Призрак в твоих видео / The Ghost in your Videos

Enid the Wolf @pinkclaws Пожелайте мне удачи, завтра я буду сражаться с папой Аддамс. Я готова умереть UwU yokie bear @CountGayula Я поставила 50 долларов на отца Аддамс. former slenderman @ArtorArtist 100 долларов на DILF Аддамс. Bia Bar @QueenoftheSea Также 50 долларов на отца Аддамс. Я точно знаю, что Аддамс училась у своего отца. Энид конец. ASnake @snakes_have_legs Вы двое такие злые по отношению к моему братану TvT beeboy @HelloBees 200 долларов на Энид. Enid the Wolf @pinkclaws ВПМЫАСМЦСОЫИЛБ ЮДЖИН?????!!!!! Black Butterfly @dustywings Ставлю 1,000 долларов на мою принцессу. Она уничтожит этого старика. Enid the Wolf @pinkclaws СРАНЬ ГОСПОДНЯ, ПОЖАЛУЙСТА, СКАЖИ МНЕ, ЧТО ЭТО РОЗЫГРЫШ. Я УМОЛЯЮ ТЕБЯ, БИБИ Bia Bar @QueenoftheSea @dustywings Кто ты, чёрт возьми, такая? Ты вообще ходишь в эту школу? Black Butterfly @dustywings Ты сейчас сидишь во дворе с чудо-близнецами. Divy @TheBetterFishTwis ВАУ :D Я ЧЕРТОВСКИ НЕНАВИЖУ ЭТО.

***

Энид нервно переместилась с ноги на ногу, перекатывалась назад на пятках, а затем приподнялась, чтобы подпрыгнуть на носках. Уэнсдей стояла рядом с Энид, держа ту за руку все те десять минут, что они ждали Гомеса Аддамс. Гот чувствовала, как Энид теребила стальное кольцо на большом пальце. Уэнсдей выдула маленький пузырёк из своей чёрной жвачки, прежде чем проткнуть его заострённым клыком. — Можно мне жвачку? Уэнсдей приподняла бровь. — Она со вкусом лакрицы. — Мне на самом деле всё равно, — тихо захныкала Энид. — Мне нужно что-нибудь пожевать. — Ладно, только не подавись, — Уэнсдей достала пластинку чёрной жевательной резинки, и Энид нетерпеливо запихнула её в рот. Энид сморщила нос от вкуса, но, тем не менее, жевала жвачку и продолжала играть с кольцом Уэнсдей. — Я действительно должна вызвать его на дуэль? Уэнсдей вздохнула и кивнула. — Это всё формальность, Энид. Традиция из старых времён, когда на нас, Аддамсов, вели охоту люди и сверхъестественные существа. Тогда было важно знать, могут ли наши партнёры защитить не только себя, но и нас. Однако сейчас это просто забава, не нужно так нервничать. Мой отец не осудит тебя, если ты проиграешь ему. Хотя я не думаю, что ты проиграешь. — Н-но что, если я ему не понравлюсь?! — Тогда я выпотрошу его, и как наследница я вступлю в должность Главы Дома и немедленно внесу тебя в список моей семьи. — Уэнсдей! — Но он не испытывает к тебе ненависти. Он уже начал называть тебя своей невесткой и угрожал моей жизнью, если я когда-нибудь причиню тебе неудовольствие. Это не помогло. Энид мгновенно залилась слезами и начала причитать. — О-о-он д-думает обо мне к-как о своей дочери! Уэнсдей вздохнула, достала носовой платок и вытерла слезы Энид. Почему все в её жизни должны быть такими чрезмерно эмоциональными? — Вы с отцом прекрасно поладите, как пожар в лесу. Он будет думать, что ты отвратительно сообразительная, и будет в полном восторге от твоего щенячьего характера. Энид слегка шмыгнула носом, быстро наклоняясь, чтобы запечатлеть солёный поцелуй на губах Уэнсдей. Она медленно отстранилась с нервной улыбкой. — В самом деле? Он... Он не подумает, что я... — Энид, — прошипела Уэнсдей, и зрачки её глаз слились с белками. — Моя семья обожает тебя. Я говорю с ними о тебе уже три года, пою бесконечные дифирамбы в твой адрес. С таким же успехом мы могли бы пожениться уже сейчас, учитывая, как часто они называли тебя моей женой. Уэнсдей заворчала, когда Энид внезапно заключила её в объятия. — Я собираюсь надрать задницу твоему отцу, а потом пригласить тебя на свидание! Уэнсдей закатила глаза, но растаяла в объятиях Энид, когда сама обхватила блондинку за талию. — Я бы предпочла, чтобы ты отнесла меня в свою постель. — Уэнсдей, любовь всей моей жизни, тебе нужно успокоиться. — ...Прошу прощения, это ещё один аспект моей биологии, о котором нам следует поговорить в другой раз. — Подожди, что? Ты хочешь сказать, что твоё безумное сексуальное влечение вызвано твоей биологией?! Уэнсдей слегка прочистила горло, не замечая румянец на своих щеках. — Да... Ну... Как я уже сказала, в прошлом на мою семью охотились как на собак, и мы являемся побочным продуктом многих межвидовых спариваний... Моё желание размножаться с тобой всегда на первом плане в моем сознании, и это сводит с ума. — РАЗМНОЖАТЬСЯ?! — О, смотри, мой отец здесь. — Уэнсдей Фрайдей Аддамс, мы ещё не закончили говорить об этом! Навстречу им по дороге мчался знакомый катафалк. Уэнсдей сделала несколько шагов назад и потянула Энид за собой. Энид тихонько вскрикнула, когда катафалк со скрежетом остановился всего в нескольких дюймах от того, чтобы врезаться в них. Дверь со стороны водителя открылась, и оттуда вышел высокий, похожий на мертвеца мужчина, который вообще не должен был поместиться в машине. Он кивнул Уэнсдей, издавая низкий вздох. — Привет, Ларч, я тоже ужасно рада тебя видеть. Ларч сделал один большой шаг к задней части машины и открыл дверцу. Из машины вырвалась стена дыма, и раздался громкий весёлый смех, когда из неё вышел сам дьявол. Гомес Аддамс широко и коварно улыбнулся, его зубы были кривые и острые. Одет он был в костюм в черно-белую полоску. В одной руке находилась сигара, а в другой — трость прекрасной работы. Гомес подошел к двум девушкам с широко раскрытыми объятиями. — Моя маленькая гадюка! И дорогая волчица собственной персоной! — Уэнсдей попыталась увернуться от объятий, но Энид крепко схватила её за руку и притянула гота прямо к себе. Гомес осыпал щеки Уэнсдей поцелуями и крепко сжал их обеих в своих объятиях. Уэнсдей прорычала, её губы приподнялись, обнажая тонкие клыки, и Гомес заворковал при виде их. — Этого. Достаточно. Отец, — Уэнсдей ударила его кулаком прямо в живот. Гомес хрипло рассмеялся, немедленно отпуская Уэнсдей и Энид. — Ты стала сильнее! Я же говорил, что Невермор будет для тебя ужасен! Уэнсдей фыркнула, скрещивая руки и глядя на отца. — Ты говоришь мне это каждый раз, когда я приезжаю домой. Энид, это мой отец - Гомес Аддамс. — Рад наконец-то познакомиться с тобой, Энид, — сказал Гомес, протягивая руку. Энид крепко пожала его ладонь. — Энид, окажешь ли ты мне честь жениться на моей дочери? Энид быстро моргнула. — Вы только что... сделали предложение за Уэнсдей? Уэнсдей схватила Энид за руку и оттащила её от Гомеса, наступая на ногу отца. — Он действительно это сделал. И мне не нужна твоя помощь в этом, отец, — прошипела гот. — Ты можешь вернуться домой прямо сейчас, если твоя единственная цель - просто быть помехой. Гомес слегка склонил голову в знак извинения. — Прости своего вечно нетерпеливого отца, моя маленькая гадюка, я пока воздержусь, — Гомес положил свою трость под мышкой, потушил конец сигары об тыльную сторону ладони, а затем убрал её в нагрудный карман своего пиджака. — Итак, где состоится дуэль? — У озера. Нам понадобится пространство и вода на случай, если ты разведёшь огонь, — сказала Уэнсдей. — Фантастика! Давайте отправимся в путь!

***

На мгновение единственное, что увидели зрители, — это размытый кадр озера, пока камера не уменьшила масштаб до тех пор, пока не сфокусировалась. Внезапно в кадре появилась Уэнсдей, она слегка поправила камеру, чтобы та была направлена немного вниз. Она отступила назад с удовлетворённым кивком, и тут прозвучал чей-то голос — близко к камере, но вне поля зрения. — Почему я должен это носить? — человек заворчал. — Потому что ты чертовски высокий, так что с тебя будет лучше видно, — прямо сказала Уэнсдей, уходя из поля зрения камеры. — Мой рост всего лишь шесть и один... «ЙОУ, УЭНС, НАШ КОРОЛЬ!!!» «Чувак, прошло столько времени с тех пор, как у нас был последний стрим!!!» «Эй, а разве не сегодня у Энид дуэль с твоим отцом???» — Здравствуйте, пиявки... Ксавье, повернись ко мне, болван. Оператор — Ксавье — громко вздохнул, когда повернулся, открывая взору поле, заполненное молодыми людьми. Многие из них расстелили одеяла на траве или сидели на складных стульях. У Уэнсдей в руках был телефон Энид, и она жестом попросила Ксавье следовать за ней, когда начала пробираться сквозь толпу. — Правильно, пиявка, через несколько минут у моей возлюбленной будет дуэль с моим отцом. «О, ЧЁРТ, МЫ СМОЖЕМ ПОСМОТРЕТЬ ДУЭЛЬ!!!!!» «Моя возлюбленная» — меня сейчас стошнит, это так мило» «Неужели никто больше не считает это действительно хреновым?» — Я понимаю, что многие из вас, пиявки, должно быть, люди, которые не читают свою собственную историю, поэтому позвольте мне объяснить, — Уэнсдей остановилась. У края озера находилось большое свободное пространство, на котором каждый мог увидеть две разминающиеся фигуры. — Дуэли были частью культур, как человеческих, так и живых существ, на протяжении веков. Часто они проводились для защиты своей чести, но для некоторых людей они имели решающее значение, когда дело доходило до ухаживаний. — Это верно, — сказал Ксавье. — Хотя дуэли, возможно, по-настоящему не практикуются в наши дни, особенно у людей. Дуэли всё ещё являются огромной частью сверхъестественных культур, таких как семья Нес. — Не называй меня так в присутствии пиявок. — Прости... — Однако, дуэли в моей семье уже давно утратили свою первоначальную цель в процессе ухаживания. Сейчас это просто забава. «О, ничего себе, Энид не шутила, что ты большой любитель истории» «НЕС» О ГОСПОДИ, ПОЧЕМУ МЫ НЕ ПРИДУМАЛИ ЭТО ПРОЗВИЩЕ РАНЬШЕ» «Энид когда-нибудь называла тебя Нес???» «Слава богу, дуэль — это просто развлечение. Я думал, что мы увидим смерть Энид» — Посмотри, что ты наделал, — прошипела Уэнсдей, резко разворачиваясь, чтобы ткнуть телефон в лицо Ксавье. — Чёрт, прости, Уэнсдей. — Я не против Уэнс, но не к этому. Они теперь будут меня мучить. — Я ЖЕ СКАЗАЛ «ПРОСТИ»! — в поле зрения появились руки Ксавье, поднятые в знак капитуляции. Уэнсдей тихо прорычала. — Извинения недостаточно. Я заберу палец. «О боже, чувак с камерой R.I.P.» «Кто этот чувак вообще????? Друг???» «Лучший друг??? Он назвал её Нес и выжил» Ксавье, который всё ещё держал телефон, направленный на него, сказал с явной обидой в голосе. — Подожди, они меня не знают? Уэнсдей фыркнула. Она вернула телефон к себе, впиваясь взглядом в экран. — Конечно, нет. Я не рассказываю о себе пиявкам. — О, справедливо. — УЭНСДЕЙ! — гот заворчала, когда на неё сзади налетела ухмыляющаяся Энид. — У нас сейчас будет дуэль! Поцелуй на удачу... Подожди, это мой телефон? И... ТЫ ВЕДЕШЬ ПРЯМУЮ ТРАНСЛЯЦИЮ?! «ПРИВЕТ, ЭНИД!!!» «ТЫ СМОЖЕШЬ, ВОЛЧОНОК!!! ОТЕЦ ТВОЕЙ НЕВЕСТЫ НИЧЕГО НЕ СМОЖЕТ СДЕЛАТЬ!!!!» «О чёрт, неужели Энид не знала, что будет стрим???!!!» Энид зарычала. Она резко развернулась к Уэнсдей и схватила девушку пониже ростом за воротник рубашки. — Позже у нас будет серьёзный разговор, мистер. — Я понимаю, mia lupa, — сказала Уэнсдей со слабой ухмылкой. Она положила руку Энид на затылок и притянула к себе для жаркого поцелуя. Ксавье внезапно отвернулся, неловко прочищая горло. — Э-э-э, ты ведешь стрим, помнишь? Наступила долгая пауза, а затем раздался тихий скулёж, и Ксавье обернулся, чтобы увидеть надутую Энид и Уэнсдей с размазанной на губах помадой. — Я прекрасно об этом помню, однако, мне всё равно. «Агкахфайкшга Уэнс настолько горяча, что должна быть запрещена» «Энид, могу ли я жениться на твоей девушке? Пожалуйста, умоляю тебя» — Нет, отвалите, она моя! — прорычала Энид, её глаза стали сиять неоновым светом. Уэнсдей притянула Энид к себе ещё за одним голодным поцелуем, но закончила его гораздо быстрее, чем первый. — Это точно, mia tesoro. Энид ухмыльнулась и быстро поцеловала Уэнсдей в висок. — Мой маленький дракончик, — промурлыкала Энид, оставляя ещё несколько поцелуев на лице Уэнсдей. — Ладно, ладно, я бы хотела остаться и целовать тебя вечно, но я должна пойти надрать задницу твоему отцу. Люблю тебя! Энид убежала, оставляя за собой слегка растрёпанную Уэнсдей. Её лицо было покрыто следами розовой помады, а воротник рубашки был немного порван когтями. Гот сузила глаза. — Ни слова. — Я и не собирался ничего говорить. — Я не тебе, а пиявкам. Раскатистый смех привлек всеобщее внимание. Энид и Гомес стояли лицом к лицу, между ними было всего около десяти футов. Гомес снял пиджак, а Энид только закончила снимать и отбрасывать в сторону свое розовое пальто. Оборотень завязала сзади свои короткие волосы в хвост, в то время как Гомес достал скрытое лезвие из своей трости, его улыбка была широкая и маниакальная. «Я слишком би для этого» «ЭТО ПАПА УЭНС???!!!» «Я бы хотел, чтобы он был моим папой» Гомес низко поклонился Энид. Выпрямляясь, он слегка повернул меч, а затем направил острие на Энид. — Пожалуйста, не сдерживайся, моя дорогая волчица. Никто из моих детей никогда не был снисходителен ко мне, и я с гордостью ношу шрамы от каждого из них! «ОХ, ОН — ПАПОЧКА!!!!» «ВОТ ЭТО DILF» «Внезапно всё, что касается Уэнс, обрело смысл» «Ребята, ребята, что вы думаете о маме Уэнс???» «О, чёрт, боже, нет, её мать, я так напуган» «Неужели все в этой чёртовой семейке горячие готы???» Энид зарычала — её зубы вытянулись, становясь слишком большими для человеческого рта. Она низко присела, когти стали длиннее, а шерсть выросла на её руках и плечах. Раздался небольшой треск, когда её тело стало немного шире, немного крупнее, немного более волчьим. Её глаза засияли, как лунный свет. Она откинула голову назад и издала пронзительный вой. Уэнсдей ухмыльнулась. — Это моя жена. — Чувак, ты такая лесбиянка. Схватка длилась десять минут, и Уэнсдей впервые видела, что бы её отец так сильно истекал кровью. Энид была быстра, её острые как бритва когти цепляли Гомеса за руки и ноги, но её отец просто смеялся как сумасшедший, нанося ответные удары. Они были равны, и на мгновение могло показаться, что дуэль могла закончиться только от истощения, а не от смертельного удара. Пока Энид не схватила Гомеса. Используя свою силу, оборотень легко подняла Гомеса над головой, а затем бросила его в озеро. Уэнсдей вздохнула, снимая свою кожаную куртку и запихивая её в руки Ксавье вместе с телефоном Энид. — Простите меня, я должна идти спасать своего отца. — Что ты имеешь в виду? — Он не умеет плавать. — О ЧЁРТ!

***

Час спустя они оказались в своей комнате общежития. Волосы Гомеса были слегка влажные, он был одет в ярко-синий свитер с рисунком в виде пушистых белых облаков. Энид сидела перед компьютером и вела с него стрим, а Гомес взволнованно кивал, пока Энид объясняла, что такое YouTube. — Так что да, примерно так! В основном я записываю видео о макияже, но это очень здорово - вести трансляцию то тут, то там, и быть более общительной со своими зрителями и всё такое, потому что, знаете, они мои друзья! Гомес широко улыбнулся. — Это потрясающе, моя дорогая волчица! Я не удивлён, что так много людей любит тебя. В конце концов, тебя легко полюбить. Даже моя холодная, бессердечная, дорогая гадюка влюбилась в тебя! — Я в комнате, отец, и я знаю, где здесь находится каждое оружие. Энид опустила голову, её лицо ярко покраснело. — О, я не знаю насчёт этого, я просто... Я представляю, что мне помогает быть оборотнем, и Вы знаете, что ещё есть Уэнсдей... Я стала очень популярной после того, как она появилась на моём стриме. — Не обесценивай себя, используя меня. Я сдеру с тебя кожу живьём, Синклер. Гомес кивнул. — Я согласен с моей дорогой гадюкой. Это несправедливо по отношению к тебе и к ней. Резко вдыхая, Энид вскочила с кресла, подбежала к Уэнсдей и уложила девушку пониже ростом на свою кровать. — О, моя луна, мне так жаль! Гомес хихикнул, пока парочка каталась по кровати. Уэнсдей пыталась оттолкнуть оборотня, а Энид пыталась покрыть гота небрежными поцелуями. Аддамс-старший посмотрел на экран компьютера, и его голова слегка наклонилась, когда он прочитал некоторые из появившихся комментариев. «Итак, сэр, есть ли у вас какие-нибудь постыдные истории об Уэнс???» «БОЖЕ МОЙ, ДА!!! Какой была Уэнс в детстве?!» «ПОЖАЛУЙСТА!!! Ты должен рассказать нам!!!» Гомес сел в кресло за столом, на его лице появилась хитрая ухмылка, и он радостно хмыкнул в задумчивости. — Стыдные истории о моей маленькой гадюке... Боже мой, их слишком много, чтобы выбрать! — НЕТ! — Уэнсдей молниеносно вскочила с кровати, и Энид упала на пол с громким визгом и глухим стуком. — Если ты хочешь сохранить свой язык, ты будешь молчать, старик! — Или, возможно, она сможет опозориться, отдав Энид свой подарок... Уэнсдей ахнула, а затем громко прошипела, и её глаза стали чёрными. — Предатель! Как ты смеешь раскрывать меня перед этими пиявками! — Подарок? Уэнсдей посмотрела вниз на Энид, которая всё ещё лежала на полу. — Я... Э-это должен был быть сюрприз... после дуэли и после того, как мой отец уедет... Энид вскочила с пола, ослепительно улыбаясь. — Можно мне его сейчас?! Уэнсдей бросила испепеляющий взгляд на Гомеса, а затем, раздражённо фыркнув, подошла к своему столу. — Что ж, больше нет причин скрывать это, раз уж кто-то испортил сюрприз, — она грубо выдвинула левый верхний ящик и достала маленькую тонкую коробочку. Она вернулась к Энид и протянула той её. — Вот. Если ты заплачешь, я выйду из комнаты. — Нет, ты этого не сделаешь. — ...Просто открой свой подарок. Энид открыла маленькую коробочку, и её глаза расширились при виде чёрной чешуйки в форме сердца на фоне белого шелка. Она подняла её за тонкую платиновую цепочку, на которой она висела. На лицевой стороне чешуйки было выгравировано имя «Энид». Блондинка снова посмотрела на Уэнсдей, её зрение размылось от слез. Уэнсдей вздохнула, раскрывая объятия. — Я же сказала - не плакать. Энид зарылась в объятия Уэнсдей, тихо всхлипывая и прижимаясь лицом к её шее. — Я так сильно тебя люблю. Гот собиралась ответить, пока не услышала другое всхлипывание. Она застонала, когда посмотрела на своего отца. — И ты туда же. Гомес тихо всхлипнул, вытирая слезы носовым платком. — Я-я просто так счастлив за вас двоих, мои дорогие дочери! — Я не приглашу тебя на свадьбу.