To Be Human

Я твой, я твой, играй, играй со мной Я убью, сука, всех, кто в тебя влюблён © Karbon — «Я твой играй со мной»

      Будучи мальчишкой, Вэш читал про балы-маскарады. Обычно их устраивали в огромных залах с роскошными интерьерами, величественными картинами и с живой музыкой. Но сейчас праздник проходил на открытом воздухе.       И не удивительно. Мало кому из современных богачей удавалось поразить гостей прекрасными цветниками, изумрудно-зелёными газонами, да настоящими фруктовыми деревьями!       Официанты срывали спелые фрукты прямо с раскидистых ветвей груши, яблони и апельсина, мыли в чистейшей воде фонтана с питьевой водой и тут же красиво нарезали на потеху гостей. В воздухе терпко пахло тлеющими углями и пряными шашлычками, а чудный аромат ягодного вина кружил голову и дразнил аппетит. Разнообразие закусок, которые носили проворные официанты, можно было сравнить лишь с изобилием на императорских пирах, о которых показывали в документальных фильмах про потерянную Землю.       Слух услаждала музыка. Звуки арфы, флейты и скрипки слились в прекрасную мелодию; музыканты расположились в глубине сада позади круглой площадки. Эта территория выделялась более светлой брусчаткой, а по краям стояли вазоны со свежесрезанными пионами и розами. Множество пар уже кружились под музыку, хотя вечер только начался.       Вэш задрал голову к ярким огонькам-фонарикам. Они сияли маленькими солнцами и освещали всё вокруг. За танцевальной площадкой мужчина заметил высокую живую изгородь, похожую на стену. Он удивился и спросил у Анастасии, что это.       — Лабиринт! — восторженно ответила девушка. Тут её личико стало хитрым, и она приложила маску к лицу. — Но туда пока что нельзя!       — Ого. И там стены из живых растений?       — А почему нельзя? — Ник указал тлеющей сигаретой в сторону парочки, которая вошла в лабиринт. — Вон люди ходят.       — Потому что… — малышка растерялась. Она открывала и закрывала рот, чтобы придумать ответ, но очевидно в её хорошенькую голову не пришло ничего путного, а потому она выпалила: — Там слишком скучно! А я хочу повеселиться!       — Я согласен! — хихикнул Ураган.       Он остановил официанта, который нёс поднос с бокалами золотистого вина. Мужчина залюбовался игрой мелких пузырьков на поверхности, но спустя секунду заметил, что фужеры подрагивают, а официант глядел на него с плохо скрытым ужасом. Тайфун удивлённо поднял брови и опустил руку, протянутую к напиткам. Интуиция шепнула, что сегодня не стоит увлекаться алкоголем. Стюарт дал дёру с такой скоростью, будто на него наставили оружие.       — Ах, вот в чём дело!       Вэш опустил ладонь на рукоять револьвера. В вырезе плаща можно заметить ствол, и это могло напугать прислугу. Он обратил внимание, что несколько официанток тревожно перешёптывались, глядя на него, но как только блондин широко улыбнулся и помахал рукой, девицы ахнули и разбежались по делам.       Тайфун так привык к оружию, но позабыл, как это может пугать обывателей. Все боялись смерти, особенно внезапной. Может, стоило оставить пушку в кабинете Орлова? Не хотелось портить праздник.       — Леди Милена! — воскликнула Настя и побежала к знакомой девушке.       Николас растрепал волосы Тонгари и хмыкнул. «Пошли, нянька номер один», говорил его насмешливый взгляд. «На что мы подписались?», мысленно бросил Ураган в ответ.       Настасья была неугомонной! Она наслаждалась вечером и старалась взять от него всё, что могла ухватить шестнадцатилетняя девушка от таинственного и прекрасного бала, полного богемы, роскоши и многочисленных знакомых!       Закуски мало интересовали попрыгунью, а потому она не задерживалась ни у столика со свежевыжатыми соками, ни под раскидистыми липами, где подавали шашлычки. Лисичка умудрилась опрокинуть в себя два бокала красного вина и развеселиться ещё больше. Вэш жалобно сглатывал слюну и искал взглядом хоть одного разносчика, но все они будто испарялись, стоило Станции оказаться в пределах видимости.       Первым не выдержал Вульфвуд. Он решил взять ситуацию в свои руки, так как носиться туда-сюда надоело. Мужчина галантно предложил пигалице локоть и повёл к танцевальной площадке. Он надеялся, что там она сыщет такого же энергичного мальчишку и потратит безумную энергию, но Настя рассмеялась и утянула его за собой.       Вэш прыснул со смеху, глядя на то, как его партнёр неловко топчется с Орловой среди танцующих пар. Блондин подошёл к одной из скучающих девиц в пышном изумрудном платье и подал ей руку. Сейчас он покажет, как надо двигаться!       Танцевать Тонгари не умел. Ему казалось, что танцы это просто, но когда его громадный ботинок едва не размозжил туфельку красавицы, та вскрикнула и сбежала от нахала. Вэш покраснел и смущенно запустил пальцы в волосы. Взъерошил их. Лучше уж посидеть на лавочке и никого не травмировать.       Перед носом появилась раскрытая ладонь. Мужчина удивлённо уставился на неё, а после поднял взгляд. Николас добродушно улыбался и предлагал ему… потанцевать?       — Так не принято, — пробормотал он.       — Дай мне насладиться минутой покоя, пока Настя занята, — хмыкнул Каратель и мотнул головой в сторону девчонки, которую кружил подросток в солидном чёрно-белом фраке.       — Не боишься, что отдавлю ноги?       — Со мной почувствуешь как двигаться, — губы святоши растянула ухмылочка. — Ты обычно хорошо подстраиваешься под меня, детка.       Тонгари цокнул и положил правую руку на широкое плечо. Левой он стиснул ладонь любовника. Рука пастора легла на узкую талию поверх красного плаща и притянула блондина ближе, заставляя прижаться грудью к груди Вульфвуда. Вэш ощутил на губах близкое дыхание. Ник не собирался целоваться при всех, просто мужчины были почти одного роста и прижались друг к другу слишком тесно. Ураган хмыкнул и прильнул щекой к плечу святоши, чтобы избежать соблазна. Прикрыл глаза.       Вульфвуд повёл. Он неторопливо шагал вперёд, двигаясь медленно, скользяще, и это позволяло Урагану предугадать собственные движения. Как бы пошло не звучала та фраза про пристраивание друг к другу, мужчина оказался прав — священник не торопился, он даже игнорировал ритм музыки, а вёл Вэша осторожно и мягко, придерживая за талию; когда они приблизились к краю площадки, Ник подался влево, и Тонгари уверенно шагнул в верную сторону, а когда смуглая ладонь потянула механическую кисть на себя и выше, блондин хохотнул и крутанулся на месте, чтобы в следующую секунду оказаться спиной к груди священника. Их дыхание — неспешное и глубокое, добрые взгляды и тепло тел, — всё говорило о полном взаимопонимании на сверхуровне интуиции. Вульфвуд обнял Тонгари обеими руками и погладил кончиком носа за ухом любимого.       — Видишь? Совсем не сложно.       — А куда это наша Анастасия намылилась? — фыркнул Вэш и ткнул пальцем в сторону девицы, которая неслась к имению по газону.       Николас чертыхнулся и разжал руки. Ураган нехотя отлип от него и наградил ласковой улыбкой.       — Я догоню. Умоляю, раздобудь еды к тому времени, как мы с ней вернёмся!       Ураган демонстративно обхватил живот. За целый вечер он умудрился выпить немного вина и проглотить дольку яблока. И всё!       Священник согласно кивнул и обрадовался, что может приземлить свой зад на ближайший стул, а не носиться за энергичной девушкой. Слежка за Настей была формальностью — ясно, как божий день, что при такой охране ворот и периметра имения, муха не проскочит незамеченной.       Интересно, как она смогла смыться утром, подумал Ник, глядя на Урагана. Тот бежал за Анастасией к дому. Полы его плаща развевались по ветру от бега, отчего стали видны очаровательные длинные ножки, опоясанные кучей ремешков. Орлова нырнула в тёмную дверь, и Ураган тоже исчез из поля зрения.       — Куда ты так несёшься? — канючил Вэш, запыхавшись. Он добежал до лестницы и задрал голову к пролёту выше — каблучки маленькой чертовки стучали в той стороне. Мужчину посетила догадка, и он захихикал: — Ты наверное очень-очень устала и хочешь лечь спать? Отличная идея!       Он в несколько прыжков оказался на втором этаже. В конце длинного коридора громко хлопнула дверь, и Тонгари азартно облизнул губы. Если крошка бежит к тайному любовнику, то он не украдёт девицу из-под носа Великого и Ужасного бодигарда Урагана! Не в его смену!       Если, конечно, глупышка неслась не в туалет. Неловко выйдет.       — Анастасия?       Вэш открыл дверь и увидел очередной коридор. Мужчина возмущённо фыркнул и почесал в макушке. Он был полнейшим профаном в прятках. — И куда теперь?       До уха донеслись тонкие приятные звуки. Красивая мелодия на высоких нотках медленно спускалась октавой ниже, увеличивала темп, наращивала громкость и привлекала к себе внимание. Ураган пошёл вперёд. Фортепиано, моментально догадался он. И песня… Знакомая мелодия прокатилась по загривку мурашками, а в пальцах ощутился лёгкий тремор. Подушечки слегка подергивались, будто скользя по клавишам. Так странно…       Мужчина вошёл в распахнутые двери. Комнату освещали тусклые лампы, имитирующие свечи в канделябрах. Серебристый свет напоминал собой холодные лунные оттенки, а потому они придавали таинственность и морозное очарование человеку, сидящему спиной к Тонгари.       Он играл на рояле, полностью увлечённый мелодией. Светловолосый мужчина в маске — тот самый господин, за которым удалось подглядеть из кустов, покачивался во время исполнения и плавно двигал головой, казалось, что он — часть этой мелодии, такой же безрассветный, холодный и затерянный . Ураган не осмелился прервать очарование момента, даже когда заметил беглянку.       Анастасия замерла у окошка. Она сидела на стуле, опустив ладони на колени, и выглядела примерной девочкой. Вэш состроил злобную рожицу и карикатурно пригрозил ей кулаком. Девушка хихикнула, и мелодия резко оборвалась.       Незнакомец медленно повернул голову к плечу.       — Простите, что прервал, — виновато рассмеялся блондин и подошёл ближе. Он почесал в макушке и откинул голову назад, строя из себя простофилю. Но вспомнив об обязанностях телохранителя, Ураган бесстрашно указал на мужчину в белоснежном костюме пальцем: — Это вы собираетесь похитить мисс Орлову? Если да, то я вас огорчу — эта девица под моей защитой, и… что?       Плечи мужчины слегка затряслись. Он глумливо рассмеялся и прижал кончики пальцев к губам, а в прорезях маски заблестел насмешливый взгляд. Тайфун наклонился и захихикал вместе с ним, хотя не понимал причину веселья. Низкий голос музыканта прервал хохотание.       — Можешь быть спокоен. Эта девушка меня не интересует.       — А-а-а, — протянул Ураган и подозрительно прищурился. — Вы что, собираетесь украсть другую?       Мужчина в белом вновь рассмеялся. Его смех — низкий и ироничный был тихим, но удивительно заглушал все остальные звуки в просторной комнате. Длинные пальцы опустились на клавиши, отчего те послушно запели, подытожив шутку. Тонгари хихикнул и окинул взглядом чёрный лакированный инструмент; нечто в нём показалось смутно знакомым. Ощущение крутилось в мыслях, как забытое слово вертится на языке, но игры разума калейдоскопом прятали все воспоминания. Работала только интуиция.       — Вы играли красивую мелодию. Кажется, я когда-то знал её.       — Ты знаешь её.       — Только с ней что-то не так, — продолжил Тайфун и задумчиво приложил палец к губам. — Чего-то не хватает.       — Эта музыка идеальна! — воскликнула Анастасия и вскочила со стула. Незнакомец небрежно махнул рукой, и она села обратно, дуя губы. — Она восхитительна, господин.       — Он прав. Не хватает второго исполнителя, — с этими словами музыкант подвинулся на банкетке и похлопал рядом.       Тонгари удивлённо поморгал. Он посмотрел на пустую полочку для нот — гость играл по памяти. Музицировать без черновика, с протезом вместо нормальной кисти, с незнакомцем в четыре руки?.. Вэш виновато улыбнулся и отрицательно покачал головой.       — Хм. А если я пообещаю, что не украду ни одну девушку на этом балу? — иронично выдохнул незнакомец.       — Ну только если так.       Нотки далёкого узнавания прокатились под кожей. Ураган колебался. Он фыркнул, сел рядом с господином в маске и уставился на черно-белые клавиши перед собой. Тонгари не представлял, с чего начать.       — Забавная вещь — память. Стоит выдернуть одно воспоминание, и за ним, возможно, потянутся другие.       Незнакомец выдохнул и обхватил правую кисть Вэша. Взгляд с радужкой льдистого цвета замер на безымянном пальце. В глазах мужчины мелькнуло удивление. Губы его поджались. Подушечка большого пальца прикоснулась к обручальному колечку, и рот музыканта скривился, словно он лизнул сочную лимонную дольку. Ураган хихикнул и пошевелил пальцами. Ему не терпелось потренькать на инструменте. Пока приходилось играть только на нервах Вульфвуда.       Музыкант покачал головой и вынырнул из своих мыслей. Он положил руку Урагана на среднюю октаву и нажал указательным пальцем на «ля». И ещё, и ещё, позволяя невольному партнёру привыкнуть к нужному ритму.       — Просто нажимай сюда.       — Сколько раз?       — Ты поймёшь.       Вэш покосился на незнакомца. Он знал о чём говорил. В низком голосе угадывалась странная мудрость прожитых лет, хотя по внешним признакам мужчина выглядел молодо. Ураган уставился на клавиатуру и мучил одну и ту же ноту в однообразном ритме; спустя несколько долгих секунд он повернулся к незнакомцу и открыл рот, но не успел спросить, что дальше.       Широкая ладонь мужчины легла на верхнюю октаву. Это были короткие игривые созвучия, напоминающие падение капель. После они превратились в повторяющийся мотив, и… Собственные пальцы Вэша двинулись левее. Они нажали четыре ноты, невероятно созвучно и ладно, и Ураган восхищённо воскликнул! Он умел играть эту мелодию!       Мужчина в светлом костюме усмехнулся и положил ладони на колени.       — Продолжаем?       — Надеюсь, не налажаю, — признался Ураган и помахал компаньону механической рукой. — Эта сестричка никогда такого не делала.       — Я прощу тебе ошибки.       Тонгари фыркнул и нетерпеливо дёрнул плечом. Он положил обе ладони на клавиши и приготовился. Внутренний голос подсказывал, что начать должен не он.       Зала, погружённая в полумрак, наполнилась богатой палитрой звуков! Орлова замерла на месте, глядя на то, как мужчины играют. Их пальцы летали по клавиатуре, извлекая сонорные краткие и продолжительные звуки, и теперь мелодия чувствовалась глубокой законченной, полноценной!       Сначала Ураган не поспевал. Он вслепую жал клавиши, промахивался и пытался нагнать быстрый ритм незнакомца. Тот благосклонно посмеивался, двигал подбородком в такт и бросал на Вэша снисходительные взгляды, но не думал замедляться и помогать. А потому для Тайфуна стало двойным триумфом, когда он не просто нагнал оппонента, а двигался в идеальном темпе, наращивая громкость и уверенней клацая по нотам. Незнакомец довольно хмыкнул и закрыл глаза.       Он неожиданно наклонил голову и прикоснулся виском к щеке Урагана. Сердце Станции пропустило несколько ударов, и они завершили потрясающую мелодию последними игривыми созвучиями.       — Я вас знаю? — пробормотал Ураган и скосил глаза на мужчину.       Тот горько угукнул, не меняя позу. Вэш перекинул ногу удобнее и сел на банкетке верхом, к незнакомцу лицом. Тонгари упорно цеплялся за ускользающие отголоски воспоминаний. Упрямые опасные глаза, надменная улыбка и горделивый взгляд; серебристые волосы и крепкая фигура с идеальной осанкой, — он словно видел затуманенный образ, состоящий из льдинок, но паззл никак не складывался. Музыкант молчал и ждал.       — Вы м-мой… — задумчиво продолжил Тайфун и прикоснулся к чужой маске.       — Да?       Незнакомец уставился в глаза. Он весь превратился в слух, ловя каждый сиплый звук, слетающий с тонких губ.       — Ты мой… — дразняще повторил Вэш, чувствуя, как Третий пробудился и любопытно лезет через кожу тёмными бензиновыми пятнами, не видимыми под плащом. Кончики пальцев прикоснулись к герани из серебра. — Мой…       — Да, Вэш? — нетерпеливо выдохнул господин в белом и положил ладонь на щёку Урагана. — Кто я?       — Ну и какого хуя тут происходит?       Ураган вскрикнул от неожиданности и слетел с места. Вульфвуд появился в дверях так неожиданно, что беднягу едва не хватил инфаркт. Священник зажал в зубах сигарету, а недовольство и осуждение, витающее в воздухе, ощущалось так мощно, что его можно было пощупать и намазать на хлеб.       — Волчонок?       — Я ищу тебя уже полчаса, блядь! Три раза обошёл эти сраные коридоры, а ты обжимаешься тут с хуй пойми кем, еще и на глазах этой соплячки?       Мужчина в маске стиснул зубы и медленно поднялся с банкетки. По хребту Урагана пробежалась волна страха, а колени подогнулись от неожиданности! Перед глазами поплыло, и блондин глухо простонал. Голова закружилась. Тошнило.       — Что, стыдно? — укоризненно продолжил падре и подошёл ближе. — То-то же.       — Не тронь, — процедил мужчина в белом. — Не смей трогать его.       — Кого? Моего супруга-то?       — Если сделаешь шаг, — прошипел мужчина и сжал плечо Тонгари. — Умрёшь.       — Господин! — девица, которая сидела тихо, как мышонок, неожиданно вклинилась в разговор. Её опьянённые глазки восхищённо блестели. Язычок без костей выдал главную тайну вечера. — Если вы сделаете это, то испортите сюрприз!       Мужчины повернули к ней головы. Осознав, что ляпнула лишнее, Анастасия смущённо ойкнула и зажала рот ладошкой. Музыкант отпустил Вэша и шагнул к девушке, впиваясь резким пытливым взглядом в хорошее личико. Ник обеспокоенно заглянул в глаза любимого и смахнул испарину с его лба. Не зря у священника возникло стойкое ощущение, что все, кто находятся в этой комнате, стали заложниками странного типа, от которого бежали мурашки по хребту. Интуиция никогда не обманывала святошу.       — Что ещё за сюрприз? — выдохнул Найвс. — Говори!       — Н-не могу при них! — пробормотала малышка и кивнула в сторону «телохранителей».       — Пошли вон.       — Ага, щас, — фыркнул Николас, будто у него было девять жизней. — Мы за эту девчонку головой отвечаем.       Миллионс бросил на него взгляд, полный ненависти. Верхняя губа мужчины приподнялась, обнажая идеально ровные белоснежные зубы, и Нику показалось, что этот ненормальный плюнет в него ядом или по меньшей мере иглой с мышьяком.       Орлова приподнялась на цыпочках. Она положила ладошку на плечо мужчины, и он наклонился, чтобы прислушаться к её шёпоту. Настя будто была в эйфории; она прижималась пухлыми губками к краю уха пророка, краснела и хихикала. Когда она закончила, бледное лицо Найвса приобрело серые оттенки. Он долго молчал, после чего бесцветно выдохнул:       — Кто ещё знает?       — Мой папа.       — И всё?       — Ну… — Насте не хотелось врать господину, а потому она смущённо спрятала ладошки за спиной. — Я Милене сказала. И Томасу. Кажется, ещё двум девочкам — Эрен и Хелен, и их мама тоже услышала.       Миллионса перекосило от злобы! Он неожиданно ударил девочку наотмашь со всей силы! Орлова вскрикнула и упала на пол, разрыдавшись от боли и унижения. Из рассечённой губки потекла кровь. Она громко всхлипнула и протянула руку к светлым ботинкам мужчины       — Господин? За что, Господин?..       — Ты что, совсем охуел, мразь?       Вэш опередил Вульфвуда. Он схватил окровавленную руку музыканта и нахмурился, глядя в его глаза. Николасу осталось поднять малышку с пола и постараться утешить её. Ураган долго глядел в знакомые глаза и выдохнул:       — Зачем?       — Девчонка, твой отец у себя?       — Да, господин.       Найвс аккуратно освободил запястье из жесткой хватки и криво улыбнулся близнецу. Мусор он даже не удостоил взглядом. Не попрощавшись, Миллионс вышел из комнаты.       Мужчины ворвались в кабинет Орлова. Обидчик Насти уже был там, а потому не было нужды тащить засранца к папочке. Вульфвуд не стеснялся в выражениях, когда описал, как моральный урод ударил единственную дочку Александра. К удивлению телохранителей, хозяин имения поджался в роскошном кресле и буркнул, что разберётся.       — Вышвырните ублюдка отсюда, — не унимался Николас.       — Потерпи, потерпи… — прошипел пророк сквозь зубы. — Скоро я тобой займусь.       Теперь праздник не казался столь радужным. Ураган сидел на лавке и задумчиво почёсывал затылок, перебирая в голове всех людей, с которыми раньше сталкивался. Он был так близок к разгадке в той комнате, но сейчас будто забыл ещё больше.       Николас присел рядом. Он принёс большую плоскую тарелку с приличным куском торта и вилку. Тонгари уставился на сладость и состроил жалобную мордочку.       — А мне тортик?       — Изменникам сладкое не полагается, — сухо заявил Вульфвуд и отломил вилкой ароматный кусок бисквита. — Пусть твой таинственный незнакомец тебя подкормит.       — Вульфвуд.       Священник игнорировал любимого. Он демонстративно дулся, хотя нутром чувствовал, что Тонгари не способен на измену. Да и судя по тому, что Ураган понятия не имел, с кем музицировал, ревновать действительно не было к чему. Но на душе всё равно поганенько.       — Вульфвуд!       Николас вздохнул и ссутулился. Он бросил на Тонгари внимательный взгляд.       Краем глаза Ураган заметил, что на балконе второго этажа появился Александр Орлов, а с ним тот самый человек в белом. Владелец имения указал куда-то пальцем, ярко жестикулируя. Незнакомец в маске застыл, будто каменная глыба. А затем небрежно махнул рукой. Александр вернулся в кабинет.       Господин опёрся о перила балкона и отчаянно запустил пальцы в светлые волосы. Он простоял так несколько секунд. А когда выпрямился, то нашёл взглядом Вэша и приветственно махнул. Совсем не так, как остальным. Без брезгливости и злобы. Без унижения. В этом жесте угадывалось родное, и…       — Тонгари, блядь!       Вульфвуда заинтересовало, куда уставился Тайфун. Его любимый и придурок в белом наглым образом играли в гляделки, игнорируя всё вокруг. Вэш наконец оторвал от него взгляд и рассеянно засмеялся.       — А?       — Хуй на!       Остатки торта моментально прилетели в смешливую мордашку. Расстроенный Николас сорвался с места и свалил с космической скоростью. Недалеко гулкие часы пробили двенадцать, и гости радостно захлопали, выкрикивая, что наступило самое интересное. Маскарад!       — Блин, ну я же ничего не сделал…       Вэш пристыженно хихикнул и постарался слизать угощение. Он до сих пор неимоверно хотел жрать, но совесть не позволила ему идти к столу и набить брюхо. Нужно найти Ника и объясниться, хотя видит его христианский господь, что Тонгари действительно не в чем каяться.       Когда мужчина утирал крем с глаза, под нос ему сунули полотенце. Одумался, радостно решил Ураган и стёр остатки тортика с лица. Он добродушно улыбнулся и посмотрел на…       Вопреки правилу, этот человек снял маску. Он медленно встал на одно колено рядом с близнецом и высокомерно улыбнулся. Тонгари обмер, глядя на свою копию. Более сильную и совершенную, опасную и могущественную копию. Ураган не выдержал и отвернулся.       — В глаза смотри.       Сердце рухнуло вниз при мысли о том, что он мог сделать с Николасом полчаса назад. Вэш закусил губу и послушно поднял взгляд. Две колкие льдины вызвали болезненный спазм внизу живота.       — Второй…       — Ты даже имени моего не помнишь? — расстроился Миллионс. — А ведь ты дал мне его. Вэ-э-эши. Это придумал я. А ты назвал меня…       — Най, — прошептал Ураган.       «Хороший мальчик»       Чужой голос в голове заставил мужчину резко сжать виски. Он всхлипнул и задрожал.       «Я боюсь боли.»       «Пожалуйста. Не надо!»       — Не трясись, — с лаской садиста выдохнул Миллионс и наклонил голову вбок. Он прикоснулся к лицу собрата, а затем посмотрел по сторонам. — Где же твой, как там он себя назвал? Супруг? Ох, да прекрати дрожать, глупый маленький брат.       В голосе Найвса звучало утешение. Плавные движения обманчиво убаюкивали. Мягкие пальцы погладили по волосам, трепетно потискали щёку. Мужчина сел на лавку и притянул к себе близнеца, укрыв в объятиях. Паника сдавила лёгкие Урагана. Он упёрся механической ладонью в грудь старшего брата, но тот даже не подумал разжать руки.       — Я так хочу поговорить с ним, — жарко шепнул Найвс. Его взгляд заблестел безумием. — Наверняка ему есть что рассказать мне. Да? Как вы познакомились. Или про ваши игры с переодеваниями? Или, может, как он трахает тебя? Он ведь делает это с тобой, да, Вэ-эши? Пусть расскажет. Я с удовольствием выпытаю из него все подробности.       Кожа Урагана запульсировала, медленно окрашиваясь в аспидные оттенки. Он терял над собой власть от страха за любимого. И всё же Вэш упрямо цеплялся за своё «я», не желая открывать бронированную, но более эмоциональную, беспомощную перед Найвсом часть.       — Где же он?       Ураган затравленно помотал головой из стороны в сторону, Миллионс смягчился и разжал руки. Тонгари закашлялся, будто его душили.       — Тогда, может, поговорим наедине?       Миллионс поднялся с лавки и протянул ему руку. Губы мужчины искривила победоносная ухмылка.