Напишешь обо мне?

      Саэ ушел в раздевалку спустя пару минут натянутой беседы с матерью. Хотя это и беседой назвать сложно. Парень молча кивал, неохотно поддерживая с женщиной зрительный контакт, а после и вовсе принялся изучать пустые белые стены, показывая всю свою незаинтересованность.       Переминаясь с ноги на ногу в компании двух сорокалетних мам, Хиёри ощущала себя чутка неуместно. Из раздевалки выползали уставшие спортсмены, негромко беседуя друг с другом. Парочка из них обвели фигурку девушки взглядом, после чего равнодушно отвернулись, возвращаясь к разговору. Неприятно. В её рассказах юноши смотрят на главных героинь с упоением и желанием, словно они самый чистые и неприступные существа на свете, способные даровать им покой и умиротворение. В реальности все не так. Глаза футболистов нагло скользили по груди, талии и бедрам Хиёри, очертания которых прятались под мешковатой одеждой. Все что их интересует — утоление своих животных инстинктов. В голове лезгинку выплясывала единственна счастливая мысль: сейчас мама договорит со своей подружкой и они отправятся домой кушать шоколадный пирог, пряный запах которого не давал рыжевласки покоя ещё с утра. Но и этой радости было суждено обломаться.       Аловласый паренек с 10 номером, как назло, покинул раздевалку одним из последних. Было заметно с какой тяжестью ему даются шаги, да и вообще любая активность, однако он этого будто бы не замечал, а может просто старался не подавать виду. Изумрудные радужки глаз Саэ еще раз обратились к Хиёри и будто бы убедившись, что ничего заманчивого в ней нет, вернулись к экрану смартфона. Он двинулся к выходу и его мать разом за ним. Мама девушки, какого-то черта, — тоже.       — Мам? —       Обращение буквально было соткано из возражения и удивления. Куда они идут? Автобусная остановка с другой стороны стадиона, для чего им обходить это огромное здание по жуткому морозу? Чтобы провести какого-то напыщенного мальчишку и его мамашу к их машине?       Женщина повернула к Хиёри голову и потрудилась смирить её взглядом. В прочем, трудиться особо не пришлось. Девушка не в силах сражаться с пугающе светлыми глазами матери, какие округлялись от злости и будто бы норовились выпрыгнуть из глазниц, в то время как челюсти её чуть ли скрипели от того, как сильно они были стиснуты. Справиться с подобного рода давлением не удавалось и потому дочка нехотя отступала. Что ж, придется еще четверть часа наблюдать за раздражающим равнодушием Саэ и невероятной кротостью его матери.       Переступив порог здания и улицы, Хиёри невольно вздрогнула. Холод окутывал все тело, забираясь ледяными руками под одежду. Он сносил фигурку рыжевласки в сторону, старался украсть теплую вязанную шапку и превратить голые кисти в две пятипалые ледышки. Вскинув голову, девушка тяжело вздохнула. Веки сомкнулись и ещё пару секунд не хотели разлучаться, словно приклеясь друг к другу. Однако стоило глазам вновь встретиться с потоком фотонов, как рыжевласка негромко охнула. Полая луна спускала на землю свои серебристые лучики, в бледном свете которых все было видно так же внятно, как и днём. Они лёгкой пеленой устилали снежные вершины, какие робко лучились маленькими вспышками. Облаков почти не было, а если они и умудрялись проплывать, укрывая земной спутник, то насквозь просвечивались ярким светом, превращаясь из клубов мрака в светлые пепельные комки шерсти.       Хиёри попробовала сосчитать звезды, но куда там… Словно мельчайшие росинки на исполинской кружащейся паутине, вспыхивали и гасли, вспыхивали и гасли маленькие точки. Они раскинулись над ней, словно сеть из прекрасных, невообразимо безмолвных, зорких, проникающих прямо в душу драгоценных камней.

***       Хлопок двери справа от Хиёри привел её в чувства. Она, буквально пропитанная ступором, скромно сидела на краю машинного кресла, сложив ладошки на коленках. Затем хлопок раздался уже слева и рыжевласка перевела стеклянный взгляд на фантома, расположившегося по бок от неё.       «Саэ? Почему я с ним в машине?» — обратив свой интерес к водителю, девушка уперлась в такую же алую макушку. Ошеломленно хлопая глазами, она выглянула из-за сидения перед собой и столкнулась взглядом с собственной матерью. Склонившись к её уху, Хиёри, слегка покачнувшись, негромко спросила:       — Куда мы едем с этими людьми? Я их совсем не знаю, мама! Попроси эту женщину завести меня домой! К нам домой! —       Стараясь говорить тихо, рыжевласка все же иногда теряла нить спокойствия и некоторые слова были слышны через чур отчетливо.       — Сядь и сиди. —       Слова матери хлыстом ударили по лицу, заставляя рыжевласку отпрянуть. Видимо сегодня все коллективно решили забить на её мнение!       Машина лениво замурчала, начиная немного подрагивать. Женщина на водительском сиденье включила печку и теплые потоки воздуха стремительно заполнили небольшую площадь.       Откинувшись на сидение, Хиёри устало выдохнула, после чего стянула с головы шапку. Рыжие кудряшки моментально начали ликование, освободившись от тесной шерстяной темницы — шапки. Они пару мгновений потешно подпрыгивали, будучи похожими на раскаленные пружинки, после чего все же улеглись на огненной макушке.       Транспорт нерешительно тронулся, после чего, ерзая вперёд-назад, выехал со своего места на стоянке. Колеса начали крутиться все быстрее и спустя пару минут машина уже неслась по почти пустой трассе. Дома огромными темными квадратам возвышались за тонированным стеклом, они были покрыты сыпью из горящих окон. Эти разноцветные кубики хаотично загорались на зданиях, иногда создавая незатейливые узоры. Фонарные столбы, оставаясь незамеченными, проскальзывали перед глазами, будто небольшие серые помехи. Жёлтый и рябящий свет от них немного слепил, заставляя отсесть чуть ближе к центру сидений.       В какой-то момент аллеи из серых высоток сменились кромешной тьмой. Тени выросли за мгновенье, заставляя посмотреть в лобовое стекло транспорта, чтобы понять: куда они попали? Они въехали в лес. Деревья свешивались над магистралью, стараясь сомкнуться друг с другом. Их ветки жадно вытягивали свои черные клешни к теплому свету фар. Тьма перед автомобилем рассеивалась неохотно, все в радиусе 10 метров от него все так же оставалось скрытым от глаз. Эта густая пелена ночи кутает и убаюкивает разум, зияющие тени жаждут заполучить каждый фотон существующий в мире, утопить его в тягучей бездне своей пустоты.       Скучая повернувшись к юноше, какой сидел слева от неё, Хиёри молча смотрела на него. Его лицо сейчас напоминало фарфоровую маску — бледное и неподвижное, но такое спокойное. Сейчас футболист не выглядел так отчужденно, как в первые минуты их встречи. Его веки устало сомкнулись, а до завидного густые реснички слегка подрагивали.       «Он спит», — это мысль пронеслась в голове девушки, когда та сама ещё не осознавала утверждение это или вопрос. Продолжая сидеть оперевшись затылком о стекло за своей спиной, Хиёри кое-как установила свой локоть на дверном выступе, после чего расположила на ладошке свою щеку.       Алые волосы Саэ то загорались в свете фонарей, количество которых заметно уменьшилось. Он неуклюже старался удержать голову, тыкаясь ей в оконное стекло, но она предательски скользила вниз. Что ж, его усталость стала очевидной сразу же, после его посадки в транспорт. Он неуютно ерзал, старался сесть так, что бы ни одна мышца не была напряжена. Его глаза слезились и парнишка иногда недовольно тер переносицу, стараясь растворить пелену усталости, какая полностью обволокла глаза.       — Ты напрягаешь. —       Заметив, что глаза Саэ открыты, она продолжала сидеть неподвижно, стараясь не проиграть ему в возникнувшие гляделки. Его голос звучал негромко, без злости или упрека, разве что с ноткой раздражения. Футболист тяжело хлопал глазами, стараясь не поддаваться чарующему забвению — сну. Хиёри сжато пожала плечами, якобы принося свои извинения, и повернула голову к пустоте за окном. Теперь уже подбородок лениво уселся в небольшой чашечке из ладошки, пока сама девушка ели сдерживалась от того, что по ребячески процитировать едкие слова Саэ.       «Тыу напвагаешь! Бе бе бе, я такуой квутой футбалист, а ты нееет!» — довольная улыбка растянулась на лице писательницы. Сейчас она была похожа на объевшегося сметаной кота, сверкающие глазки которого бегают в поисках ещё какой-нибудь добычи.       Дальше все происходило ровно так же, как и до этого. В конце концов машина остановилась около миленького двухэтажного домика из окон которого лился теплый свет. Женщины поспешили покинуть транспорт, ссылаясь на то, что дети и сами доберутся до двери. Хиёри же не успела сообразить, что стоит сказать матери Саэ, что он уснул.       Сидя в тишине, наедине со спящим футболистом, рыжевласка неловко сжимала в руках шапку. А вот сейчас ситуация напоминает момент, который она однажды прописывала в своей истории. Там молодой парень проснулся, стоило хрупкой руке девушки коснуться его голени. Он сонно осмотрелся и увидев перед собой смущённую леди, поспешил выровняться и поцеловать тыльную часть её ладони.       Улыбаясь собственным мечтаниям, писательница кинула отвращённый взгляд на Саэ, морщась от неприязни. Нет, ему она свою руку поцеловать не даст. Ну, он вроде как и не собирается. Подавшись вперёд, Хиёри робко прикоснулась к его руке. Реакции — ноль. Вся романтичность момента исчезла под чистую, стоило девушке начать колотить футболиста по колену. Удары становились все настойчивее, однако Саэ видимо их вообще не чувствовал. Выдохнув, рыжевласка наклонилась ещё ближе и, заглядывая в его лицо, на секунду затаила дыхание. Умиротворению футболиста не было придела. Он так сладко спал уткнувшись головой в стекло, что писательнице даже стало немного стыдно за то, что она лупила этого ангела пару мгновений назад.       — Саэ-кун? -       Располагая свою ладошку на его плече, она легонько потянула его вперёд, но осознав, что эта туша сейчас рухнет на неё, поспешила оттолкнуть парня назад. От лёгкого удара в спину Саэ все же очнулся. Стоило этому случится, как Хиёри уже сидела на другой части салона, делая вид, будто о чем-то сильно задумалась. Аловласый молча потер глаза и осмотрел сидящую к нему спиной фигуру.       — Если ты хочешь кого-то разбудить, то можно просто хлопнуть или громко позвать, а не лапать в течение 5 минут. — З      акончив, Саэ вышел из салона, после чего девушка осталась в машине одна. Хватившись руками за голову, она, зарывшись пальцами в кудрявые волосы, жмурилась от стыда.       — АНГЕЛ? Он сын сатаны! — простонала Хиёри, после чего поспешила покинуть автомобиль. Ожидая ещё пару минут около него, писательница хотела увеличить расстояние между ней и футболистом, однако спустя полторы минуты её переминаний с ноги на ногу, он выглянул из-за калитки.       — Мне нужно закрыть калитку, ты долго ещё будешь мяться у машины? —       «Пожалуйста, закопайте меня у этой машины!» — взмолила в своих мыслях Хиёри, паралельно благодаря все сущее, что сейчас темно и её разгоревшиеся от стыда щеки были надёжно спрятаны ночными тенями. Сдержанно кивнув, девушка сделала пару неуверенных шагов в сторону калитки, после чего, держась на расстоянии вытянутой руки от парня, зашла во двор, а после влетела в здание. Сняв обувь, она повесила куртку, после чего, засунув в рукава шарфик и шапку, побежала в комнату, из которой слышала материнский голос. Господи, столкнись она с ним в прихожей — умерла бы прямо там же.