To Be Human

— На каждое действие есть противодействие. Третий закон Ньютона. А как же любовь? © вопрос с просторов Интернета

      Вэш с трудом протискивался через огромную толпу. Люди оказались ещё безумнее, чем он предполагал — всего за пару дней в Июль прибыло невероятное количество фанатиков. Николасу приходилось держать супруга за рукав или край плаща, чтобы не потеряться среди зевак. Его поражал тот факт, что люди, которые проклинали Миллионса годами, резко переменили мнение и бросились встречать «конец света» по его первому зову.       Судя по гомону и оживлённым крикам, стало ясно, что многие до сих пор сомневаются, что произойдёт, но решили посмотреть на представление в Июле. «Лишним не будет» — слышалось в толпе. А если это окажется сказкой, то люди с размахом отпразднуют рождественский уик-энд в большом городе.       Помпезности событию добавляли новёхонькие блестящие джипы с наёмниками. Вооружённые до зубов бойцы носили форму с характерным знаком «Ока Михаила» и патрулировали город, наводя ещё больший беспредел, нежели порядок. Среди них жители города встречали жандармов, после чего ползли новые слухи о том, что правозащитники Гансмоука давно продались Найвсу Миллионсу и показательно «посадили» его в тюрьму, в то время как на самом деле пророк наслаждался уединением вдали от простых смертных. Теории заговора всегда популярны. Особенно, если в них зарыто зерно истины.       Ближе к полудню бойцы оцепили широкую площадь перед величественной высоткой. Посвященные знали, что несколько лет назад именно здесь располагался главный штаб «Ока». Фанатики хлынули туда с большим усердием, особенно когда некто пустил слух, что Божественная Станция явится именно здесь.       — Это же каким дебилом надо быть… — ворчал святоша, зажав сигарету в зубах.       Он похлопал Вэша по плечу и ткнул пальцем в сторону торгаша, который продавал футболки и бейсболки с принтами «Ока». Туристы и внезапно уверовавшие люди хватали их, несмотря на то, что продавец заломил цены в пять раз больше обычной. Судя по сосредоточенному лицу Тонгари, ему было не до веселья.       — Нужно попасть в штаб. Най должен быть там.       — И какой у нас план? — мужчина удобнее захватил ремни Карателя и внимательно посмотрел на супруга.       — Ты берёшь на себя охрану, а я надираю брату задницу.       — А второй пункт?       — Сначала доберёмся до первого, — пробормотал блондин.       Он мотнул головой в сторону джипов, которые преграждали путь к площади. Охранники сидели на тачках, ходили вдоль ограждений и заталкивали особо любопытных зевак обратно в толпу, угрожая расправой. Николас насчитал около сорока человек. Все с пушками.       Любопытные мещане — дополнительная головная боль. Если начнётся драка, то преступники могут начать палить по безоружным людям, а массовый расстрел — последнее, что хотел бы устроить Вульфвуд.       Он снял ремни и освободил гигантскую пушку. Гениальная мысль вспыхнула в мозгу, словно лампочка, а потому он направил оружие в небо и выдал пулемётную очередь ввысь. Мужчина демонстративно рассмеялся и заорал, что он-де террорист, и собирается устроить кровавую жатву из фанатиков Ока. Люди заорали в ужасе и бросились с площади врассыпную кто куда: в узкие улочки и подворотни, в открытые булочные и продуктовые лавчонки, за дома, за машины, за лавочки — куда угодно, лишь бы спастись. Вэш бесстрашно выскочил на площадь и кинулся к ближайшей машине с наёмниками. Битва началась!       Блондин экономил патроны. Он старался оглушить соперников, но в ходе пальбы несколько фанатиков подстрелили друг друга. Когда основная часть людей разбежалась, приспешники Миллионса бросились к Вульфвуду, чтобы устранить «террориста». Николас успешно отстреливался от врагов, а тех, кто подбирался слишком близко, лупил Карателем так, что бандюги отлетали на несколько метров назад. Ураган честно обезвредил треть нападавших, но вскоре сюда хлынуло подкрепление. Бандиты прыскали из каждого угла, словно крысы, и Вэш едва не сломал протез от методичного «бум» по вражеским темечкам.       — Беги в башню, детка, — весело прокричал Николас и спрятался за крестом, когда один из засранцев встал за пулемёт, прикреплённый к крыше джипа, — я развлеку их ещё немного!       — Уверен?       Тонгари добежал до парадного хода и спрятался за массивной деревянной дверью. Он выглянул из-за неё, чтобы оценить ситуацию. К святоше подбирались с обеих сторон, но Вульфвуд щедро поливал противников градом пуль и не сходил с места. Ему и не нужно мочить всех сразу. Главное — отвлечь основные силы «Ока», пока Вэш потолкует с братом.       — Вали уже! — проорал Николас. Он умудрился закурить и небрежно махнул рукой товарищу. — Я присоединюсь к твоей вечеринке минут через десять, так что не скучай!       Тонгари хмыкнул и проверил револьвер. Полный барабан. Оставалось надеяться, что произойдёт чудо, и ему не придётся стрелять в собственного брата. Судя по масштабу заварушки, Най, он же Найвс Миллионс, затеял нечто грандиозное. Ураган вздохнул и вошёл в просторный холл с массивным фонтаном в центре. Сверху послышался топот ног, гомон и клацанье затворов автоматов.       — А ну стоять! — проорал кто-то. — Вход запрещён!       — Какие негостеприимные, — обиженно протянул мужчина, разминая правое плечо и готовясь к схватке.       Он пробился к лифту через пару минут. Наёмники Миллионса были прекрасно организованы, но Ураган не мог позволить себе медлить. Как блондин ни старался быть пацифистом, ему пришлось выбить нападавшим несколько зубов и сломать парочку конечностей в ходе самозащиты.       Судя по сваленной в кучу толпе охранников, основные силы «Ока» были брошены на защиту площади. С улицы из приоткрытых окон до сих пор доносились мощные выстрелы Карателя и забористый мат святоши. Вэш утёр пот со лба и шагнул в лифт.       Он наугад ткнул кнопку самого высокого этажа и привалился к стене. Снова проверил револьвер. Все патроны на месте. По-прежнему.       Боже. Пусть так и останется.       На верху башни его встретила тишина. Но поразительное назойливое чувство присутствия заиграло рваным смычком по натянутым нервам. Мужчина поёжился. Да. Брат определённо был здесь, но вместе с ним в комнате находилось ещё что-то, с той стороны реальности, и осознание подобного заставляло колени дрожать, как у смельчака, который идёт в логово виверны.       Массивная дверь скрипнула и отворилась. Вэш уверенно шагнул вперёд и прищурился. Просторная зала встретила его полумраком — несмотря на множество окон и высокий свод потолка, здесь ужасно не хватало освещения. Помещение не успели отремонтировать после длительного застоя — стены зияли каменной кладкой, скрипел подгнивший паркет. Кое-где крошился кирпич.       В центре комнаты располагалась капсула для криосна. Тонгари медленно вытащил оружие и двинулся к ней, теряясь в догадках. Найвс замер гипсовой статуей в углу комнаты и молчал. Ждал чего-то?..       Вэш чувствовал его тяжёлое дыхание, подкреплённое волнами ненависти, но блондина больше интересовало нечто, спрятанное на самом видном месте. Он не задавал глупых вопросов, лишь приблизился к металлическому ящику. За стеклянной оболочкой лежала…       Ураган выронил оружие. Губы задрожали, а на глазах появилась влага.       — Н-не может быть! Она?..       — Оказывается, индепенденты практически бессмертны, — выдохнул Найвс. Его губы искривило подобие улыбки, и он отлип от стены. — Какие бы травмы не получил независимый, он способен восстановиться. Кто-то в течении пары дней. А кому-то требуется столетие.       Вэш встал на колени и поражённо прильнул к стеклу. Та, кого он ощущал, не походила на Рем, и в то же время родные отголоски себеподобной приятно просачивались под кожу и согревали измотанные нервы. Девушка под стеклом выглядела скверно — половина изъеденного черепа зияла чернотой запёкшейся крови, обнажённое тело имело глубокие истлевшие куски плоти, кое-где торчали желтовато-белые кости. Она была жива и мертва одновременно. Ураган с трудом сдерживал тошноту.       — Это и есть «Божественная Станция»? — горько выдохнул младший брат. — Зачем ты притащил её сюда?       Он следил краем глаза за крепкой фигурой в белоснежном балахоне. Ткань переливалась на редких солнечных лучах, которые пробивались сюда сквозь деревянные лаги крыши, и казалось, что новый наряд Ная был соткан из металла и шёлка.       — Я обнаружил, что она жива несколько лет назад. И был удивлён не меньше. Рем не такая, как мы. Слабая. Я долгое время искал способ вернуть ей силы, и в конце концов, мои изыски закончены. Ты — ключ ко всему, Вэш.       Миллионс замер в нескольких шагах. Его бледное печальное лицо не выражало эмоций, но прямой немигающий взгляд напомнил Урагану глаза безжалостного питона, застывшего перед жертвой. Най не пытался приблизиться, коснуться или выдохнуть что-то совершенно нежное, пусть и с привкусом безумия. Холодный и равнодушный. Тот самый Най, которого помнил Вэш. И которого всегда боялся, будучи ребёнком.       — Что это значит? И какого чёрта ты наобещал людям?       Уголок губ Найвса медленно пополз вверх. Он картинно поднял руки, копируя недавний жест «Пророка» с экрана телевизора.       — Я подарю им то, что они заслужили.       — Рай? — скептично выдохнул Ураган.       — Смерть.       — Я не позволю, — Тонгари взял револьвер и медленно поднялся с колен. Он встал между Наем и капсулой и снял пушку с предохранителя. — Зачем тебе их жизни? Ты и так для них почти что бог!       — Я очищу планету от мусора. Для того, чтобы жить здесь в гармонии с другим индепендентом.       — С чего ты взял, что я собираюсь жить с тобой «в гармонии»? Особенно на костях тех, кто мне дорог?       Тонгари услышал еле заметное шевеление позади. Но он не рискнул прервать зрительный контакт с самым опасным существом на Гансмоуке. Старший брат низко рассмеялся и прикрыл глаза руками. Он долго веселился, но вскоре поднял взгляд, горящий ледяной ненавистью, и выплюнул:       — Не с тобой.       Скрип металла вновь отвлёк Урагана. Он обернулся к криокапсуле и поражённо воскликнул — существо, изъеденное тлением, выбралось из контейнера и ползло к нему! В единственном уцелевшем глазу мерцал жадный блеск, а изо рта с пузырящейся слюной вырывалось шипение. Тонкие чёрные плети создания слабо двигались к ногам Тонгари, будто гниющие лианы.       Мужчина воскликнул, но не успел отбежать — Миллионс грубо схватил его за волосы. Он рывком притянул к себе близнеца и прижал спиной к своей груди.       — Есть кое-что, что можем только мы — независимые. Во время слияния Станции могут не только навязывать свою волю, но и… передавать жизненные силы. Несколько лет я делился с сестрёнкой. Теперь настала твоя очередь!       Ураган выстрелил в жадные щупальца, которые тянулись к нему. Он вывернулся из рук старшего брата и оставил в его кулаке клок светлых волос. Най поражённо уставился на них, а после оскалился. За его спиной появились сотни острых витиеватых лезвий, и Миллионс без предупреждения запустил их в сторону родного брата. Тонгари вскрикнул и перекатился кубарем по полу, чудом избежав ранения.       Он материализовал цепкие лозы, и отбил ими следующую партию ножей. Найвс не сдавался. Он скрипел зубами, поджимал губы и создавал опасные бритвы раз за разом, всё больше, сильнее и крупнее. Вэш прыгал по комнате словно заяц, уворачивался, отбивал опасные снаряды и лихорадочно соображал, что делать с существом. Он не мог назвать это Рем. Нет. Это была не она.       Или?..       Девушка всхлипнула, когда её плечо случайно пропорол нож собрата. Вэш кинулся к ней, чтобы затолкать обратно в спасительную криокапсулу, но просчитался. Миллионс махнул рукой, и перед ним материализовался острый массивный шест. Мужчина метнул его в зазевавшегося близнеца, и в следующую секунду Ураган взвыл, пригвождённый к стене!       Сначала он ощутил ледяной металл, пробивший лёгкое. Затем кровь пульсирующе толкнулась в горло. Блондин закашлялся и захрипел. Боль жгуче прошила грудь и живот. Вэш заскулил от пытки. Он заметался на месте, надеясь оторваться от стены, но соскочить с копья можно было лишь одним способом — двинуться вперёд и позволить всему металлическому древку пройти сквозь тело. А это почти метр!       — Не дёргайся, — холодно бросил Най.       Он подошёл совсем близко и прикоснулся к шесту. Его бесстрастное лицо не выражало ничего, будто маска из гипса.       — Не надо, Най, — хрипло выдавил Ураган. — Не трогай людей! Те, кто мучил нас, давно мертвы! Все… Каждый заслуживает прощение. Остановись, брат!       — «Брат»? Разве у меня есть брат? — с притворным удивлением выдохнул Найвс.       Его глаза опасно сверкнули.       Миллионс провёл пальцами по металлу. Шест брызнул в воздухе серебристыми песчинками и исчез. Тонгари не устоял на ногах и свалился на колени, тщетно закрывая кровоточащую рану в груди. В голове шумело, перед глазами всё плыло, но ускоренная регенерация не позволяла Станции сдаться и упасть без чувств.       Жесткая хватка стиснула ворот красного плаща. Най потащил его к существу, которое до сих пор извивалось на полу и старалось подползти к Урагану.       — Сколько бы я не отдавал ей энергии, всё мало, — будничным тоном сообщил мужчина. — Она сможет полноценно восстановиться только если получит всё.       Тонгари всхлипывал от боли. Он упирался в дощатый пол и чувствовал, как отвратительные занозы впиваются в ладонь и колени. Старший брат тащил его к голодному существу, будто жертвенного ягнёнка. Запах крови и гниения кружил голову. Сумасшедший страх из детства сковывал каждую мышцу, и Вэш ощутил себя беспомощным мальчишкой, которому отсекли руку.       Скользкие щупальца обвились вокруг рук и ног. Сглаженные концы тут же устремились в кровоточащую рану и рвано толкнулись под обсидиановую броню. Ураган задёргался и захрипел от боли, но Найвс не позволил ему вырваться. Он склонился к уху брата и низко выдохнул:       — Рем воскреснет, когда ты умрёшь, — жесткие холодные пальцы сдавили шею сзади. — Неужели ты не рад пожертвовать собой ради неё?       Существо проделывало ту же фишку, что и Найвс в детстве. Дикое голодное сознание вязко вторглось в мысли Урагана, заставляя покориться. Он подкатил глаза и обмяк. Перестал дёргаться. Сопротивление сошло на него.       Оно питалось.       Поглощало его.       Убивало.       Насыщалось и требовало большего!       С губ Вэша сорвался совсем тихий стон. Из последних сил он вцепился тупыми ногтями в руку близнеца, который держал его за шею. Миллионс даже не поморщился. На его глазах волосы Урагана начали медленно темнеть. Та, что была когда-то Рем, выкачивала из него жизнь с поразительной скоростью. Затылок и макушка Урагана полностью почернели.       — Вот же сучара!       Звук передергивания затвора заставил Найвса отскочить. Вульфвуд появился вовремя.       Он злобно зарычал и стал палить в проклятого Миллионса, а затем и в непонятное гниющее нечто. Существо завизжало и отцепилось от Урагана. Оно забилось на полу, избегая пуль и чрезвычайно быстро обрастая обсидиановой бронёй. Вэш пришёл в себя и отпихнул тварь увесистыми ботинками. С Рэм что-то происходило, и она временно потеряла к нему интерес. Но не Миллионс.       Святоша застал его врасплох. Смехотворное недоразумение, которое очень легко исправить. Наконец с бесстрастного лица Найвса пропало скучающее выражение! Теперь оно излучало чистую ненависть!       Всё вокруг засвистело! Тонгари решил, что в город влетела буря, но нет. Старший брат швырял в ненавистного человека лезвия с такой скоростью, что даже глазу Станции сложно было проследить за их траекторией.       — Вульфвуд, беги! — взвыл Вэш. Он понимал, что Миллионс всё равно скормит младшего брата Божественной Станции, но Николасу умирать не обязательно. — Беги отсюда, придурок!       — Без тебя не уйду! — упрямо прорычал Ник.       Он выставил перед собой крест, как щит, и пытался подобраться к супругу. Несколько ножей прочертили глубокие царапины по его лицу и телу, изрезали одежду. Тонгари пополз в его сторону, но тяжёлая босая нога Найвса с силой придавила его к полу.       — Надо же, — восхитился старший близнец, походя на взбешённого зверя. — Жив ещё?       Он проделал витиеватое движение руками, и в воздухе появился знакомый Вэшу шест. Ураган заскулил и попытался сбросить с себя ногу собрата, но было поздно.       Оружие Миллионса резко ударило Вульфвуда в спину. Тот заорал и выпустил Каратель из рук, открывшись перед убийцей. Пророк довольно осклабился и создал ещё два острых снаряда, но не успел запустить их в грудь ненавистного человека. Его внимание привлекло существо, напитавшееся силой Тонгари. Рем рычала и билась в агонии, разрастаясь в комнате с невероятной скоростью. Миллионс бросился к ней, не понимая, в чём дело.       Тонгари подполз к Николасу. Тот вытащил из себя металлическое копьё и хрипел. Ворот и грудь белоснежной рубашки окрасились алым, и всё в мире Вэша окрасилось в проклятый цвет боли и страданий. Мужчина лихорадочно зашарил по внутренним карманам черного пиджака. Святошу можно было спасти, а затем вытолкать к чёрту из этого места. Спустить на лифте, да хоть выбросить из окна! Главное, чтобы был живой!       Знакомая коробочка обожгла ладонь. А вот ампула с прохладной жидкостью наоборот — холодила и заставляла сердце стучать быстрее. Вульфвуд терял кровь с поразительной быстротой — видимо оружие индепендентов влияло на него также пагубно, как и на Станции. Ещё немного.       Тонгари зажал верхушку ампулы, чтобы сломать. В тот же миг хлёсткая металлическая плеть с зазубринами рассекла его кисть! Ампула выскочила из руки. Блондин вскрикнул от неожиданности, когда старший брат вновь вцепился в его плащ и дёрнул на себя. Они бросились к блестящему флакончику, но Найвс оказался быстрее.       Он всегда. Быстрее. Сильнее. Опаснее.       — Что это? — прошипел Миллионс. Он стиснул стекляшку в руке так, что по ней прошла трещинка.       Тонгари сорвался на крик! Он разрыдался и бросился в ноги мерзавца. Вульфвуд затихал в углу. Он умирал.       — Отдай, умоляю! Умоляю! Умоляю! — взвыл Вэш. Он трясся и скулил у ног близнеца, понимая, что тот держит в руках его судьбу. — Это спасёт его! Прошу, Най! Я сделаю всё, что ты хочешь!       Старший брат изумлённо уставился на флакончик. Он снисходительно усмехнулся и выпрямился, позволяя младшему ползать в ногах и истекать кровью и слезами. Мучения Урагана приносили странное царапающее удовлетворение. И боль. Тонгари обнял ноги Ная и скулил. Он прижимался щекой к ступням и хрипел, задыхаясь от ужаса.       — Я всё сделаю, клянусь! Можешь убить меня. Жестоко мучить и выворачивать суставы! Резать по кускам. Я отдамся тебе или Рэм, и кому угодно, — задыхался мужчина. Он скрёб окровавленными ногтями по паркету и рыдал. — Хочешь, можешь трахать меня, Най! Хочешь? Или подвесить и метать в меня ножи. Хочешь, а? Забей меня до смерти, только позволь спасти его! Я пойду с тобой куда угодно! Я… я убью для тебя кого угодно. Только… Моего Вульфвуда… Умоляю…       Сильные пальцы стиснули узкий подбородок. Миллионс глядел на него. Взгляд сквозил болью и разочарованием. Губы сжались в тонкую полоску.       — Думаешь, я куплюсь на это второй раз?       Существо за их спинами уже не помещалось в дальней части комнаты. Оно выломало стену и разрасталось дальше, вопя. Но никто из близнецов не обращал на это внимание.       — Прошу… — шептал Вэш, не помня себя от страха и унижения. — Найвс. Брат… Всё, что хочешь. Я сделаю всё, что хочешь! Любое твоё желание. Столько раз, сколько захочешь.       Миллионс усмехнулся и склонился к близнецу. Его мягкие горячие губы прижались к уху младшего брата и выдохнули:       — Ты мне больше не нужен.       Он резко выпрямился и стиснул флакончик в кулаке со всей силы. Ураган услышал хруст стекла, и его глаза расширились от шока. Всё вокруг замедлилось, когда он увидел, как между пальцев старшего брата потекла спасительная жидкость, перемешанная с кровью Ная. Тонгари будто оглушили. Он открыл рот. Закрыл.       Перевёл взгляд на пол.       Пыльный деревянный паркет жадно впитывал последнюю жизнь Николаса.       Тварь позади развалила остатки северной стены. Она свесилась из окна, а вскоре и вовсе выпала из него. Создание приобретало формы женского тела, но ничего человеческого в нём не осталось — лишь сплетение гигантских лоз с ярко-синими цветами. Их яркий аромат донёсся до башни.       Найвс обернулся. Он любовался соцветиями, которые однажды возжелал увидеть.       — Я закончу с тобой позже, — выдохнул он. Мужчина неприятно поморщился и стал вынимать осколки из ладони. — А пока можешь полюбоваться концом света.       Он выскочил из окна и приземлился на широкое плечо Рем. Послышался крик толпы. Люди ещё не поняли — радоваться появлению Божественной Станции или же бежать в ужасе. Существо замерло, дожидаясь команды господина.       Тонгари медленно подполз к Вульфвуду. Он попытался закрыть отвратительную рану на его груди ладонями, но это не могло отсрочить неизбежное. Глаза Николаса замутнели. Его губы слабо шевелились.       Он пытался улыбнуться.       Даже на пороге смерти он хотел приободрить любимого Тонгари.       Когда он затих, Вэш молча стиснул супруга в объятиях и уставился в стену безумным взглядом.       Он потерял контроль, и Третий рвался из него отчаянным воем. Броня дико пульсировала, регенерация бешено сшивала мышцы и органы, всё вокруг плыло.       — Не сейчас! — всхлипнул Ураган. Он уткнулся в ещё тёплый висок Ника, покрытый холодной испариной и стал качать его. — Не сейчас!.. Дай мне… хотя бы попрощаться.       Третий рвал и метал. Он хрипел загнанным зверем и изрыгал желчь. Хватал тело любимого человека и впивал в него ястребиные когти.       Он тоже… Хотел проститься.       ?