Это не слабость

Из своего дома Реджина перенеслась в комнату под склепом. Как только она оказалась одна, ничего не мешало дать волю ярости и боли, которые она испытывала. Несколько часов брюнетка сметала все со столов, ломала стулья, разбивала склянки и картины. Выбившись из сил, она спустилась на пол и беззвучно заплакала. Она все испортила. Голд предупреждал, что у магии будет своя цена, и этой ценой оказались Эмма Свон и Генри. Всего на секунду ей показалось, что она победила, но с возвращением магии блондинка обрела давно потерянные воспоминания. Теперь они оба ее ненавидят. Единственные люди, которые ей так дороги. Истратив весь запас эмоций, женщина начала восстанавливать разрушенную комнату. Благодаря магии это было довольно легко. Ей не хотелось возвращаться домой, и уж точно не хотелось появляться в мэрии. Она может дать себе хотя бы один день передышки, ничего страшного не случится. Тем более, что все самое страшное уже произошло. Закончив мерить комнату шагами, Реджина остановилась перед зеркалом. Она провела перед ним рукой, и вместо ее отражения появилось отражение Эммы Свон, стоящей в ванной Белоснежки. Она смотрела прямо перед собой, лицо было красное и слегка опухшее. Девушка явно не спала всю ночь, как и сама Реджина. Блондинка умылась и немного освежила лицо, хотя на нем все равно остались видны следы сломавшейся жизни. Она не видела человека напротив себя, но если бы могла, то заметила бы катившиеся по нему слезы, которые, казалось, уже должны были закончиться. Взмахнув рукой еще раз, Реджина вернула зеркало в прежний вид. Ей нужно поспать. Сегодня она точно не выйдет из своего склепа. Глядя на свое отражение, она вытащила сердце из груди и убрала его в один из многочисленных сундучков. * * * С того злополучного вечера прошло несколько дней. Эмма и Реджина ни разу не пересекались. Блондинка слышала от горожан, что в тот день мэра вообще не было на своем месте, секретарша уже начала бить тревогу, но затем она появилась в мэрии и, как ни в чем не бывало, вернулась к работе. Эмма ежедневно пыталась чем-то себя занять. Перебирала бумаги, бесцельно каталась по городу, часами сидела «У Бабушки» и много времени проводила с сыном. Она начала избегать Мэри-Маргарет, потому что не могла просто разговаривать с ней как с подругой, когда перед глазами всплывали обрывки воспоминаний из первых минут ее жизни. В конце концов, девушка не смогла держать все в себе, ей было необходимо с кем-то поговорить. Этим «кем-то» стала Руби. Сидя за барной стойкой после давно закончившегося обеда, Эмма начала разговор. - Слушай, Руби, я хочу тебе кое-что рассказать, но ты должна пообещать, что никто об этом не узнает. Ни единая душа, хорошо? - Эмс, конечно, я обещаю! Я жду этого разговора уже 3 дня, пока ты тут слоняешься как призрак. Не решалась у тебя спросить, подумала, что ты сама расскажешь, когда будешь готова, - девушка подбадривающе сжала плечо блондинки. - Спасибо, - Эмма грустно улыбнулась. - Ты помнишь тот вечер, когда мы с тобой танцевали, и я рано уехала, чтобы потом поговорить с… кое-кем? - Разумеется. Между вами что-то произошло? - Да. Она прекрасная. Иногда невыносимая, но все равно замечательная. Мы были вместе чуть больше пары недель, но я была действительно счастлива. И думаю, что она тоже, хоть и не говорила об этом прямо. Но потом кое-что случилось. Скажем так, я узнала некоторые факты о ее прошлом, и оказалось, что она была ужасным человеком. Я имею в виду… я ведь тоже не идеальная, но она была реально плохим и злым человеком. Руби, я верю, что люди могут меняться, но я не знаю, что делать. Я боюсь, что все это, что было между нами… не было искренним. - Да уж… Хотелось бы и мне встретить такого человека и испытывать такие же чувства. - Что? Ты меня совсем не слушала?! - Эмма, иногда ты ведешь себя как полная дура, - Руби взяла блондинку за руку и улыбнулась. - Люди и правда меняются. И какое тебе дело до ее прошлого, если сейчас оно никак не влияет ни на тебя, ни на ваши отношения? Ты в Сторибруке уже больше полугода, и я предполагаю, что с ней знакома примерно столько же. Неужели ты бы не заметила, что она действительно все тот же ужасный человек? - Не знаю… Я не вижу в ней ничего плохого. Конечно, иногда она совершает странные поступки, но ведь так делают все люди. Я знаю, что другие ее не любят, и раньше не могла понять - почему. Теперь, кажется, понимаю… - Тебя волнует, что окружающие думают о ней? - Нет. Точнее раньше не волновало, но сейчас… - Эмс, возможно это прозвучит грубо, но у тебя есть рот. И он не только для того, чтобы лизать. Поговори с ней. - Наверное ты права. Спасибо, Руби, - Эмма усмехнулась и сжала руку подруги. Девушка взяла со стола стакан с остывшим горячим шоколадом и уже собиралась уйти, когда со звоном колокольчиков над входной дверью в кафе появилась Реджина. Эмма выронила стакан и попутно пролила все его содержимое на себя. Глаза Руби расширились и перемещались между двумя женщинами. Выскочив из-за барной стойки, она подбежала к подруге, подняла с пола пустой стакан и стала поспешно передавать ей салфетки. - Реджина Миллс? Ты что, издеваешься? - шепотом спросила Руби. - Ты обещала - никому ни слова. - Никому я не скажу! Но Реджина Миллс? Ахринеть… - Вам стоит взять выходной, шериф. Если вы не можете удержать в руках картонный стаканчик, я боюсь даже представить, как вы выполняете свою работу. Руби, я могу сделать заказ? - Взгляд мадам мэр лишь на секунду задержался на лице блондинки, когда она прошла мимо нее. - Разумеется, одну минуту. Безуспешно пытаясь оттереть со своей одежды пролитый напиток, Эмма пристально смотрела на брюнетку. Та даже не дрогнула, когда увидела ее. Отпустила очередное замечание и с надменным видом вернулась к своим делам. Так это все и правда было ненастоящим? Выбросив мокрые салфетки в ведро, девушка выбежала из заведения, громко хлопнув дверью и не обращая внимания на то, как на нее обернулись все посетители. Пока она сидела в желтом жуке, положив голову на руль, к ней подсел Генри, уже вернувшийся из школы. - Мам? Ты в порядке? - Нет, Генри, я не в порядке, - Эмма подняла голову и откинулась на сиденье. - Это из-за мамы? Я видел, как она зашла к «Бабушке», а ты оттуда выбежала. - Да. Ты на редкость проницателен, пацан. Ты с ней виделся? После того вечера? - Пару раз. Заходил в мэрию, пока она работала. Ей тоже плохо. - С чего ты взял? Она только что вела себя как высокомерная идиотка. В общем-то как всегда, - блондинка обернулась к сыну и быстро исправилась. - Извини, наверное я не должна так говорить, она все таки твоя мать. - Ничего, я привык, - улыбнулся мальчик уголком губ. - Но я знаю ее дольше тебя. И всегда вижу, когда она сама не своя. Теперь это заметно еще больше. Она будто что-то сделала с собой, стала еще холоднее. Так она отгораживается от своих эмоций, и если я прав, то сейчас ей, должно быть, совсем невыносимо. - Что такого она могла с собой сделать? - Ну не знаю, у нее же есть магия. Вырвала сердце или типа того. В моей книге она постоянно так делала с другими людьми. Точнее та ее версия. - Не думаю, что возможно жить без сердца. Даже с магией. - Ты ведь ее любишь, да? - Ч…что? - Эмма начала заикаться и с недоверием смотрела в лицо сына. - Ты ее любишь. Это видно по тому, как ты на нее смотришь. Также Прекрасный Принц смотрел на Белоснежку. - Откуда ты… - Откуда знаю? Я же не глупый, - мальчик улыбнулся и развернулся к блондинке, чтобы лучше ее видеть. - Мама никогда так часто не разрешала мне ночевать у друзей, и ты тоже поддерживала каждую мою вылазку. И еще тебя часто не было в участке, когда я заходил, хотя машина стояла там. Я давно понял, что вы что-то скрываете, то только недавно догадался, что именно. Я думаю, что она тоже тебя любит. - Нет. Это невозможно. Она врала мне все это время, и она сказала, что я должна разрушить проклятье, над которым она так долго работала, и она вернула себе магию, чтобы ты не смог заставить меня поверить, и… -  И она это сделала, потому что боялась потерять тебя. Она думала, что ты будешь ее ненавидеть за все, что она сделала. Но она стала другим человеком, мам. - Разве не ты все это время убеждал меня в том, что она злая? - Да. Но ты мне не верила, ты чувствовала, что она хорошая. И ты оказалась права, - Генри снова улыбнулся во все зубы. - В тот вечер перед тем, как мама вернула себе магию, и ты приехала, чтобы забрать меня, мы разговаривали. Она рассказала мне, почему стала злой. - Правда? - Ну, она сделала вид, что мы говорим о персонаже из сказки, но говорила о себе. Ей через многое пришлось пройти, и в книге об этом нет ни слова. Ее мать убила ее первую любовь из-за Белоснежки. И вообще она очень плохо обращалась с Реджиной. Никто ее не понимал, и вся боль, которую она пережила, действительно ожесточила ее. В ее сердце осталась только жажда мести, поэтому она и наложила проклятье. Но потом она поняла, насколько была одинока на всем своем пути, и что месть не принесла ей счастья. Тогда она усыновила меня. А потом появилась ты. - И все испортила? - усмехнулась Эмма. - Сначала да, - рассмеялся Генри. - Она догадалась, что ты Спасительница. И боялась, что ты заберешь меня, и она снова останется одна. А потом она влюбилась. Я знаю, потому что видел, как она изменилась с того момента, как я стал чаще ночевать у друзей. - Это все она тебе рассказала? - усмехнулся мальчик. - Не совсем. Только начало, об остальном я догадался сам. - И ты не против? - Конечно нет! Мы же можем стать настоящей семьей! И мама помирится с Белоснежкой, если ты будешь жить с нами. - Жить с вами? Ого, далеко же ты зашел, пацан. Эмма и Генри молча улыбались друг другу, а затем крепко обнялись. - Мне стоит поговорить с ней, так? - Ты и сама знаешь ответ. - Как всегда прав, пацан. Генри, а если она и правда вытащила свое сердце, то где она может его хранить? - В книге написано, что все сердца лежат в ее склепе. Она забрала его с собой в Сторибрук. - Может ты даже знаешь, где его можно найти? - В лесу, недалеко от кладбища. - Значит я отвезу тебя к Мэри-Маргарет, и направлюсь туда. - Отвезешь меня к своей маме, ты хотела сказать? - Я пока не готова так ее называть. Остановимся на Мэри-Маргарет. - Вас понял, мэм, - рассмеялся мальчик. Спустя полтора часа Эмма стояла перед входом в склеп. Он казался величественным и неприступным. Дверь была заперта, но блондинка была уверена, что это не станет проблемой. Поковырявшись в замке несколько минут, Эмма распахнула дверь и спустилась вниз. Она оказалась в темной комнате, одна из стен которой была сверху донизу забита небольшими шкатулками. Больше половины из них светились красным. Осматривая необычное помещение, девушка проводила рукой по коробочкам с сердцами, гадая, которая из них принадлежит Реджине Миллс. Внезапно свет в одной из шкатулок стал ярче, когда Эмма коснулась его. Она быстро одернула руку, и он пришел в норму. Недолго думая, она достала нужную шкатулку и открыла ее. Внутри лежало темно-бордовое сердце, которое сверкало ярко-красными переливами, будто светлыми прожилками, и неспешно пульсировало. Девушка моментально поняла, что это то самое сердце. И в эту же секунду содержимое коробочки исчезло из ее рук. - Это не принадлежит вам, мисс Свон. Что вы делаете в моем склепе?