OPERAZION BLIZZARD: дорога в никуда.

Привет. Мы случайно не встречались раньше? За окном было всё также светло, но найденные в квартире по соседству плотные шторы скрывали за собой серо-керосиновые облака, ровно плывущие по небосводу, прячущие несуществующие звёзды словно занавес сцены. За грязным окном подвывал ветер, постукивая дверьми и вывесками, свистя между трещинами и щелями, желая пробраться внутрь тесной двухкомнатной квартирки, где поселилось слабо ощутимое тепло впервые за очередную вечность, которую простаивает Уровень 11 и его дома. Глядя в окно, можно заметить парочку маленьких Гончих, шустро бегущих куда-то в открытый нараспашку подъезд. Невооружённым взглядом видно, что одна из них что-то крепко держит в зубах. Наверное, опять обворовали магазин продуктов неподалёку. Хотя удивительно, что в нём вообще хоть что-то осталось, помимо завалов, паутины и пустых полок…       Проследив за тем, как две единственные души на улице скрылись во тьме маленькой серой хрущёвки, с которой сползала кусками жёлтая краска, Кевалин устало вздохнул, поплотнее задёрнув штору. В маленькой комнате вмиг стало темно, и только свет с кухни просачивался из-под белой двери со скрипучей ручкой. Скрипнули половицы. Капитан бросил взгляд на треснувшее зеркало. На него в ответ уставилось его растрёпанное отражение с красным от бессонницы глазом. Даже спустя день после того, что случилось там, в лаборатории, Пейдж всё ещё выглядел помято и нездорово. Проклятая нехватка сна и сбитый режим! Его давным-давно пора восстанавливать! Хотя… Что мешает Кевалину лечь спать прямо сейчас? В квартире есть ещё одна свободная комната с раскладушкой и более менее заправленной кроватью… Возможно, всё дело в Модуле, который сероглазый почти дочинил с Нилом, провозившись полночи. А может всё дело в мыслях-паразитах, что никак не отпускали измученный разум. ОН не сдержал обещание. Выбрался и сразу же попытался напасть, как только с доктором Джефом было покончено. И на удивление сероглазого, до победы Ему не хватило буквально пары секунд. Ему…

…Божеству.

И, признаться честно, это пугало. Не на шутку страшило то, что теперь это создание на свободе. Пугает то, что оно всё-таки расторгло договор с Пейджем, попытавшись убить его и её… Агату. Хотя точно ли Он хотел их убить?..       Сероглазый глянул на свернувшуюся в позе эмбриона Блер, спящую на том же диване, на котором Пейдж проснулся пару дней назад после освобождения из месячного заключения в стенах лаборатории. Но несмотря на весь пережитый стресс, девушка не выглядела напуганной, шокированной или подавленной, как обычно выглядят те, кто увидел нечто настолько ужасное, что язык не поворачивается говорить об этом… Её лицо было расслаблено, а когда проводник задёрнул шторы, так вообще казалось, что попутчица едва улыбнулась, прижимая к себе подушку, тоже любезно одолженную у квартиры по соседству. Кевалин чётко слышал в полной тишине спокойное дыхание, почти сливающееся с его собственным. Возможно, Агате вновь снится что-то хорошее. Какой-нибудь приятный сон о Сцене, который зеленоглазая забудет на утро. Капитан поёжился от холода. Как ни крути, отопление нигде не работает, а ветер на улице свирепствует что надо. Учитывая ещё и то, что здания в этом районе рушатся на куски, неудивительно, что никакой разницы между улицей и квартирой нет. И там и там собачий холод. Как при такой температуре вообще уснуть можно? Зима будто наступила, как с Уровня 33… Кевалин глянул на одинокий стул, на котором покоился тот самый зелёный плед. И, недолго думая, русоволосый взял его и подошёл к дивану. — «Уж лучше так спать…» — Подумал капитан, но так и не закончил свою мысль. Теперь пусть и тонкий, но хоть немного греющий плед укрыл под собой спящую Агату. Та, кажется, почти никак не отреагировала. И правильно. Спит, как убитая. Впрочем, она заслужила свой отдых. Интересно... С каких пор Кевалин так печётся о своей напарнице? Вновь скрипнули половицы, спрятанные под грязным от следов обуви ковром. И только Кевалин потянулся к ручке, как за спиной послышалась возня и тихое нечленораздельное бормотание в подушку. — Спасибо… Пейдж обернулся. Но Агата всё так же спала, не подавая признаков бодрствования. Юноша нахмурился, отгоняя прочь смущение и странные мысли, что уже начали лезть в голову. — Пожалуйста. — Тихо слетело с уст вместе со скрипом двери. Лучи света от тёплой лампы тут же пробились в холодную, покрытую липким мраком комнату. А в голове пронеслась одинокая мысль. — «Но ты этого даже не вспомнишь, когда настанет утро.» Забудешь. Как такой же приятный и лёгкий сон. Как всё то, что тебе снится. Аккуратно прикрыв дверь и пройдя по короткому коридору, капитан вышел на кухню. Там, нависнув над скрипучим советским обеденным столом, Нил аккуратно прятал последние провода Модуля. Треснувшие очки, одетые специально для такой мелкой работы, отразили свет одиноко качающейся над головой лампы в форме стеклянного цветка, пряча за собой карие глаза. Русые, немного кудрявые пряди, сквозь которые едва заметна седина, легли на лоб, мешая нормально работать. Когда-то белый халат теперь носил на себе разные разводы и отпечатки грязных пальцев. Работа над карманным телепортом почти завершена. — Так… На чём ты остановился? — Коротко зевнул Пейдж, обратив на себя внимание. Агент хмыкнул, улыбнувшись уголками губ. — Да ты почти всё дослушал. — По-доброму улыбнулся Нил. — Потом наш отряд вернулся домой. А до этого были одни из самых долгих похождений по Уровню 1… Потому что у нас всех вышли навигаторы из строя. А там, пока брели, даже до забегаловки Августа дошли и переждали ночь у него. А следом знакомые стены комплекса, поздравления, царский паёк в награду!.. Бывший стажёр мечтательно промычал, а после вновь посмеялся, опять склонившись над вскрытым Модулем. — Одним словом, благодать и заслуженная слава. Пейдж опёрся рукой о кухонный стол, наклонив голову вбок. Тот недовольно скрипнул, чуть подавшись назад. — Подумать только: с миссии по поимке Древолазов прошло несколько лет… А ты помнишь всё в точности, будто это случилось вчера. — Угу. И ты почти не поменялся за всё это время. — Подметил старый друг. — Как и ты. Всё такой же витающий в облаках, наблюдательный, не сидящий на месте, копающийся в шестерёнках и влюблённый в Закулисье стажёр Мейсон. — Кевалин улыбнулся. — Ты знаешь, я люблю путешествия. А встречи возвращающихся с экспедиций путников — лучик солнца в нашей работе и, пожалуй, самые позитивные события. Это чувство облегчения и счастья от осознания того, что очередная сложная работёнка позади… Я любил эти ощущения. Наверное, только тогда испытываешь чувство… Гордости что ли?.. Юноша прикрутил последний винт. Работа наконец окончена. Наступила короткая пауза. Кевалин отвёл взгляд, глянув на балкон. Там, за белой и старой советской дверью, покрытой трещинами и пылью, открывался взор на редкие дома, сделанные под копирку, и серо-керосиновое небо, до которого, как может показаться на первый взгляд, можно дотянуться рукой, оторвав кусок хмурой тучи. — Ну да ладно. — Оборвал молчание агент Мейсон, тряхнув головой, а после повернувшись к наставнику. — Как Агата? С ней… Точно всё в порядке? — Она спит. Окно я закрыл, так что не простынет. — Слабо пожал плечами капитан, тоже вернув взгляд на приятеля. — Точно спит? Я думаю, что после всего того, что случилось там, на Базе L… Ей может быть неспокойно, от слова совсем. — С ней точно всё хорошо, — сероглазый выделил последние слова, — ты рядом с ней корсар десятый взорвёшь — не проснётся. Мисс Блер — не мы, кошмарами не болеет. А по поводу лаборатории… Кевалин на секунду умолк, обдумывая свои слова. В голове всплыли совсем свежие воспоминания. Капитан помнит зелёные глаза, полные смятения, но в то же время блестящие звёздами счастья. Помнит уставший вид Блер, когда та даже стоять толком не могла на трясущихся ногах, но всё равно предлагала помочь подняться своему проводнику. Помнит её слёзы, когда девушка впервые за долгий разрыв времени встретилась с настоящим Кевалином, а не тем, кто остался в заваленных коридорах лабораторного комплекса. Помнит её измученную и дрожащую улыбку. Лучезарную улыбку радости. И сероглазого она смущала. Смущала эта радость, эта вечная озабоченность и привязанность, эти тёплые слова и какие-то глупые надежды… Это не взрослый человек, а ребёнок! Ребёнок, который будто попал в сказку… Хотя Закулисье явно таким не является. Русоволосый на протяжении всего этого времени старался игнорировать напарницу, крутя в голове мысль о том, что его просто наняли проводником. Но… Этот смех, этот голос, эта радость, эти дурацкие зелёные глаза, никогда не меркнущие даже перед самыми страшными ужасами уровней… Всё это сбивает с толку… И стоит только Блер вновь внезапно заговорить о реальности и наивно улыбнуться, как Кевалин отводит взгляд в сторону, туша внутри себя некое смятение. Почему-то слова напарницы с каждым разом рушили всё больше льда и на мгновение снимали с Пейджа маску спокойствия и отчуждённости. И, сказать честно, он испытывает такое впервые. До этого он никогда не смущался из-за простых слов. Хм… Не заболел ли он случаем? Он… Действительно так важен Агате? Хотя неудивительно, что она не делала ни шага в сторону от него, после всего-то произошедшего… Но вспоминая, что общение с чересчур гиперактивной Блер не задалось с самого начала, не верится, что она так волновалась за напарника. Хотя дуэту ещё предстоит пройти в такт друг друга остальные восемьдесят девять уровней… — «Ты… Ты слишком добра к этому миру. И ко мне. Несправедливо добра и глупо наивна…» — Пронеслась тихая мысль в голове. Таких, как она, Закулисье не щадит. Последовал тяжёлый вздох. — Думаю, она легко отпустит. Для неё сейчас в приоритете то, что все мы живы, здоровы и в здравом уме. Пусть и дальше думает, что мы уже получили «хороший конец». — Наконец закончил фразу собеседник, на последних словах показав кавычки. Нил молчал, изучающе глядя на бывшего наставника. Вздёрнув бровь, Мейсон улыбнулся. — Тебя так сбивает с толку то, что она беспокоится за тебя? Неужели ты так давно не общался с кем-то, кроме начальства? — Ты меня знаешь. Я выбрал самую спокойную и размеренную для себя жизнь и отказался выходить за пределы Уровня 1 исключительно для того, чтобы больше не видеть другие такие же уродские тоннели и прочую косящую под Сцену местность. — Капитан закатил глаза, потирая переносицу и оторвавшись от стола. — Я проходил по каждому из Уровней, и каждый, каждый, мать его, лес или коридор вызывал во мне отвращение. Я… Я просто устал. И давным-давно отвык от чужого присутствия. Хватит с меня этих приключений, хватит всяких тварей, хватит карт, хватит воспоминаний, хватит… Просто хватит! Пейдж потёр ноющие от очередной развивающейся мигрени виски. В его взгляде читалась усталость и разочарование. Слабая улыбка давно сползла с лица, а только что пойманное спокойствие и идиллия в душе Пейджа вновь провалились куда-то на дно и тут же сгнили. Ему надоело. Надоело всё это. Надоела Исследовательская Группа, Надоел Бесконечный город, В каком-то смысле даже Нил и Агата надоели. И даже он сам. — Я знал, что берясь за это поручение, ничего хорошего для меня не будет. Потому что я просто устал. Даже для разговоров я слишком выжатый… Пейдж покачал головой, глядя куда-то сквозь половицы. Он знал, что говорить о противности уровней в присутствии Нила не стоит. Он действительно любит Закулисье всей душой. Ему безумно нравится путешествовать и выполнять миссии, что даёт верхушка Б.И.Г… Но Кевалин — человек, которому каждый маленький мирок, называемый уровнем, напоминает о тех временах. С силой бьёт по рёбрам, протыкая лёгкие насквозь, сжимая горло, желая сдавить трахею, вонзает тесак в череп, вызывая очередную головную боль, мучая вечными кошмарами. Напоминаниями о том, что так тяжело забыть. Нет, определённо, после последней встречи с Ним, Кевалин принял факт, что они давным-давно ушли. Нет смысла так скорбить. Каролина, капитан Купер, Оливер… Все эти люди, которые подарили хоть какую-то надежду на хороший исход, ушли. Они забрали с собой в могилу веру и стремление сероглазого покинуть Закулисье. Они не оставили ничего, кроме Пустоты, что постепенно сжирает сероглазого по сей день. Неудивительно, что Ему было так легко надавить на него и взять под контроль. Но давно пора идти дальше. И, путешествуя по Закулисью в одиночку, Пейдж понял, насколько важно общение. Он понял, что такой же слабый духом человек, пусть и кажущийся со стороны вечно серьёзным и собранным. Он понял, насколько проклятое Закулисье ему перечеркнуло жизнь. И если раньше Пейдж сопротивлялся и дальше, один раз даже отправившись в путешествие на тот конец Закулисья, то сейчас он полностью утратил веру в победу, раз за разом встречая огромную стену, которую ему не одолеть, используя лишь свои силы. Настало время смирения. Он никогда не уйдёт. Кевалин чувствовал на душе целую гору камней. Рука самопроизвольно дотронулась до бинта на левой части лица. Такая рана никогда не затянется. А в голове всё копошились жуки, поднимающие со дна старые воспоминания. И Пейдж вновь видел перед собой костёр, крохотную комнатушку в такой же хрущёвке Уровня 11 и капитана Купера. Тогда ещё живого, но хмурого и бледного. — Он так хотел вернуться домой… — Вслух подумал Пейдж, вжав голову в плечи, сидя на грязном полу. Все его мысли в тот момент были заняты только Уровнем 5. Уровнем 5 и Оливером, которого так и не удалось спасти. — Все мы хотим вернуться домой, Кевалин, но не каждый выдерживает. — Задумчиво ответил Купер, сверкнув карими глазами, потягивая почти изжившую себя сигарету. Тогда ещё стажёр Пейдж даже не догадывался, что какое-то время повторит эту привычку. — Дорога, что мы строим, проходит вовсе не через поля и чудесные леса. Она строится на болоте, в котором тонут люди. Наши пути сделаны из костей тех, кто пал. И рано или поздно мы станем частью этой железной дороги. У тебя и Каролины ещё есть шанс, а вот у меня его… Хах, нет. У меня нет ничего на той стороне. В реальности за моей спиной нет ни семьи, ни друзей… Да и куда мне, старику, идти? Как-никак, я почти всю жизнь прожил в Закулисье. Здесь же и сведу счёты с жизнью, хе-хе… Капитан посмеялся, а стажёр же ещё больше помрачнел. Они оба знают: шансы на выживание в Закулисье очень малы. Возможно ещё кто-то из команды повторит судьбу Оливера. Они вряд ли покинут этот Ад. Если подумать, то в Б.И.Г. и другие группы, заинтересованные в поиске выхода, идут те самые отчаявшиеся, кто уже не верит в свободу. Они потеряли всё, попав сюда, в бесконечные лабиринты… И Кевалин так же не верит, что уйдёт отсюда. В его руках десятки, если не сотни карт, и ни одна из них не имеет козырной масти, в то время как у Закулисья есть заветный туз. Эта игра, в которой победитель известен заранее. — Но… Если когда-нибудь ты осмелишься повести за собой кого-то, как я повёл вас, — продолжил Купер, кинув иссякшую сигарету в костёр, — будь чуток и осторожен. Пойми их. В отличие от напуганных попутчиков, у которых нет ни малейшего представления, в какую задницу они попали, ты уже будешь владеть опытом. Запомни: ты для попаданцев — спасательный круг. Ты можешь стать их последней надеждой. Потому что только БИГ’овцы знают Закулисье лучше, чем другие группы. Мы — стражники этого места. Сопровождающие, ведущие за собой потерянных в страхе людей. Мы можем помочь им выбраться отсюда, построив путь прямиком в реальность… — Но… Способны ли мы уйти?.. — Кевалин слабо выгнул бровь. Пауза. Послышался тяжёлый и разочарованный вздох. — Пойми, Кевалин, наша работа — обезопасить Закулисье для тех, кто хочет уйти и тех, кто остался жить здесь. Мы их единственная защита. Без хорошего щита всё, что было построено десятками лет, просто развалится за парочку месяцев. — Мужчина положил руку на плечо Пейджа, слабо похлопав. — Я знаю, ты хочешь домой. Я тоже когда-то хотел выбраться. Но у нас нет выбора. Мы прикованы к этому миру, и ничего с этим не поделаешь. Мне очень жаль. Я дам тебе совет, пока не стало совсем поздно: перестань кормить себя надеждой на то, что ты уйдёшь. Ложь и самообман никогда не приводят к хорошему. Ни на кого не надейся. Даже близкие люди могут неожиданно оставить тебя. Дороги назад нет. Но несмотря на правильный путь, на который вышел Пейдж, идти по нему очень, очень тяжело. Раны давно затянулись. Но даже они продолжают болеть, напоминая обо всём. Но… В этом-то и дело. Раны превратились в шрамы. И пусть те никогда не исчезнут. Давно пора решать. Давно пора отпустить вещи и людей из прошлого, потому что это просто больше не имеет значения! Единственное, что имеет значение, это то, как Кевалин решит идти дальше. Ведь от этого зависит то, кем он станет. Ему давно пора найти свой покой. Нил тоже давно прекратил улыбаться. Он молчал, надеясь, что капитан скажет ещё хоть что-то. Но тот продолжал сверлить пустоту, сжав в кулаки дрожащие пальцы. И только юноша открыл рот, желая сказать что-то ободрительное, как Пейдж глубоко вдохнул, а после поднял голову, вернувшись в реальность также неожиданно, как и уйдя. Его взгляд прояснился, вновь став таким же холодным и серьёзным. — Тем не менее… Я не собираюсь бросать человека в беде. На мне лежит ответственность за эту дурью башку… — Капитан закатил глаза, а после глянул в коридор, ведущий в одну из комнат. — И я мисс Блер не брошу. Уж кому как, но ей точно нельзя оставаться здесь. Закулисье ненавидит таких людей и с радостью их ломает. Я этого не позволю. — Ха… Звучит сильно. — Кареглазый вновь сдержанно улыбнулся, выдержав паузу и поправив очки. — Рад, что ты всё-таки готов идти вперёд и вести за собой людей. Агент глянул на всё ту же дверь, ведущую на балкон, что пряталась за рваными, поеденными молью шторами. Кевалин проследил за взглядом старого товарища. — Пошли-ка выйдем. Думаю, нам обоим не помешает проветриться. — Предложил бывший ученик, уже направившись в сторону выхода. — Заодно прогоним остатки сна. Капитан Пейдж молча кивнул, последовав за приятелем. Разбитые плитки кафельного пола тихо хрустнули под подошвой, а поржавевшая ручка двери коротко скрипнула. В нос ударил свежий и прохладный ветер, гуляющий по пустынным улицам. Где-то там, через три этажа, виднеется асфальтовая дорога и козырёк подъездной двери. Рядом, у пустого садика, в котором раньше цвели цветы, стоит покосившаяся скамейка и окрашенная в зелёный цвет мусорка. На той стороне улицы стоит похожий серый бетонный дом, с выбитыми окнами и мраком внутри. Если повернуть голову влево и присмотреться, то где-то там, не так далеко, скрывается злосчастная электростанция. Она же бывшая База L. Нил облокотился о край, вдохнув побольше чистого воздуха. В его карих добрых глазах отразилось ледяное и хмурое небо, ставшее похожим на слабую дымку, скрывающую несуществующее звёздное небо Уровня 11. Кевалин сделал то же самое, глянув куда-то вдаль, за горизонт. Туда, где нет ничего, кроме бесконечно простирающихся улиц, в которых так и хочется потеряться навсегда и стать их частью. — Всё-таки Агата Блер тебе не так безразлична, верно? Капитан удивлённо глянул на приятеля. Тот глянул в ответ, едва выгнув бровь, явно желая получить ответ. — Тц… Верно. — Честно ответил собеседник, отведя взгляд и нахмурившись. — Она… Она слишком наивна! Слишком доверчива! Слишком… Слишком… — Похожа на того тебя? Слова Мейсона заставили умолкнуть, не позволив очередной волне гнева охватить уставший разум. Кевалин закрыл было открытый рот, забыв, что он хотел сказать до этого. Её доверие проводнику… Её желание помочь и стать полезной… Её привязанность и жажда общения… Её вера… Вера в освобождение… Шумно вздохнув, Кевалин закрыл лицо рукой. К горлу подступила горечь, а сердце будто защемило между острыми рёбрами. — Именно… — И ты не хочешь, чтоб то же самое, что было с тобой, повторилось и с ней? — Ей не место быть здесь! Ей не место быть в Закулисье!.. Оно её просто убьёт! Дрогнувший голос капитана стал куда тише. Он чуть не вырвал клок волос с головы, царапая кожу до крови, глядя куда-то вниз, сквозь асфальт. — Я видел слишком много людей, которых оно сломало. И не было ни одного, кто был так схож со мной! Но она… Я… Я не могу позволить, чтоб эта зараза коснулась и её, как это было со всеми нами… — Хей… — Нил слабо похлопал товарища по плечу, заставив медленно поднять растрёпанную голову. — Мы пережили за всю свою службу столько приключений! Отряд «THUNDER» был для меня частью жизни! И всегда, когда ни я, ни Коннор не знали, что делать, ты всегда придумывал план, как вытащить нас вновь. И тебе всегда это сходило с рук! Мы оставались живы общими усилиями, общими планами, но именно ты доводил дело до конца. Именно ты брал ответственность перед начальством, не боясь Остина и этого проклятого контракта. За всю свою жизнь я не видел другого человека, который беспокоится не только о задании, но и о товарищах так, как это делал ты. И если бы мне дали право выбирать, на чьи плечи возложить поход по коридорам, то мой выбор бы упал на тебя. Агата — твой человек, Кевалин. Чудный и светлый человек. Так если хочешь уберечь её, то выложись на сто, как ты всегда и делал. И я уверен, что она не останется в долгу, и поможет тебе. — Мне?.. — Сероглазый прищурился, слабо улыбнувшись. — Именно. — Кивнул Нил. — Признай, что тебе тоже не место здесь, в Закулисье. Твой дом где-то там… Юноша указал на горизонт. — На Сцене… Кевалин проследил за рукой приятеля, а после вновь глянул вниз. Наступила очередная пауза. Оба стояли какое-то время в полной тишине. И она не была тяжёлой или неприятной, скорее… Скорее спокойной и даже умиротворяющей. Томной, такой же однотонной и не надоедающей, как и сам Бесконечный город. Никогда не шумевший район клонил в сон, навевая старые воспоминания, почти стёртые под тяжестью времени. Уровень молчал, погрузившись в какую-то свою атмосферу. Будто наблюдая за двумя путешественниками, что скоро отправятся по своим дорогам и скорее всего больше никогда не увидятся. Ведь кто знает, возможно, именно завтра станет последним завтра за всю жизнь. Возможно, утро следующего дня никогда не наступит. И не будет ничего. Нависла гробовая тишина. Ни один звук не нарушал мёртвый покой пустынных улиц. Ни одно окно не скрипело, ни одна сущность не выла, ни одна тень не смела нарушить идиллию безвременья и мёртвого места. Оба странника в уютной тишине разглядывали улицы, думая о чём-то своём. Внезапно, Нил прыснул, вжав голову в плечи, стараясь сдержать смех. Это заставило вернуться в реальность и кинуть вопросительный взгляд. — Знаешь, меня это так забавит, хе-хе… — Кареглазый положил щеку на руку. — Сколько лет прошло с последней миссии отряда «THUNDER»? Год? — Положительный кивок. — Ха, а ведь в то время я думал, что больше никого из вас не увижу. Ни тебя, ни Коннора… И вдруг я осознаю, что всё ещё частенько пересекаюсь с вами в комплексе, или вот… На заданиях. Забавно, что судьба снова и снова выстраивает обстоятельства так, что я вновь вижу вас. — Хех, считай, что «THUNDER» погиб лишь по документам. Я никогда не объявлял, что отряд отныне распущен. Видимо, Закулисье само хочет, чтоб мы не прекращали сотрудничать. — Тоже посмеялся капитан. — Ха, неразлучное трио, получается. — Получается, что так, хе-хе… Закулисье само по себе огромно. А вот аванпосты — отнюдь нет. Наш человеческий мир, что строится уже не один десяток лет, пока такой же крохотный. Нет ничего сверхъестественного в том, что мы часто видимся в первых, пока небольших ростках общества. — В принципе, я не против таких обстоятельств. Приятно видеть знакомые лица, с которыми прошёл сквозь огонь и лёд. — Развёл руками бывший стажёр. — Кстати… Как там Коннор? Я так давно не был в комплексе… Всё копаюсь с этой проклятой Н.Т.О.З. и никак не могу вернуться домой. Чёрт бы побрал её руководителя и эту Базу Вольт, тьфу ты… — Что ж, с Вольтовцами мы покончили, так что делать ни нам, ни тебе здесь нечего. — Пожал плечами собеседник. — Передашь доку от меня привет, когда вернёшься? — Конечно. — Чудно. А так у нашего капитана Чейза всё лучше всех: живёт со своей семьёй припеваючи, и ни в чём больше не нуждается. По тебе только если скучает. Тоже давно не видел. — Эх, нам бы с тобой тоже когда-нибудь поймать удачу за хвост и наконец оказаться в своей тарелке… — Прыснул собеседник, слабо пихнув в бок. — Ха! Мечтай, мечтай, стручок зелёный. Не прожил ты ещё ни капли. — А что? Я вот смотрю, ты тоже себе спутницу нашёл. — Русоволосый хитро улыбнулся, подавляя желание вновь посмеяться. — Я тебя сейчас с балкона сброшу, ты, чёрт поганый. Следите за языком, юноша! — Капитан усмехнулся, отвесив слабый подзатыльник товарищу. — Видит он уже… Мейсон лишь посмеялся, а после сунул руку в карман грязного больничного халата. В ладони оказалась наполовину использованная зажигалка и полупустая пачка сигарет. Взяв одну, кареглазый протянул табак бывшему наставнику: — В последний раз? Пейдж глянул на приятеля, вскинув бровь. Тот был серьёзен в своих намерениях, хотя прекрасно знал, что Пейдж давным-давно завязал. Недолго поколебавшись, сероглазый всё же ответил, закатив глаза: — В последний раз. И тоже взял одну. Теперь прохладный воздух смешался со знакомым запахом гари и дыма. Как же Пейдж давно его не чувствовал… Наверное, ещё с момента окончания ряда миссий на Уровне 10, когда пришлось вычищать единственную базу Научно-Технического Центра Закулисья. Он же Н.Т.Ц.З. — Так… Скажи-ка, как вы оба внезапно нарисовались на Базе Вольт? Как ты в принципе оказался за пределами Уровня 1? Не нагулялся ещё? — Сделав один затяг, Нил глянул на приятеля, передав зажигалку. — А то. — А если серьёзно? — А если серьёзно… — Пейдж на секунду затих, поджигая сигарету. — То я… Я должен довести Блер до конца Закулисья. Повисла тишина. Нил удивлённо вскинул брови, глядя на собеседника. — Ого… Удача вам тогда точно пригодится, как и Модуль. — Бывший ученик кинул взгляд в окно кухни, сквозь которое видно кусок стола и инструмента, уже готового к использованию. — А сам… Как? Попытаешь ещё раз удачу попасть обратно на Сцену? — Посмотрим, Нил, посмотрим… Мне не играть в казино, сам понимаешь. Может, получится, может — нет. Кто знает, что будет в этот раз, когда я вновь наведаюсь на Уровень 100? Признаюсь честно, пока слабо верится в надежду. Но… Глядя на мисс Блер и её рвение вернуться домой… Каждый день я всё чаще и чаще раздумываю над этим вопросом. — Что же, надеюсь, ты скоро найдёшь ответ на него. Теперь ты не один, так что, думаю, ты выполнишь свою миссию. Последнюю миссию. — Я, хех, тоже надеюсь… Но обязательно верну Агату домой. Туда, где ей нужно быть. Здесь, по ту сторону времени Сцены, ни в коем случае нельзя оставаться. Закулисье ни капли не безопасно. Каждый уровень несёт за собой вред, держа в себе огромное количество монстров и аномалий, влияющих на мозг. Стать сущностью или безумцем можно по одному щелчку пальцев, нужно всего лишь потерять бдительность. Закулисье уж точно не предназначено для таких людей, как Агата Блер.

Ведь так?

***

— Агата, дай руку. — Попросил Кевалин, окончательно настроив Воздушный Модуль и позвав напарницу. — Пора идти дальше. Девушка кивнула. — Да уж, не думала, что буду скакать по реальностям… — Немного растянула первые слова зеленоглазая, подходя к другу и беря того за руку. — Закулисье может и не такое. — В своей любимой безэмоциональной манере спокойно ответил капитан, слабо пожав плечами. — Что ж… Раз так, то… До встречи? — Нил едва наклонил голову вбок, обращаясь уже к Кевалину. Именно к нему. Наступило короткое молчание. Агент посерьёзнел, глядя на бывшего наставника с вопросом, нахмурив брови и сжав ладони в кулаки. Он хотел получить ответ. А Пейдж лишь покачал головой. — Возможно… Короткая пауза. Капитан ухмыльнулся. — Прощай. Сероглазый, махнув напоследок, нажал на последнюю кнопку. Земля ушла из-под ног, а мутное небо утонуло во мгле, унеся с собой дома, Нила, реальность… Стало в разы легче дышать, хотя сердце билось в груди, словно напуганная птица в клетке. Чувство неизвестности продолжало кипятить кровь в сосудах, но все мысли уже выветрились. Осталась только темнота. Пустота. И больше ничего.

Добро пожаловать на Уровень 16, странники.

Добро пожаловать домой.

Туда, откуда вам никогда не захочется уходить.

Конец записи.