Глава 9
13 июня 2023 г., 18:58
около двух лет спустя
Общий коридор в элитном жилом комплексе был облицован блестящими плитами под мрамор. В этих наполированных панелях можно было увидеть своё отражение и достаточно четко. Из-за высоких потолков шаги идущего отскакивали от стен звонким эхом. Каждая мелочь в этом проходном месте так и была пропитана лоском и дороговизной. На двадцать девятом этаже роскошного современного сеульского здания располагалась двухкомнатная квартира, погруженная во мрак и тишину. Если бы вы вошли из общего коридора в эту жилплощадь, то сперва подумали, что здесь никого нет. Одна стена в спальне от потолка до пола была застеклена панорамными окнами. С этой комнаты открывался завораживающий вид на никогда не спящий ночной Сеул. Помещение же было окутано в полумрак. Единственным источником света оставалась светодиодная лента, что была спрятана внизу бортиков каркаса огромной двуспальной кровати. В дневное время незнающий человек не мог догадаться о её наличии, так как приделана она была очень грамотно с внутренней стороны каркаса койки. Однако сейчас, в ночной тьме, она была включена и безумно эстетично подсвечивала всю комнату красным светом. Внезапно в тишину комнаты врезается стон, больше похожий на крик. На огромной кровати со скомканным постельным находилось два черных мужских силуэта. Крик в красной комнате издал человек, стоящий раком на прогнувшимся от веса матрасе. Парень с темно-коричневыми волосами выгнулся в спине до хруста в позвоночнике, сильно сжимая в кулаке попавшуюся под руку подушку. – ААХ~, – шатен всхлипывает и обильно финиширует в руку сжимающего его пенис парня, что стоял сзади. На его голове красовались жемчужные блондинистые волосы длиной чуть выше плеч. Парень ускорил темп и в скором времени излился в презерватив с вырвавшимся хрипом изо рта. Принимающий извернулся через спину лицом ко второму и впился своими губами в чужие пухлые лепестки. Жемчужный коротко ответил на поцелуй, а после аккуратно вышел из отверстия шатена. Он удалился из спальни в сторону ванной комнаты. Смыв со своего тела последствия бурного соития, парень вернулся в спальню и лёг на кровать, укрыв нагое тело одеялом по пояс. Человек с коричневыми волосами вновь потянулся к вошедшему за лаской, они слились в поцелуе. – Тебе понравилось? – Конечно, как и всегда, – блондин коротко улыбнулся ему, а затем устремил кошачий взгляд в панорамное окно. – А ты доволен, детка? – Более чем, детка. – Кстати, уже известна дата моей новой выставки. – Как здорово! В какой день? – Послезавтра в музее современного искусства. Открытие в шесть. – Очень хочу прийти. –Тогда всем буду представлять тебя как своего спутника по жизни. – Ты уверен? Не боишься? – Тхуан, мы с тобой уже вместе больше года, – начал жемчужноволосый, – но только Чанбин реально знает кто ты для меня. – Хорошо, я не против и поддерживаю тебя в этом решении, – шатен переместился ближе к блодину, перекинув согнутое колено через лежащего и седлая его. Их тела по прежнему были обнажены, поэтому член Тхуана потерся всей длиной об плоть чужого члена. – Приду при полном параде. – Мгх, – хрипнул от напора Хван, но продолжил: – Я буду ждать, ммАх~, – пока блоднин собирался с мыслями, шатен уже запустил руки вниз под одеяло. Он обхватил руками уже твердеющий фаллос Хвана и без защиты стал вновь насаживаться на него.***
Национальный музей современного искусства находился в самом центре столичного города. Планировка музея весьма интересна. Весь комплекс представляет собой 6-этажное здание. Это гигантское сооружение в действительности выглядит очень уютно, так как над землей возвышаются всего три этажа, а остальные же три спрятаны под ней. Такое интересное решение было принято не только благодаря архитекторам, но и из-за закона, не позволяющего строить здания выше двенадцати метров возле Дворца Кенбоккун (важнейшего исторического и культурного памятника Кореи), вблизи которого и расположен музей. В период Чосон на его территории располагались различные госучреждения и королевская библиотека. Сегодня же это целый комплекс современных зданий, оснащённых просторными помещениями для различных мероприятий, выставок и событий. Именно в этом популярном месте известный в узких кругах художник Хван Хёнджин организовывает выставку своих картин. Происходит это уже не впервые. В течение последних двух лет мужчина сосредоточился на живописи, которое ранее занимало второстепенные роли в его жизни. Он начал активно писать картины, публиковать их в социальных сетях, всячески продвигать это занятие. И это дало свои плоды. Хван относительно быстро начал набирать свою аудиторию, у него скупали работы как для личного пользования, так и дизайнеры интерьеров для своих проектов. Однажды один популярный дизайнер, работающий с телевидением, выкупил у него несколько работ для декорирования переделки жилплощади клиентов. Клиенты эти являлись героями одного популярного шоу на корейском телевидении про всяческие переделки квартир/загородных домов. Результаты работы дизайнера и команды шоу показали на федеральном канале. Естественно, работы, написанные Хёнджином, были видны во всей красе. Это стало спусковым рычагом к популярности среди ценителей искусства: чуть менее года назад ему в директ пришло сообщение от официального аккаунта национального музея современного искусства о желании сотрудничества с Хваном. Довольно в скором времени была организована первая выставка некоторых картин художника. Публика тепло восприняла это, поэтому Хёнджин постепенно начал обзаводиться новыми почитателями, клиентами и уважением. Прямо сейчас из зеркала на Хёнджина глядит высокий статный мужчина. Его черный монохромный аутфит состоял из классических брюк, майки с глубоким круглым вырезом, оголённые ключицы скрывал шёлковый пиджак. Натёртые до блеска лоферы он надел на, как казалось наблюдающему, босую ногу. Однако же этот эффект был достигнут с помощью носков-невидимок. Крашенные в жемчужный блонд волосы длинной чуток выше плеч были деликатно уложены. Хёнджин собирается на свою вторую по счёту персональную выставку, которая начнется ровно через один час. Выйдя из своей двухкомнатной квартиры с панорамными окнами и закрыв её, он грациозно прошёлся по пустому зеркальному коридору до лифта. Наконец-то оказавшись снаружи элитного жилого комплекса, он сел в свой неизменный черный Мерседес и поехал в направлении Дворца Кёнбоккун. ‹queen - killer queen› По приезде в национальный музей он оставил свой любимый автомобиль на парковке. Вообще, это была не просто выставка картин. Благодаря музейным организаторам было создано целое светское мероприятие для ценителей современного искусства. По этой причине, когда Хван дошёл до самого комплекса, то увидел при входе поставленный стенд с информацией о предстоящем мероприятии на сегодняшний вечер, что оно из себя представляло и собственно имя и фотография самого автора экспонатов Хвана Хёнджина. На длинных столах, стоявших по бокам внутреннего дворика, сервировали фуршет из многочисленных закусок и изысканного алкоголя. Сам двор уже был заполнен интеллигенцией разных возрастов. Когда Хёнджин вошёл туда, то его сразу же заметил директор музея и по совместительству его хороший друг Ким Намджун. ‒ А вот и виновник торжества, ‒ Ким похлопал блондина по плечу. ‒ Как самочувствие, дружище? ‒ Привет, Намджун, ‒ улыбнулся осветлённый старшему. ‒ Чувствую себя на все сто. Слушай, как ты всё офигенно организовал. Всё так чинно и благородно. ‒ Естественно, подобные мероприятия должны соответствовать статусу нашего музея. А теперь давай всем расскажем, кто сюда пришёл, ‒ Джун дружелюбно подмигнул Хвану и в следующую секунду уверенно повысил голос, чтобы его услышало как можно больше людей. ‒ Дорогие друзья, ‒ все присутствующие обратили внимание на источник шума и повернулись к нему. ‒ На вечеринку наконец-то прибыл её король. Давайте поприветствуем талантливого художника, автора экспонатов этой выставки и просто красивого человека ‒ Хвана Хёнджина! ‒ на весь двор звонко прозвучали достаточно продолжительные аплодисменты. Кто-то в толпе даже присвистнул. От такого пафосного представления и тёплого приёма блондин смутился, слегка покрываясь румянцем. Он учтиво согнулся в приветственном поклоне градусов на пятнадцать, а затем поднял голову и улыбнулся, быстро окинув взглядом всех многочисленных присутствующих. С краю толпы Хёнджин заприметил мужчину, который ну очень похож лицом и волосами на его старого знакомого Бан Кристофера Чана. Он стал неосознанно всматриваться, но тут его отвлёк Намджун и Хёнджин забыл про этот инцидент.***
Когда народ начал возвращаться к светскому общению между собой, Хёнджин расслабился и потянулся к фуршету. Он лёгким движением подхватил бокал на длинной ножке, куда было разлито игристое вино, и неспешно отпил. К блондину, стоящего у столов, подошли его знакомые. В их числе были художники, просто приятели, бывшие одногруппники и коллеги. Они затянули его в разговор, просили сфотографироваться или сняться в сторис. Взаимодействуя с другими людьми, блондин параллельно достал телефон. На панели уведомлений высветилось только что пришедшее сообщение из мессенджера от его бойфренда Тхуана. Он написал Хвану, что добрался до музея. Прочитав это сообщение, он одной рукой напечатал, что стоит в небольшой кучке людей у длинных столов с едой. Через несколько минут Тхуан пробирался сквозь толпу к своему парню. Подходя совсем вплотную к компании, в которой находился блондин, он окликнул того. – Хёнджин-а! – Тхуан, – когда люди вокруг Джина расступились, уступая место вошедшему, блондин подошёл совсем близко к парню и коротко поцеловал того в губы. Беря шатена за руку, он, как и обещал первому несколько дней назад, сообщил всем присутствующим. – Дамы и господа, прошу вас познакомиться с моим спутником по жизни, Кан Тхуаном. Спустя десять минут директор музея Ким Намджун объявил об официальном открытии выставки, гости потянулись вглубь здания к экспонатам. Во внутреннем дворике остался только обслуживающий персонал. Главный художник этой выставки также удалился в помещение, держа за руку Кан Тхуана. Весь последующий час Хёнджин был занят общением с посетителями. Каждую минуту кто-то да подходил к нему и что-то ему рассказывал, как-то завлекал внимание. Хёнджин же чувствовал, что должен каждому уделить должное количество своего обаяния. Знаете, лично мне напоминает это сцену из книги М. Булгакова "Мастер и Маргарита". Где Маргарита была королевой на балу Воланда и обязанностью её было приветвовать каждого гостя. Ей ещё каждый мужчина целовал руку. В рамках этикета, конечно. Всё это было очень утомляюще, под конец мероприятия корона и украшения настолько сильно сдавили её голову и обнаженную кожу, что у Маргариты потекла кровь. Но это я не к тому, что Хёнджин был от этого не в восторге или... истекал кровью. Наоборот, он был очень польщён и даже смущён таким вниманием. Он не осознавал почему его знает такое большое количество людей. Тхуан всё это время был рядом с Хёнджином и просто поддерживал его своим присутствием.***
– Хёнджин-а, я отойду в уборную. Не теряй. – Ага, понял. – Скоро вернусь. И Хёнджин остался один. Он постоял так какое-то время, взглядом изучая присутствующих. Вдруг его телефон зазвонил. На экране высветился неизвестный номер. Хёнджин насторожился, сведя широкие тёмные брови к переносице. Вообще, почему-то он абсолютно не хотел отвечать, как будто что-то внутри ему говорило не делать этого. Однако, человеческое любопытство одержало победу над этим острым чувством. Он нажал на кнопку принятия вызова, прижал к уху телефон. – Алло? – вопросил жемчужный. В динамике прозвучал до боли знакомый голос. – Хёнджин, – пробасил абонент в ухо блондина. – Да? – Обернись, – Хёнджин словно по команде повернул голову назад, всё ещё прижимая чуть сползающий вниз телефон. Жемчужноволосый стоял в самом центре помещения спиной к одной из стен, на которой были вывешены его же картины. Одна из них особо выделялась. Она была написана на большом холсте с деревянным каркасом. Хёнджин изобразил на белом полотне бушующие волны. Цвета красок выбраны художником очень насыщенные. Справа совсем у края выглядывал кусочек леса, растительности. По горизонтали холст был условно поделён на практически равные части небом и водой. Небо лазурного цвета проглядывало сквозь небольшие окошки между ватных облаков. Море же имело тёмно-синий цвет и у песчаного берега взбивалось в пену. Писал эту картину Хёнджин спустя недели три после гостинга со стороны Феликса. Тот период был тёмным лесом для Хвана в ментальном плане. Ведь не успел он отойти от аварии родителей, как любимый человек, которому Хёнджин доверял больше всего, выбросил его из жизни как последнюю дешёвку. Апатию он старался глушить каким-нибудь занятием. Это могло быть либо уход с концами в работу, либо в рисование. Спустя время чёрная полоса в его жизни подошла к концу, Хёнджин сделал из любимого хобби профессию, которая приносит доход. Теперь у него было всё, о чём только можно было мечтать. Хёнджин старался не думать о прошлых неудачах в отношениях, особенно о своём последнем и, пожалуй, самом травмирующем опыте. Только до горечи смешно, что от коротеньких романтических отношений ему потребовалось отходить гораздо дольше, чем они длились. Прямо сейчас в этом помещении среди других гостей один человек стоял аккурат у этого экспоната. Он держал в руке телефон, прислонивши гаджет к уху. И смотрел прямо на Хёнджина. Когда художник обернулся, то его взор упал прямо на человека у волн. Он на некоторое время потерял дар речи, стоя вполоборота и глядя на человека с телефоном. Он даже перестал моргать. Несколько секунд Хёнджин пристально пялился на него. Блондин отмер и тихо промолвил в микрофон смартфона: – Феликс? Некогда крашенный блондин теперь стоит с красиво уложенными волосами своего природного угольного цвета. Одет он был в чёрные широкие джоггеры на заниженной талии. Живот был открыт из-за укороченного бархатного пиджака и белой кроп-топ рубашки с выглаженным галстучком. На ногах красовались лаковые мартинсы с высокой подошвой. Иронично, что брюнет стоял прямо у картины с волнами. Ведь именно на неё Хван в своё время вылил всю ту боль, что ему причинил Феликс. Вот теперь правда смешно. Забавно. – Да, это я, – сказав это, Феликс начал приближаться. – Что ты здесь делаешь? – Хёнджин не глядя сбросил вызов, адресуя свою реплику лично теперь уже брюнету. – Джин, давай поговорим, – угольный снизу вверх посмотрел прямо в глаза жемчужному. – Это что, шутка?! – ещё более обескуражено возмутился блондин. – Что тебе нужно? – он как будто защищался от происходящего, всё ещё стараясь держать лицо. – Я понимаю, как это выглядит со стороны, но... – тут Феликса оборвал подошедший Тхуан. – Джинни, что происходит? – в непонятках шатен взял блондина за руку и вопросительно посмотрел на незнакомца. – Кто это? – Я сам уже ничего не понимаю... – Хёнджин, прошу, пожалуйста, выслушай меня! – чуть ли не умоляя выпалил брюнет. – Ты просто ставишь меня сейчас в неудобное положение перед всеми в этом зале, – с холодком процедил Хван. – Зачем и почему именно сейчас? – Пожалуйста. Я не отниму у тебя много времени. – Ладно, – через силу снизошёл Хёнджин. Затем обратился к рядом стоящему шатену. – Милый, я скоро вернусь. Давай выйдем, Ли, – высокий крашенный блондин повернулся спиной к этим двоим и удалился к запасному выходу. Феликс быстро догнал его, сравнявшись в одну линию. Первый вывел их в какой-то закуток снаружи, где никто никогда не ходил. Одинокая лавочка была прижата к стене рядом с дверью. – Итак?
