Два немецких брата

***

***

Не помня себя, я оказался в доме СССР и Рейны. Их дом был необычным для меня. Если наша немецкая хата чем-то неприятным пахла, то советская пахла пирожками с мясом. Я хорошо помнил колыбельные, которые пела мне Рейна, пирожки, которыми она меня кормила. А ещё я помню, как мой приёмный папа СССР брал меня на ручеёк посмотреть и мы смотрели на край, где жил советский Союз. Я улыбался всему вокруг, что увижу и сказал: - Край чудесный, не то, что у нас. Папа Рейх нас вообще не пускал никуда, только на цепи держал, как собак. Надеюсь, что мы с братом когда-нибудь встретимся. А ты как думаешь, папа? СССР был со сложным лицом. Он был ни счастлив, но и не грустил, у него был такой серьёзный вид. Я побоялся, что расстроил его и сказал: - Папа, прости, я не хотел. Я помню, что в войне ты выиграл... - Это и их победа тоже! - крикнул СССР про США и его отца Великобританию. - Мы были союзниками, но позже всё было испорчено! - Вы были с США союзниками? - спросил я. - Были, ГДР, были, - ответил СССР, - он помогал мне против твоего бати, который хотел власти над Европой, но я, могучий советский Союз, не допустил этого... Хотя в 1922 году я проиграл Польше, потому что был тогда ещё молодой... Я слушал истории СССР и понимал, насколько хорошим человеком он был. Только меня смущал тот факт, что они с США были союзниками, но он забрал моего брата.

***

***

Я продолжал жить у СССР и Рейны. Как звать её было – я не знал. Тётя Рейна – по старски, Рейна – ну, даже страшно... И я в первый раз в жизни назвал Рейну так, как называл ту женщину, что родила меня и умерла... - Мама... Подай мне помидор, пожалуйста, - сказал я Рейне. Моя советская приёмная мать вручила мне заветный овощ красного цвета и я его съел. На другой день я просыпаюсь раньше чем обычно, бужу родителей: - Просыпайтесь! - А? Что случилось? - спросил папа Советский Союз. - На тебя кто-то напал, сынок? - Папа, всё хорошо, - успокоил я своего нового отца, - а знаешь, какой сегодня день? СССР переглянулся с женой Рейной и пошёл к календарю. Было написано 7 октября. - Так сегодня же твой день рождения! - догадался Советский Союз. - Так надо торт сделать, и поскорее. Когда стол был накрыт, мама Рейна одела на меня праздничный колпачок. Мне было 5 лет и я был очень довольный. Папа СССР вернулся с тортом, да и не один, а с другом. - Семья, это Румыния, - познакомил нас отец. - Румыния, это Рейна, моя супруга, ну, ты её уже знаешь. А это, Румыния, ГДР, мой любимый сын, он у нас сегодня именинник. - А почему твой сын на тебя не похож, СССР? - спросил дядя Румыния. - Он просто не совсем наш сын, - призналась честно мама, - мы его забрали к себе на воспитание. У него мать умерла, когда он был ещё ребёнком, а отец ненавидел его. - А так вот оно чо, - сказал Румыния. - Ну ладно, поздравляю вашего именинника! Так и прошло моё день рождения в кругу семьи и одного человека друга. Я загрустил, что у меня нет друзей, СССР подошёл ко мне и сказал: - Не переживай, ГДР. Когда у тебя будут настоящие друзья, мы их обязательно на день рождения позовём.

***

Забыл я упомянуть следующий факт, что я был не один. У Рейны и СССР были дети – целых пятнадцать! Азербайджанская ССР, Армянская ССР, Белорусская ССР, Грузинская ССР, Казахская ССР, Киргизская ССР, Латвийская ССР, Литовская ССР, Молдавская ССР, РСФСР, Таджикская ССР, Туркменская ССР, Узбекская ССР, Украинская ССР, Эстонская ССР. Все они были дети, но чуть старше меня, и могущественные, но не более, чем мой папка. РСФСР стал моим другом среди братьев и сестёр, с остальными я общался чуть реже, не знаю, почему. Однако пока папка СССР уходил по делам, я проводил время с новыми братьями и сёстрами. С РСФСР мы нашли общий язык, его не смущало моё появление в доме, ему нравилось, что я говорю на немецком. На русском языке он учил меня говорить сам, либо с помощью папы или мамы. Конечно, я сам на русском говорю, но учиться я тоже любил, как бы вы этого не хотели слышать.