The Exhibition

На пороге театра, где должна была проходить вышеозначенная выставка, Блица оглушил резкий запах духов и одеколона. Если бы тут ошивался Мокси, то он без умолку бы трещал о том, что это за театр, перечислял его архитектурные особенности, может даже бы упомянул, кто именно здесь выступал и какие пьесы и мюзиклы тут ставились. Милли бы в рот ему смотрела, может, потому что ей и вправду вся эта дребедень была интересна, а может потому, что это было просто вежливо. А Блицу было плевать. Просто какой-то помпезный театр. В углу возле лестницы за крохотным столом притулилась девушка-бес. Она клевала носом, то вскидываясь, то задремывая. Наконец, она пристроила голову на руку и склонилась над кипой бумаг. Изо рта на них капала тонкая струйка слюны. Рядом со столиком стоял громадный постер, на котором была написана конечная сумма, которую собирали, и счетчик, показывавший уже достигнутый уровень. Судя по разнице цифр и учитывая ее энтузиазм, собирать ей до второго пришествия. Он остановился и, задрав голову, уставился на громадную растяжку под потолком центра лобби. Усеянный созвездиями и планетами, с громадным завихрением галактики в центре. Сверху огромными яркими буквами было начертано: «25-я ежегодная выставка Эфирного Пространства» «Что за идиотское название», — подумал Блиц, основатель и владелец компании, называющейся «Мгновенные Убийцы Профессионалы». … Э, может, и вправду не ему судить. По крайней мере, теперь он знает, о чем тут сыр-бор. Ну, приблизительно представляет. В общем, что-то там связанное с космосом. То, что лобби украшали многочисленные мигающие звезды и светящиеся спиральные галактики только подтверждало его теорию. Он уже собирался отвести взгляд от растяжки, когда заметил подпись внизу: «Специальный Почетный Гость — Принц Столас из дома Гоэтия» Блиц уставился на буквы, а в голове эхом отдавались слова Милли: " тебе интересна не столько выставка сама по себе, сколько кто будет на этой выставке…» Ладно, признался он воображаемой Милли. Я пришел сюда из-за Столаса. Счастлива? Если уж честно, то он даже и не подумал бы прийти, если бы Столас не отменил их сегодняшнюю обычную встречу весьма необычным методом: прислав написанное каллиграфическим почерком письмо прямо ему в офис. Письмо, которое Блиц сейчас выудил из внутреннего кармана своего пальто. Достав письмо из конверта, он еще раз его перечитал: «Здравствуй, Блици. Мне больно это сообщать, но я вынужден проинформировать тебе, что нам следует отменить нашу ежемесячную «сессию» Здесь Блиц закатил глаза. На полях рядом со словом «сессия» Столас нарисовал пошлейший рисуночек — хот-дог, продевающийся в дырку от пончика. Тем самым сводя на нет весь эффект от данного эвфемизма. «из-за необходимости моего присутствия на астрологической конференции в ночь полнолуния. Я Почетный Гость, и, несмотря на печальную репутацию данного события — заранее прошу прощения за выбор слов — как «крайне занудного», я не имею возможности отклонить данное заманчивое приглашение. В качестве извинения в течение следующего месяца Гримуар остается в твоем пользовании, в данных обстоятельствах у меня нет в нем необходимости. В дополнение я вкладываю в конверт ВИП билет на данное мероприятие. Место на балконе, полностью в твоем распоряжении. Возможно, мое приглашение тебя не заинтересует, и, положа руку на сердце, я не буду тебя винить, если ты его проигнорируешь, но все же я его отправляю как своего рода соболезнование. До следующего полнолуния. Столас. P.S. Не могу дождаться, когда я снова почувствую в себе твой громадный трепещущий….» Блиц не стал дочитывать, вытащив из конверта вышеозначенный ВИП билет, он засунул остальные бумажки обратно в карман. Первый раз прочитав письмо, Блиц почувствовал странное сосущее чувство под ребрами. И вовсе не из-за обычного секстинга Столаса, к этому-то он уже давно привык. А от того, что в это полнолуние он будет сам по себе. Что это было за чувство? Блиц же не может быть… разочарован, верно? Раньше он никогда не ожидал этих ежемесячных «встреч», но, с другой стороны, он их и не ненавидел. Это был просто секс. Вот и все. Иногда очень даже экзотический секс. И, если уж начистоту, он был хорош. Но это было всего лишь обязанностью, которую надо было выполнять. Поставить галочку и забыть. То, что надо было каждый месяц делать, чтобы обеспечить выживание своей компании. И потом, Столас позволил ему держать у себя Гримуар до следующего полнолуния. Так что смысла заморачиваться нет. И ни малейшей причины ему здесь сегодня ошиваться. Как он сказал Милли, это не были отношения. И все же, он здесь был. Разодетый идиот, на мероприятии, на которое ему было посрать с высокой башни. С чего это пропуск одной единственной встречи внезапно так его завел? Он осознал, что непростительно долго пялится на имя Столаса. Фыркнув, он отвел взгляд и вместо этого уставился на вход. Точнее, на громадного вышибалу Адского Гончего, сидевшего возле прохода на стуле. Так, стоп. Это вышибала? Или просто капельдинер? В театре ведь капельдинеры, да? Может, просто Блиц куда чаще бывал в местах, где при входе стояли вышибалы. Он направился прямо к сидевшему псу, выпятив грудь и, как ему, по крайней мере, казалось, излучая всем своим видом уверенность в себе. Вообще-то его опыт общения с Адскими Гончими был не особо приятным. Его приемная дочь была единственным исключением. И даже с ней вообще-то было не особо легко иметь дело. — У меня билет на балкон! — продекламировал Блиц, протягивая присланный Столасом билет. Вышибала капельдинер медленно поднялся со своего кресла, с легкостью возвышаясь над Блицем, и недобро смерил его взглядом сверху вниз. Затем небрежно вырвал билет у него из рук. Причем Блиц был готов поклясться, что лапа этого пса была как минимум в два раза больше, чем его собственная рука. Адский Гончий посмотрел на Блица. На билет. Потом опять на Блица. — А ну-ка, минутку… — громыхнул пес, прищурившись. Блицу показалось, что тот буквально просканировал его взглядом. И он занервничал. Ничего приятного не было в том, что тебя изучают как сочный кусок мяса, будто прикидывая, откуда начать отгрызать. Какая-то часть его мозга, возможно, отвечающая за здравый смысл, истошно вопила и приказывала ему повернуться и бежать. Он привычно ее проигнорировал, вцепившись мертвой хваткой в ручку сумки. Казалось, прошла вечность, пока Адский Гончий не заговорил: — А ты не тот бес, что рулит этим бизнесом по убийству человеков? Блиц моргнул. Это был не тот вопрос, который он ожидал услышать. — Ну… Да, я. — А! — пес заулыбался. — Так вот где я тебя видел! Он расслабился, угрожающая аура испарилась. — Эй, ты, наверное, не помнишь, но моя девушка недавно делала у тебя заказ. Ну, такая бурая змея с кривыми клыками? Блиц с бешеной скоростью промотал перед глазами все последние заказы. Так. Бурая змея. С кривыми клыками. А. ЭТОТ клиент. — Ну, да… определенно я ее помню, — выдавил Блиц, пытаясь растянуть пасть в улыбке. Адский Гончий искренне улыбнулся ему в ответ. — Ну вы молодчаги, ребята! Твои пацаны дали ей охрененную скидку! — просиял он. — Она просто в экстазе билась, когда получила от вас счет! «Только потому, что Луна опечаталась своими кривыми пальцами, когда выбивала ей чек». К тому моменту, когда Блиц просек, что произошло, деньги были уже списаны со счета. Так что ему ничего не оставалось, как кусать локти и заткнуться, иначе еще один разъяренный клиент попытался бы выдрать ему глотку. — О, да ладно, пустяки какие, — отмахнулся Блиц. «Ну да, почти месячный доход компании, какие пустяки,» — желчно проворчал он про себя. — Слушай, ты нам обоим здорово помог. Ее бывший — ну, в смертной жизни — был редкостным мудаком. Знаешь, я так надеюсь, что он оказался здесь. Ох уж я постараюсь выбить из него все дерьмо! А, ладно. Он подтянулся. — Прошу, следуйте за мной. Я провожу Вас. И Адский Гончий изящно полупоклонился, указав рукой в сторону лестницы. И только поднимаясь по ступеням Блиц наконец выдохнул.