Инструкция по вывозу ребенка в чемодане

— Минхо, а ты не видел мой чизкейк? — спросил Хан, пристально огладывая холодильничек, но от того насколько внимательно смотрит юноша тортик там не появлялся. — Он был вкусный. — пожал плечами Минхо, смотря в книгу. — ЛиНоу, как ты мог сожрать моего возлюбленного? — начал наигранно трагично восклицать Сон, бросив в Ли какой-то ручкой со стола. Он попал в старшего, но тот не дернулся, не посмотрел в сторону юноши. — Я вроде тут сижу, живой — фыркнул танцор, все также не отрываясь от книжки. Конечно, это была шутка, сам Джисон понимал это, но тогда почему щеки и уши стало так сильно печь. Сон ничего не ответил и вернулся за стол, усаживаясь за ноутбук и надевая наушники. Он продолжил работу над своей лирикой для новой песни. Только вот в голову ничего не лезло. В голове был один Ли, чёрт бы съел этого котомальчика. Два дня после того как Ли брал его в зал на свою тренировку (хотя и выставил младшего потом) они почти не разговаривали. Хо проводил больше половины своего времени на тренировках и курсовых занятиях, но это еще можно объяснить тем, что Ли сюда приехал, чтобы танцевать, совершенствоваться и побеждать, но почему в свободное от курсов время они хоть и сидели вместе в одной комнате, но Минхо совсем не уделял внимания младшему. А еще, что не менее важно это то, что старший перестал присылать стикеры с его котами на сообщения о том, куда он ушел из комнаты и когда вернется. Не то чтобы младший обижался, но мог бы быть и поярче проявлять свои эмоции. Хо продолжал лежать на кровати и с интересом читать книгу, точнее смотреть в нее, потому что читать он перестал еще после диалога с Ханом. Придется покупать белке чизкейк. Завтра и купит. А сейчас радовало то, что Джисон сидит спокойно и не скачет как в ужаленный по комнате, будто пытается разрешить их временное жилище. Но стоило только Ли подумать о том, что Джисон слава тебе Господи притих и дал ему насладиться тишиной, как на книгу опускаются чужие ладони и забирают ее из рук танцора, а на бедрах ощущается вес тела младшего. — Минхо — тишина, — Минхо-я! — молчание, — Минхо-хён. — Ли смотрит туда, где когда-то была книга, — Минхо, хватит меня игнорировать, о чем таком ты задумался? — О том как бы тебя заткнуть, неугомонный. Займись своим делом, дай мне почитать. — Джисон надул губы и слез с ног старшего, уходя обратно к столу и заматываясь в плед. Возможно, Минхо и перегнул немного палку, но он на нервах перед предстоящим выступлением. Хан должен его понять. Только вот Джисон мысли не читает, а о своем нервном состоянии Хо не говорит.

***

Проснулся Минхо в пустой комнате. Один. Ноутбук младшего на удивление выключен. Хо глянул в телефон, но новых сообщений от Джисона не было на экране, зашел в приложение — ничего не изменилось. Странно. Сегодня у Ли не было никаких курсов, как и завтра. Эти два дня выделены для конкурсантов как последнее время для подготовки перед выступлением. Хо решил прогуляться по Токио полдня, а вторую половину дня провести уже в зале. Поэтому быстро позавтракав в общей столовой, собрался и вышел с территорию, сев на автобус в центр города. Утром столица выглядела не хуже. Конечно, не было уже такого восторга, какой был впервые при виде вечернего, подсвеченного города, но все равно виды радовали глаз. Ли сначала зашел в магазин продуктовый и пошел к холодильникам с тортиками. Там было огромное количество разного сладкого, как в холодильнике так и на полках рядом. Ли взял целый чизкейк, а не кусочек (они все равно не очень большие), а потом перевел взгляд выше. Там стояло много пудингов с абсолютно разными вкусами, но его взгляд упал на единственную красиво упакованную сладость. Фисташковый. Ли никогда не пробовал такое. Даже не задумываясь взял и ушел к кассе довольный своими покупками. Прогуливаясь по главным улицам, Минхо заходил практически во все магазины, смотря все, что там продают. Была бы возможность, то он скупил бы все, ведь там было много всякого мерча с аниме. Больше чем много. Но в одном магазинчике бросилась в глаза полочка с мягкими вязанными игрушками. Хо повернулся к женщине, которая стояла за прилавком. — Они необычные, сколько стоят? — Это игрушки амигуруми. Чудесный подарок для детей и даже для взрослых, как украшение в комнату — улыбнулась женщина и вышла из-а стойки, подходя к Минхо. Почти все японцы в глазах Ли выглядели загадочно и эта женщина не исключение. Она долго смотрела на игрушки, потом перевела взгляд на Минхо, изучая его взглядом. А после потянулась к вязанным животным, беря с полки трехцветного милого кота. — Вам подойдет, это Микэ-Нэко, он приносит удачу. — улыбнулась продавщица, а Ли взял кота в руки, разглядывая его так, будто никогда не видел игрушек. — А вы можете подобрать также игрушку для моего друга? — кивок — Он шумный, эмоциональный, ведет себя как ребенок, но в этом его…шарм? У него довольно большие милые щеки из-за чего он похож на ребенка. Еще он не спит по ночам, а потом отсыпается днем или вечером… — Момонга — японская разновидность белки — женщина берет другую игрушку с полки. Серый очаровательный бельчонок, оказывается во второй руке Хо и танцор уже не знает, что им движет. Он вышел из магазина уже с двумя небольшими пакетами. — Кто идиот? Конечно, я. — пожимает плечами Ли. Если Хани не оценит момонгу, то пойдет сам объяснятся перед продавщицей о причине возврата. Ли вернулся в корпус и залез в телефон, сообщений от Джисона все еще не было, как и самого юноши. Комната все также пустовала. Ли почувствовал неприятный ком в груди — волнение. Неприятное чувство, да и ничего хорошего не предвещает. С чего бы ему вообще волноваться за этого маленького несносного воришку чужих пудингов? Но…куда-то же Сон делся. — Куда же ты делся, Хани? — шептал Минхо, набирая номер телефона и нажимая кнопку вызова.

***

Джисон гулял по территории, слушая музыку в наушниках и поставив телефон на беззвучный режим. Он не написал утром Минхо, что ушел гулять, не написал где и что уходит на весь день. Он не понимал почему его так обижает безразличие со стороны Ли, но утром он решил, что Минхо будет плевать, что Джи ушел неведомо куда. Сам Хан не знал куда шёл. Просто куда придется. Главное, чтобы наушники до вечера не сели, а то бродить в тишине было бы грустно. Юноша иногда любил просто бесцельно шляться. Обычно это случалось, когда был творческий застой и ничего нормального в голову не приходило. Сейчас тоже была проблемы с лирикой. Джисон сел под дерево в позу лотоса и просто сидел под ним, смотря куда-то прямо перед собой, пока не уснул, слишком сильно погрузившись в себя. А вот проснулся Хан уже когда был закат. Парень достал телефон и посмотрел на время, но его внимание было обращено не к циферблату, а к уведомлением на экране. — Сорок семь пропущенных… Мне конец. — Джисон посмотрел в траву, сглотнув. Кажется, он поторопился с выводом, что старшему плевать, а теперь будет огребать. Что-то теперь не очень хотелось возвращаться в корпус, там его ждал явно злой (мягко говоря) Минхо. Сон поднялся с земли и отряхнулся, нехотя плетясь в сторону своей смерти, мысленно уже находясь в загробном мире и представляя как он там обустроится. Причем Хан не преувеличивал, ему действительно было страшно. И страшно будет на протяжение всего пути до точки невозврата. Только Джи не учел, что «точка невозврата» может сама к нему прийти. Джисона схватили сзади и со всей силы ударили по заднице, но юноша даже не успел начать выкарабкиваться и кричать, потому что задрал голову и наткнулся на злой взгляд ЛиНоу. — Где тебя черти носили, несносный ты ребенок?! Ты знаешь как я волновался?! Тебя не было весь день и ты даже не удосужился мне написать о том, что гуляешь где-то здесь! — кричал Ли, негромко, но все равно страшно было. У Джисона навернулись слезы, а Хо, увидев это, тут же ослабил хватку и отступил. Выражение его лица сменилось практически моментально с недовольного на растерянное. — Я напугал тебя? Но ответа Мин не получил, Джисон кинулся на него, обнимая и пряча лицо где-то в его груди. Старший неловко обнял того в ответ. Так и стояли вдвоем. Обнимались и наслаждались моментов. Оба неосознанно хотели, чтобы это продолжалось, не заканчивалось до завтрашнего утра. Но уже смеркалось, завтра новый день, а у Минхо зазвонил телефон. Он достал телефон из кармана, не прекращая обнимать Джисона одной рукой, и ответил на звонок. — Да, Джинни?..Я рад за тебя, принцесса, не потеряй теперь только его из-за своей брезгливости… Не зарекайся, я ведь реально испеку тебя… Иди давай, романтик — Хо повесил трубку и опустил взгляд на Хана, который вопросительно на него смотрел — Хёнджин начал отношения с Феликсом и сказал, чтобы я его запек, если он его обидит чем-то. — Так и сказал? — вскинул брови Джисон, начиная смеяться и отрываясь от Минхо. — Да, для меня это пара пустяков. — хмыкнул Ли и приобнял Хана за плечо, ведя к корпусу — а для тебя, грызун, у меня есть подарок. — Надеюсь, это не духовка. — хохотнул Джисон, но, поймав на себе хитрый вгляд, решил не гадать, а то не дай Бог там и правда духовка…

***

— Это правда мне? — запищал Джисон, видя около своего ноутбука чизкейк и мягкую игрушку, которую тут же схватил и начал вертеть в руках, — А это кто? — Момонга. Белка-летяга японская — пояснил Ли, наблюдая за восторгом младшего и почему-то улыбаясь из-за этого. — А этого я знаю, это Микэ-нэко, кошка удачи — Джисон взял вторую игрушку, — Она тоже мне? — Не знаю, женщина продавщица сказала, что она похожа на меня — Хо пожал плечами, усмехаясь. — А давай у меня будет кошка похожая на тебя, а у тебя будет момонга? — Тебе не понравилась момонга? — Понравилась! — поспешно выкрикнул Хан, прижимая к груди белку, а Мин покачал головой, после залившись смехом.