To Be Human

      Оставляя следы, мы искали дороги. Так хотелось дойти, но спасли немногих. И сжимая виски, я кричу от боли: «Нет без правил игры, есть игра по неволе!» © трек Helga «Герой»

      Вэш медленно открыл глаза. Пыльная комната плыла перед взором. В глазах двоилось. Тошнило.       Он сморгнул тяжёлое густое беспамятство и попытался подняться. Сел. Пальцы наткнулись на крючковатые живые лозы, оплетавшие всё вокруг. Мужчина завороженно выдохнул и изумлённо распахнул глаза: просторная зала с вывороченной стеной казалась настоящим полем с гиацинтовыми цветами, устилавшими пол, стены, потолок. Всюду благоухали цветы. Особенно много соцветий покоилось на невысоком холмике рядом.       Ураган тупо уставился на него. По щекам безмолвно покатились дорожки слёз. Вульфвуд. Там лежал его Вульфвуд. Всё кончено. Мужчина наклонил голову в бок и положил ладонь на цветочный саркофаг. Подушечки пальцев наткнулись на торчащие колючки и закровили. Чудовищное чувство пустоты обрушилось на блондина, и он едва устоял, чтобы не припасть к полу. Хотелось лечь рядом. Закрыть глаза. И тоже… Умереть.       Отчаянный рёв чудовища за окном заставил его вздрогнуть.       Мужчина поднялся. Его шатало. Последний всплеск энергии и жадная сестрёнка выкачали из него почти все силы. Но тело худо-бедно пыталось восстановиться.       Вэш подобрался к зияющей дыре и выглянул на площадь. Злобная тварь крушила всё вокруг. Она старалась давить людей, несмотря на то, что многие из присутствующих были приспешниками Миллионса. Пророк не жалел даже «своих» и злобно смеялся, устроив жестокую резню. Ураган прикусил губу до крови и отвёл взгляд, не в силах смотреть на расправу.       Он доковылял до холмика и рухнул рядом на колени. Как бы поступил Вульфвуд?.. Конечно же бросился бы на защиту ни в чём не повинных людей. Разве не этим они занимались в своих путешествиях? Те девушки на корабле… люди из Мира, и славные чумазые сорванцы?.. Все они получили второй шанс. Чистый билет, в который можно вписать любое направление. Они с Николасом подарили страждущим возможность исправить жизнь. И теперь чудовище по имени Найвс Миллионс уничтожал всё, что им было дорого.       Вэш прикрыл глаза. Он вспомнил доброе лицо Николаса в келье для исповеди. Мирное и сосредоточенное выражение, спокойное дыхание, крепкие пальцы, перебирающие бусины чёток. Его губы едва шевелились во время молитвы. А когда Тонгари протянул ему яблоко, темно-синие глаза распахнулись от изумления, а нежная улыбка украсила смуглое лицо. Такой красивый… Живой.       Блондин прикрыл глаза ладонью и покачал головой. Он не будет сдаваться. Во имя Вульфвуда.       — Я вернусь и обязательно похороню тебя как следует, — тихо пообещал Станция.       Ураган отыскал револьвер. Он сунул его в кобуру на поясе и вышел из комнаты.       Ноги еле переставлялись, будто сотканные из ваты. Хорошо, что лифт работал — обессиленный мужчина вряд ли смог бы преодолеть десять этажей вниз на своих двоих. Башня пугала тишиной, но это было логично — люди узрели безумие своего господина и бросились бежать, сломя голову.       Мужчина обошёл фонтан. Краем глаза он уловил темноволосую фигуру и моментально направил на неё оружие. Пару мгновений спустя Тонгари изумлённо подошёл к зеркалу и раскрыл рот — цвет собственных волос напомнил ему уголь для растопки костра. В его шевелюре не осталось ни единой светлой прядки, а для Станций это значило одно — разрыв с высшим измерением и потерю всех способностей. Слабость дрожью отзывалась в коленях и мерцала несчастной улыбкой.       — Вот каково, значит, — с этими словами он прикоснулся к бледной коже и отвернулся от зеркального двойника, — быть человеком.       Тайфун стал смертен. Легко и внезапно смертен, как и любой другой человек.       — Всё равно не отступлюсь! — воскликнул он и стиснул зубы. — Он бы не сдался.       Мужчина не рассчитывал на победу. Но отвлечь злобную тварь, которой управлял Миллионс, мог. По крайней мере, в рукаве Вэша остался мелкий козырь — остатки его жизни. Только поглотив их Рем сможет стать собой. Сможет ли? Рем ли? У Тонгари не было ответов на эти вопросы, но он собрался пожертвовать последними минутами жизни, чтобы дать шанс жителям города покинуть бойню.       Среди поверженных бандитов на площади удалось сыскать крупнокалиберный пулемёт. Вэш с трудом накинул массивный ремень на плечо и поднял оружие, после чего двинулся по широкой улице. Всюду валялись обломки зданий и тела тех, кому не посчастливилось убежать или спрятаться. Ураган заскрипел зубами и побежал.       Он быстро нагнал неповоротливую тварь. Чудовище, сплетённое из лоз, пыталось достать хнычущего мальчишку, который забился под грузовик. Миллионс наблюдал за этим с хищной улыбкой и по-прежнему стоял на плече ручного монстра.       — Ре-е-ем! — заорал Вэш и стал палить по ногам и спине твари. — Эй ты, там! Посмотри на меня!       Существо взвыло и тут же обзавелось аспидной бронёй. Темно-фиолетовые руны слабо пульсировали. Защитная кожа имела прорехи; несовершенство покрытия подтверждало слова Ная о том, что ей следует поглотить все силы собрата для полного восстановления. Рем позабыла о жертве и развернулась к Урагану. Миллионс прищурился, глядя на брата.       — Ты ведь хочешь забрать всё, да? — с вызовом проорал Тонгари и расстегнул порванный плащ.       В тяжёлом нагруднике была пробита дыра, а под ним светлела молочная кожа. Вэш больше не мог использовать обсидиановую защиту. Он стал простым смертным, а потому походил на сумасшедшего, который собирался прыгнуть в объятия свирепого быка.       — Ты что делаешь? — злобно поорал Найвс. — Не мешайся под ногами!       — Давай же, детка, — со слезами на глазах прокричал мужчина, игнорируя близнеца. — Возьми меня. Поглоти полностью, ты ведь хочешь!       Существо заинтересованно наклонилось к нему. Оно протянуло руку, чтобы схватить назойливую добычу, но Ураган отбросил пулемёт и перекатился по брусчатке. Собственная скорость казалась ему черепашьей. Люди такие медлительные…       — Сожри меня, сожри! — подначивал мужчина. Он вскочил на ноги и попятился назад. — Только поймай сначала!       Вэш бросился бежать. Земля каждый раз вздрагивала под ногами, когда опасное создание шагало за его спиной. До вокзала рукой подать, а там — широкий простор Пустоши. Нужно было увести тварь подальше от города, чтобы беспомощные люди могли спрятаться получше или запрыгнуть в тачки и укатить в другой, более защищённый город.       Рем неслась за ним. По пути она крушила дома и игнорировала злобный крик Найвса. Тот едва успевал уворачиваться от обломков зданий и пытался образумить неконтролируемую тварь.       Тяжёлые ботинки вязли в песке. Вся броня, обувь, и даже плащ казались неподъёмными, но мужчина слишком устал от невероятного забега с препятствиями, чтобы вновь удивиться беспомощности.       А вот Рем песчаное поле было нипочём. Существу стало даже легче — не было преград в виде покорёженных тачек и строительной крошки под ногами. Ураган нёсся из последних сил. Лёгкие горели болью, ноги простреливали судороги, дыхание сбилось, и ему казалось, что раскалённый песок не только скрипит на зубах, но забился под одежду, под кожу, царапает глаза. Он остановился на мгновение и обернулся.       Люди массово выезжали из города. Короткий отрезок времени позволил сотням туристов и жителей Июля попрыгать в тачки и автобусы и дать по газам.       Жертва не напрасна.       Тонгари вновь развернулся для бега, но собственное тело предало его. Нога подкосилась и увязла в бархане по щиколотку. Он упал и с ужасом понял, что не может подняться. Вместо дыхания с его губ сорвался лающий кашель. Носом потекла кровь. В висках стучало.       Крепкие колючие пальцы резко схватили его поперёк талии и потянули ввысь. Мужчина попытался создать лозы, но ничего не вышло. Он отчаянно заорал и вгрызся зубами в массивную длань, но хватка существа казалась стальной. В ответ на жалкие попытки вырваться, Рем сдавила кулак сильнее и Ураган ощутил, как корпус протеза лопнул, а кости затрещали. Он подкатил глаза и обмяк. Не вдохнуть. Не выдохнуть. Превозмогая себя, он с трудом поднял лицо и встретился с гневным взглядом старшего брата.       — На… — хрипло выплюнул Вэш с кровью.       Тиски цветочной леди сдавили грудь. Мужчина уронил голову. Смерть влажно дышала ему в загривок и ждала. Ещё секунда. Две.       Перед глазами сверкнули белоснежные одеяния. Ангел, решил про себя Тонгари, но его взгляд упёрся в крыло со стальными перьями. Миллионс спикировал на кисть сестры и скрестил руки на груди.       — Он отвлекает тебя, — холодно бросил Станция, не обращая внимание на хрипы умирающего брата. — Крысы разбегаются. Возвращаемся в город, немедленно!       Существо склонило голову на бок. Оно не собиралось выпускать жертву. Найвс полуобернулся на младшего брата. Его бесстрастное лицо обзавелось глубокой морщинкой между бровей, а уголки губ опустились вниз. Вэшу вдруг захотелось выдать что-то ироничное, в духе погибшего Вульфвуда. Только вот на ум не пришла ни одна шутка, а при воспоминании о Волчонке с губ сорвался очередной полузадушенный стон.       — Отпусти, — процедил старший брат. — Закончим с ним позже.       Рем не подчинялась. Лицо Станции перекосилось от злости.       — Я сказал отпусти его, стерва! — заорал Миллионс, срывая голос.       В воздухе ярко блеснули ножи. Смертельная хватка ослабла. Ураган почувствовал странное ощущение невесомости, а через несколько мгновений свалился на золотистый песок вместе с кулаком, который только что сжимал его. Он жадно глотал воздух, приходя в себя и слабо шевелясь. По ощущениям сестрёнка наградила его переломом рёбер, а механическая рука не слушалась и болталась ненужной железкой.       Старший брат резко приземлился рядом. Он игнорировал рёв обиженного монстра за спиной и раскрыл огромные тёмные пальцы, сжимающие тушку близнеца. Вэш слабо пошевелился, но не смог встать, а потому Миллионс схватил его за ворот плаща и рывком поднял к себе. Ноги Урагана подгибались.       Он не мог глядеть в ненавистное лицо собрата. А потому слабо покачнулся и глянул в сторону города. Люди продолжали спасаться. Хорошо, что он хоть что-то…       — Эй, не отключайся! — фыркнул Найвс и встряхнул его. Он окинул тревожным взглядом почерневшие волосы младшего брата и толкнул его в сторону Пустоши. — Убирайся отсюда! Пошёл вон! Слышишь?       Тонгари было так плохо, что он забыл удивиться щедрости брата. Мужчина проделал несколько неуверенных шагов вперёд, после чего запнулся и рухнул вниз.       — Не могу, — хрипло выдавил он, чувствуя, как разогретый песок нестерпимо обжигает щёку. — Не могу бежать, Най.       Пророк злобно фыркнул и наклонился к нему. Он поднял собрата за плечо и явил длинные сверкающие плети, после чего прокрался ими к пояснице Урагана. Острые кончики прошили тонкую фарфоровую кожу и попытались проникнуть глубже, но Тонгари взвыл от яркой вспышки боли и забился в его руках, а потом в третий раз рухнул вниз, словно бракованная марионетка.       — В чём дело? — прорычал мужчина. — Почему ты не принимаешь?..       — Я больше не Станция, — мстительно рассмеялся Тонгари. До него дошло, что старший брат хотел поделиться с ним силами из невероятного порыва жалости. — Связь с ядром. Я её не чувствую.       Миллионс отшатнулся. Его губы задрожали, на глазах появилась влага, и Тонгари пожалел, что больше не может ощущать чувства собрата. Он всё бы отдал, чтобы проверить, что именно испытывает близнец — отвращение или жалость к индепенденту, который стал смертным? Скорее, первое. Най ненавидел всех людей без исключения.       Огромные пальцы стиснули ногу Урагана и потащили по песку. Мужчина обессиленно захрипел, чувствуя, как огненные песчинки оставляют протёртые ссадины на открытом животе. Измочаленный протез вконец сломался и развалился на глазах, и однорукий боец с трудом цеплялся за раскалённый песок, будто это могло замедлить движение. Рем стремилась выжать его досуха, хотя Вэш стал простым смертным. Жадная…       Его подняли над землёй, и в воздухе вновь просвистели лезвия. Яркие плети рассекли ладонь чудовища, и Тонгари полетел вниз. Он спрятал голову в сгибе локтя, надеясь, что наконец свернёт шею при падении, и этот цирк прекратится.       Сильные руки поймали его на лету. Стрелок поднял осоловевший взгляд на близнеца, но с трудом удержал голову на весу. Сознание медленно покидало его. Становилось темно, приятно и прохладно. В нос ткнулась невесомая ткань, сверкающая на солнце, а холодящий ментоловый запах дразнил обоняние. Он чувствовал щекой, как быстро бьётся сердце Миллионса и поразился, как старшему брату удаётся сохранять самообладание и имитировать непробиваемый взгляд гипсовой статуи. Даже в этом Най был профессионалом.       Рассерженная Рем заверещала! Она замахнулась и ударила по братьям со всей силы, причём это было так неожиданно, что Станция не успел среагировать. Их отбросило назад, и Тонгари будто ударило шокером. Взбодрило! Существо продолжило охоту, и теперь это стало проблемой Найвса.       Он оттащил младшего брата подальше, после чего явил острейшие лезвия. Тварь рычала и металась. Она пыталась подобраться к Урагану, но Миллионс пресекал эти попытки уколами, грозным рычанием и запугиванием, что уничтожит создание, которое с таким трудом взращивал несколько лет. Он надеялся вернуть контроль.       Огромные крючковатые лозы с шипами вероломно сбили его с ног и потянулись к Вэшу! Он заторможено глядел на то, как крупные заострённые концы щупалец несутся к его груди и прикрылся рукой, но что-то заслонило собой солнце и мягко навалилось сверху.       Най. Он обнял брата и едва не придушил в объятиях. Тонгари увидел, как в его спину впились гигантские лозы Рем и поразился — почему брат не обрезал их ещё на подлёте?       Станция посчитал это огромным риском. Ценой за ошибку могла послужить жизнь младшего брата, потому Пророк сам подставился под кровожадные щупальца сестрёнки. Миллионс боролся с тварью в своём сознании! Он мотал головой и рычал, отчего Рем глубже и беспощаднее пронзала его тело. Волосы мужчины стали темнеть, также, как и у Вэша.       Тонгари из последних сил обнял старшего брата в ответ и стал кататься по песку. Крючковатые лозы твари перекрутились и спутались, всюду летел песок, слышался жадный ор Божественной Станции. Вэш перекрутился в очередной раз и поднялся. Он упёрся тяжёлым ботинком в спину Миллионса и вырвал одну из кровожадных лоз, а затем вторую. От последней Найвс избавился сам. Он хрипел от ненависти и разочарования.       — Мы должны уничтожить её! — проорал Ураган.       Он увидел загребущую руку твари и оттолкнул близнеца. Ладонь Рем зачерпнула песок и вновь потянулась к добыче. Най отсёк чудовищу пальцы, притянул близнеца к себе и спрятал за широкую спину.       — Нет, — отозвался он и сплюнул песок, скрипящий на зубах. — Я заставлю её подчиниться!       — Что-то херово получается! — фыркнул Тонгари и пополз на карачках назад, когда существо едва не прихлопнуло обоих.       — Заткнись!       — Сам заткнись!       Миллионс зарычал и сжал его горло. Он рывком притянул к себе близнеца и таращился пылающим взглядом, будто не решил, чего хочет больше — ударить или впиться в губы болезненным поцелуем. Второе. Явно второе.       Тонгари увидел дикую страсть в блестящем взгляде. Он откинул голову назад и расхохотался со слезами на глазах! То, что Най до сих пор нуждался в нём, сводило с ума. Невероятно. Ну что за придурок! Упёртый, совсем как…       Светло-голубые глаза расширились от изумления. Станция вдруг бросил брата на песок и навалился сверху. Тонгари вскрикнул от неожиданности и случайно набрал полный рот горячего песка, после чего возмущённо заорал и завозился как червь. Что за?..       Недалеко послышались выстрелы крупнокалиберной пушки. Пули впивались в сплетённые лозы чудовища и свистели над головой, как песчаные суслики.       Рем тяжело рухнула на землю. Ей требовалось время, чтобы прийти в себя — неизвестный смельчак изрешетил существо так, что ошмётки бурой плоти разлетелись на сотни метров кругом. Когда всё затихло, Вэш спихнул с себя брата и поднял слезящиеся глаза на тёмную фигуру.       Он заскулил и поджался, решив, что сошёл с ума. Или сдох. Или и то и другое вместе.       — О-ои, что за день? — иронично выдохнул Николас, стремительно сокращая расстояние между ними. — Все хотят моего Тонгари!       Вэш тяжело поднялся и заковылял к нему! Он забыл родную речь и только мог сипеть. Мужчина поймал возлюбленного в объятия и уткнулся в чёрные волосы, жадно вдыхая родной запах.       — Но как?.. Как? Ты ведь… Я… — лепетал стрелок, щурясь от боли в рёбрах. Колени дрожали, и ноги держали его с трудом. — Вульфвуд!..       — Как ты выжил?! — прошипел индепендент и ощерился как бешенное животное.       Он поразился явлению человека, будто увидел настоящую Божественную Станцию. Святоша усмехнулся и показал ему средний палец, после чего прижался губами к виску Урагана. Тот до сих пор не мог связать и пары слов от ранений и шока.       — Опять проблемы с памятью? — ласково выдохнул Ник. Он положил ладонь на затылок супруга и нежно прижал обессиленного мужчину к себе. — Ты вхуярил в меня всё, что у тебя осталось. Ещё и в кокон засунул, засранец! Я чуть не задохнулся, когда пришёл в себя.       — Т-третий… — просипел Вэш, счастливо улыбаясь в плечо возлюбленного. — Он тебя спас. Господи, Вульфвуд!.. Волчонок, — и совсем тихо: — Жизнь моя.       Найвс выставил перед собой ладонь. Из-за потери доброй половины сил мужчина действовал медленнее, но всё ещё представлял опасность. На его лице было написано, что он готов убивать проклятого любовника Вэша столько раз, сколько потребуется. Николас прищурился и опустил глаза на тёмную макушку. Ураган не выпускал его из объятий. Миллионс ждал, пока брат отстранится.       Огромная лоза с размаху опустилась сверху! Все трое воскликнули от неожиданности и отскочили в стороны. Чудовище очухалось и поднялось с песка, желая расправиться с обидчиками. Её щупальца появлялись с молниеносной скоростью, лупили по песку, пытались схватить то Ная, то Николаса. Оба успели увернуться, но полузадушенный и переломанный Тонгари уклониться не успел. Он вскрикнул, когда вокруг талии обвилась лоза и дёрнула к Рем, поднимая в воздух к «лицу» цветочного создания.       Миллионс прорычал и выбросил стилеты из кисти. Он набросился на Вульфвуда, желая перерезать ему глотку, а затем выбить брата из лап твари.       Каратель неожиданно схватил его за запястье. Он сверкнул тёмно-синими глазами и усмехнулся. Самоуверенность поразила Станцию, и он замешкался.       — Дай же ему хотя бы один повод полюбить тебя, тупорылый болван!       Найвс поджал губы и высоко задрал подбородок.       — Я — последний на планете, кто заинтересует Вэша.       — И что? Ты решил выкосить всех, чтобы облегчить ему выбор? Это так не работает!       Священник фыркнул. Отчаяние, сквозившее в светло-голубых глазах чувствовалось кожей. Миллионс доказал, что способен стереть человечество с лица Гансмоука. Ему ничего не стоило выпотрошить любого, кто приблизится к брату на шаг, но в то же время он являлся тем единственным существом, которого младший брат не желал подпускать к себе. Боль, злоба, стремление поработить Урагана, вырвать из него желанную частицу тепла, всё это — отвратительный и неумелый способ любить.       Найвс любил. И совершенно не умел этого делать. Не умел настолько, что его страсть превратилась в одержимость и слепую жажду обладать. Он нуждался в брате и собирался уничтожить его, чтобы преодолеть проклятую зависимость.       Вульфвуд понимал, что никто и никогда не победит Найвса Миллионса силой. У Ника осталась жалкая попытка тронуть его душу искренними словами. Последний шанс.       — Докажи ему, что ты не чудовище.       — Я чудовище, — осклабился блондин.       — Блядь, пусть так, — мужчина метнул взгляд в сторону Тонгари. Тот висел над песком и отбивался от щупалец. — Но ему пиздец как нужен старший брат!       — С чего ты взял? — насторожился индепендент. — Он говорил обо мне?       — Мне кто-нибудь поможет, а? — проорал Тонгари. Он вырвался из хватки и бежал по лозам выше, к голове чудовища. — Я вообще-то смертный!       — С чего ты взял?! — вновь проорал Найвс и прижал острые стилеты к шее ненавистного человека.       — Он жалел о тех словах в больнице. Всю дорогу убивался и вздыхал.       — Вэш… жалел? — мужчина медленно повернулся в сторону близнеца. Он хмурился, но губы дрогнули в подобии нерешительной улыбки. — Что он сказал?       — Важнее то, чего он не сказал.       Миллионс вопросительно поднял брови.       — Он может многое скрывать за своей улыбочкой, но я-то чувствую, что ему также одиноко, как и тебе. Блядь, да ему как никому другому нужен настоящий член семьи, вас ведь всего двое на этой грёбанной планете! — Николас всегда был мастером убеждений. — Называй меня психом, но у тебя ещё есть шанс стать охуительным старшим братом.       — Значит, на моём пути стоишь только ты? — иронично выдохнул мерзавец.       — Детка, — терпеливо выдохнул Каратель. — Я не только не стою на твоём пути. Я, мать твою, костыль, на котором ты сможешь доковылять до Вэша. Потому что твой путь к его сердцу лежит через меня. А если ты снова меня замочишь… Впрочем, валяй. Сам увидишь. Вернее, больше никогда его не увидишь.       Он с чувством отбросил увесистую пушку и распахнул руки в стороны. Крепкая грудь тяжело вздымалась перед взором Станции. Миллионс скользил по безумному человеку долгим тяжёлым взглядом. Он будто старался прожечь его насквозь. Искал подвох. Скалился и решался поставить на кон всё.       — Подними эту чёртову штуку, — наконец выплюнул он и медленно втянул льдисто-белые ножи.       — Ты о Карателе? — Николас моментально взял бандуру и направил в сторону чудовища. — Если ты не заметил, эта хрень — временная мера. Нужно подорвать тварь или типа того.       — Индепендента может убить только оружие индепендента, — процедил Миллионс сквозь зубы. — Целься в грудь. Я скажу, когда стрелять.       Вульфвуд хмыкнул и навёл Каратель на вопящее нечто. Приободрённый Ураган прыгал на голове Рем, уворачивался от плетей и хрипло орал. Миллионс встал рядом с Ником и медленно опустил ладонь на крест. По всему корпусу разрослись тонкие витиеватые лезвия. Они срастались с грозным оружием и придавали ему более странный и уникальный вид. Контур лезвий засиял голубоватым свечением, и Николас поражённо присвистнул.       — Не попади в Вэша, — низко, но чётко сказал Станция и прикрыл глаза. — Давай!       Яркий льдисто-голубой неоновый луч пронзил чудовище в центр груди! От его мощного сияния всё вокруг осветилось чистейшим белым светом, и святоша решил, что подлец ослепил его! Он выронил оружие и стал тереть глаза, матерясь. А когда открыл, увидел, как Най упал на четвереньки и тяжело задышал, опустив голову.       Голову с абсолютно почерневшей шевелюрой.       Белоснежные одежды Пророка превратились в грубый блёклый бежево-серый балахон.       Рем заткнулась и застыла. Переплетённые лозы, составляющие её тело задубели и высохли, а затем стали разрушаться. Вэш рухнул вниз, матерясь во всю глотку — видимо научился этому у супруга. Он выбрался из останков сестрички и доковылял до Ника и брата. Заметив, что Миллионс распрощался со своими силами, Ураган бросился к нему и завалил подонка на спину.       Найвс широко распахнул глаза, когда младший брат оседлал его и схватил за грудки единственной рукой. Старший обессиленно выдохнул и уставился на близнеца, который шипел и брызгал слюной, а в довершении к проклятиям попытался прижать руки мужчины к песку над головой.       — Скорее, Вульфвуд! Найди, чем связать его! — воскликнул Тонгари. — Я сдам эту сволочь шерифу, и его повесят на площади!       Николас угукнул и уселся на песок. Он похлопал себя по карманам, закурил и поглядел на возню супруга. Найвс терпел выходку Урагана, но когда тот решил, что брата лучше расстрелять, чем повесить, опасно сузил глаза. Даже без чудовищных сил индепендента Миллионс вызывал неприятный холодок по коже. Но не у Вэша.       — Может, лучше в тюрьму? — задумался Тонгари, возясь на близнеце и не выпуская его руку. — Чтобы копал карьеры, пока не задохнётся от пыли?       — Не скачи на мне, — огрызнулся Най. Его щёки и кончики ушей слегка порозовели. — Угомонись, я сказал!       «Ага, не нравится ему» — подумал святоша, заметив, как вторая рука старшего брата стиснула бедро Урагана. Но он выдохнул с дымом иное:       — А может, он поедет с нами и будет исправлять свои косяки?       Оба брата резко повернули к нему головы. Вэш разинул рот и выпустил руку Найвса. Пророк наградил Ника долгим нечитаемым взглядом, а после уставился на младшего.       — Ты когда успел приложиться головой? — спокойно спросил Вэш. Он сделал медленный вдох и заорал: — Это грёбанный Найвс Миллионс! Ты едва не откинулся из-за него! Да весь Гансмоук едва не откинулся! Он и меня едва не завалил!       — Я бы тебя не убил, — проворчал мужчина, когда острые коленки Вэша впились в его бока. — Никогда. Припугнул только.       — Ну ты слышал? — восхитился Тайфун. — Слышал?!       Вульфвуд хмыкнул и поднялся. Он осмотрел покорёженное оружие, которое годилось разве что для сдачи металлолома, закинул его на плечо и потащился в сторону города. Вэш встал с брата и пошёл за ним. Найвс приподнялся на локтях и поморщился. Человеческое тело ощущалось иначе. Каким-то… безоружным.       — Куда ты? — спросил Вэш. Он хромал, но всё же нагнал супруга.       — Надо найти тачку. Заебало всё. Хочу домой.       — Ты серьёзно хочешь, чтобы он ехал с нами?       Святоша остановился. Он притянул к себе возлюбленного и крепко обнял свободной рукой. Мягкие губы прикоснулись к взмокшему виску Урагана, а затем скользнули на щёку. Это успокоило вопящего мужчину.       — Этот чёрт языкастый может собрать очередную «Жопу Михаила», — прошептал он на ушко Вэша. — И устроить новый апокалипсис, чтобы впечатлить тебя. Ему не нужно быть Станцией, чтобы повторить пиздец. Помнишь, когда ему конкретно снесло башку?       — Когда я сказал, — мужчина опустил глаза и тихо выдохнул: — что у него нет брата.       — Вот. Видишь, как нехорошо разбрасываться родственниками?       — И всё же. Это ведь Найвс Миллионс.       — Не могу устоять перед кем-то, у кого такая же мордашка, как у тебя.       Тонгари возмущённо шикнул и ткнул пальцем в рёбра супруга. Тот охнул и состроил жалобное лицо, а потом добавил:       — Если будет выёбываться, то сразу отправится на нары.       Ураган бросил на брата насупленный взгляд. Тот стоял в сторонке и ждал, пока парочка нашепчется, с таким невозмутимым видом, будто ему на самом деле было плевать, и это он делает одолжение, что стоит здесь под солнцепёком. Вэш прикрыл глаза и медленно выдохнул. Он доверял партнёру, и чувствовал в его предложении глубинный, почти божественный замысел. В конце концов, они все здесь были безжалостными убийцами.       — Хорошо, — он подошёл к брату и неловко стиснул его плечо пальцами. — Едем с нами. Но клянусь, если ты устроишь какую-то хрень…       — Болит? — печально перебил его старший брат и кивнул на разбитую коленку.       — Ха? Конечно болит, тупица! — воскликнул Ураган: — Если тебе совестно, можешь до города донести!       Он всплеснул рукой и фыркнул. Мужчина слишком разозлился, а потому вовремя прикусил язык, чтобы не ляпнуть какую-нибудь хрень как тогда, в госпитале. Крепкие руки вдруг обвились вокруг талии и резко притянули к себе, а в следующий момент Миллионс взял его на руки. Он усмехнулся довольным лисом и горделиво поднял подбородок.       — Смотри-ка, от него уже есть польза, — расхохотался Николас. Он закурил очередную сигарету и ткнул тлеющим кончиком в сторону близнецов. — Только руки не распускай, окей?       — Ну что ты, — с язвительной иронией ответил Найвс. Он посмотрел на Тонгари тёплым блестящим взглядом и добавил: — Вэш мой маленький родной брат.       — Меня пугает эта интонация, — нервно хохотнул Ураган и подрыгал ногами в воздухе. — Ну-ка поставь меня, извращенец.       — Сам попросил донести, Вэ-эши.       — Вульфвуд! Он… таращится на меня!       — О-ои, Тонгари, наслаждайся поездкой. Или я займу твоё место.       — Могу потащить тебя за ногу. Мордой в песок, Николас.       — Вульфвуд! Он тебе угрожает! Всё, Най, как доедем до города, я тебя сдам. А ну не ржать!       Николас хрипло рассмеялся и бросил взгляд на парочку позади. Он не знал, к чему приведёт решение подружить близнецов, но твёрдо верил в древнюю христианскую истину о том, что каждый заслуживает второй шанс.