Два немецких брата

***

Фанфик переключается на старшего брата ГДР, чтобы читателю было комфортно слышать о нём. Некоторые события могут быть нереальны

(Повествование от лица ФРГ)

***

***

Привёл меня дядя США в свой дом. В нём был дядька, который странно пахнет и тётка с хлебом. - ФРГ, сынок, - сказал мне США, - это Великобритания и Франция, мои родители. Твои бабушка и дедушка. Франция посмотрела на меня, погладила и сказала: - Смотри, Британия, какой симпотный же мальчик! Сразу видно, что сын Третьего Рейха! - затем она обратилась ко мне: Ничего, не переживай, мы дадим тебе дом, будешь у нас самым лучшим в Европе!

***

Как сказала это Франция, как появились союзники отца – Японская империя и Королевство Италия. - Где Рейх? - крикнул Италия. - Вы куда Третьего Рейха потеряли, европейцы безмозглые? США? - Он умер, - вмешался я, - а меня и брата ГДР разлучили. Видели, стена Берлинская стои́т? - ФРГ, голубчик, это ты! - сказала про меня Японская империя. - У меня дочь тоже растёт, она твоей будущей женой хочет стать. - А как зовут вашу дочку? - поинтересовался я. - Государство Япония, - ответила Японская империя, - или просто Япония. Только она ещё маленькая, солнышко моё. - Ой, уходите, - наконец сказал дядя США. - Мне проблемы не нужны. ФРГ теперь мой сын. Значит, не вам решать, как я его буду воспитывать. - Потом сына потеряешь, будешь знать, - пригрозил Италия. - Я – могучее королевство, у меня тоже есть сын. Он растёт даже лучше.

***

Дядя США ко мне относился по-своему, но не так, как папа. Он рассказал мне, что такое капитализм, и что это хорошо.

***

(Повествование снова от лица ГДР)

***

Папа рассказал мне, что такое коммунизм и как это хорошо, про нашего правителя Иосифа Сталина, какой он молодец, что страну поднимает и то, что создателя страны зовут Владимир Ленин (огромное ему спасибо). Я слушал папу, меня больше тянуло к его семье. Однажды мама сообщила: - СССР, тебе ООН звонил. Сказал, что поздравляет с победой. А ещё передаёт тебе то, что ты молодец вообще. Мы достойны уважения. - Но нас же не все уважают, - забеспокоился папа.

***

А пока родители разговаривали, мы с братьями и сёстрами играли в индейцев. Игра была интересная, каждому хотелось быть вождём. Настала очередь Таджикской ССР. Он напялил на себя шапку (нет?) вождя индейцев и стал кричать: - Я индеец! Я индеец! Все за мной! Но тут я увидел его. Призрак моего отца, который говорил мне: - Не боишься моей смерти, ГДР? Я убежал от плохих мыслей и стал играть с братьями и сёстрами, но уже мои руки дрожали. РСФСР первый это заметил. Брат подошёл ко мне и спросил: - Что руки у тебя дрожат? - РСФСР, представляешь, я своего отца видел, - ответил я. - Мне показалось, что он рядом. - Призрака видел? - спросила Киргизская ССР. - Не страшно? - Чего тут страшного? - спросил я. - Я признаков не боюсь, потому что их не существует. Украинская ССР одел простыню и подошёл к нам со словами: - Не существует?! Ещё как существует! - Украина, не смешно! - сказала Киргизская ССР. - Это страшно! - Ты трусиха, вот и всё! - засмеялся брат. - Ты подошёл неожиданно, - сказал я, - вот Киргизская ССР и испугалась.

***

- Что за шум, а драки нет? - спросил папа СССР. - Вы в индейцев поиграли? - Нет, - загрустила Грузинская ССР. - ГДР призрак своего родного отца увидел. А Украинская ССР Киргизию напугал. - Дети мои, живите дружно, - сказала мама Рейна. - Чего вы как кошки с собаками? Мы все успокоились и помирились. Все братья и сёстры так делают.

***

(ФРГ снова стал повествованием) Как уже было отмечено, я постигал капитализм, как просил меня США, но не понимал сути его. Может, ГДР за стенкой там познаёт коммунизм, страшное явление, как сказала Франция, в Европе было не то, чтобы интересно. Здесь были огромные здания, много того, что я не видел на родине в Германии. Но радоваться этому или нет – я не знал, нейтрально придерживался к европейским гостям. - Дядя Великобритания, - обратился я к дядьке, от которого странно пахло, - что вы делаете? - ФРГ, я пью чай, - сказал он. - Самый лучший напиток в моей жизни. Лишь бы его и пил. Я понял, что говорить с ним смысла нет, но и тёте Франции идти не хотелось. Я боялся, что она своим длинным хлебом ударит меня по башке (США сказал, что это называется багет), и поэтому редко к ней подходил, а США находился далеко от меня. Я писал ему письма, на которые получал ответы. Как бы это странно не звучало, мне это нравилось. Правда, я не уверен, что к такой жизни я был готов...