To Be Human

Стояли звери Около двери, В них стреляли, Они умирали. ©

      Най нисколько не изменился с прошлой встречи.       Идеально стоящий воротничок белой рубашки, застёгнутой на все пуговицы. Светло-серый узкий галстук. Серебристая герань — болезненный отголосок прошлого и уголок кипенного носового платка, который торчал из кармана приталенного пиджака. Белоснежный костюм отражал солнечный свет и заставлял окружающих щуриться.       При свете дня Най носил очки с большими круглыми стёклами светло-дымчатого цвета. Они придавали ему вид пытливого профессора, которых здесь было пруд пруди, но близнецы понимали, что он знает о проекте «Индепендент» больше всех учёных мужей, вместе взятых.       За спиной мужчины стоял тот самый синеволосый парень. Он скрестил руки на груди и глядел в пол, ожидая приказа господина. Вот оно что! Верный пёс. Ураган прикусил кончик языка. Как он мог так беспечно попасться на удочку? Осталось винить себя за то, что Станция так жаждал возвращения памяти, что наплевал на меры предосторожности. Най все смотрел. И эта улыбка со скошенным вверх уголком рта…       — Мистер… Мистер Смит? Простите за эту сцену! Проклятые фанатики, — оживился Фишер и сгорбился сильнее, заискивая перед гостем в белоснежном костюме. Плохое зрение подвело старика, и он не сразу понял, что лица «фанатика» и спонсора идентичны. — Вы пришли раньше, чем мы ждали! Огромная честь приветствовать вас!       Миллионс усмехнулся и снял очки. Он положил ладонь на плечо Урагана и медленно стиснул алую ткань. Охранник замер в нескольких шагах от парочки и усиленно соображал — гнать ли близнеца крутого спонсора взашей или пока ждать?       — Мой брат очень любит спорить. Но ему тоже очень хочется присутствовать на нашей встрече. Вы, разумеется, не против.       — Конечно, конечно! — закивал профессор Фишер и попятился назад. — Позвольте проверить, всё ли готово!       Найвс брезгливо отмахнулся. Старик бросился к группе учёных, активно жестикулируя и громко шепча. Ураган проводил его задумчивым взглядом, а затем шагнул в сторону и дернул плечом, освобождаясь от цепкой хватки. Сердце билось в горле и пульсировало в висках; тонкие коготки страха потянулись к шее, но Вэш упрямо уставился в светло-голубые глаза.       — Значит, твои шпионы всё ещё пасут меня?       — Вэш, — близнец низко рассмеялся и покачал головой. — Неужели ты пропустил бы такое громкое событие, связанное со станциями? Тц. Не думаю.       — А он? Твоя тень? Лакей для статуса? — Ураган кивнул на синеволосого типа. — Или скажешь, что мимо проходил?       Мужчина повернул голову к плечу, словно позабыв о существовании слуги. На миг в глазах синеволосого парня вспыхнула злость, и он упрямо поджал губы, забавно копируя недовольную физиономию господина. Миллионс поманил слугу и широким жестом приобнял его за плечи, отчего на лице человека вспыхнул неподдельный румянец. Ураган удивлённо посмотрел на парочку, но промолчал.       — Познакомься. Легато Блусаммерс, — гордо выдохнул пророк. Он погладил парня по блестящим волосам и бросил на младшего брата высокомерный взгляд. — Настоящая жемчужина, которую я нашёл среди мусора.       — Г-господин… — смущенно отозвался Блусаммерс.       — Легато обладает телепатией. Он может управлять людьми, внушать им любые мысли, даже заставить целый город поубивать друг друга, если я прикажу, — продолжал Най, не обратив внимание на скромный лепет прислуги. Длинные пальцы поймали подбородок синеволосого парня и придвинули его лицо к себе, будто для поцелуя. — Правда же, он великолепен?       — Господин?       Человек восхищённо распахнул глаза и замер. Он поражённо хлопал ресницами, явно не привыкший к подобным нежностям на публике. Миллионс осклабился и скосил взгляд на близнеца, упиваясь расстроенным выражением лица Вэша.       — Я понял, что ты нашел такого же психопата, как и ты. Совет, да любовь, — протараторил Станция, желая вернуться к теме, которая на самом деле волновала его. — Най, по поводу проекта…       — А твой человек хоть что-то может? — забавлялся Найвс. — Вряд ли. Бесполезный мусор, каких миллионы.       Подушечки пальцев погладили подбородок Блусаммерса, который уже пребывал в экстазе. Урагану стало бесконечно жаль малознакомого парня, который вёлся на провокации, а потому он вздохнул и попытался связаться с телепатом.       Легато?       Парень удивленно перевел взгляд на Вэша. Услышал?       Легато, неужели ты не видишь, что происходит? Он использует тебя. Только ненормальный может поверить в его чувства. Беги от него, пока не поздно!       Блусаммерс хохотнул. Он потерял интерес к Урагану и прижался щекой к ласкающей руке господина. Приспешник Ная так редко получал знаки внимания, что игнорировал всё вокруг, позволяя мужчине трогать своё лицо и практически дышать в полураскрытые губы.       Тонгари воззвёл глаза к потолку. Он прекрасно понимал, чего добивается старший брат. Ребяческая попытка вызвать ревность. Только вот Ураган не был тем близнецом, который поехал настолько, чтобы испытывать чувства к брату. На тонких губах расплылась саркастическая улыбка. Точно ненормальный.       — Ну, Вэш? — повторил Миллионс, когда тишина затянулась. — Какие сверхспособности у твоего бесполезного человека?       — Восемнадцать сантиметров, — иронично выдохнул младший близнец.       Приторная улыбка испарилась с лица Ная за долю секунды. Он оттолкнул синеволосого, с которым демонстративно нежничал и обеими руками вцепился в красную ткань защитного плаща. Миллионс грубо встряхнул брата и обнажил белоснежные зубы, будто собирался впиться в беззащитное горло. Яркая горько-сладкая волна ненависти к Вульфвуду и ревности к собрату опалила всё вокруг. Телепат жалобно всхлипнул и прижался к ближайшей стене.       Он так и не понял, кто из близнецов бросил в его мысли «Знай своё место!»       Вэш с трудом сдерживал истеричные смешки. Яростный взгляд старшего индепендента метал гром и молнии, и не трудно было догадаться, что он собирается сделать с «особенностью» Николаса. Ураган сделал глубокий вдох. Нет, нет, подумал он, Най не нападёт на меня в этом месте. «Мистер Смит» обязан сохранять инкогнито.       — Най. Я же пошутил. Да не смотри на меня так, идиот! Люди уже шепчутся.       Бесполезно. От злобы Миллионс потерял дар речи и только и мог гипнотизировать близнеца. А может, он сдерживался, чтобы не выпустить клинки и не разорвать его?       Студенты подолгу оборачивались в их сторону. Кто-то шептался по углам и тыкал пальцем. Ждали драку? Тёплая ладонь Урагана легла на фарфоровую щёку брата. Тонгари удручённо покачал головой и провёл ею вверх, вплетая пальцы в зачесанные назад волосы и по-семейному потрепал их, желая успокоить взбешенного близнеца. Раньше мужчина не осмелился бы прикоснуться к опасному индепенденту, но осознание того, что Най испытывает противоречивые чувства и колеблется перед тем, как выпустить клинки, придало уверенность.       Пророк выпустил из рук скомканную ткань плаща и поджал губы. Он накрыл ладонь брата своей и вернул на щёку, после чего довольно усмехнулся. Вэш заметил, как на правой руке близнеца сверкнуло знакомое колечко. В груди Станции вспыхнула обида за пальцы Вульфвуда! Стоило выбить мерзавцу челюсть, но сейчас пришлось обсуждать иное.       — Ты действительно собираешься спонсировать проект? — серьёзно спросил Ураган, пытаясь поймать взгляд брата, но тот намеренно прятал глаза за длинными белоснежными ресницами. — Най? Пожалуйста, ответь.       — Ещё не решил, — уклончиво выдохнул мужчина и искривил уголок рта в подобии улыбки. — Послушаем, что они раскопали?       В центре небольшого кабинета стоял массивный стол из дорогущего дуба. Резьба на ножках и лакированная поверхность с инкрустацией привлекали внимание и кричали о дороговизне, как и удобные кресла вокруг стола, обитые чёрной кожей. На стене висела репродукция известного художника. Мастер изобразил на полотне бушующее море, в котором тонул корабль; десятки людей держались за обломки в воде, но на лицах каждого читался ужас и смирение. Такой же кошмар был написан и на лице Урагана.       Он сидел в кресле по правую руку брата. Чудовищные идеи учёных заставили мужчину глухо застонать и уткнуться лбом в столешницу. Миллионс слушал выступление с легким безразличием, хотя рука, ласкающая встрепанные волосы Урагана, то и дело мелко подрагивала, выдавая истинное волнение бывшего подопытного. Легато стоял за спиной господина с каменным выражением лица. Засранец умел прятать эмоции.       — Значит, вы готовы начать опыты, — медленно подытожил Най. Он бросил взгляд на притихшего брата и сплёл пальцы рук перед собой. — Речи о технологическом прогрессе и сверхоружии, которое можно моментально перестраивать в энергетический блок, несомненно, привлекательны. Однако, вами был упомянут инцидент — предполагаемый побег подопытного. Он ведь уничтожил лабораторию первопроходцев. Кто даст гарантии, что ваши подопытные не сбегут? Сверхоружие с высочайшим интеллектом может взбунтоваться против создателей, и тогда от вашего драгоценного университета и даже города не останется и следа.       — Мы знали, что вы спросите об этом! — с готовностью отозвался Фишер.       Он прикрепил к демонстрационному мольберту плакат с изображением скелета ребёнка. Вдоль нарисованного позвоночника художник изобразил небольшие блоки, размером с половину спичечного коробка. Близнецы разинули рты.       — Мы подготовимся лучше наших коллег из прошлого! По всему скелету, а также в затылочной и лобной части черепа мы установим взрывные устройства, которые можно будет привести в действие дистанционно! Если индепендент подумает напасть на служащих, то мы моментально лишим его конечностей. А если создание окажется с браком и продолжит агрессию, то бомба разорвёт голову. Судя по расшифрованным записям, наши коллеги планировали подобное, но в младенческом возрасте бомбы-импланты не прижились — пришлось списать около десятка индепендентов, которые не пережили операции. Планировалось установить их в позднем возрасте, в три-четыре года, однако по неизвестным причинам, этого не случилось. Возможно, у исследователей не хватило ресурсов.       — Может быть… им стало жалко детей? — прошептал Ураган. — Как… как вы можете говорить о подобном настолько хладнокровно? Чудовищно. Бесчеловечно!       — Какие же это дети? — поразился помощник профессора — тоже старик, но чуть моложе. — Это станции. Впрочем, у нас есть не такой «жестокий» вариант. И менее затратный, к слову! Я предлагаю делать существам лоботомию. Если удалить части мозга, отвечающие за эмоции и критическое мышление, то мы получим не менее эффективных индепендентов! Загвоздка в том, что управлять слабоумными сложнее.       — Позвольте не согласиться, Доусон! — воскликнул Фишер. — Лоботомия — не выход! Это сложная операция на мозге, которую индепендент может не пережить! Не забывайте, что выживаемость независимых крайне мала — трое на сотню! Создания слишком чувствительны к любым изменениям.       — В любом случае рано говорить об этом. Сначала нужно создать материал для исследований. Ещё вопросы, господин Смит?       — Что значит трое на сотню? — омертвевшими губами выдохнул Миллионс.       — Судя по данным первопроходцев, выжили трое индепендентов. Учёные создали много материала, но другие независимые — по нашим предварительным данным около сотни, погибли в результате исследований ещё в младенческом возрасте.       Ураган всхлипнул и закрыл лицо руками. В его памяти пронеслись ужасные бесконечные коридоры лаборатории; мужчина вновь ощутил безумный страх и боль, отчаяние загнанного зверя в ловушку, из которой нет выхода. Он вскочил и места и оскалился.       — Я не позволю вам творить такое!       — Господин Смит, — оскорблённо ответил Фишер. Он посмотрел на Найвса. — Успокойте своего брата! Хочу заметить, что вы — не единственный заинтересованный в этом проекте. Мы пригласили вас в первую очередь, потому что вы финансировали раскопки, но я не собираюсь терпеть выпады невежи, даже если он ваш…       В воздухе щёлкнул вёрткий черно-зелёный хлыст! Край плети с частыми зазубринами вспорол горло старика, и алая кровь фонтаном брызнула на дизайнерскую столешницу. Фишер вытаращил глаза и схватился за рану! Он издавал хрипящие булькающие звуки, а когда душа почти покинула тело, ткнул пальцем в сторону Станции, сияющей черно-фиолетовой бронёй.       Третий опирался о стол и хищно скалился. Его плети обвились вокруг груди учёного, не позволяя упасть, и индепендент наслаждался тем, как дёргается тело ненавистного мясника.       Коллега старика заорал в ужасе и бросился на выход. Он не успел сделать и пары шагов, как Миллионс поднялся с места. Найвс поймал его за горло и выпустил льдисто-белые стилеты на свободной руке. Он пригвоздил голову Доусона к стене, чувствуя, как ножи с витиеватыми зазубринами вошли в крепкий лоб и прошили обезьяний мозг. В блёкло-серых глазах старика пронеслось изумление, а спустя несколько секунд взгляд остекленел. Тело обмякло.       Пророк глумливо рассмеялся и обернулся к близнецу.       — Ты и я. Избавляемся от мусора, как в старые добрые времена. Правда, Вэ-эш?       Легато инстинктивно вжался в угол. Он чувствовал себя дичью в комнате с хищниками. Но Станции не обращали на него внимание. Найвс вытянул лезвия из трупа и позволил ему свалиться к ногам. Ураган часто заморгал, приходя в себя. Он застонал и спрятал лицо в ладонях.       — Я не хотел! Я не хотел, не хотел! — плечи мужчины затряслись от сухих рыданий. — Не хотел убивать его!       — О нет, — с этими словами Най подошёл ближе. Его вкрадчивый голос перешёл на шёпот: — Конечно же хотел. Не будь лицемером, маленький глупый брат.       — Не правда!       Миллионс усмехнулся. Он приблизил губы к аккуратному ушку близнеца и замер, наслаждаясь теплом родного тела. Вэш поморщился и опустил глаза. Сиюминутная потеря контроля привела к катастрофе, но старший брат лишь восхитился его жестокостью. Най наконец выдохнул:       — Можешь лгать себе, сколько угодно. Но у меня есть доказательство.       Ураган бросил на него любопытный взгляд.       — Ты приказал человеку ждать на улице, — посмеялся мужчина, упиваясь правотой. Серебристая герань блеснула на свету, когда старший брат пригласительно распахнул объятья. — Потому что в глубине души ты готов пойти на всё, лишь бы история не повторилась.       — Ненавижу… — прошептал Тонгари. Он ссутулился и уткнулся носом в широкое плечо собрата. — Ненавижу, когда ты прав, Най.       — Т-ш-ш, ничего не говори. Никто не поймёт тебя лучше, чем старший брат. И уж точно никто не полюбит тебя так, как люблю я.       Окровавленная ладонь погладила по пшеничным волосам. И ещё раз, и ещё. Ураган пытался выбросить из мыслей образы крошечных изувеченных братьев и сестричек, над которыми людской род издевался до смерти. Отвратительная горечь разливалась по телу и царапала горло. Он совсем запутался, испытывая к Наю гремучий коктейль чувств — злость, обиду, привязанность, дикую тоску и страх. Кажется, Вэш даже любил его. По-своему.       — Помоги мне, Най.       Миллионс отстранился и вопросительно поднял брови.       — Здесь куча оборудования из того места. Черт, зачем ты вообще дал им денег?       — Я оплатил раскопки, чтобы найти тебя, — мужчина терпеливо выдохнул, будто разговаривал с ребёнком. — Не думал, что они притащат сюда компьютеры. И уж тем более, что разберутся с ними.       — Зря ты недооценил людей, — фыркнул Вэш и вынырнул из объятий. — Помоги уничтожить всё, что связано с проектом. Я видел технику в выставочном зале. Эй, мусорная жемчужина, можешь найти остальное?       Легато вспыхнул! Он обиженно поджал губы и посмотрел на господина. Телепат разобрался с простой арифметикой чувств Миллионса, но надеялся, что хозяин испытывает к нему хотя бы толику привязанности и накажет мерзавца за такое обращение.       — Легато, мой брат задал тебе вопрос.       — Большая часть находится в подвальных помещениях, — покорно ответил синеволосый, не глядя на братьев. — Несколько образцов выше. Где-то под крышей.       Тонгари легко кивнул и шагнул к выходу. Миллионс поймал его за руку. Мужчина обернулся и вопросительно дёрнул подбородком, не желая медлить. Старший брат хищно осклабился и притянул близнеца обратно. Взгляд светло-голубых льдинок встретился с зеленоватыми глазами, а горячая ладонь легла чуть выше узкой талии стрелка.       — Ты просишь меня об услуге. Но что я получу взамен?       Вэш растерянно похлопал глазами. Разумеется! Скорее гигантский червь станцует на горе, чем его хладнокровный брат станет альтруистом.       — Ты хочешь меня, — иронично предположил Ураган. — Верно?       Старший брат основательно подготовился к встрече. Тонгари вспомнил о контейнере с транквилизатором в той дорогущей тачке и фыркнул. Можно ли сбежать от Ная с ручным телепатом-кукловодом? Без шансов.       Близнец в белоснежном костюме ухмыльнулся и покачал головой.       — Ты хоть представляешь, как двусмысленно это прозвучало, Вэш? Особенно, когда я знаю о твоих… вкусах.       Ласковый голос маньяка наполнился нектаром. Светлую кожу на узких скулах еле тронул румянец, а обычно безразличный взгляд заинтересованно заблестел. Младший индепендент изумился. Най флиртовал с ним?! Ещё и на глазах человека? Вэш не нашёл, что ответить, а потому Миллионс опередил его:       — Не будем торопиться. Я всего лишь хочу, чтобы мой младший брат вернулся домой.       — Где дом индепендентов, Най? — горько выдохнул Вэш. — Разве он существует?       — Хм. Сейчас это номер отеля, но скоро ты сможешь выбрать любое место на планете. Пойдём со мной, и я сделаю всё, о чём ты просишь.       «Или мой модный телепат заставит тебя» — додумал Ураган. Он запустил пальцы во встрепанные волосы, представил возмущённую физиономию Вульфвуда и… согласно кивнул. Миллионс широко улыбнулся. Он обхватил красивое лицо младшего брата и притянул к себе, после чего подарил ему нежный и совершенно невинный поцелуй в родинку под глазом. Вэш обреченно вздохнул и пробормотал:       — Но с одним условием.       — Слушаю, — на выдохе произнёс близнец.       — Мы больше никого не убьём.       — Хм… Хорошо. Только потому, что ты попросил.       Тонгари изобразил счастливую улыбку и вышел в коридор. Его взгляд зацепился за тревожную кнопку, скрытую под стеклянным колпаком. Ураган разбил защиту локтем и включил пожарную сигнализацию. Народ испуганно повалил к лестнице, и Вэшу стало немного легче. Хотя бы так.       Они начали с подвала. Старший брат превзошёл себя! Найвс крушил технику, дробил массивные вычислительные компьютеры ножами, стальными осколками, измельчал куски металла в крошку! Ураган не уступал брату в рвении. Его плети сдавливали, рвали, метали, уничтожали!.. Время от времени Тонгари ловил на себе восхищённые взгляды и смеялся, когда брат подмигивал подельнику. Индепендент старался не думать о том, куда заберёт его Найвс. Сердце тревожно замирало, стоило только подумать о том, что случится, когда они останутся по-настоящему наедине. Ураган догадывался, что любовь старшего брата способна принять ужасные формы, ведь даже в детстве близнец всегда получал силой, что хотел. А сейчас он желал младшего брата. Его мотивы туманны и непредсказуемы. А может, это желание навсегда избавиться от проклятого одиночества?..       — Здесь? Ты уверен, Жемчужина? — недоверчиво спросил Вэш.       Троица вышла на крышу высотки. Весь город распростёрся под ними, а вдали красивым золотым ковром мерцала пустыня. Около здания собралась приличная толпа зевак, слышалась отдалённая сирена пожарных машин, туда-сюда перемещались стайки студентов после занятий. Духоту разгонял прохладный ветерок.       — Странное место для хранения, — нетерпеливо выдохнул Миллионс. Последние крохи старых технологий отделяли его от возвращения в отель с главным призом вечера — покорным близнецом. — Где конкретно?       — Где-то здесь, — уклончиво ответил парень и пожал плечами. — Вы лучше меня знаете, как выглядит та техника. Давайте разделимся и поищем.       Мужчина в белоснежном костюме недовольно цокнул и направился влево. Вэш повертел головой и пошёл направо, ища взглядом что-нибудь, хоть отдалённо напоминающее ненавистную аппаратуру.       По телу вдруг прошла дрожь. Мужчина замер, не в силах пошевелиться! Он не мог вдохнуть, закричать, даже подвигать пальцем! Отвратительное чувство подчинения сковало каждый мускул. А затем заставило двигаться. Увидев блестящую жесть, которой был обит край крыши, Тонгари взбрыкнул из последних сил и заскулил, понимая, что в следующий миг шагнёт с двадцатого этажа.       Какая жалость. Вэш Ураган прыгнул с крыши. Он так сильно не желал принять любовь брата, что выбрал смерть. Не беспокойся. Я утешу господина. Прощай.       Волосы взметнулись и моментально растрепались. Тело казалось тяжёлым и лёгким одновременно, и можно бы попытаться спастись — зацепиться плетью или стилетами за бок здания, но проклятый Блусаммерс продолжал сжимать невидимый кулак на его теле, не позволяя двигаться. Перед слезящимися от ветра глазами мелькали окна и гипсовые лица ангелов, время ускорилось и замедлилось, а осознание конца прошило мозг одной-единственной мыслью «Увидеть бы Вульфвуда в последний раз».       Легато больше не существует!       Эта мысль моментально прошила сознание Урагана! Ужасная хватка телепата развеялась в считанные секунды, но… поздно. Вэшу привиделось, будто одна из гипсовых статуй сорвалась со стены и распахнула огромное железное крыло — почему-то одно. Фигура заслонила собой солнце, и полузадушенный блондин неловко протянул к ней механическую руку. В следующую секунду наступила тьма.       Вульфвуд в сотый раз бросил недовольный взгляд на часы. Массивный циферблат на фасаде соседней библиотеки отсчитал уже полчаса с тех самых пор, когда они с Тонгари разминулись. Николас не сомневался, что сейчас возлюбленный горячо спорит с профессорами или забрасывает их вопросами, но неприятное гнетущее чувство не давало усидеть на месте.       Он дважды сходил за сигаретами. В третий раз зашёл в булочную и запасся огромным пакетом пончиков, надеясь, что Вэш почует их запах в эфире и поскорее закончит с делами.       — Слушай сюда, Тонгари — обратился он к невидимому любовнику. — Я начинаю есть пончики, и если ты сейчас же не появишься, я сожру их все.       Он поднёс ко рту первую сладость с шоколадной глазурью. Вдруг рядом раздались отчаянные крики прохожих! В следующую секунду на припаркованный автомобиль неподалёку рухнуло что-то массивное!       Священник обнял бумажный пакет и побежал посмотреть, что произошло. Он с трудом растолкал зевак, а когда увидел что упало на тачку, выронил сладости. Ароматные пончики рассыпались по тротуару цветными колечками и замерли среди мелких осколков стекла. На вдавленной крыше машины лежал окровавленный близнец Тонгари. Он пытался сгруппироваться в полёте, но всё равно рухнул спиной на автомобиль.       Прохожих поражало огромное крыло, сплетённое из стальных сегментов. Николас заметил что-то ярко-красное под «перьями» и заскулил от осознания. Он смело шагнул вперёд и осторожно сдвинул крыло в сторону. Убийца спрятал на груди младшего брата.       — Вэш? — сквозь слёзы прошептал Николас и прикоснулся с светлой макушке. — Умоляю, Господи…       — М-м-м, рука! — жалобно простонал Ураган. Он медленно раскрыл глаза и уставился на возлюбленного. — Вульфвуд?..       Пастор помог возлюбленному выпутаться из объятий Ная и сесть рядом с тачкой. Кто-то протянул бедняге воду, но тот отрицательно покачал головой и баюкал окровавленное плечо. Вульфвуд не задавал идиотских вопросов, хотя бы потому, что их было столько, что не хватило бы суток, чтобы задать их все. С его губ сорвалось только одно:       — Ему кранты?       Блондин поморщился. Он с трудом поднялся, после чего прикоснулся лбом к окровавленной руке Миллионса. Станция чувствовал множественные переломы и ужасную боль близнеца, но упрямец был жив, хотя болезненное лицо, искажённое мукой, говорило об обратном.       — Живой.       — Не проблема, — беззаботно отозвался святоша и вытащил пистолет. Дуло прижалось к виску маньяка, но Тонгари издал возмущённый взмяв и ухватился за рукав чёрного пиджака. — Что? Разве мы не враги?       — Не. Убивай, — упрямо процедил Ураган, прижимая механическую руку к боку. При падении пострадали ещё и рёбра. Даже говорить было больно. — Он. Мой. Брат. Придурок.       — Ладно, ладно, — истерично выдохнул Николас. — Тогда пошли быстрее, пока он не пришёл в себя. Вэш! Блядь, надо срочно в госпиталь, ты дерьмово выглядишь.       Младший брат с трудом опёрся о развалины тачки. Он встревоженно глядел на белоснежный пиджак, забрызганный свежей кровью. Найвс выжил. Но это пограничное состояние между жизнью и смертью пульсировало в голове Станции, будто обугленный след от калёного железа. Тонкие обескровленные губы Ная медленно приоткрылись в немом крике, а глаза забегали под воспалёнными веками.       Тонгари понимал, что должен бежать, пока Миллионс настолько слаб. Но проклятая совесть вцепилась в брюхо ледяными пальцами, напоминая о том, что разбитый мужчина — родной брат. Близнец, который пытался спасти самое дорогое.       — Идём, — с трудом ответил Вэш.       Он отвёл взгляд, закинул руку на шею Карателя и с трудом поковылял прочь.       Ураган осилил четыре шага. Остановился на пятом. Обернулся.       — Вэш, — взмолился Николас. — Не вздумай!