Плохая шутка

Уолкеры жили почти мирно и спокойно. Рутина обыденности никак не могла захватить двух непосед в свои сети; она не задерживалась долго, всегда отступая. Они всегда находили себе занятия: если не в школе, то около многих Ноев, особенно Графа, иногда открывавшего прошлое в рассказах и тех сказках, которые не слышал даже Неа. Побег превратился в маленькие приключения, а страх — в интерес. Они быстро росли и развивались, активно перебирая занятия по душе и на будущее. — Неа, Нееееа, Неа! — Отстань! Аллен пододвинулась на стуле ближе и положила ладонь на чужое плечо, наклонившись. — Ну и каракули… Ручка в руках треснула, а Неа предупреждающе зарычал. — Мне писать надо, иди донимай Роад, — прошипел недовольный сквозь стиснутые зубы. — Сам виноват. Кто-то долги несколько месяцев копит? Гением ещё себя называет! А с учёбой справиться не может! — Отвянь, мелкая! — Всего на пару сантиметров ниже, чего сразу мелкая? — надула щёки Аллен, но отставать не планировала, назойливо пытаясь столкнуться со злым взглядом. — Вот ты сидишь, уроки навëрстываешь, а я пришла с новостью. — Скажи, что Роад решила от нас съехать. — Ну, какой ты злой! Она тебя безмерно любит! — Пусть любит в другом месте, подальше от меня! Неа не упоминал саму Аллен, а ведь она тоже любительница ворваться и занять его время. Аллен это неимоверно радовало. — Давай, говори, что ты там разузнала? — Неа положил ручку и всё внимание направил на девчушку. Он был немного несуразным, с миловидным лицом, всё ещё большими детскими глазами и бунтарским взглядом. Неа больше напоминал дикого и дерзкого котёнка. Аллен, конечно, смогла выпросить фотографию четырнадцатилетнего подростка у Графа, но вживую Неа выглядел… очень мило. — Через час приедет Трайд, сообщил Шерил. Неа выгнул бровь. — С чего вдруг? Мы хорошо себя вели целый месяц. Подушки не подкладывали, мел не прятали, с уроков не убегали, не жаловались, даже доску оставляли чистой. — Мы болтали и переписывались на уроках, забыл? — Ааа, — понимающе протянул подросток. — Это было важно! По делу же. — Попробуй ему объяснить, — скрестила руки на груди Аллен и нахмурилась. — А если и Графу нажалуется? — Внутрисемейные правила мы не нарушали, не должен, наверное, — Неа серьёзно задумался. От Шерила им придёт небольшой разговор, в котором Аллен, а вместе с ней Неа будут правы при любых условиях, а с Графом данная афера не прокатит. Если Трайд поймёт, что жаловаться Шерилу бесполезно… Неа сглотнул. Такого допустить нельзя! — Избавиться от него? — Ты головой тронулся? Одного истребления тебе было мало? Неа пожал плечами и спокойно повернулся обратно к дьявольской тетради, которая смела занимать его драгоценное время! Он мог бы уже быть у Майтры, но Граф, увидев его успеваемость, серьёзно взялся за присмотр. С каждым годом эта родительская черта всё больше проявлялась, и Неа она категорически не нравилась, но способа хоть немного её ослабить он не нашёл. — Ничего делать не будешь? — А что мы можем сделать? — усмехнулся Неа. — Лучше лишний раз не высовываться, и будет нам счастье, — он скуксился. — Когда-нибудь. Аллен постучала пальцем по дубовому столу, повертела головой и, не найдя ничего интересного, почувствовала жалость к Неа и зашагала к одному из выходов, ведущему в коридор. Теперь новой целью стал Трайд, если он всë-таки немного задержится. Не откажется ли он помочь Неа с долгами? И от рутины избавит, и время для более важных дел останется. Она моргнула и пошатнулась на месте перед самой дверью, схватившись за горизонтальную ручку. Даже её сознанию эта идея кардинально не нравилась. Или сказывается плохой и неспокойный сон, — подумала Аллен и открыла дверь, тут же спотыкаясь, запутывая ноги друг с другом и падая на кого-то. — В самый раз прошёл мимо, — прозвучал голос обсуждаемого ранее человека. Аллен почти ненавидела совпадения, лучше бы она грохнулась на пол! Намного лучше бы себя чувствовала, не физически, так морально. Уолкер подняла голову и покосилась вправо вместе с настороженным Трайдом. — Плохо? — Ной немного изменил положение рук. — Стало плохо, когда тебя увидела, — Аллен закрыла глаза рукой. — Немного мутит. — Сможешь дойти до кресла? Оно в двух метрах. — Дотащи меня, пожалуйста, — веки закрылись, и через пелену мягкого смеха Аллен слышала более требовательные возгласы. — Не успею… Желтоватый свет ударил по уставшим глазам, и где-то в глубине мозга противно звякнуло. Аллен заныла и закрыла вытянутой рукой часть света. — Очнулась? — появилась забавная маска с фиолетовыми полосками и взяла кисть девушки. — Чувствуешь запах? — Какой? Маска Майтры скрылась из поля зрения, и на этот раз беспокойное лицо Неа привлекло внимание, а его блестящие золотые глаза вызывали интерес. Аллен была уверена, что никогда не видела Неа таким нервным и дёрганым, разве что когда та скатилась кубарем по лестнице и разбила все колени. Вместо ответа на странный запах ей протянули круглое зеркало. Тогда Аллен сполна оценила тревожные взгляды и решила, что неплохо было бы немного удивиться и наконец проснуться. В отражении на неё смотрело то же лицо, которое вглядывалось в это зеркало утром, но было большое и пугающее отличие: правая сторона была словно расписана тёмными звёздами, это был смертельный яд. — Не пугайся, яд уйдёт через, — Майтра взглянул на настенные часы. — Девять минут. — Ага, понятно, через сколько моё тело превратится в прах. Аллен была ненормально спокойна и серьёзна; кажется, Неа пугался этого намного больше. — Правая рука может немного побаливать из-за введённой в приличном количестве жидкости, — Ной уселся на край кровати и помог Аллен присесть. — А теперь расскажи, когда и где ты успела надышаться этим ядом? Будь это ранение, ты бы не удивилась. — Со мной сейчас точно всё хорошо? — за несколько лет Аллен вновь задумалась о своей безопасности. Её волновало не то, откуда это появилось, а всё ли в порядке с ней. — Да, — спокойно ответил Майтра, вручив ей три шприца с жидкостью с синеватым отливом. — Это антидот. Вколешь, если снова наткнёшься на тёмную материю или её испарения. — Это больно? — Терпимо. На удивление, ты очень чувствительна к яду, если не сумела его почувствовать. Где ты была в течение часа? — У Шерила была… Проходила мимо кабинета Графа, потом ещё немного дальше, в конец правого крыла, — Аллен поднимала и опускала ноги, стараясь почувствовать хоть малейшую боль, потому как лодыжки были усыпаны маленькими звёздочками. — Ты заходила к Графу? — Угу. — Так… — Майтра поднялся и похлопал Неа по плечу. — Следи и ухаживай. — А ты решил уйти? — Неа говорил в пустоту, потому что Одарённость вовсю собирался и бормотал себе под нос. — Если ей станет хуже, поплатишься. — Осторожней со словами. — Ещё чего! — Неа дождался, когда дверь захлопнулась, и повернулся к больной. — Твоя улыбка мне совсем не нравится. — А ты хочешь весь день провести за учебниками? — Нет… — Тогда, — Аллен улыбнулась и взяла Неа за руку, бодро спрыгивая с кровати. — Давай быстрее, пока не ушёл! — Ты хочешь незаконно проследить за Одарённостью и пройти к очагу яда? — Незаметно, — хихикнула она. — Скрытно, как детективы! — Аллен в попыхах надела рубашку, больше похожую на мужскую, и застегнула несколько пуговиц. — Ты книжек перечитала, — вздохнул Неа. Узнать настоящую причину столь серьёзной протечки стремилась не только его любопытство, но и страх снова остаться без Ковчега. Задумчивый взгляд опустился к наполненным шприцам. — Без противоядия собралась? — Я взяла один, — прошептала Аллен, успевшая приоткрыть дверцу. — Шаги стихли, он ещё не к Графу пошёл. Странно… Неа присел и выглянул за дверь. — Мы точно туда пойдём? — Однозначно да. — Ты ненормальная. — Мне интересно! Тебе должно быть тоже! — Это мне в первую очередь должно быть интересно! А тебе следует бояться! — А если Граф задумал что-то опасное? Или мне наврали, и сейчас строят что-то глобальное, разрушительное, вредящее обычному человеку? По крайней мере, сейчас Неа её узнавал. — Открывай Ковчег! — Куда? — Ну, к той двери, которая третья от Графа справа… Там ещё поворот и захламлённые комнаты. — Торопись давай! Как червяк, двигаешься. — Оскорбления после просьбы? Ты совсем обнаглела, милая. — Правда, она правда и в Ордене. Давай, бегом! Мы должны успеть до прихода Майтры. Неа прищурился, осмотрел энергичную девчушку и остановил взгляд на расстëгнутых пуговицах, которые не должны были показывать всему миру белоснежную майку Аллен. Пока другого белья не требовалось, но стоило бы объяснить, что пуговицы должны быть застегнуты, а через год-два придётся надевать что-то другое. Неа всё равно в чем она одета и сколько слоёв одежды на этом теле, но он не позволит другим бросать взгляд на то, что в приличном обществе неприемлемо. А потому Неа сам застегнул злосчастные пуговицы и махнул рукой в сторону врат, которые уже горели белым приветливым светом. — Прошу на борт. Аллен осторожно высунула голову в портал, оглянулась и вздрогнула, вернувшись обратно. — Там голоса, — прошептала девушка, сдувая с глаз чёлку. — Ведь через врата звук не передаётся? — К счастью, нет. Чьи голоса? — Графа и Майтры. Но он же не шёл в ту сторону, — прошептала Аллен, снимая домашнюю обувь и нахмурив брови. — Кажется, был ещё кто-то. Что нам делать? — Ты меня спрашиваешь? — поднял брови Неа и скрестил руки на груди. — Кто хотел поскорее разузнать новую тайну? — А вдруг это что-то нехорошее! — Глупая отговорка. — Я серьёзно, Неа! Разве тебе не интересно? Юноша на миг закрыл глаза и представил другой расклад, если он откажется. Аллен и без него тайком проберётся, упёртая больно и настойчивая. А если с ним, есть вероятность остаться незамеченными и невредимыми. С другой стороны, почему столь опасное нечто находится здесь? — Ладно, победила, — Неа наклонился и снял обувь. — Только медленно. — Ага, — тут же одним плавным движением девушка утонула в белых вратах. Было темно и довольно холодно. Сквозняки обдували лодыжки, а ступни мëрзли, носков для согрева не хватало. Аллен аккуратно, шаг за шагом на носочках, направлялась в сторону голосов, тихонько повернула направо и в один миг была схвачена за плечи, а к носу прижали ткань. Аллен замычала, начиная жестикулировать руками, сопротивляться. — Тише ты, хочешь, чтобы нас поймали? Кого-кого, а Вайзли встретить такого же скрытного и хмурого не ожидал никто из Уолкеров. Аллен от неожиданности на миг замерла и во все глаза смотрела на новый объект интереса. — Старайся дышать медленно и нечасто, а ты молчи, — обратился к Неа Мудрость и пригнулся. — Эй, ты что тут забыл? — недовольный Неа потянул за край длинного платка на голове, а сам обладатель гневно зашипел. Может быть, Уолкер испытывал необъяснимые ревнивые чувства к самому открытию или ему не понравилось столь грубое отношение к Аллен. — Пришёл по той же причине, что и вы! И многие другие, я не первый. Аллен вопросительно замычала. — Роад где-то в зале спряталась, а Узы подслушивают на той стороне. Слухи и доводы непростительно быстро расходились в Семье Ноя, и Графу не стоило недооценивать многовековой талант некоторых личностей. — Не думаю, что это поможет, — глухо донеслось из-за двери. Незваные гости мгновенно замерли и притихли, навострив уши. — Ты идиот, Граф. Додуматься создать огромный механизм прямо под носом у малышни! — Разве это не лучший вариант? Кто додумается искать в захламлённых комнатах целую фабрику? — Послышался звон металла. — Вы их недооцениваете и допустили непростительную протечку. Это опасно для мелкой. Шаги за дверью возобновились вместе с ворчанием Майтры. — Тогда переносить целую комнату? — Шерилу это не понравится, — вздохнул Граф и закашлялся. — Потерпит. Заканчивать нужно, чувствую, мелкие скоро обо всем догадаются. Но подростки превзошли все их ожидания, втихую, за углами подслушивая во все уши. Собственно никого совесть не гложила. — А нам не пора уходить? Дверь скрипнула. — Давай быстрее! — прошептала через тряпку Аллен, толкая и почти пиная Неа. — Не торопи меня! — А Узы? — А Узы сами смоются, — серьёзно кивнул Мудрость и первым нырнул в объятия света. Подростки немного промедлили, пока шаги за углом не стали громче. Сдаваться никто не хотел, поэтому Уолкеры почти кубарем залетели за Вайзли и закрыли врата. Разлеглись на большом бордовом ковре с мелким узором и замолчали. Что-то масштабное находилось у них под носом неизвестно сколько времени, а заметили они это только после её сбоя. Неа чувствовал себя проигравшим в своей стихии. Он мог бы сам создать что-то этакое! Голова на плечах была, мозги тоже, в конце концов, он был легендарным Четырнадцатым Ноем, создавшим Белый Ковчег, правда, не без помощи готовых чертежей и заметок. — Подожди, — очнулся Неа и приподнялся на локтях. — Так ты Исполнитель! Ещё меня заставляешь врата открывать. — Кто создатель Белого Ковчега? Ты. Кто создал механизм врат? Ты. Зачем мне открывать, когда есть ты, — аргументы были слишком весомыми, чтобы их оспаривать. Аллен прекрасно знала, куда и как бить. — А когда меня не будет? — Ты всегда со мной, в чем проблема? — улыбнулась девушка. — Отрабатывай мои нервы, когда был паразитом! Неа обеими руками растрепал белоснежные волосы, превратив их в чудесное гнездо для пернатых. А с счастливой улыбкой в комплекте гнездо смотрелось сияющим. — Какая же мстительная и вредная попалась! — А ты сам-то! И хватит путать волосы! — Мне уйти? — Вайзли чувствовал себя третьим лишним, зрителем, которого здесь быть не должно, но, по воле обстоятельств, ему пришлось наблюдать. — Тебя обидел кто? — Прищурилась девчушка, замерев, как лев перед добычей, но добыча могла спать спокойно. Аллен на корточках подползла к Вайзли и обняла его, слегка теряя равновесие. — Позови Уз и Роад, устроим тайное совещание «Вскрываем карты Графа». Можно даже открыть тайную группу! — На скептические взгляды Аллен не обратила никакого внимания. Вайзли считал, что в силу возраста подростки были чересчур любопытны, даже если один из них вполне представляет, чем может заниматься Граф. Гормоны были сильные и с лёгкостью затуманивали последние крупицы здравомыслия. Это самый непредсказуемый возраст. Вайзли надеялся, что Пробуждение Неа произойдёт после восемнадцати лет. — К открытию! А Аллен придёт в себя прежнюю.