Не вздумай спалиться!

— Вот ну на шута ты устроила генеральную уборку из-за одной капли, и то на внешней стенке? — спросил Северус, наблюдая, как я вычищаю уже который котел. — Цитирую: Кто экономит на чистоте, Тот или вор, или свинья! — пропела я, отложила щетку и взглянула на дно. Оловянная поверхность сверкала в свете этак пары тысяч свечей, и я увидела свое отражение: взъерошенные угольные волосы, которые я пыталась прихватить лентой минут десять, психопатично-яростное выражение лица (ненавижу убираться). — Ага, этот можно откладывать, — я оглядела лабораторию. Котлов, пробирок и прочего зельеварческого оборудования тут было завались, но с большей частью я уже разобралась. Взяла котел поменьше, осмотрела и принялась отчищать какую-то присохшую хрень, удивляясь тому, что пахла она вполне нормально, в отличие от большей части эликсиров, которые я уже успела узнать и даже применить на себе. — А ты у нас ни к тому, ни к другому, конечно, не относишься? — съехидничал Северус. — Один раз у одноклассника кусок шоколадки сперла, а что? — И что тогда убираешь тут? — Потому что я — не вор, я — воровка! Разные вещи! — Я повернула котел к свету. Непонятной субстанции стало в разы меньше. — Те сложнее было отмывать. Из-под чего он? — Из-под снотворного! — Даже спрашивать не буду, на кой тебе снотворное. — Это не мне, Альбус просил. Да оно уже точно работать не будет, можешь не беспокоиться, — добавил зельевар. — Ну и то хлеб. — Я снова взглянула на котел. Особых усилий я для очистки не приложила, но он уже сиял. — Все, это был последний. — Перчатки надень, когда варить будешь, — напомнил Северус. — Кого там черти принесли?! — поинтересовалась я, услышав шипение летучего пороха и голос в гостиной Ужаса Подземелий. Я открыла дверь пинком и вышла. — А, это ты. Я уже взъярился. С Рождеством, — я махнула рукой. — Тебя тоже, — нервно кивнул Люциус Малфой. — Что заставило тебя повернуть сюда свои стопы? — Чего? — Алис, он тупой, — уведомил меня Северус. — Ааа, спасибо за предупреждение. Че раньше-то не сказал? — Как-то повода не было. — Зачем я тебе вдруг нужен? — изъяснилась я понятнее. — Северус, я тут спросить хотел… — Так, а ну-ка сядь, — я кивнула на два кресла перед камином, — и расскажи нормально, в чем проблема.       Малфой упал в одно из кресел, заламывая руки и загнанно глядя в огонь. — Вон как мы разнервничались, — язвил зельевар у меня в голове. — Слышь, успокойся уже, это твой друг в конце концов. — Если бы я к нему так приперся, то встреча все равно окончилась бы психотерапией для Люца. — Ой, да ладно. Щас выскажется, я на него наору, отправлю домой и пойду разносить твою лабораторию. Ну, что уже случилось? — У тебя же тоже… — Люциус не договорил, коснулся предплечья на левой руке. — Болит. И? — Сев, а если он вернется? — испуганно взглянул на меня аристократ. — Миру пизда, — кивнула я, — только почему этот вопрос ты задаешь именно мне? — Ходили слухи — еще во времена, когда он был жив, — что он абсолютно бессмертен. Кто-то даже считал, что он создал, — последние пару слов Люциус произнес шепотом, — крестраж. — Семь. Я даже знаю, что это за предметы. — Что?! — Что?! — поддержал Малфоя мой друг. — Хоть ты не ори, пожалуйста, Северус! Сейчас я все расскажу. — Слушай, но не смей запоминать. Один крестраж уничтожен, это был тот дневник, который Лорд дал тебе на хранение…       Пока я перечисляла все крестражи Воландеморта, глаза блондина распахивались все шире. Северус, как мне казалось, готов был убить меня за утайку столь ценной информации. — Так он же теперь, по факту, в полной нашей власти, раз мы это знаем! — шепотом воскликнул Люциус. — Желаешь его свергнуть? Напрасно. Я этим заниматься не буду. — Сам обойдусь. — Не замечал я за тобой, Люцик, суицидальных наклонностей. Считаешь, что крестражи не охраняются? Мечтай. — И что тогда делать? — Жить, друг мой, и не мешаться под ногами, тайно подтачивая систему так, как тебе нужно, — отрезала я. — А мы это переживем? — И не такое переживали. — Ну, ладно. Я пошел тогда, не мешаю. — Увидимся, — кивнула я.       Малфой свалил камином, я пошла в лабораторию. — Так, давай я пока тебе расскажу про крестражи, эта инфа тебе вполне может понадобиться, а потом будем варить, - я наугад открыла учебник по зельям для первого курса, — крем для рук. Так вот… — Я пояснила Северусу все, что рассказывала Малфою. Мужчина был просто в шоке. — Конечно… Как можно было не додуматься?! Ведь поэтому он не боялся идти на верную смерть: проверял местность на ловушки авроров, первым шел под обстрелы,— внезапно дошло до него. — Я думала, что он посылал первыми вас, если была угроза. — Нет, Лорд никогда не был трусом. Что же, теперь я знаю, с чем это связано. — Ну, поболтали на прощание, теперь можно и устроить пиздец. — Я встала, сняла мантию с длинными рукавами, оставшись в футболке, а то было бы неудобно. — Слушай, что у тебя с самооценкой? Мне, возможно, кажется, но адекватный человек не станет себя так принижать. Ты же все время как-то о себе оскорбительно отзываешься. — Привыкла к тому, что все идет через нихуя, вот, не отстаю. Так, все, работаем.       Я поставила на огонь котелок, который порекомендовал Северус, нарезала пчелиный воск и кинула туда растапливаться. Следом отмерила указанное (и исправленное Северусом в учебнике) количество цетеарилового спирта и плеснула в небольшую миску. Туда же отправилось эфирное масло мяты, вода, гиалуроновая кислота и раствор витаминов Е и D. К растопившемуся воску я добавила оливковое масло, сняла с огня, осторожно размешала и поставила подальше от своеобразной плиты остывать. На эту плиту отправился котелок с глицерином. И тут раздался грохот. Я юркнула под стол и выглянула из-под него.       Взрыв был такооой! — Конечно, нефиг ставить глицерин на огонь. Плиту выключи! — Сейчас… Где я накосячила? — выбираясь из-под стола и гася огонь под котлом, спросила я. — Глицерин нельзя нагревать по причине образования высокотоксичных газов и взрывоопасности. — А ты решил побыть врединкой и умолчал об этом. Ну елы. — Учись на своих ошибках. Да и все равно, ты слишком много налила. — Ну предположим. — Я кинула этот котел на пол и налила глицерина в новый. — И че делать? Сказано — нагреть. А, бля, это не та строчка. — Вот именно, — улыбку Северуса я слышала через голос.       Я еще раз перечитала часть про глицерин. Оказалось, что добавлять его надо было в заранее чуть подогретую смесь воды, спирта и прочей фигни. Потом смешать с остывшим воском и консервантом — бензиловым спиртом.       Проделав все эти манипуляции, я перелила крем в небольшую баночку и поставила на полку над столом. — Кто молодец? — Я. А ты — талант. — Ну спасибки. Ох, елы, уже восемь вечера? Так, пошли есть, а потом еще что-нибудь закулинарим. Спать я сегодня не планировала. — Закулинарим? Я тебе уже говорил, что у тебя забавная речь со смешными оборотами? — Про обороты точно говорил. — Я достала сковородку и мясо из холодильника на кухне и быстро пожарила. Поев, я вернулась в лабораторию и задумчиво пролистала учебник, оставшийся на столе. — Чего б такого замутить поинтереснее… — Можешь попробовать еще что-то из косметики сделать. — Не, фигня идея. Тут есть хоть один рецепт снотворного? — Ну, тут рецепты вообще-то достаточно унылые, но снотворное где-то было. Пролистай в конец. — Ага, спасибо. — Нужная страница была найдена, и я принялась искать ингредиенты.       Теперь все пункты я читала по два раза, медленно, проговаривая свои действия. Несмотря на эту предосторожность, состав трижды свернулся, дважды убегал из котелка, а отдельные компоненты бесчисленное количество раз взрывались. Северус каждый раз стебал и объяснял, в чем причина.              К часу ночи зелье было готово. — Ну теперь точно молодец. — Сейчас узнаем, — я капнула самодельное снотворное в чашку с водой, размешала и залпом выпила. Зелье имело приятный запах трав, кисло-сладкий вкус и при попадании в воду из серебряного становилось светло-зеленым. Вроде бы все правильно. Я улеглась на кровать и почувствовала, как засыпаю. — Работает, видимо. Теперь посмотрим, проснусь ли я.