Призрак в твоих видео / The Ghost in your Videos

Уэнсдей не подняла глаз, когда хрустальный шар ожил, она была полностью сосредоточена на работе над своим маленьким художественным проектом. Она услышала весёлый смех своего отца, который всегда был в восторге от её работы. — Моя маленькая гадюка! О, как я скучал по твоему грозному виду! — Мне тоже прискорбно видеть тебя, отец, просто дай мне минуту. — Конечно! Скажи мне, что ты делаешь, моя гадюка? Что-то извилистое или ужасное? — Ни то, ни другое. Я делаю самое худшее из возможного. Гомес ахнул, схватившись рукой за грудь. — Нет, это не может быть правдой! Уэнсдей кивнула, наконец-то взглянув на отца с улыбкой — поистине ужасное зрелище. — Боюсь, что это правда, отец. Я делаю что-то романтичное. Гомес заскрипел, как умирающая машина, огонь и дым оживились вокруг его тела. — Моя дорогая гадюка! Влюблена! О, как жесток этот мир из-за того, что твоя мать, моя любимая жена, ушла в такое время! Она должна узнать об этой мрачной новости немедленно! — Пожалуйста, успокойся, отец, прежде чем ты снова подожжёшь поместье. Огонь с шипением погас, но дым всё ещё цеплялся к его телу, вырываясь изо рта и выбиваясь из-под одежды. — Скажи мне, это та самая волчица, о которой ты жалуешься каждый раз, когда приезжаешь домой? Ты наконец призналась в своей вечной любви?! Уэнсдей ненадолго замерла, её уши слегка покраснели. — Это было... не признание как таковое. — Уэнсдей! Только не говори мне, что ты пренебрегла надлежащим этикетом и пошла на убийство! Уэнсдей фыркнула, её глаза потемнели, превратившись в смертоносный взгляд. — Не ругай меня, в моем возрасте ты был ничуть не лучше. На самом деле, ты был моложе и намного хуже меня, ты затащил мать в постель через час после знакомства. Гомес поднял руки, на его лице появилась застенчивая ухмылка. — Ладно, тут ты меня подловила. — Тем не менее, ты прав, и именно поэтому я наверстываю упущенное, — Уэнсдей перевела взгляд обратно на свой подарок. — Я утоплю её в своей привязанности, сожгу заживо своей любовью, она - моё сокровище, и я буду относиться к ней как к самой прекрасной драгоценности в моей орде. Гомес слегка наклонился вперёд, его глаза сузились, пока он изучал свою дочь. — Уэнсдей... Ты... изменилась после такого развития ваших отношений? Уэнсдей сделала паузу, а затем, кивнув, подняла свой маленький проект: чёрную чешуйку в форме сердца, на твёрдой стальной поверхности которой было выгравировано имя. — Три дня назад у меня выросла чешуя, и мой язык стал похож на змеиный. Что со мной происходит? Я думала, что могу менять только глаза и зубы. — О, моя маленькая гадюка, ты просто растёшь. Это случается с каждым Аддамсом, когда они находят любовь, — Гомес показал свою руку ладонью вверх, и на ней появился маленький огненный шар. — До того, как я встретил твою мать, я мог только разжигать угли и выплёвывать струйки дыма изо рта, но теперь... Он ухмыльнулся, зубы стали острыми, как бритва, на лбу выросли рога, а его кожа приобрела адский оттенок. — Она превратила меня в настоящего дьявола. Уэнсдей закатила глаза, но ничего не могла поделать с тем, что её глаза ласково прищурились. — Следует ли мне ожидать... изменения в моем эмоциональном поведении? Гомес отодвинулся назад, торжественно кивая, и достал сигару. — Ты была проклята драконьей кровью, которой последнее время так мало в нашей семье. У Пагсли волчья натура, а Пуберт во многом похож на меня - он сам маленький дьявол, — он прикурил сигару от пальца, сделал несколько затяжек и выпустил облачко в форме черепа. — Я не могу сказать наверняка, что может случиться с твоей личностью, Уэнсдей, однако я могу дать тебе небольшой совет. Гомес указал на неё сигарой. — Будь честна с Энид, расскажи ей об этом. Секреты не помогают в отношениях, если, конечно, это не весёлый или романтический сюрприз. — Конечно, — кивнула Уэнсдей в знак согласия. Гомес ухмыльнулся, прикусывая сигару. — Моя невестка заслуживает самого лучшего, как и моя дочь. Но если ты этого не сделаешь, я тебя убью! — Я не ожидаю меньшего и приветствую смерть от твоих рук, отец. Если я когда-нибудь потерплю неудачу и разочарую Энид, всё, что я прошу, - это чтобы ты воспользовался рапирой, которую я подарила тебе, когда мне было двенадцать. — Я как раз думал об этом клинке! Один из моих любимых! — Гомес посмеялся, кольца из дыма поднялись вверх. Уэнсдей слегка выпрямилась. — Спасибо, что поговорил со мной, отец. Я буду впредь сообщать тебе о любых изменениях в моей личности, будь то физических или психических. — Звони, когда пожелаешь, моя маленькая гадюка... О! И не забудь сказать Энид, что я приеду в эту субботу на нашу дуэль! Уэнсдей кивнула. — Я скажу ей, когда она вернётся. Ужасного тебе вечера, отец. — Надеюсь, кто-нибудь нападёт на тебя этим вечером!

***

Enid the Wolf @pinkclaws УХ, ХОРОШИЕ НОВОСТИ: У НАС С УЭНС ЗАВТРА СВИДАНИЕ!!! Enid the Wolf @pinkclaws ПЛОХИЕ НОВОСТИ: У МЕНЯ ОФИЦИАЛЬНАЯ ДУЭЛЬ С ЕЁ ОТЦОМ В ЭТУ СУББОТУ??? Bia Bar @QueenoftheSea Обычно это тревожный сигнал от кого-либо другого, но мы говорим об Аддамс. Вероятно, для них это пик романтики. yokie bear @CountGayula На самом деле я знаю эту традицию, и она является какой-то серьёзной херней. На данный момент ты практически жената на Аддамс. former slender @ArtorArtist Вот дерьмо, ты собираешься драться с Гомесом???!!! R.I.P., было прекрасно — знать тебя. ASnake @snakes_have_legs Йоууу, у тебя свидание с девушкой!!! Надеюсь на фото с тобой и маленьким человечком!!! Divy @TheBetterFishTwin Эй, Энид, подружка. @pinkclaws, моя лучшая подруга, могу я... начать продавать билеты на дуэль?????? Enid the Wolf @pinkclaws ДИВИ, КАКОГО ЧЁРТА???!!!??? Divy @TheBetterFishTwin >.< Мне нужны деньги!!! Я хочу пригласить Йоко на хорошее свидание!!!! Enid the Wolf @pinkclaws ... Если я выживу, я хочу получить 20%. Divy @TheBetterFishTwin ДОГОВОРИЛИСЬ.

***

Энид ещё раз осмотрела себя в зеркале, слегка поправляя свои завитые волосы и одаривая себя лучезарной улыбкой. Она собралась немного пораньше, чтобы удивить Уэнсдей, когда та вернётся. Энид покружилась, хихикая, когда юбка её платья раздулась веером. На ней было одно из её любимых платьев: ярко-розовое с нежно-голубыми цветочками, вышитыми по подолу юбки и длинным рукавам. На улице было холодно, поэтому она накинула солнечно-жёлтый свитер, а также надела гольфы в розовую и белую полоску, чтобы скрыть длинные синяки. Она не стыдилась их, отнюдь. Однако, когда Уэнсдей каждый раз видела на ней следы от укусов, в её взгляде просыпался голод. Она никогда бы не подумала, что у Уэнсдей «не трогай меня» Аддамс было такое безумное сексуальное влечение. Энид оживилась, когда в дверь дважды постучали, прежде чем она открылась. Уэнсдей вошла, её пиджак был перекинут через плечо, галстук на шее развязан. Её тёмный взгляд сразу же нашёл Энид и начал медленно скользить по фигуре блондинки, прежде чем подняться и встретиться с ней взглядом. — Прошу прощения за ожидание. Профессор Валентайн пыталась договориться со мной о репетиторстве некоторых её студентов. — И как прошло? Уэнсдей бросила свой пиджак на кровать, быстро раздеваясь. — Скучно. Она отказалась отдать мне свою душу и не разрешила калечить всех, кого я буду обучать, если они будут действовать мне на нервы. — Уэнсдей... Гот фыркнула, слегка хмурясь, когда она посмотрела на Энид. — Моё время драгоценно, и если я должна тратить его на имбецилов, то я хочу что-то стоящее моего времени, или чтобы мне позволили их пытать. Энид покачала головой, на её губах заиграла нежная улыбка. — Ты знаешь, я так сильно тебя люблю, но иногда ты можешь быть такой сволочью. Уэнсдей застыла, её глаза слегка расширились, а лицо Энид залилось ярко-красным румянцем, осознав, что она только что сказала. Энид собиралась что-то сказать, что угодно, но вскрикнула, когда её внезапно прижали к столу. Уэнсдей целовала её так, словно это их последние минуты жизни. Энид с тихим стоном растворилась в поцелуе, её руки поднялись, чтобы обхватить подбородок Уэнсдей с обеих сторон. Язык прошелся по её нижней губе, и Энид открыла рот, чтобы жадно принять этот порочный, талантливый язычок. Энид могла бы целовать Уэнсдей вечно, но у неё не было таких натренированных лёгких, как у её девушки. Блондинка отстранилась, тяжело дыша. Уэнсдей ухмыльнулась, её губы были перепачканы ярко-розовый помадой Энид. А та хихикнула и вытерла большим пальцем идеальные губы-бантиком Уэнсдей. — Иди, приведи себя в порядок, любовничек. У нас свидание, помнишь? — Я бы никогда не забыла, mia lupa, — Уэнсдей целует большой палец Энид, не сводя с той темных глаз. — Я хотела бы сказать одну вещь, прежде чем уйду. — И что же? Уэнсдей наклонилась, ещё сильнее прижимая Энид к столу, и прошептала ей в губы. — Я тоже тебя люблю. Гот попыталась отстраниться, но Энид схватила её за плечи и притянула её к себе для ещё одного поцелуя — нежного, наполненного теплом и привязанностью. Энид прижалась к Уэнсдей бедрами, и девушка поменьше сделала шаг назад, но их губы оставались сомкнутыми, пока Уэнсдей медленно вела их к кровати Энид. — Я люблю тебя, — прошептала Энид, опуская Уэнсдей вниз на разноцветное покрывало своей кровати. — Я люблю тебя, — тихо прорычала Уэнсдей, прижимаясь тонкими клыками к губам Энид.

***

Энид прочистила горло, когда шла рядом с Уэнсдей, которая крепко держала рукой туловище своей девушки. Они совершенно точно не опоздали на зарезервированный ужин, и Энид совершенно точно не пришлось поправлять помаду по дороге сюда, потому что она забыла сделать это в общежитии, когда они спешили уйти. В глазах Уэнсдей плясал беззвучный смех, её свободная рука легла на одно из предплечий Энид. Когда они подошли к двери, Уэнсдей отстранилась от Энид и открыла перед ней дверь, слегка поклонившись в пояс. Энид остановилась, прежде чем пройти мимо, и наклонилась, чтобы оставить благодарный поцелуй на щеке Уэнсдей, но быстро отскочила, чтобы увернуться от цепких рук. Уэнсдей фыркнула и проворчала, шагая в ногу с блондинкой. Уэнсдей выкупила на ночь один из самых изысканных ресторанов в Джерико. Учитывая количество денег, которые она потратила, и совершенно уничтожающий взгляд, которым она одарила хозяина, никто из персонала не жаловался на их позднее прибытие. Их проводили в центр главного зала к столику на двоих. Свет был приглушен, а две зажжённые свечи создавали романтическую атмосферу. Уэнсдей выдвинула сиденье для Энид и придвинула его обратно, как только блондинка села. — Клянусь луной, Уэнс, — прошептала Энид, её щеки порозовели, а улыбка стала мечтательной. — Это лучшее свидание, на котором я когда-либо была. — Оно едва началось, mia tesoro. — Да, но это не делает слова менее правдивыми. Уэнсдей фыркнула. Она положила предплечье на столешницу, поворачивая руку ладонью вверх. Она согнула пальцы в маленьком хватательном движении. — Глупцы, все до единого. Они даже не представляют, как богаты были твоим вниманием. Энид положила ладонь на руку Уэнсдей, тихо поскуливая, когда гот подняла руку и поцеловала костяшки пальцев Энид. — Тебе так повезло, что мы сейчас на людях, — тихо прорычала Энид. — На самом деле, я бы сказала, что это весьма прискорбно для меня. Вскоре подошёл официант с напитками, и Энид подняла бровь, так как красное вино подали только Уэнсдей, а ей оставили газированную воду. — Как...? Уэнсдей сделала небольшой глоток вина, тихонько хмыкнув и слегка сморщив нос. — Я позаботилась о том, чтобы сделать наши заказы заранее, и я знаю, что ты не любишь алкоголь. Хотя я не могу представить, как ты можешь наслаждаться этой шипучей водой. — О моя богиня, заткнись, это вкусно! — Хм, я поверю тебе на слово, mia lupa. Энид закатила глаза, но затем улыбнулась, бросая взгляд в сторону кухни. — Теперь я чувствую себя хуже из-за того, что мы опоздали к нашему ужину. — А я - нет. — Это потому, что ты хищный зверь, который так мало заботится о других. Радужки Уэнсдей растеклись, как смола, по белой склере. Из её груди вырвалось низкое мурлыканье, когда она ухмыльнулась, обнажив клыки. — Mia lupa, будь осторожна со своим ртом. Твоя лесть станет твоей гибелью. Энид немного опустилась на своем сиденье и простонала, прикрывая руками разгорячённое лицо. — Ты невозможна. Уэнсдей спрятала улыбку за очередным глотком своего напитка. — И всё же ты любишь меня. — Люблю, — вздохнула Энид, опуская руки и нежно улыбаясь. — Выпрямись, нам принесли еду. Они ели в основном молча. Уэнсдей что-то бормотала то тут, то там и наслаждалась видом раскрасневшихся щёк Энид при свете свечей. Гот закончила свою трапезу первой, к большому удивлению Энид, которая не доела и половины своей порции. Уэнсдей вытерла рот салфеткой, прежде чем встать со своего места. Энид замерла и посмотрела на свою подругу немигающим взглядом. — Уэнс? Куда ты направляешься? — Я хотела бы предложить тебе послушать немного музыки, пока ты заканчиваешь трапезу. — О, э-э-э, спасибо? Ты принесешь радио или... — Энид чуть не подавилась куском стейка во рту, когда Уэнсдей достала футляр для виолончели из потайного места. — Ты принесла свою виолончель?! — Ну конечно, для тебя только самое лучшее, mia tesoro. Уэнсдей схватила свой стул и поставила его в нескольких футах справа от стола. Она открыла футляр, достала виолончель и смычок и быстро уселась на стул. Уэнсдей ухмыльнулась Энид, поднося смычок к струнам, и начала играть запоминающуюся мелодию.

***

Enid the Wolf @pinkclaws Я люблю моего маленького дракончика <3 На фотографии Уэнсдей играла на своей виолончели на размытом и тусклом фоне. Её взгляд был направлен чуть выше камеры, та неотрывно смотрела на фотографа. Рукава её черной рубашки были закатаны по локоть, красный галстук развязан на шее. Пламя свечи отражалось в её черных глазах. Её улыбка была слабой, но обожающей.