Плохая шутка

Трайд был терпелив. Всегда. Отчасти нервы сохранялись только потому, что его боялись и лишний раз не раздражали. Само имя, Правосудие Ноя, говорило о многом, но он всегда справедлив и очень слаб к послаблениям. Немногие видят, но Трайд хороший собеседник и внимательный друг. Неудивительно, что Мудрость Ноя остаётся и по сей день его братом и хорошим другом во всех смыслах. Трайд не раз замечал, что этим бесам под опекой Шерила он потакал слишком часто. — Вам стоит хорошенько подумать и решить куда пойдёте учиться дальше или не пойдёте вовсе, — Правосудие сделал шаг вперед и остановился. — Что вас привлекает или больше всего нравится. — Истреблять Акума и спасать людей. Гневный взгляд Графа тут же сверкнул в подростка и потух. Первый Ной явно смирился с мыслью, что такие упëртые люди как она не исправит даже могила. Шерил недоумевающе покрутил головой и замер. Аллен продолжила невинно сидеть на диванчике и чисто улыбаться. — Так моя доченька хочет быть врачом! Неа поперхнулся и хрюкнул чаем. Веселье только началось, а он уже потратил целую кружку чая! — Будь Аллен врачом, с самой смертью бы боролась, — Неа деликатно похлопал салфеткой по губам. — Заметь, у вас ничья. Благо к Четырнадцатому особо не приставали и настоятельно просили, чтобы он побыл рядом с Графом. Да и родимый Ковчег, который наконец отдали Ною, стоял, точнее парил в воздухе без дела. Его музыкальные навыки задыхались без тренировок, его бесподобный ум и знания чахли перед тетрадками для какой-то там школы! — Ну, я осталась на нейтральной стороне, потому можно что-нибудь похожее… на врача, — Аллен скривилась и незаметно взяла со столика пирожное. — Ты хочешь помогать людям? — Да. — Можно в полицию, — предложил Трайд. Сидящий рядом Шерил хорошенько ткнул его локтем. Ной от такой наглости опасно, почти угрожающе, сузил глаза и отодвинулся. Он значит заботится о судьбе его дочери, а Алчность всё равно чем-то недоволен. — Как насчëт института для девушек? Будешь рисовать, вышивать, заниматься этикетом… — Никогда, — с набитым ртом прошипела девушка и отложила оставшееся пирожное. Одно только описание испортило ей аппетит. — Эти знания пригодятся для замужества или как там… — она удачно подняла глаза к потолку, не увидев как резко поменялся в лице Шерил. До замыленного сознания стало доходить очень важный момент в жизни любой девушки. Шерил и не заметил как девчушка дошла до того самого возраста, когда знатные семьи ищут хорошую пару своему повзрослевшему ребёнку. Что сейчас, выйдя в свет, ей будут интересоваться личности, что в народе называют мужчинами и юношами. Алчность ещё раз пристально рассмотрел свою прелесть. Она была мала и худа, выглядела такой безмятежной и по-детски наивной, была честна в своих чувствах, ничего не скрывала, не боялась. Образ светской дамы никак не хотел всплывать в сознании. Только мысль, что Аллен может уйти, бросить и забыть его навсегда, Алчность Ноя выворачивало изнутри, а Сущность кривилась от ещё несбывшегося горя. — Или ты не собирался отправлять меня учиться тому чего я хотела, а сразу избавиться и выдать за какого-то мужика? — легко бросила Аллен, сияя своими серыми глазами. Удар ниже пояса. Замерли все отнюдь не из-за обеденной паузы. Граф всё также молчал, не вмешиваясь даже своим присутствием и больше походил на предмет в интерьере. Трайд устало почти нервно вздохнул и закрыл глаза рукой, видно готовился к чему-то очень тяжёлому. Только от Неа шла гневная вибрация в воздухе. Посуда загрохотала, и через мгновение столик качнулся от тяжести тушки Шерила, что от отчаяния решил не тратить время на обход, а сразу упасть и взять коротенькие ручки Аллен. Слишком маленькие для занятой девушки — остатками здравомыслия думал Алчность. — Ты чего? И где твой излюбленный этикет, куда подевался? Аллен в недоумении взяла его запястья и встряхнула. Он дрожал, а карие глаза были будто из чистого страха и горя. Будто кто-то умер. — Моя милая, к тебе никогда не прикоснëтся кто-то чужой и мужской, — начал излагать несусветный бред безумца Шерил, по которому плачут несколько хороших клиник. — Ты никогда не будешь одинока. Тебе не нужны эти безмозглые низшие создания, я, Алчность Ноя, клянусь оберегать и содержать тебя всегда, пока моя Сущность не зачахнет. — Ась? — осоловело промямлила Аллен и повернулась к Графу, зашептав. — Чего это с ним? — Проявление привязанности, быть может? Оба синхронно нахмурились и взглянули на нечто, что должно напоминать стойкого и строгого министра, но видели лишь две чёрные дыры вместо глаз и лицо полное надежды… тихого раскаяния? — Никуда я не денусь, — утвердительно хмыкнула Аллен. — Слышишь? Но Шерил не сдвинулся с места. Уолкер закатила глаза. — Я никогда не выйду замуж, всегда буду сидеть на твоей шее и будешь ты меня терпеть до конца своих дней. По некому движению Шерила последняя фраза Аллен звучала намного убедительнее и правдоподобнее. А по улыбке можно смело считать, что мужчина пришёл в себя и может трезво мыслить. — Вернёмся к выбору обучения? — кашлянул Трайд и цепко кинул взгляд в обсуждаемую. — Да-да, — болванчиком покивал Шерил и устроился рядом с девушкой, намеренно потеснив всех и вызвав новую волну гнева Неа. — Как насчёт моря? Океанов? — А что там? — Есть морская пограничная стража, что спасает моряков потерпевших кораблекрушение, но это не самая безопасная профессия. — Пекари тоже могут обжечься или попасть под огонь. Любая профессия в какой-то мере опасна, и что? Теперь сидеть премиленько в замке и быть предметом для красоты? — Да? — со вздохом потянул Алчность, сияя как напыщенный павлин. Девчушка отодвинулась в сторону, почти залезая на коленки Неа, чувствуя опасность отнюдь не от брата. — Нет. Театральный вздох был показательно проигнорирован. — Касаемо защиты есть военное дело. Неплохой вариант, различий мало от задач экзорциста. Шерил снова пронзил Трайда взглядом, знаменуя новую перепалку. Только флагов не хватало и вражеских границ. Аллен замерла, ещё раз покрутила в голове зацепившее её дело, причмокнула губами, словно пробуя на вкус и приоткрыла рот… — Это плохой вариант, — ровным тоном отметил Алчность. Девушка даже слегка растерялась и потупила глаза. — Для начала нужно начать обучение, а после спрашивать нравится ли Аллен занятия, — влез Граф и похлопал белоголовую голову, поддерживая. — Эти учреждения не для слабого пола, Граф. — Ты не даёшь ей раскрыться, загоняя в рамки светских правил. Шерил, мы все прекрасно помним, что Аллен далеко не слабый человек. Уважение Аллен к столь странному большому и пузатому Ною подлетело на пару километров вверх. Шерил цокнул, осмотрел грозным взглядом девчонку и отвернулся. — Нет. Но на этом битва на завоевание знаний не закончилась. Уолкер дёрнула его рукав, опустила глазки и поджала губки, готовая вот-вот расплакаться. И, конечно же, ещё непролитые слёзы задевали Шерила, особенно, когда он был в этом виноват. — Хватит… — не выдержал напора Ной и закрыл рукой глаза, опуская корпус тела, ломая осанку, и тяжко вздыхая. — Обычно это для юношей… Аллен выразительно подняла глаза на Камелота. — Шерил… — Образованное женское население общепринято выбирает что-то более тихое и спокойное, — с надеждой проговорил он. — Я буду спокойно сидеть и слушать наставников, тихо и мирно учиться искусству острых предметов. Аллен нигде не соврала и не приукрасила, всё по фактам. Будь её воля сама без разрешения попробовала бы поступить в училище, но с её нынешним женским телом казалось это невозможным. Тогда берём хитростью — дрогнул уголок улыбки девчушки. За следующий час Шерил успел перебрать два десятка разных профессий, но ни одна так не цепляла как военное дело. Аллен подозревала, что дело было в интересной формулировке Трайда «почти неотличима от обязанностей экзорциста». Столь яркий огонёк и одновременно далёкий привлекал получше порчи планов Графа… Не без наказания, стоит отметить, но это того стоило. Взрослые довольно громко и энергично общались, обсуждая затруднения с переездом, обучением и проживанием. По лицу министра было видно всё отчаяние и принятие, слова и вопросы были лишними. Аллен только оставалось присутствовать и наслаждаться, тихо переговариваясь с Неа через плечо. Казалось, что всем было далеко не всё равно на будущее юной девицы, ни притворства ни лицемерия Аллен не увидела. — Чего? — шепнула она, когда Неа слегка дёрнул за волосы. — Я с тобой. — Куда? На побег? Нои снова повысили голоса и перекрикивали друг друга, кажется теперь это была тема проживания. — Нет, — сладко потянул подросток. — Я поеду с тобой учиться. — С какого это? — Ну, тебе будет веселей, а если будем жить не здесь, то скорее всего вместе где-нибудь в квартире. — Мы и так живем вместе, забыл? Руки Неа переместились на талию Аллен и сжали её, сомкнув пальцы. — И мне это очень нравится, — прошептал он и потëрся щекой о чужое плечо, словно довольный и обласканный кот. — Эй-эй! Раньше тебя это не так сильно волновало! — сдержать дрожь не удалось как и волнение со смесью смущения. Подозрительно было, что Неа стал часто касаться то руки, то головы Уолкер, интересоваться её делами и… стал больше уделять внимания на её, чем раньше. — Сейчас волнует. Если будешь учиться одна, то мы будем редко видеться, а я этого не хочу, значит… — Отцепись от неё, Четырнадцатый, — послышалось змеиное шипение прямо над ухом, и удобная и тёплая поверхность, где покоилась тяжëлая голова Неа, переместилась в сторону Шерила. От неожиданного движения Аллен вздохнула много воздуха и сильно закашлялась, на запястьях мелкой дорожкой просачивались тёмные звёзды, а кислород напитался смертельным ядом. Пробуждëнные Нои неосознанно приняли тёмный облик, недоумевая. Неа подхватил Аллен за талию и из кармана достал шприц, вколов куда-то ей в руку. Неважно куда, главное противоядие попало в кровь и начало незамедлительно действовать. Комнату озарила вспышка фиолетового цвета, и маленький пузырь, что создал яркий свет, подлетел в руки девушки и лопнул, возведя небольшое плёночное место с летающим переливистым песком. — У тебя мозгов нет, — и устремил глаза на Графа. Взгляд знакомый только Первому Ною, холодный, непроницаемый, мстительный. Взгляд Ноя. Неосознанно руками он придерживал девушку скорее из-за некого страха, потому как Неа изредка вздрагивал. Секундные взгляды были внимательными и виноватыми. Он о чём-то сожалел — пронеслось в голове Аллен. — Неа, не повторяй ошибок, — спокойно ответил ему Граф. — Это ты не повторяй ошибок. Раз его не убил, решил попробовать ещё раз на Аллен? — Кого? — скромно поинтересовалась она. — Нашего любимого Ману, — он почесал затылок. — Ну, косвенно. Аллен с широко открытыми глазами, разинув рот, взирала на стушевавшегося статного Ноя и недоумевала всё больше. То что ей наотрез отказывались пояснять столь коварную и, видимо, кровавую историю! Будто она была посторонним человеком и не любила Ману не меньше Неа. — Они ссорились часто и однажды мама с Маной ушли в родное поместье, — Неа немного помолчал. — Больше я их не видел. И очень хотел бы узнать что произошло, — снова прищуренный взгляд на прибитого всеми Графа. Шум возобновился, с примесью чьих-то ругательных слов. Видимо Майтра был неподалёку. — Это случайность, — вздохнул Адам и решил, что оправдываться — дело пустое, особенно перед Неа. Кемпбеллы грозили одними взглядами устроить второй взрыв с примесью пожара и совершенно не заметили очнувшегося Шерила. — Вы что-то устроили в моём доме? — сиплым голоском ждал уточнения хозяин дома. — Там целая фабрика, — тихо фыркнула Уолкер. — Видимо взорвалась. Обмен взглядами, резкое понижение температуры не сулили ничего хорошего. Некоторые слышали скрежет еле двигающихся извилин и уход шоковых клеток Шерила, так как он был в числе немногих Ноев, которым требовалось бесконечная работа мозга, может, другие процессы отключились и требовали перезагрузки. — В моём доме строить фабрику? — неуверенно начал он. — Тут? — моргнул. — Рядом с моими любимыми дочерьми? — Знак того, что мозг стал вырабатывать нужные для процесса клетки. — Господин Граф, она человек!!! — сознание полностью перешло в режим срочных действий. Удивительно, что Шерил вспомнил это. Хорошо для Роад и Аллен, крайне плохо для Графа. Шерил был рассержен, Неа был зол, и весь негатив и обвинения были присвоены Графу. Не проигнорировал это буйство и Трайд, одним глазом озирая Первого Ноя и думая, каким таким образом и с какой стороны он нарушил внутрисемейные правила. Такими темпами авторитет Тысячелетнего спустится до отрицательной отметки. — Пожалуй, стоит устранить протечку… — Давно пора. — Что с кадетским училищем? Понравилось описание? Аллен довольно закивала.