По зову сердца

Первый снег засыпал город огромной пеленой хлопьев за пятнадцать дней до начала зимы. Клиентов на удивление была целая куча, и даже вдвоём с Крисом они едва успевали всех обслуживать. На самом деле звали напарника Костей, но в первый же день стажировки тот попросил Антона называть его именно Крис. Возможно, он был помешан на американских сериалах, так как в добавок к имени у него были коричневые дреды, но об этом он никогда не рассказывал. Он вообще мало о чём рассказывал, помимо новых пирожных в ассортименте и жалоб начальства, которым, казалось, нет конца. Старенькая кофемашина издала щелчок, и Антон, добабив в напиток сливки и несколько зефирок, отдал его последнему посетителю. Из двери персонала вышел одетый в куртку Крис и, приспустив клетчатый шарф до уровня подбородка, спросил: — Сможешь один до закрытия? — Получив кивок, вышел из помещения, которое тут же заполнилось привычной трелью колокольчиков. Не то чтобы у Антона был выбор, но до закрытия оставалось десять минут, и в душе даже поселилась некая благодарность, что его не оставили в одиночестве на час или больше. Он терпеливо подождал, пока оставшиеся клиенты покинут кофейню и вышел сам, закрыв все двери и выключив свет. На улице творилась настоящая зимняя сказка — хлопья снега медленно летели с облаков, мягко опускаясь на землю. Горели огни разных ресторанов и магазинов, ходили люди, общаясь о своём, а в воздухе витал аромат грядущих изменений, как зачастую происходит зимой. Хоть была лишь середина ноября, он позволял себе думать об этом. Каждая зима была чем-то особенным для Антона, как в плохом, так и в хорошем смысле. Но в любом случае она наполняла его жизнь чередой новых событий. И в этот раз он был к ним готов. Или просто делал вид, но хотя бы в этот вечер хотелось сохранять позитивный настрой и поддаться чарам грядущей поры. Он вдохнул свежий морозный воздух, засунул наушники в уши, выдохнул, включил музыку и пошёл к ближайшей станции метро. Снег приятно хрустел под ногами, прилипая к подошвам ботинок. Дома его как всегда ждала мама с очередным вкусным ужином, ради которого Антон практически не ел в течение вечера. Он сможет рассказать ей о своём дне, пожаловаться на школу и поделиться своим впечатлением от первого снега. С момента смерти отца всё стало легче. Тот погиб будучи пьяным в автокатастрофе, когда Антону было тринадцать. Он не плакал ни дня. Они с мамой быстро перебрались в другую квартиру в более спокойном районе и негласно зажили с чистого листа. Антон не понимал, почему мама столько лет терпела этого ужасного человека, который регулярно избивал её и обращался с ними, как с вещами, но та просто отвечала, что без его денег им дальше не выжить. Антон не понимал и этого тоже, но регулярные разговоры с мамой не давали толку. Поэтому после переезда с финансовым положением выдались трудности, однако всё решилось. Антон устроился разносить листовки, а мама первое время пахала на двух работах, и совместными усилиями они смогли потянуть достаточно неплохую двухкомнатную квартирку в спальном районе и зажить спокойно. Их отношения улучшались с каждым днём, и сейчас Антон точно знал — он идёт домой. Идёт туда, где его ждут, где его любят и ценят, несмотря ни на что. Где его накормят вкусным пирогом, заставят надеть самые тёплые носки и лечь пораньше. А ещё дома пахло цветами. Мама любила их и иногда покупала букеты сама себе, а также засадила ими каждую комнату в доме, но Антон не был против. Он вышел на своей станции и зашагал быстрее. Мороз уже ощутимо трогал щёки и кисти рук, ведь кое-кто опять забыл дома перчатки. С порога его встретили протяжным возгласом и тёплыми объятьями: — Антоша! — женщина подбежала к нему, притягивая ближе и слегка перебирая его кудри. — Привет, мам, — расслабленно выдохнул тот. — Давай скорее раздевайся, я блинчиков тебе сделала! Он достаточно долго держал руки под горячей водой, а затем прошёл на кухню, в которой царил приятный полумрак. Он сел за стол, взял тёплый блинчик и неторопливо начал свой рассказ: — Физичка дала внеплановую работу, которую я, естественно, завалил. Даже у Пашки тройка, так что здесь без вариантов, — мама уселась напротив и внимательно стала слушать. — По русскому зато пятёрку получил. А на смене всё отлично, у нас, наверное, никогда не было такого огромного количества посетителей. Ещё я очень рад, что выпал снег. Там невероятно красиво. Они вместе перевели взгляд на окно, за которым всё ещё плавно кружились снежинки, подсвеченные огнями уличных фонарей. В центре стола стоял новый букет цветов, а рядом с ним — пара свечей. В такой уютной домашней обстановке сонливость накатывала всё быстрее. — Устал, наверное? — поинтересовалась женщина. — Что у тебя первым завтра? — Да информатика эта, опять нам всё настроение с утра пораньше испортят, — он встал из-за стола и поставил тарелку в раковину. — Спасибо за ужин и спокойной ночи. — Сладких снов, Антош. Тот прошёл в комнату, переоделся, мельком глянул в список домашки на завтра, но не заметил ничего, достойного особого внимания. Включил настольную лампу и отвернул её к стене, как всегда делал перед сном. Темнота комнаты заполнилась приятным жёлтым светом. Он широко зевнул и включил телефон, читая новое сообщение от Поза. @pozov 22:47 Шаст, вы писали самост по истории? Тот учился в параллели. Они познакомились год назад в общем чате десятых классов, куда сливали грядущие работы и всякие слухи. Не то чтобы Антон знал всех этих людей и любил общаться, но как-то раз участвовал в беседе и рассказал анекдот, с которого Поз дико заржал и добил его ещё одним. Таким темпом они перебрались в директ и со схожего чувства юмора дошли до обсуждения проблем друг друга, и постепенно Поз стал одним из немногих людей, кому доверяет Антон.

@anton.shastoon

23:16

Нет ещё, спроси в нашем чате

@pozov 23:17 Уже спросил, но ничего. Видимо, мы первые отстреляться должны. Как день?

@anton.shastoon

23:17

Хорошо, устал, отработал, полюбовался снегом. Ты?

@pozov 23:17 Ходил гулять, реферат писал по англу. Кстати, насчёт него, вам говорили про нового учителя?

@anton.shastoon

23:18

Да, в понедельник. Не должно быть проблем, просто надо первые уроки хорошо себя показать. Но это странно, я думал, нас к Ирине Анатольевне переведут

@pozov 23:18 Да, я тоже. Ну завтра расскажешь мне как там. Спокойной ночи, Шаст

@anton.shastoon

23:18

Спокойной

Пару дней назад им рассказали, что некоторые группы по английскому переводят к новому учителю, так как их прошлая преподавательница ушла в декрет. В роли нового учителя представили некого Арсения Сергеевича Попова, который только закончил универ и эти полгода преподавал в младших классах. Английский завтра был последним уроком, и Антону уже нетерпелось посмотреть на этого Арсения. По данному предмету у него всегда были хорошие оценки, хотя он и прилагал соответствующие усилия. Этот урок нравился ему с детства, потому что на нём действительно можно было обсуждать важные и интересные темы, изучая новый язык. Предвкушая насыщенность завтрашнего дня, Антон забрался на большую мягкую кровать. Несмотря на разыгравшуюся погоду, в квартире было совсем не холодно, и Антон натянул одеяло лишь до щиколоток, чтобы появилось чувство безопасности. Он открыл ютуб и включил первое попавшееся видео — что-то про книги, — устроился поудобнее и постепенно начал засыпать.

***

Школу построили около десяти лет назад. Это было достаточно большое четырёхэтажное здание, оформленное красными, оранжевыми и жёлтыми красками. На входе висел яркий плакат с громкой фразой "сердечно приглашаем", от которой Антона каждый раз тянуло блевать. Как и от еды в столовой, но в данном случае уже по-настоящему. Родители не особо контролировали его оценки, а мама всегда говорила: «живой, здоровый — и слава богу, что мне эти цифры?». Но Антон и не учился плохо. Вполне себе хорошист со здравомыслящей головой на плечах. Языки давались ему достаточно тяжело, но он постоянно рвался их изучать. А ещё ему нравилось читать книги, правда, не совсем классические. Кто-то из учителей любил его, а кто-то нет, но он был обычным учеником со своими мечтами и проблемами. Которых временами становилось больше. Отцу было плевать на успеваемость сына, но его пьяный мозг всегда искал способ выразить агрессию на ком-то. Пару раз его заносило в комнату Антона со словами «покажи дневник», а то и вообще без слов, в руках покоился ремень, а злые глаза расплывчато глядели куда-то сквозь сына. Обычно в такие моменты мама оставалась начеку, успевала вывести отца из комнаты и перевести внимание на что-то другое. А Антон забивался в угол, стараясь перевести дыхание. Порой плакал. Бил подушку или комкал бумагу, не понимая, как мама может терпеть этого ублюдка. И чуть ли не рвал на себе волосы, когда слышал её крики из другой комнаты. А тот день, когда это случилось с ним самим, Антон не забудет, наверное, никогда. Из коридора раздались тяжёлые шаги, по которым двенадцатилетний Антон уже научился определять грядущую опасность. Он закрыл вкладку ноутбука, положил открытую тетрадку на стол и обернулся на звук открывающейся двери. Отец распахнул её резким движением, да так сильно, что та ударилась о противоположную стену и отскочила от неё. — Открывай дневник, — беспрекословным тоном произнёс он, подходя ближе. В нос ударил отвратительный запах алкоголя. Мамы ещё не было дома и Антон знал, что её смена закончится нескоро. На глаза навернулись слёзы, когда он осознал безысходность своего положения, доставая дневник из верхнего шкафчикв стола. — Не рыдать мне тут! Ну заслужил ведь, заслужил, — на последней странице красовались двойки на пару с тройками. Но четверть ведь только началась! И было так сложно втянуться после огромных летних каникул! Однако Антон понимал неизбежность происходящего, когда стягивал штаны, становясь вплотную к стенке, спиной к отцу. А горячие слёзы всё катились по щекам, оставляя солёный привкус на губах. Он прикусил кисть руки, в попытках не разрыдаться в голос, когда первый удар с оглущающей силой пришёлся прямо на ягодицы. А потом ещё. Ещё, и ещё, и ещё, и ещё, и ещё. Он бил по спине и ногам в том числе, и каждое столкновение грубой кожи ремня с телом отдавалось немыслимой болью. Казалось, его не держат собственные ноги, а сознание медленно покидает голову. Он перестал сдерживать всхлипы и начал орать в голос, надеясь, что хоть что-нибудь может подействовать и остановить пытку. Но отец останавливаться не собирался. Антон очнулся сидя на полу в кромешной темноте. Всё тело болело и не хотелось вставать, но он заставил себя подняться. По ногам стекала кровь. Отца в квартире уже не было, зато через минуту в дверь позвонила мама и всю ночь они провели вместе в объятиях, после того как она обработала раны сына. С того случая на его коже до сих пор остался небольшой шрам в нижней части спины. И множество шрамов в голове, в ментальном плане. Он не понимал, для чего дети тратят такое огромное количество времени в школе, не понимал, для чего был сделан настолько загруженный график и эта ужасная система оценивания. Просто чернила на бумаге, которые ломали миллионы жизней. — Ша-а-аст, ты чего завис? — он резко перевёл внимание на маячившую перед лицом Ирку, возвращаясь в реальность. — Я спрашиваю, ты на тусовку пойдёшь в субботу? У Насти днюха, и намечается полный разнос. Зовёт вроде всех, кто сможет. — Наверное нет, спасибо, — в своих мыслях Антон даже не заметил, как дошёл до класса информатики. Учительница куда-то вышла, и впереди его ждал целый день скучных уроков. Но Антон держался мыслью о новом учителе английского, знакомство с которым может сделать серый школьный день хоть капельку лучше.