Begin

      - А я тебе говорю, что бояться нечего. Дядюшка Пак просто святой человек. Да, он кто-то вроде местного колдуна, которого принимают за сумасшедшего. Но не стоит списывать его со счетов! Он всё-таки мне помог, да и живёт себе спокойно вон у той реки, что на севере протекает у холма.       - Ты сказал, что он помогает местным оборотням, я уже молчу о том, что существуют, оказывается, не только котолаки, ещё и может превращать воду в лёд. Что он ещё делает? Я уже ничему не удивлюсь.       - Про лёд сущая правда. Когда Сонхун был маленьким, дядюшка замораживал небольшой участок реки, который образовывал что-то вроде небольшого озерца у их дома. Знаешь, каким радостным становился маленький мальчик, которому только-только смастерили новые коньки? Не смотри на меня так. Дядюшка и в кожевенном деле мастер. А лезвия щедро предоставил наш кузнец. Да-да, тот самый, который и всю деревню оснащает серпами, топорами, ну и так далее. Они с дядюшкой старые приятели.       - Так значит, Сонхун катался на коньках?       - С самого детства. На самом деле, ты должен был видеть. Во всяком случае, когда-то… он жуткий хвастун и точно не упустил бы шанса покрасоваться!       - Поверю на слово.       Так за праздными разговорами и прошла дорога. Джейк и оглянуться не успел, как они с Чонвоном взобрались на очередной холм. И тут открылась картина, от которой перехватывало дыхание. Зелёная трава, в крапинку усеянная яркими цветами всех цветов, которые только можно представить. У домика, что уместился у подножия и казался таким маленьким по сравнению с возвышенностью, немного в низине, протекала почти жёлтая от глинистой почвы лента реки. Когда они начали спускаться вниз, Джейк наконец смог разглядеть дом. Вблизи он казался гораздо больше, чем оттуда, сверху. Голубая, словно сегодняшнее небо, краска на избе кое-где облупилась, отчего проглядывало тёмное, почти чёрное, дерево. Белые наличники пестрели повсюду - казалось, что Джейк попал в обитель ледяного короля из сказок, которые рассказывал в детстве отец. Из размышлений его вывел звонкий голос Чонвона, который сейчас в тишине звучал ещё раскатистей:       - Дядюшка, это я!       Откуда-то со двора послышалось старческое кряхтение. Чонвон не спешил переходить через забор и всё ждал. Наконец из-за угла дома показался человек, который всё больше напоминал Джейку почтенного старца. Первое, что бросалось в глаза, - седые волосы везде, где их можно было разглядеть. Почти белая борода была ему по пояс. Сам он передвигался очень медленно, вразвалку и несколько волоча ноги, опирался на клюку, которая почти на голову превосходила его в высоту, и что-то кряхтел себе под нос.       - Вони, это ты? Я уж думал, ты совсем забыл про старика.       - Дядюшка, прости, недавно было полнолуние, я задержался немного.       - А, точно. Превращение прошло, как нужно?       - Всё в лучшем виде.       - Ну, и славно. Я вижу, с тобой пришёл кто-то ещё. Твой друг?       - Да, дядюшка.       - Надо же, ты никогда никого раньше не приводил. Подойди-ка поближе, юноша. Хочу разглядеть тебя. Со зрением совсем плохо стало.       Это заставило Джейка отмереть и перестать пялиться на старика. У того были такие же глаза, как у Сонхуна, а в морщинах узнавались знакомые черты. Наконец Джейк подошёл к нему, прокашлялся и робко проговорил:       - Здравствуйте. Возможно, мы когда-то встречались… Я…       Пока Дежйк говорил, на него пристально смотрели и будто что-то выискивали в лице.       - Джеюни. Это правда ты?       У Джейка на глазах навернулись слёзы. Так в детстве его называла только мама.       - Ну, чего оба стоите? Пойдёмте скорее в дом.

***

      - Чонвон, завари нам, пожалуйста, трáвы, что я собрал недавно.       - Конечно.       Пока Чонвон суетился и разжигал огонь, Джейк смог осмотреться. Пока они сюда добирались, воображение подкинуло пару незамысловатых картин, как может выглядеть обитель травника-колдуна, который живёт у северных холмов. Имя вполне оправдывало себя. Тут и там на гвоздях висели и сушились всевозможные пучки трав, Окна выходили как раз на южную и северную стороны, отчего свет почти не проникал в дом и только потому, что на улице бушевало лето, в доме был хоть какой-то намёк на свет. Зато не так уж жарко. Джейку здесь нравилось. В углу стояла печь, от которой так и палило красными всполохами: Чонвон постарался на славу. Дом всюду украшали всевозможные белые ажурные покрывала. Очевидно, ручной работы. И кто создал такую красоту? Глаза Джейка задержались на скатерти, что была по краям вышита фиолетовыми цветами.       - Работа твоей мамы.       Джейк в удивлении посмотрел на старика, который уселся за стол и всматривался в лицо напротив.       - Как ты на неё похож…       - Вы знали её?       У Джейка в глазах опять стояли слёзы, которые он пытался сдержать. Откуда-то из угла голос подал Чонвон:       - Я пойду принесу воды.       - Иди, дитя.       Когда его друг скрылся, Джейк нашёл в себе силы сдвинуться и присесть на лавку. Руки его подрагивали, когда он проводил пальцами по кромке ткани и на ощупь пытался запомнить каждую ленту.       - Она была прекрасной ворожеёй.       - Что?...       - Твоя мать была знахаркой. И… ты же знаешь про Чонвона, верно?, - получив кивок в ответ, старик продолжил, - так вот, она под моим началом начала выхаживать существ, которые здесь обитают. Научилась управлять собственной силой врачевания, да и вспомогательные средства в виде настоек были ей в помощники.       - Вы её научили?       - Этому нельзя выучиться - с этим можно только родиться. Я лишь направил её и дал те знания, которые бы ей пригодились. А ведь знаешь, - старик медлил, - у тебя её глаза: такие же медовые. Волосы пшеничные и отливают при свете дня золотом. И улыбка та же.       - Я её почти не помню…       - И что же? Совсем ничего?       Джейк опустил взгляд и удручённо покачал головой.       - Ты же пришёл за ответами, так? Но от меня тебе ждать нечего. Сонхун вряд ли хотел бы, чтоб ты узнал всё таким образом. У тебя собственный путь, юноша. Даже Вони не рассказал мне всего, уж я-то чувствую. Наверняка произошло что-то ещё.       Ненадолго в доме повисло молчание, которое прерывал порывистый шум ветра из окон. Чонвон под шум собственных шагов, таская туда-сюда ушаты с водой, за всё это время не проронил ни слова. Вздохнув, старик взглянул на клонящееся к горизонту Солнце и тихо проговорил: "Ветер дует с севера. Интересно, что он принесёт нам?"       Ветер... Ветер, что дует с севера. Точно!       На Джейка будто только что вылили ушат холодной воды. Потребовалось пару секунд, чтобы он вскочил и уже на ходу, обувая сапоги и кланяясь, прокричал:       - Дядюшка, спасибо за гостеприимство! Извините, что так убегаю, но… я вспомнил кое-что! Нужно идти!       Споткнувшись о ступени и выбежав в заросли травы у забора, Джейк осмотрелся по сторонам и сначала порывался бежать в сторону своего дома, как тут же остановился, резко развернулся и ринулся в противоположную сторону, туда, где река находит своё самое тихое место и протекает прямо у столетней ивы. Джейк верил, что он многое не успел сказать и сделать.       Старец всё так же сидел у окна и всматривался куда-то в сторону горизонта.       - Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Шим Джеюн.