Begin

      - Вот так я и вспомнил о часах, а потом о Сонхуне.       Джейк с Чонвоном мерно прогуливаются по просёлочной дороге. Буря утихла ещё вчера, а сегодня на небе воцарилась безоблачная погода. Чонвон идёт шаг в шаг неторопливо и думает, с чего начать разговор:       - Пожалуй, самый важный сейчас для тебя вопрос: как связаны Сонхун и смерти в деревне, так? Начать следует, прежде всего, с часов. Все же здесь помешаны на них. Вот только часы отмеряют отведённое тебе время. У каждого человека оно своё собственное.       - Значит, вся деревня, которая буквально вымирает… им оставалось столь мало?       - У них был бы шанс на долгую и счастливую жизнь, не погрязни они в корысти, гордыни и сребролюбии. Я сказал, что часы отсчитывают время человеческой жизни. Но стрелки отмеряют каждому своё. А те, кто решили, что кичиться избытком этого времени в радость, и стали скупать всевозможные механизмы, лишь ускорили приближение своей кончины. Одни часы - одна прожитая жизнь. Да и что произойдёт, если этих часов всех мастей и окрасов будет так много, что они даже перестают помещаться в доме? Недаром люди сносили их к реке, думая, что просто потопят и избавятся от них. Однако под водой тоже кипит жизнь. И прибавилось же Сонхуну работы с ними со всеми: там убери часы с берега, здесь проконтролируй, чтоб душа ушла в нужный мир, сторожи будущих покойников - его, собственно, затем и отправили сюда. Вернее, он сам напросился. Из-за тебя всё-таки. Да и он не последний чёрт в водяном царстве - вот ему и разрешили.       - Если одни часы знаменуют одну жизнь, тогда почему Сонхун лишился её так рано? Наши ведь лежали в той коробке под деревом.       - Они шли, когда ты нашёл их?       - Да.       - Вот тебе и ответ на вопрос. Они не остановились со смертью Сонхуна, и он продолжил жить в другом мире. Пусть и в таком виде.       Джейк улыбается уголками губ, косится в сторону реки, мимо которой они проходят, и устремляет взгляд туда, где они с Сонхуном провели целую ночь за разговорами. Одной им точно не хватило, чтобы успеть поведать о всех злоключениях, которые они переживали всё это время. Однако Джейк искренне рад и такой короткой возможности провести время с тем, кто был дорог ему ещё с давних пор. Чонвон, кажется, понимает, где мыслями витает Джеюн, поэтому, сообщив о своём уходе, превращается в кота и убегает в сторону северных гор. В голове играют голоса:       - Представляешь, у них там, под водой, столько всякого добра завалялось! Хватит на то, чтоб прожить безбедно до конца жизни.       Джейк стукает Сонхуна по плечу и журит:       - Чьей жизни? Ты собрался у своего начальника драгоценности красть?       - Я просто предложил. Только разобрались во всём, а уже насилие применяют. Да ты изменился не в лучшую сторону.       - А сам-то.       Сонхун посмеивается и потирает руку, которая приняла на себя удар чужого кулака.       - А если серьёзно. Как ты там поживал, ну, после того, как утонул?, - Джейк нервно кусает губы.       - Да как… знаешь, больно было только когда оказался первое время под водой. Холод свинцом наливает лёгкие, конечностями не пошевелить, всё обжигает. Жуть, вообщем-то. Да, и… мама твоя. Мне так жаль. Если сможешь простить меня…       - Ты ни в чём не виноват. Она… просто была такой. Как она могла оставить тебя там, во льду? - Джейку горько на душе, отчего он поднимает голову наверх, пытаясь сдержать слёзы.       - В любом случае, мне жаль, её не успели спасти, - выдержав паузу, Сонхун продолжает, - а дальше было всё немного сумбурно: я чувствовал, как меня подхватили чьи-то руки. Вода уже не казалась такой холодной, я наконец смог дышать. Помню, как очнулся, а вокруг не то дворец, не то жуткий какой-то замок. Знаешь, он не как из сказок про всякие королевства был, а гораздо более жуткий. Водяной ещё этот такой мерзкий, если честно, больше слизняка напоминает, да ещё и выряженного не пойми как. Вот кто надевает мундир и лапти? Видите ли мода у него такая. Так ещё и возразить ничего против нельзя!       Джейка наконец отпускает: он заливается смехом, пытаясь представить себе эту картину, и выдыхает облегчённо. Сонхун не может отвести взгляд и почти шёпотом продолжает:       - Мне нужно сегодня ночью сопроводить ещё одну душу. К утру у тебя поприбавится работы.       - Не привыкать.       - Отпустишь меня?       - Вдруг ты опять исчезнешь.       - Никуда я больше не уйду. Устрою бунт и поселюсь в этой заводи. К тому же, мне за выслугу лет, как минимум, положен отпуск.       - Хах, он и у чертей бывает?       - Нет. Но я кто-то вроде местного жнеца. Ну, не побудет у них там смертей с недельку, что с того?       Джейку думается, что всё налаживается.

***

      Он смотрит в окно собственноого дома и видит то, от чего улыбка сама собой лезет на лицо. Он тут же снимает крест, оставляя его где-то на лавке, и несётся через весь дом на улицу. Под яблоней, как и в их первую встречу, стоит Сонхун за калиткой и смотрит так, что Джейк места себе не находит. Его прожигают взглядом не угрожающе, а с такой теплотой, что хочется в ней утонуть. И Джейк поддаётся своим желаниям. Он выскакивает за пределы двора и падает в объятия человека, с которым его связывает так много. Сонхун смотрит поражённо и не сразу находится с ответом:       - Ты ради меня его снял?       - Ради кого ж ещё. Я даю тебе разрешение заходить в свой дом. Так что пойдём скорее.       Джейк отстраняется, смотрит глаза, которые отливают в свете вышедшей из-за облаков Луны зелёно-синими всполохами, и осторожно берёт за руку, ведя за собой. Сонхун наконец переступает порог его дома.