую-то самостоятельную и сидел книгу читал. Диме было похрен на самостоятельную. Когда он её сдавал, был уверен – написал на два, может даже минус два.       Молчание в данной ситуации резало без ножа. Это было самое худшее, что мог предпринять Олег.       Олег ничего не сказал и на второй день и на третий не сказал, на четвёртый, пятый, шестой. Дима смирился – это всë: точка, которая была грубо поставлена в их только зарождающихся отношениях.       Спустя две недели было не так больно, Дима почти вернулся в прошлый ритм жизни: снова начал смеяться с Владом, гулять с ним и Линой, не пропускал ужин.       Без Олега было плохо, но такое ощущение, что если бы он вернулся, стало бы ещё хуже. Оценки по математике скатились, но впрочем то было не важно, ведь до того как появился Олег, они были такими же.       В среду, когда математика стояла последним уроком, Влад ушёл с последних трёх уроков в поликлинику. Диме домой нужно было идти одному.       Урок кончился, прозвенел заветный звоночек, десятиклассники спешили смотаться домой. Дима не понимал, как так всегда получалось, что он почти самый последний выходил из класса.       Этот случай также был не исключением, в классе остались только Олег и Дима. Второй привык к постоянному молчанию, поэтому он остановился как вкопанный, когда тишину прорезал ставший за такой короткий промежуток времени родным, голос: – Дим, давай поговорим.       Матвеев застыл, осторожно поворачиваясь, словно у человека напротив в руках был пистолет и тот мог внезапно выстрелить. Дима мысленно поднял перед Олегом руки, когда все-таки согласился поговорить, осторожно кивнул. – Во-первых, это твоё, – учитель подошёл ближе, кладя в чужую руку электронную сигарету. Теплая ладонь, вложившая подик, пустила по телу мощный разряд. Дима сжал руку и убрал её в карман, кладя туда потеряшку – Во-вторых, – Олег не договорил, лишь подошёл ещё ближе, смотря прямо в глаза, сверху-вниз.       Диме хотелось сквозь землю провалиться, потому что он только недавно избавился от этих чувств, что сейчас вновь бегали внутри, от взгляда напротив.       Рука Олега легла на шею, а после поползла вверх, слегка сжимая подбородок. Дима не сопротивлялся, потому что понимал, что не сможет. Он подписал себе приговор – поднял руки и разрешил всё-таки выстрелить в себя. – Та ситуация в клубе совершенная случайность. Я ничего не мог тебе подсыпать, ты же и сам это знаешь. Просто, в моей бурной молодости я столько дури перепробовал, пальцев посчитать не хватит, поэтому знаю каждую побочку от каждого вещества, могу примерно понять дозу. Да может тогда я грубо ответил, просто потому что устал и не мог уснуть из-за тебя всю ночь, а ты ещё начал дерзить, я психанул… – Дима смотрел на Олега так внимательно, как будто тот рассказывал информацию, которая могла спасти жизнь. Информация спасла – выстрела смогли избежать, так же как и жертв.       Олег продолжал что-то объяснять, рука с подбородка пропала и начала активно жестикулировать, а Дима не слышал речи, он просто бессовестно пялился на красивое лицо напротив: на розовые губы, на густые ресницы и красивые, серые глаза.       Не выдержав, Матвеев чуть ли не прыгнул Олегу в объятия, обхватывая руками его шею и утыкаясь носом куда-то в район ключицы, вдыхая знакомый до боли, почти родной запах. Запуская пальцы в чёрные волосы, сжимая их, прижимая Олега ближе к себе, Дима оставил поцелуй на выемке между ключицами, покрывая поцелуями и всю шею, прямиком до подбородка. – Олег, ты же будешь со мной? Ты никуда не денешься? Ты не уйдёшь вот так больше никогда из моей жизни? – жалобно шёпотом вторил Дима, не выпуская Олега из объятий. Казалось, что тот сейчас испарится, всё не будет как раньше. – Не уйду, пока ты сам этого не попросишь. Простишь меня? Что я вот так молчал неделю, думал, тебе нужно время, – Олег удивлённо обнимал в ответ. Он ответил не сразу, а помолчал какое-то время. – Я не мог обижаться, я знал, что поступил не круто, хотел даже сам извиниться, – Дима облегчённо выдохнул, с плеч упал огромный груз, стало легче. – Скоро новогодняя дискотека, ты идëшь? – Олег, взяв Диму за руку, вышел из кабинета, закрывая дверь на ключ. – А когда? Я думал, что ещё не скоро, – взглянув на календарь в телефоне, Дима ужаснулся. Он совсем выбился из ритма жизни и перестал контролировать время. Уже так скоро новый год и новогодние каникулы.. – Через два дня, получается. Пятница, 19:00, – Олег тепло улыбнулся, увидев шок на лице десятиклассника. – Да, пойду. Иногда там приносят алкашку, – Дима убрал телефон, взглянув на учителя, на их сцепленные руки, а потом снова в пол. – Вообще-то там я там буду надзирателем, чтобы вы не пили. Спасибо, что сказал, буду знать, – Олег усмехнулся, Дима удивлённо поднял брови. – Я ничего не говорил! – сделав вид, что закрыл рот на молнию, Дима выбросил мнимый ключик, сжав губы. Олег рассмеялся. Парни вышли из школы.       Проводив Диму до дома, Олег поцеловал его в макушку и отпустил. Сам математик вызвал себе такси, направляясь в университет.       Они помирились. Странное чувство пожирало с головы до ног. Зачем? Было понятно одному лишь Олегу. – Олежа, рада видеть. Что-то новое принёс? – Анна Николаевна поливала цветы в своём кабинете, поэтому не сразу смогла подойти к столу, куда упала чёрная папка. – Да, гляньте там, что не так, – тихо проговорил Олег, а женщина подошла, присаживаясь на край парты. – Сколько у тебя практики осталось? – поинтересовалась Анна Николаевна, как всегда в привычном жесте листая папку, ища новые страницы. – Эта неделя последняя, – Олег улыбнулся, встречая зелёные хитрые радужки напротив. – Рад что-ли? Не привязался даже ни к кому? – подняла бровь женщина, откладывая курсовую на край стола. – Я? Нет, а вот ко мне может быть, – Олег пожал плечами, начиная диалог на отвлечённую тему, по поводу учёбы.

***

– Слушай, как ты думаешь, вот это нормальное? – Лина крутилась перед Димой в красном облегающем платье, пока тот валялся на её диване, сжимая в руках мягкого большого мишку – Пашу. – Да, мне нравится как фигуру подчёркивает. Странно, что ты пойдёшь с нами на дискотеку, там же скука смертная. Я вот иду чисто ради выпивки, – хмыкнул Дима. – Да не знаю, Влад позвал, разве могла этому милашке отказать? – покрутившись перед зеркалом, Лина подмигнула себе и закрыла шкаф, кинув в него все платья которые мерила до этого. – Ты говоришь о Владе, как об этом плюшевом Паше. Смотришь на Череватого кстати так же, как я на пиццу с ветчиной и курицей, – посмеялся Дима, покрутив мишку перед глазами девушки. Та улыбнулась, забрав игрушку из рук друга. – Я смотрю на Влада так, как ты смотришь на Олега. Расскажи уже, что там между вами, – плюхнувшись на живот рядом с другом, Лина выжидающе глянула на него, подперев подбородок руками. – Я не знаю, всё неопределённо как-то если честно. Он мне нравится и я ему тоже наверное, целовашки-обнимашки были, – Дима начал доверять Лине, по-настоящему доверять, поэтому решил рассказать, без подробностей конечно, но всё же. – Реально? – девушка удивлённо вскинула брови, а после улыбнулась. – А вы уже ну, – Лина что-то там показала руками, теперь Дима удивлённо поднял бровь. – Нет-нет-нет, ты совсем? Рано ещё, – щеки вспыхнули моментально, парень закрыл лицо Пашей. – А, ты из тех, кто до свадьбы ни-ни? Ну, ты подумай Дим, Олег же не маленький, хочется уже чего-то серьёзного, убежит же, – Лина посмеялась, поболтала ножками и взглянув на время заметила, что пора бы уже выдвигаться на дискотеку, Влад ещё скоро зайти должен.       По пути в школу, Влад, Дима и Лина переговаривались. Школьная дискотека с актовом зале – просто отстой тема, но зачастую там можно хорошо выпить, а после уже не особо важно где ты.       В прошлом году Влад и Дима после такой тусовки проснулись в деревне Влада, хоть и не помнили, как добрались то туда.(Двести километров, как-никак. )       Друзья немного опоздали, в зале уже какая-то суета и громкая музыка, маты были запиканы или заменены на другие слова. Ну, бред же, все знают как там на самом деле поётся.       Дима первым делом среди небольшой толпы учителей-надзирателей нашёл макушку Олега, подошëл – показал, что пока что трезвый, хотел обнять, но вспомнил, что нельзя, разочаровался и пошёл к столу с напитками.       Мальчик из класса Димы налил себе в красный сок, скорее всего в вишнёвый, другой сок – прозрачный. Вот и водку нашли.       Быстро намешав себе всего, Дима отошёл от стола, плюхаясь на ряд стульев, достал телефон. Через минут пять подошла Лина, она конечно была старше всех собравшихся, но хорошо сливалась с толпой девятиклассниц.       Девушка села рядом, озорно заглядывая Диме в телефон, а потом принюхиваясь с содержимому бокала. – Пьянчуга, – Лина посмеялась, вставая со стульев. – Налить тебе ещё? Я туда же иду, – Дима пожал плечами, передавая подруге уже полупустой стакан, та быстро ускакала.       Через час дискотеки, Дима очень захотел курить. Парень предупредил Лину и Влада, что выйдет на какое-то время. Направляясь в самый безлюдный туалет на третьем этаже школы, Дима искал в рюкзаке электронку, одновременно достал телефон.       Матвеев зашёл, в уже ставшее родным помещение, запрыгивая на подоконник. Окошко было как всегда приоткрыто. На улице темнело, в туалете свет Дима не включил, чтобы не привлекать ненужного внимания.       Дима выдохнул очередную порцию дыма, когда услышал скрип открывшейся двери. Показалось? Парень напрягся, пряча курилку в карман на кофте, вглядывался в темноту. Скрип деревянного пола последовал тут же. – Куришь, что-ли? – раздался знакомый голос, а в свет луны из тени вышел Олег, он по-доброму улыбался. – А ты следишь за мной? Зачем так пугать? – Дима опустил напряжённые плечи, поворачиваясь на подоконнике, свесив ноги вниз, коленями к Олегу. – Просто волнуюсь за тебя. Увидел краем глаза, что ты как-то слишком быстро убегаешь. Даже не предупредил ведь, – Олег подошëл ближе, располагаясь между раздвинутыми ногами Димы.       Руки учителя приземлились на чужие бёдра, дырки на коленях не давали покоя прям. Так и хотелось сказать, что Диме ужасно шли джинсы с дырами, хоть и выглядел он в них по-блядски. – Я очень курить захотел. Будешь? – Матвеев достал из кармана электронку, протягивая Олегу. Дима всеми силами пытался не обращать внимание на чужие, красивые руки, которые удобно расположились на коленках. Длинные пальцы пробрались в дыру под ткань, сжимая внутреннюю сторону бёдра. – Нет, не хочу. Можно лучше тебя? – одна рука пропала с колена, перебираясь на затылок, Олег подошёл ещё ближе, сверля своими до безумия серыми, хищными глазами, глаза напротив, те были взволнованными, казались почти чёрными, ведь помещение освещала только луна за окном. – Меня? В смысле? – Дима все-таки убрал электронную сигарету, прикусив губу. Парень поëрзал на подоконнике, кладя руки на чужие плечи. Он даже запнулся при разговоре, не ожидая такого странного вопроса и даже... напора? – В этом, – примкнув к губам парня, Олег одной рукой продолжал водить по бедру, а другой сжимал волосы на затылке, прижимая Диму ближе к себе. Парень сначала что-то замычал, потом же начал отвечать на поцелуй, водя руками по спине учителя, изредка сжимая ткань рубашки.       Олег, не прерывая поцелуй, взял Диму под бёдра двинув ближе, впечатывая его пах себе в живот.       Парень снова что-то промычал, быстро умолкая. Не собираясь останавливаться, Олег провёл рукой по бедру, поддел толстовку, оглаживая голую кожу на боках и мышцы пресса, а после, переместил ладонь на упругие ягодицы, сжимая. Дима иногда постанывал в поцелуй, не в силах прервать манипуляции партнёра. – Стой-стой. Может пойдём к тебе? – проснувшийся азарт не дал Диме просто наблюдать, ему хотелось продолжения, которое Олег наверняка бы не устроил. Ну, точно не в школьном ужасном туалете. – Ты чего-то разогнался, – подняв бровь, Олег облизнул губы, глядя в чёрные глаза напротив. – Это ты меня разогнал, – Дима улыбнулся, его руки всё ещё лежали на плечах парня. – Я так скучал по тебе, – Матвеев обнял Олега, прижимая к себе, утыкаясь носом ему в шею. – Скучал по твоим прикосновениям, по твоему запаху, по шёпоту, – тихо проговорил в ключицу Дима, носом втягивая терпкие, знакомые духи. – Всё хорошо, я рядом же. Дискотека закончится через полчаса. Если не передумаешь – пойдём ко мне. Чай пить, Дим, – с насмешкой шёпотом сказал Олег, улыбаясь и почти сразу разрывая объятия.       Дима только кивнул, принимая ещё один поцелуй со стороны Олега. Учитель вышел из помещения. Вот и покурить можно нормально.       Через минуты три, Диму будто осенило, что он говорил Олегу и что предложил. Стало как-то стыдно, хоть и желание воплотить свою задумку никуда не пропало.       Вернувшись в зал, Матвеев ещё немного выпил и просто сидел, ожидая конца дискотеки. Олег стоял переговариваясь с другими учителями, иногда его взгляд падал на Диму, который внимательно следил за школьниками на танцполе, ему просто скучно было.       Лина с Владом ушли за десять минут до конца, оставляя Диму сидеть в гордом одиночестве. Тоже нашлись друзья, блин.       Дима и Олег вместе вышли из школы, по пути планируя зайти в магазин, по словам Олега «за чаем».       Матвеев остался на улице, ведь перед тем, как зайти в магазин ему позвонила бабушка. Дима мог бы не брать трубку, но решил все-таки сообщить, что скорее всего придёт поздно. Когда бабушка закончила возмущаться, Олег вышел из магазина с небольшим пакетом.       Учитель оглянулся, вокруг совсем не было людей. Олег подошёл к Диме почти впритык, на секунду касаясь своими губами его губ. – Эй, люди же могут увидеть, – Дима смутился, пальчиком отталкивая Олега подальше. – Ну и что? Подумаешь. Ты зануда, – в шутку математик толкнул парня в плечо, весь оставшийся путь до дома они шли пихаясь, внедряя в диалог новые шутки. – Итак, расчехляй свой чай, – посмеиваясь, Дима плюхнулся за кухонный стол. – Тебе какой? Есть чёрный с чабрецом, чёрный фруктовый, зелёный с мятой, зелёный с имбирём и мёдом, лимон и мëд, каркадэ, просто зелёный просто чёрный, и вот я купил, с драконьим фруктом, – когда Олег открыл огромный ящик, заваленный коробочками с чаем, фраза «Расчехляй свой чай» заиграла новыми красками. – Ебануться, – Дима приподнял бровь, заглядывая в сам ящик. Матвеев был прям таким ценителем чая, поэтому доверил выбор самому Олегу.       Посиделки за чаем плавно перешли на диван, за ноутбук. Олег предложил посмотреть фильм. Дима уже и забыл, зачем пришёл сюда изначально. Как оказалось, Олег тоже обожал Марвел, поэтому они сидели и смотрели человека паука. Каждый раз, как в первый.       В середине фильма, когда человек паук в очередной раз спасал всех и вся, Олег смог оторваться от экрана, посмотрев на Диму, что уже успел положить голову Олегу на плечо. Тот выглядел безумно мило, как ребёнок, который смотрел свой любимый мультик. В глазах словно огоньки сияли.       Не дав парню опомниться, Олег поставил фильм на паузу и примкнул к чужим губам, которые находились так близко. Дима не сразу сориентировался, но все-таки ответил на поцелуй, прикрывая глаза.       Ещё секунда, и парень не стесняясь перекинул ногу через бёдра Олега, усаживаясь сверху. Руки учителя упали на чужие ягодицы. Не разрывая поцелуя, Дима с вызовом поëрзал на чужих бёдрах, задевая пах.       Олег что-то промычал в поцелуй, его руки двинулись вверх, поддевая кофту Димы, почти что срывая её откидывая в сторону. Любуясь красивым торсом, Олег прервал поцелуй, а Дима застыл, не зная, что делать. – Почему ты так смотришь? – парень постарался оглядеть себя с ног до головы, смутившись. – Ты такой красивый, умереть можно, – без колебаний сказал Олег, щëки Димы моментально покраснели.       Снова примкнув к губам напротив, Дима провёл рукой по бедру, перебираясь под рубашку Олега. Парень решил расстегнуть только первые две пуговицы, дабы снять ткань через голову, чтобы было быстрее.       Когда рубашка Олега улетела в небытие, математик резким движением опрокинул Диму спиной на диван, нависая над ним.       Торшер замигал, лампочка резко погасла, комната погрузилась во тьму, светила только луна за окном. Олег поднял бровь, проговорив: – Паранормальщина какая-то, – Дима посмеялся тут же притягивая Олега снова к себе. В темноте было даже комфортнее как-то.       Перевернув Олега вниз, меняя позицию, теперь Дима был сверху. Парень оставлял поцелуи сначала на шее, а после на ключицах и груди.       Пальцы плавно перебрались с пресса на ремень джинс и ширинку, где ткань уже натянулась. Как только пуговица из петли была вынута, молния разъехалась с характерным звуком. – Я же могу...? – Дима не договорил, стало неловко. Если бы он продолжил фразу «взять в рот», он бы сгорел со стыда. – Если хочешь. Я могу без этого обойтись, – слава всем богам, Олег понял и так.       Дима хотел. Возможно странно, он ни разу не делал этого раньше, но сейчас хотелось просто попробовать.       Оттянув резинку боксёров, парень без колебаний обхватил член рукой. Всё что он думал – большой. Больше чем у самого Димы, но не намного.       Среднестатистический такой. Вообще думать сейчас нужно было не об этом. Хотелось вспомнить всë из порнороликов, что он смотрел. Жизнь – это конечно не порно, но хоть основы то какие-нибудь правдивые есть.       Обхватив губами уже набухшую головку, парень не спешил брать в рот полностью. Развлекаловка. Дразнить Олега было приятно, тот явно хотел, чтобы Дима взял всю длину, а не наполовину.       Большая ладонь упала Диме на макушку, надавливая. Пришлось взять полностью, почти даже получилось. Создавая вакуум парень двигал головой вверх-вниз. Сверху тихо постанывали, значит, что действия правильные.       У самого Димы в штанах также становилось тесно и джинса неприятно терлась об стояк. Олег не собирался ждать долго, поэтому подав Матвееву знак, типа «хватит» перевернул парня всё-таки под себя.       Руки тут же расстегнули чужую ширинку, высвобождая член. Ладонь сначала сжала, а после начала двигать по всей длине. Когда губы Олега опалили кожу и язык прошёлся по головке, Дима сжал подушку, пытаясь сдержать слишком громкий стон. – Можешь себя не сдерживать если что, у меня хорошая шумоизоляция, – усмехнувшись, Олег поднялся, отходя от дивана, направляясь в коридор. Дима изогнул бровь. – Ты куда? – сорвалось с губ парня. – Без этой штуки будет больно, – Олег пожал плечами, появляясь в дверях. В руках презервативы и банка смазки.       Не дав больше ничего сказать, математик перевернул Диму на живот, заставляя встать на колени и выгнуться в пояснице, раздвинув ноги.       Парень хотел сквозь землю провалиться, как же стыдно. Утыкаясь в подушку лицом, Дима ждал продолжения. Сзади лишь шелест упаковки, которую раскрывал Олег. – Дим, а ты уже когда-нибудь... – Олег не договорил, парень ответил раньше. – Нет, ты первый, – сжав губы в тонкую линию, Дима ждал реакции. – Я понял, Печалька. Я всё сделаю аккуратно, говори если больно. Ты же доверяешь мне? – Олег ласково прошептал это на ухо, поцелуй в щеку сопроводил этот шёпот. – Если бы я не доверял тебе, я бы не стоял сейчас тут в такой ужасно нелепой позе, – Диму конечно это всё ужасно умиляло, но и смущало до усрачки. – Вполне себе красивая поза, ты бы видел, какие виды, – Олег стебался, в голосе была слышна усмешка, но не злая, а скорее так, атмосферу разбавить и Диму расслабить. – Очень смеш... – Дима не успел договорить, как почувствовал в себе палец, сначала одна фаланга, потом две, а после и все три. Олег, прежде чем добавить ещё один палец, выдавил ещё смазки и спросил у Димы разрешения. Тот одобрительно кивнул.       Пытаясь отвлечься от боли, которая изредка проскакивала, парень о чем только не думал: таблицу умножения вспомнил и все правила русского языка. Когда Олег наконец достал пальцы, Дима облегченно выдохнул, хоть и понимал, что на замену пальцам придёт член и будет ещё больнее. – Блять, Олег, а может я лучше на всю жизнь девственником останусь? Ну, как это в меня поместится? – делая акцент на слове «это» Дима сел на диване, указав кивком головы на стоящий колом член Олега. Тот забавно улыбнулся. – Ты уже не девственник, не бойся, – продемонстрировав свои пальцы, Олег убедил вернуться в ту позу, в которой Дима стоял изначально. – Если ты конечно не хочешь – не будем, – Олег выдавил щедрую порцию смазки на член, растирая рукой. Дима готов был сдохнуть, ведь уже и останавливаться поздно, такой путь проделан. – Нет, давай, – Дима снова сжал губы, когда почувствовал головку члена, приставленную к отверстию.       Парень не успел опомниться, как Олег вошёл одним толчком полностью, не двигаясь больше. Громкий стон Димы наполнил всю квартиру, на глазах выступили слëзы. – Сука, лучше бы я девственником до конца жизни был, – смог пробубнить парень, а после почувствовал на своей руке, руку Олега, сжимающую в утешении.       Поцелуи покрывали сначала спину, проходя вдоль позвоночника, а после, переходили на мочку уха и щëку. – Прости, но без боли никак. Сейчас будет легче, – Олег вновь толкнулся, в этот момент тело пробил мощный электрический заряд, приятная волна прокатила по всему телу. Снова громкий стон, но теперь не болезненный. – Лучше? – медленно двигаясь, Олег всё ещё сжимал руку Димы, целовал шею и спину.       Дима смог только простонать что-то типа «да», не в силах сказать словами. Новые ощущения накрывали с ног до головы. Сжимая руку Олега ещё крепче, Дима чуть ли не выстанывал его имя. Математик ускорял темп, подминая парня под себя, вбивая в диван.       С губ Олега так же срывались стоны, он целовал под собой такое поддатливле тело, иногда прикусывая участки кожи, оставляя засосы, уже было не важно, что Матвеев станет делать с ними после.       Оба уже скоро достигли разрядки. Из-за неопытности, Дима конечно первый, но Олег подключился следом, падая рядом с парнем на диван, и вытирая с его живота белёсую жидкость какой-то тряпкой. Вроде, это была рубашка.