Научи меня жить

Спустившись на кухню, мы заглянули внутрь и вошли. За столом как и всегда, сидела Галина Васильевна, рядом хлопотала Маша, а Володя с поварами были полностью в заботах, ведь впереди ужин. — Здравствуйте. Володя, подскажите пожалуйста, с обеда осталась какая нибудь еда? — с порога спросила я. — Привет, красавицы! Конечно, проходите, — добродушно отозвался повар и взял тарелки. Наложив нам с Дашей суп и второе, продолжил заниматься своими делами. Досыта набив себя обедом, мы поднялись к себе, и взяв вещи пошли в душ. Я открыла воду, и настроила на более горячую температуру. Струи воды побежали сквозь волосы по коже головы, вызывая тем самым мурашки на холодном теле. Намочив ссадину, я слегка поморщилась, от болезненного жжения. Выключив воду, я вышла из кабинки и обернулась в полотенце. Как только я оказалась в коридоре, перед глазами замелькали черные круги, а в ушах появился звон. Вдох… Выдох… Мотнув головой, постаралась прогнать недуг, но не помогло. Картинка перед глазами стала расплываться. Вдох… Выдох… Аккуратно дойдя до комнаты, я присела на кровать, и сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. — Вик, ты чего? — Даша удивлённо посмотрела на меня стоя рядом с кроватью. — Повело, что-то. Голова кружится, в глазах темно. — прохрипела я. — Ты не пугай меня давай, какая-то красная вся, может врача позвать? — голос Даши был очень встревоженным. — Не надо врача, подай пожалуйста одежду. — попросила я, и села на кровать, держась за голову. -Спасибо. Я оделась в свежую одежду, и прошла до окна, приоткрыв его, впуская вечерний лесной воздух в комнату. Стоя рядом с окном, я снова сделала глубокий вдох, и жутко закашлялась. — Вик! — Даша подскочила ко мне, и обхватила руками мои плечи. Я не могла откашляться, казалось, что сейчас разорвет горло изнутри. — Вик, блин! У тебя кровь на руках! Я за Славиной, жди! — Стой, — хрипя, я все-таки остановила Дашу за руку и постаралась сказать как можно чётче. — не надо врача звать, мне нужен Вадим. Приведи его, пожалуйста, только не привлекай внимания. — попросила я, и схватилась за горло.

Pov автор:

Старкова была напугана до смерти, и сомневалась в правильности своих действий, но отогнав все мысли, решила делать так, как просит Вика. Оставив Кузнецову одну, она бегом направилась в учительское крыло, и найдя нужную дверь, тихо постучала. Не услышав ответа, постучала ещё раз, более настойчиво, и дернула дверь, но та не поддалась. — Да, бли-и-ин! — протянула Даша, метая молнии глазами, думая что делать дальше. «Врача позвать? Она же тоже с ними, должна знать что делать с Викой. Да, точно, врача!» — подумала Даша, и сорвалась с места. — Старкова! — ее остановил голос сзади. — Ничего не перепутала? — Вадим Юрьевич! — воскликнула Даша. — Вадим Юрьевич, нужна ваша помощь! — Моя помощь? — усмехнулся Уваров, открывая свою дверь и заходя в комнату. — А ты комнатой не ошиблась? Ваши помощники живут дальше по коридору. — он пытался скрыться в комнате, пока Даша пыталась его остановить. — Да, Вадим Юрьевич, ну пожалуйста! Нужна именно ваша, ваша помощь! — не отпуская дверь шипела Даша, надеясь на то, что ее намеки будут поняты. Дёрнув дверь на себя, она влетела в комнату и встала перед физруком, преграждая ему все пути. — Вике нужна помощь! — сквозь зубы процедила девушка, скользя глазами по лицу учителя. — Ты не могла раньше сказать? Вышла отсюда! — прорычал физрук, и схватив ученицу за локоть, выставил из комнаты. Закрыв за ней дверь, он несколько секунд находился в комнате, а затем вышел, заперев ее на ключ. Бросив злобный взгляд на испуганную девушку, он быстрым шагом направился в комнату к Кузнецовой, изредка озираясь по сторонам. Дойдя до нужной двери, он вбежал первый, а за ним ученица, обнаружив Вику без сознания на кровати, и подушку в огромном количестве крови. — Кузнецова! — Вадим присел рядом с кроватью, и стал прощупывать пульс. Сердцебиение Старковой участилось настолько, что казалось сердце сейчас выскочит из груди, а руки от волнения стали ледяными и липкими. Девушка молчала, потому что понимала, что лучше не мешать учителю. Она надеялась, что он знает что делает, поэтому просто наблюдала со стороны, сцепив руки в замок возле лица. Вспомнив о том, что в комнату могут войти парни, она стала переживать и за это, не зная, что будет говорить им. Очень изящная картина: девушка лежит вся крови, рядом с ней физрук, по совместительству биолог и убийца, и сама Старкова, которая просто стоит у окна. — Я забираю ее, пойдешь впереди, будешь смотреть, чтоб никого в коридорах не было. Быстро! — строго обратившись к ученице, Уваров подхватил Вику на руки, и встал, с яростью глядя в глаза Старковой. Она кивнула и выскочила из комнаты, проходя вперёд по коридору, и не оборачиваясь на учителя, тем самым давая знак, что можно идти дальше. Вадим, неся на руках Кузнецову, переживал не меньше ее подруги. Боялся что могут заметить другие, придется объясняться, придется терять драгоценное время, боялся что может не успеть. Очередная смерть. Этого не было в планах. — Пусто! — прошептала Даша, завернув за очередной угол. — Ключ в кармане. — сказал Вадим Даше, указывая на правый карман спортивной кофты. — Ну ты быстрее можешь?! — злился физрук. Даша сунула руку в карман учителя, и вытащив ключ, открыла дверь, впустив в комнату Вадима. Решив, что она там лишняя, достав ключ из замка, она вставила его с внутренней стороны комнаты, и выйдя, закрыла за собой дверь. Через пару секунд после этого, она услышала поворот замка, и ушла к себе в комнату. В то время, учитель физкультуры всеми силами пытался привести в сознание свою ученицу. Антидот, который он вколол ей в комнате девочек, уже должен подействовать, и она должна прийти в себя с минуты на минуту. — Вика! Кузнецова! — Вадим ударил ее с небольшим усилием по щекам, возвращая в сознание, и приложил к ее носу вату с ненавистным нашатырным спиртом, но и это не дало результатов. Взглянув на наручные часы, он быстро встал с кровати, и достав телефон из кармана стал набирать номер Славиной. Он решил, что в случае, если девушка не придет в себя в течение трёх часов, то придется прибегнуть к крайним мерам и спустить девчонку вниз без разговоров.

Pov Вика:

Поморщившись от боли в горле сквозь сон, я потерла лицо руками и открыла глаза. Ночь. «Если я потеряла сознание днём, то вероятно, мне Уваров оказал помощь и оставил приходить в себя». Услышав, как по коридору кто-то громко пробежал, я нахмурилась и села. «А… девочки где?» Не понимая что происходит, я собрала волосы в хвост и только собиралась встать, как услышала громкий женский голос из коридора. — Вик! Открыв дверь комнаты, я сделала шаг в тусклый коридор, где по ночам всегда горели только настенные светильники, отливая совсем мало света, и создавая атмосферу как в подземелье. В коридоре было слишком тихо и темно, и не было ни намека на то, что меня кто-то звал или устраивал здесь перебежки. — Ви-и-ик! — снова донёсся тонкий голос откуда-то издалека, заставляя меня напрячься и ускориться. Дойдя до угла, я уже собиралась свернуть. — Кузнецова! — окликнул меня голос, призывая развернуться. Уваров шел за мной следом, держа в руках какие-то ключи, а на его лице растянулась странная, несвойственная ему улыбка. Если б не спортивная форма и его колкий взгляд, я бы подумала что это не он. Он выглядел как-то слишком… приторно? «Я знаю, что Вадим надевает маску добряка в тех случаях, когда произошло что-то плохое, и сейчас придётся огребать…» — Вика, — уже тише сказал мужчина, когда подошёл совсем близко, заставляя меня нахмуриться от непонимания, и попятиться назад. — Что-то случилось? — не выдержала я, на что он с той же теплой улыбкой склонил голову чуть в бок, и пристально посмотрел мне в глаза. Я нахмурилась ещё больше. — Вадим? Что с вами? — я ошарашенно наблюдала, как он скользит каким-то непонятным взглядом по моему телу, лицу, останавливаясь на глазах и губах. Молчание затянулось, и я не имея желания торчать все время в коридоре, решила поскорее прекратить все это представление, и как можно быстрее покинуть коридор, пока нас кто нибудь не увидел вместе среди ночи. — Вадим Юрьевич, мы можем утром поговорить? У меня дела сейчас, — пролепетала я, как можно тише, чтоб никого не разбудить, и мысленно ударила себя по лицу. «Вик, ты вообще как? Какие дела среди ночи?». Учитель лишь отрицательно качнул головой, не отводя от меня взгляда. Я нервно вздохнула, и развернулась, чтоб пойти куда шла, но Уваров вновь окликнул меня, вызывая злость. — Вика! — рявкнул он, уже не таким приветливым голосом, а скорее присущим самому Уварову. Таким тоном, который не терпит возражений, и заставил в ту же секунду развернуться. Я снова тяжело вздохнула стиснув зубы, и развернувшись столкнулась с тем же взглядом Уварова, который успел подойти на несколько шагов ближе. Я скрестила на груди руки, и наклонила набок голову, всем своим видом показывая, что мне хочется уйти. Видя мое поведение, Вадим привычно усмехнулся. — мне нужна, — он вскинул одну руку и указательным пальцем ткнул в мою сторону. — твоя помощь. — все с той же ухмылкой проговорил Уваров, на что я опешив вскинула бровь, а затем снова нахмурилась, не понимая, чем такая как я могу помочь ему. Быстро закинув ключ в карман, он сделал два шага ко мне, и взяв меня за плечи, чуть пригнувшись поближе, заглянул в мои глаза, вызывая смешанные чувства. Вроде смотрел он так по-доброму, как не смотрел никогда и ни на кого при мне, но в то же время, это вызывало липкий страх, и пробирало холодом до костей, заставляя дыхание замереть, а кровь медленно застывать. Я не знаю чего ожидать от этого человека, как правило — ничего или чего угодно, но в таком состоянии я вижу его в первый раз. — Верь своим глазам, — с той же улыбкой он кивнул, и тут же перевел взгляд куда-то за мою спину. Моментально улыбка слетела с его лица, оставляя вместо себя поджатые от злости губы, а в глазах появился почерневший от ярости и какой-то ненависти, ледяной взгляд. Такая резкая смена его поведения, невольно заставила меня округлить глаза, и сжавшись, почувствовать пробежавший по спине ток вкупе с оцепенением. Уваров медленно выпрямился, и резко отпустив мои плечи, не отводя взгляда от объекта за мной, достал из-за своей спины пистолет, направляя его через мое плечо. За долю секунды я развернулась в сторону мишени, которую выбрал для себя физрук. — Ва-а-адим Юрьевич! Это… — дрогнувшим голосом выпалила я. В ту же секунду ощутила липкий ужас, и леденящий душу страх, который окутал меня со всех сторон, словно болотная тина, которая обволакивая собой конечности, затягивает тебя на самое противное и вязкое, ледяное дно, словно в омут. Затягивая куда-то прямиком в самый настоящий ад. Я уставилась на физрука, который стоял теперь в нескольких метрах перед моим лицом, а не за спиной. Повернувшись обратно, я снова увидела Уварова, который все также с яростью сжимал в руках оружие. Не успев сообразить что к чему, тишину разбил звук перезарядки пистолета. — Стой! Нет! СТОЙ! По коридору раздался оглушительный выстрел, заставивший меня обхватить руками голову, и закрыв глаза сжаться. — Тварь! — я открыла глаза, и бросила взгляд на Уварова, впадая в шок. Физрук стоял на том же месте, с той же улыбкой, но на животе красовался идеально ровный красный круг, из которого сочилась кровь, пачкая серую ткань кофты. Теперь я не могла пошевелиться и даже моргнуть, но из шока меня казалось вывел сам Уваров. — Вика, — обратился ко мне мужчина, уверенно стоя на ногах, будто это не ему прострелили живот. — Верь своим глазам. Он убьет меня, но умрет сам. Все в том же шоке, я приоткрыв рот, не моргая, медленно развернулась на стрелявшего, ощущая прилив ярости и боли, и совсем потеряла дар речи от увиденной картины: Уваров стоял все также улыбаясь, смотря в мои глаза, но с каждой секундой он становился будто старше на год. С невероятной скоростью его голова покрывалась сединой, а на лице появлялись морщины. Не менялся только взгляд — холодный и колючий. — Ва-а-адим, что ЭТО? Что это все з-значит?! — я перестала моргать и затаила дыхание. Обхватила руками лицо, сквозь пальцы наблюдая как два одинаковых человека медленно умирают, при этом уверенно стоя на ногах, и смотрят на меня. — Твою ж… Я ни черта не понимаю, Уваров!!! Что это значит?! Сделав несколько шагов от них подальше, я в панике завернула за угол, и рванула в комнату мальчиков. Рывком открыв дверь, я забежала внутрь. — Вик! — окликнул меня голос Даши из коридора. Я собралась выдохнуть с облегчением, услышав знакомый голос, но развернувшись замерла вновь. — Вик, верь своим глазам. — с улыбкой проговорила Даша. Теперь округлив глаза, я уставилась на Старкову, которая сидела возле одной из комнат, в инвалидном кресле. Новая волна ужаса налетела на меня с большей силой, сбивая с ног, и, полностью лишая рассудка. — Даш, что все это значит?! — завопила я, присаживаясь рядом с подругой. — Что вообще происходит?! Даша! — трясла я девушку, но та не реагировала, а только сладко улыбалась. — Я с ума схожу! — схватилась я за голову, и сделала шаг назад от Старковой. — Это все не по-настоящему. Этого не может быть!!! — отчаянно крикнула я, усмехнувшись, пытаясь привести себя в чувства самостоятельно. Развернувшись, я открыла первую попавшуюся дверь, желая убедиться в том, что остальные школьники спят, но войдя в комнату я снова никого не обнаружила. — да что за. что это? — причитала я, стирая слезы, стараясь понять хоть что-то. Истерика. — «Верь своим глазам», чему мне верить, Уваров?! Придурок! — обратилась я в пустоту, и захлопнула с силой дверь. Прижавшись спиной к стене, я обессиленно скатилась на пол и прижав к груди колени, заскулила. — Вадим, что все это значит? Что происходит? — спросила я снова в пустоту, как услышала справа голос. — Кузнецова! — я повернула голову, и сморгнув слезы увидела Уварова, который выглядел как обычно. Быстро поднявшись, я в два шага подбежала к нему, и схватив за руки, стала нервно его осматривать. Все как обычно. Строгий взгляд, громкий голос с нотками ненависти и презрения, ухмылка, запах одеколона и табака, вызывающий тепло внизу живота. Он отрицательно качнул головой: — Это все не по-настоящему. — подтвердил мои слова Уваров, и резко развернув за плечи в другую сторону, наклонился к моему уху, открывая глазам новую картину: в центре коридора, в нескольких метрах от меня стоит Ольшанская с перевязанной головой, вся в крови, как будто с поля боя. Рядом с ней незнакомая мне женщина с такими же вьющимися волосами как у Анны, с кровавым пятном на животе, Воронцов в окровавленной футболке, снова Вадим с отверстием в самом центре живота, совсем болезненно бледная Надя, Юля Самойлова с раной у виска, Войтевич и ещё казалось много людей, которых я не успела рассмотреть, потому что закрыла глаза руками, и уже не сдерживала рвущуюся наружу истерику. Содрогаясь всем телом в ужасной агонии от страха и ужаса, я закрывала руками глаза и рот, стараясь не закричать во все горло. — Это все не по-настоящему, — Вадим ближе склонился к моему уху, и аккуратно убрал мои руки от лица, своей горячей и влажной ладонью. — но верь своим глазам. — Вадим, пожалуйста! — снова запричитала я, желая чтоб все это закончилось и оказалось сном. — Они мешали мне, — с завидным спокойствием и лёгкой улыбкой произнес Уваров, обжигая своим дыханием мое ухо. — И я их убил. Мое дыхание уже давно сбилось, стало тяжёлым и прерывистым, а глаза застыли в ужасе, изредка моргая, чтоб убрать слезы, которые наполняли их безостановочно. Я повернула голову на Уварова, умоляюще уставившись на его лицо, и заметив это, он посмотрел мне в глаза с той же улыбкой. — Вы все умрёте. Все до одного. — сказал Вадим, и с силой подтолкнул в сторону толпы людей, где в центре стояла Анна. Влетев в их руки, я резко обернулась, и посмотрела на физрука. Его рукава и кисти рук были алого цвета, рядом капли крови, словно вода с мокрых рук стекающие на пол, практически вся серая кофта стала цвета запекшейся крови. «Значит, та влага на его руках — это была кровь». Я взглянула на свои кисти, и увидела на них алые, мокрые, мерзкие следы от касания мужчины. Тут же я ошарашенно вытянула их, стараясь отодвинуть как можно дальше от себя и заскулила от отчаяния. — Но попробуй остановить меня. — он также непринужденно достал стеклянную ампулу с жёлтой жидкостью из кармана, не отводя от меня взгляда бросил ее на пол, и раздавил ногой, вызывая у меня удивление и новую порцию ужаса. Не выдержав такого напора и атмосферы безумия, я закрыла влажными руками лицо, ощущая как толпа «покойников» продолжает держать и трясти меня за плечи. В какой-то момент я сорвалась на крик, и зарыдала, напрягаясь всем телом. «Пусть это окажется сном, пожалуйста, пусть окажется сном, пожалуйста!!!» — Вика, открой глаза. — издалека крикнул мне Вадим, на что я судорожно стала мотать головой, сильнее зажимая руками глаза, лишь бы не видеть всего этого ужаса. — Нет-нет-нет!!! Все не по-настоящему! — Вика, открой глаза! — более настойчиво крикнул Уваров, и встряхнул за плечи, на что я испугавшись резко распахнула глаза. — Наконец-то, Кузнецова! — причитал недовольный Вадим, держа мои плечи в своих больших и горячих руках. Я в ужасе округлила глаза и нервно выдохнула. Оттолкнув физрука одним махом, повалилась с кровати, и за пару секунд оказалась на полу, вжимаясь в стену, в углу возле ванной. Прижав руками к груди колени, я не моргая уставилась на то, как он подходит ближе, протягивая ко мне свои руки, чтоб взять за плечи. — Нет! — вжалась я ещё больше. — Убери-убери! — я оттолкнула его руку от себя, и судорожно закрыла лицо ладонями, смотря на удивлённого Уварова сквозь пальцы. — Не трогай! — Кузнецова! — рыкнул Вадим, обхватив меня за голову, и смотря в мои испуганные глаза продолжил. — Угомонись! Что стряслось? — привычным строгим тоном спросил тот, не скрывая изумления и беспокойства. Я обхватила его руки за кофту, и рывком развела в стороны от своего лица, поморщившись, как от чего-то самого ужасного на свете. — Вадим, пожалуйста, не прикасайся ко мне, пожалуйста! — я снова закрыла голову руками, и постаралась сделать глубокий вдох и выдох, чтоб прийти в себя. — пожалуйста, не трогайте, я прошу вас! — Да, что происходит с тобой? — срываясь на крик произнес Вадим, отчего я только больше погрузилась в паутину ужаса и паники. — Отвечай, ну! — Это все не по-настоящему, — сказала я себе под нос, запустив пальцы в волосы. — Это было все не по-настоящему. Не по-настоящему. — повторяла я, как умалишённая, смотря в одну точку, в то время, как Уваров уже отошёл и гремел чем-то на столе. — Руку дай мне. — скомандовал Уваров, и остатки рассудка подчинились ему. Он подхватил меня под плечи и усадил на кресло перед своим столом. Положив мою руку на стол, потёр внутренний сгиб локтя и ввел иглу, пуская по вене очередную гадость. — Это успокоительное. Подействует минуты через 2-3. — проговорил Вадим, выбрасывая использованные упаковки, и присаживаясь передо мной на корточки. — Что за концерт? — строго смотря мне в глаза спросил Уваров, на что я снова начала часто дышать и отводить взгляд подальше от его глаз и рук. «Что ты собралась ему объяснять? Что он во сне тебе рассказал, что всех собирается убить? Или что он убил самого себя, и сказал, что если убьет самого себя, то умрет? Вик, ты правда с ума сошла уже». Смотря на мое состояние, Вадим покачал головой. — Не нравишься ты мне, Кузнецова! — процедил Уваров, подхватывая меня на руки и возвращая на кровать, видя, как мое тело уже стало расслабляться от введённого препарата. — Взаимно, Вадим Юрьевич. — идентично ответила я, глядя, как Уваров сел рядом, и что-то набирает в телефоне. — Отбой. — кратко сказал он в трубку, и подождав пару секунд сбросил вызов. Меня отпускала паника, видимо из-за действия укола, но как только я ловила глазами взгляд физрука, кончики пальцев тут же пробивало током, и сердце сбивалось с привычного ритма. — Расскажешь мне? — заинтересованно глядя в мои глаза, спросил Уваров, на удивление спокойным голосом. — Я-я, — замялась, не зная, что стоит говорить, а что нет. Из глаз снова покатились слезы, стекая по вискам на волосы и капая на подушку. — я видела… видела сон. Страшный сон, — я повернула голову вправо, уставилась в одну точку на шкафу, и морщась от переполняющих меня страхов и эмоций, шумно выдыхала. — Все не по-настоящему, но вы сказали верить… верить своим глазам. Но все не по-настоящему! — снова залепетала я, судорожно всхлипывая. — Я сказал? — удивлённо спросил физрук. — Вы. Вы убили всех. Вы убили себя, и много людей. Очень много крови на ваших руках, — шёпотом, еле слышно говорила я, изредка всхлипывая. — И на моих руках! — я снова заскулила и затряслась в рыданиях, закрыв ладонью рот. Почувствовав, как его рука ложится на мою талию, я резко замерла, напрягаясь всем телом, задержав даже дыхание. — Нет-нет-нет, пожалуйста не надо! — я дернулась, чтоб отодвинуться от Уварова, но из-за успокоительного, чуть не повалилась с кровати на пол. — Кузнецова, угомонись уже! — гаркнул мужчина. — Кого я опять убил, о чем ты говоришь?! — встряхнув меня за плечи, угрожающе наклонившись над моим лицом спросил Вадим. — Себя, — прошипела я, глядя ему в глаза. — Вы убили себя. Выстрелили в живот, перед этим сказав фразу, — я собралась с мыслями и произнесла: — «Верь своим глазам». Верь своим глазам. Вы сказали это и выстрелили ему в живот. — снова стиснув зубы, я поморщилась. — А потом сказали, что-то вроде: «Он убьет меня, но умрет сам». — договорив, я снова резко разрыдалась, не смотря на действие успокоительного. — Вадим Юрьевич, я с ума схожу уже, добейте меня пожалуйста. — я нервно засмеялась, и накрыв лицо руками, невольно вспомнила ощущения из сна. Открыв глаза, я бросила взгляд на Уварова, который яростно метал молнии глазами, отвернувшись лицом в сторону окна. — Что ещё ты видела? — строго спросил учитель. Я вспомнила все мгновения того сна, и не моргая смотрела какое-то время в одну точку, пытаясь выловить что-то целесообразное из своих мыслей. — Дашу, — протянула я, на удивление медленно. — Даша в инвалидном кресле, сказала то же, что и вы. — Что? Что я и ее убью? — усмехнувшись, с презрением спросил Уваров и посмотрел на меня. — Нет, — я мотнула головой. — Сказала верить своим глазам. — я нахмурилась. — На протяжении всего сна происходили очень страшные, странные вещи, и в основном, — я замолчала и бросила взгляд в глаза Вадима. Он смотрел также холодно как и обычно, но вспоминая ту теплую улыбку и добрый огонек в глазах, попыталась увидеть это все сейчас, но ничего не было. Как будто он совсем не умеет испытывать теплых чувств. — В основном во всем были замешаны именно вы, — я закрыла глаза и нервно сглотнув, перевела дыхание. Уваров отвернулся от меня всем телом, после чего встал и пересел за стол, открывая ноутбук. — Вспоминай, что ещё видела. — холодно произнес Уваров, не показывая никаких эмоций. — Вы сказали, что мы все умрем. Все до единого, а потом, — я замолчала, сцепив руки на животе, и задумалась о том, что именно я увидела. — А потом вы бросили на пол какую-то, — я попыталась изобразить пальцами размер стекляшки. — какую-то ампулу наверное, с жёлтой жидкостью внутри. — мужчина посмотрел на меня, и перевел взгляд обратно. — Ну потом раздавили ее ногой, и содержимое вылилось. После этого я проснулась вот здесь. — я обвела руками помещение, и нахмурившись постаралась ещё раз вспомнить детали. Бросив взгляд на физрука, я ненадолго его задержала, потому что увидела в его взгляде искреннее удивление вперемешку со злостью, и растерянностью. Через пару секунд он уткнулся в монитор, и спустя еще какое-то время подсел на кровать с ноутбуком в руках. — Посмотри. — спокойно сказал Вадим, разворачивая экран с фотографией в мою сторону. — Ты это видела? — он посмотрел мне в глаза, и не моргая всматривался, казалось в мои воспоминания. — Нет, — я нахмурила брови, и отрицательно мотнула головой увидев перед собой фото стеклянной ёмкости с жёлтой жидкостью. — Это не совсем то. Та была более закругленная, и как будто с двойными стенками. То есть как будто ёмкость в ёмкости. Да и жидкость более светлая. — Уваров прищурился, и нажав кнопку, включил другое изображение, наблюдая за моей реакцией. Увидев следующее фото, я задержала дыхание, и снова перестала моргать. Оцепенение. Паника. Пульс участился. Метнув взгляд на Уварова, я вернула его обратно, и снова в глаза Вадима, не зная на чем остановить свое внимание. Каждая мелочь возвращала меня в то ощущение липкого, мерзкого и ледяного ужаса. Пытаясь вспомнить все происходящее, я будто ныряю с головой в мерзкое, вонючее болото, выбираюсь из него, отмываюсь от грязи, и снова ныряю обратно. — Да-а это, — прошипела я метнув взгляд на экран и вернув его обратно на кофту Вадима. Он тут же закусил губу и сел обратно за стол. Я перевернулась на бок, отвернувшись от него лицом, и снова дала волю слезам. «Вика, ты себе хотя бы не ври. Признайся себе, из-за чего именно ты ревешь? Из-за сна в целом? Или из-за того, что во сне увидела смерть Уварова? Ты же осознаешь, что если сон — это хоть немного правда, то на его руках в ближайшее время будет море крови. Много загубленных жизней, детских жизней, и твоя в том числе. Ответь себе, почему ты все ещё здесь? Потому что ты идиотка? Да, наверное тогда ты права. А может дело в другом? Не ври себе, ты прекрасно помнишь все его слова, которые ты слышала в том сне. Так чего ты ждёшь? «Но попробуй остановить меня». Чего ты ждёшь, Кузнецова?» Я резко развернулась и села в кровати, убирая с лица оставшиеся следы слез. Вадим бросил на меня взгляд, и тут же вернул в экран. Сделав глубокий вдох и выдох, я встала с кровати, и подойдя к Уварову, села на пол, возле его ноги, подмяв под себя колени. Учитель тут же перевел на меня нахмуренный взгляд, в котором читалось непонимание, и заинтересованность, но было теперь что-то ещё. Отложив из рук мышку и сдвинув бумаги, он повернулся в мою сторону, молча продолжая всматриваться куда-то в мои мысли. — Что ты вспомнила? — строго спросил Уваров. Я вновь почувствовала себя кроликом перед удавом, но только теперь я будто самостоятельно захотела быть съеденной. Теперь я чувствую себя в опасности наедине с самой собой, с Вадимом, с друзьями, и кажется в целом. Кажется, что теперь в этом мире на каждом углу подстерегает опасность, и никто не в силах от нее защитить. Каждый день — русская рулетка, вот и сейчас, подставляя к голове заряженный Уваровым револьвер, я не знаю, осталась ли там хоть одна пустая камора. Каждый шаг, каждое слово, каждая минута, для меня могут стать последними, в такой близости со своим врагом. Вместо того, чтоб бежать как можно дальше, я падаю перед ним на колени, в надежде отыскать в нем спасение. Спасение от него самого, от самой себя, и от тех, на кого он работает. Бежать некуда, да и уже в принципе поздно. — Кузнецова, что ты вспомнила? — угрожающим тоном, тихо произнес мужчина. Я нервно сглотнула, и придвинувшись ближе к его колену, прижалась щекой к внутренней стороне бедра. — Я боюсь. — неожиданно для себя выпалила я, прижимаясь ближе к ноге Уварова. — Я боюсь вас. — я закрыла глаза, и глубоко выдохнула. — Вика! — прозвучал голос Уварова, но не сверху, а где-то с другой стороны, заставив тут же открыть глаза и ахнуть. Первым что я увидела оказался потолок. Я поднялась на кровати, приняв сидячее положение, в то время, как Вадим достал из пачки сигарету и открыл окно. — Опять?! — удивилась я. — Это ведь уже было, — себе под нос сказала я. — Ты слишком открыта. Ты потеряла бдительность, Вика. Думаешь, если я напоил тебя чаем и дал втык Морозову, я перестал быть врагом? — усмехнулся он, закурив сигарету. Я ничего не ответив провела пальцами по коже головы, и оперлась локтями на колени. — То, что ты хочешь сейчас мне рассказать — лучше не рассказывай. Ты ведь сама понимаешь, что если я узнаю о том, что ты хочешь меня остановить, я сделаю все, чтоб этого не произошло? — спросил Уваров ухмыльнувшись как что-то само собой разумеющееся, и повернулся лицом ко мне. — Вика, когда нибудь ты узнаешь всю правду. Когда нибудь, но пока не время. Скажу лишь одно: тебе нечего и некого бояться в этой школе, кроме меня. — Что вы имеете ввиду? — нервно спросила я. — Первый ящик стола, самая нижняя папка, — сказал Уваров, выдыхая дым. Я свела брови к переносице и не отводя взгляд от физрука, подошла к столу, но дёрнув ящик на себя, он не поддался. — Закрыто. — сказала я, непонимающе взглянув на мужчину, который наблюдал за мной. Усмехнувшись, он достал из кармана джинс небольшой ключ, и положил передо мной на стол. — Верь своим глазам, — кивнул он и вернулся обратно к окну. Открыв ящик, я увидела несколько скоросшивателей с метками Ингрид, и нахмурившись подняла взгляд на шатена. Когда я сдвинула все содержимое ящика, увидела на дне ту самую черную папку со знаком близнецы. Положив ее на стол, я неуверенно вновь посмотрела на Уварова, который глазами показал на папку, мол «открывай и смотри». Как только я начала ее открывать, то тут же закрыла, и отошла на шаг в сторону.«Я не могу. Это не мое дело. И если это сон, то наяву Уваров мне бы голову оторвал за такое. Мое любопытство конечно не даст мне спокойно жить после этого, но я не стану предателем даже для него» — Ты верно мыслишь, Вика, — усмехнулся Уваров, заставив меня поднять глаза. — Но я разрешаю тебе прочитать содержимое. Тебе это понадобится, чтоб разобраться. Я разрешаю. — Вадим затушил сигарету, и присел на подоконник. Теперь уже более уверенно я открыла папку, и стала бегло рассматривать документы. «Опыты, опыты, исследования, снова опыты, Господи, тут же порядковые номера из четырехзначных чисел» Я тяжело вздохнула и вскинула брови. — Что из этого мне должно здесь пригодиться? Я не могу с этим пойти в полицию во сне, — я нервно вздохнула. — А наяву нам с друзьями эта папка может очень дорого обойтись, — виновато оглядев физрука проговорила я. — Открой последние страницы. Я поджала губы, и подчинилась то ли своему любопытству, то ли Уварову. — Кто это «Князев Борис Константинович»? — спросила я, вновь нахмурив брови. Страница была отличающейся от других, и выглядела как лист из личного дела человека, с биографией и фото. Услышав вопрос, Вадим щёлкнул пальцами, и ткнул на меня указательным пальцем. — Верно! Этот человек — один из главных врагов компании. — он закатил глаза. — И он единственный, кто может вам помочь. Я опешила. «Почему ты хочешь, чтоб мне помогал ваш враг?» — И где мне искать его? — А с этим тебе поможет Шевцов, — усмехнувшись произнес Вадим, и видя недоумение в моих глазах, пояснил. — Поварешка наш — Володя. Я пожала плечами, и нахмурилась, также недоуменно глядя на веселящегося Вадима. — Как Вы себе это представляете? «Володя, здравствуйте, мне тут Вадим Юрьевич сказал, что некий Князев может нам помочь преступников из подземелья посадить, вы как, с нами?» — я недовольно перевела взгляд в личное дело. — Подойдёшь к нему завтра на обеде, и как только на раздаче не будет других людей задашь ему вопрос, но, — он предупреждающе посмотрел на меня, отчего пробежал холодок по позвоночнику. — сделай это так, чтоб вас никто не слышал. Никто, поняла меня? — Поняла я, что спросить нужно? — Спросишь «вы продаете часы с кукушкой?» — видя то, как приподнялась моя бровь, Уваров закатил глаза, и продолжил. — Это код. Кодовая фраза, после которой он поймет, что тебе нужна помощь и назначит встречу. Я вообще не понимаю, зачем тебе все это объясняю, язык мозолю, если ты все это и так знаешь без меня. Теперь уже я нервно закатила глаза, и перевернула очередной документ. Глазам открылись списки сотрудников и подписи с печатями некоторых из них. Задержав внимание на одной, я округлила глаза, и перечитала вновь. — Я правильно понимаю? — подняв глаза, я умоляюще уставилась на Вадима. — Да. — Вы в Ингрид второй после Колчина? — недоверчиво спросила я. — Да, — вновь подтвердил мои слова физрук. — Я хотел, чтоб ты это узнала. Ну во-первых потому, что я хочу чтобы ты знала, что в школе «всем» руковожу я, а не Морозов. Это даёт тебе преимущество, потому что если ещё раз узнаю, что он тебе что-то сделал, то ему влетит. Второе: для тебя наступает переломный момент. Тебе нужно решить на чьей ты стороне. Ты должна понимать, что если это окажется в полиции, то практически всех в компании упекут за решётку, и меня в том числе, ну, а учитывая мою должность — уеду я далеко и надолго. — Я не стану работать с Ингрид! — замотала я головой, ощущая в горле ком. — я не хочу чтоб ты работала на них, но… — он замолчал и окинул меня прищуренным взглядом. — Если ты продолжишь находиться в такой близости ко мне, то должна понимать, что любой твой шаг в сторону полиции будет расценен как предательство. Вика, это дело всей моей жизни и… — И мы на разных берегах. — Верно. Скоро все начнется, и мне понадобится твоя помощь. — я не стану помогать Ингрид! — Вика, верь тому что видишь! — он грубо обхватил меня за голову, заставляя посмотреть в глаза. — Мне нужна будет твоя помощь. Мне. Твоя. Скоро тебе будет невыносимо сложно и больно, не веди двойную игру, выбери ту сторону, которую тебе подсказывает сердце, и я приму твой выбор. — он аккуратно обнял меня, и протянулся к уху, от чего появились лёгкие мурашки и я закрыла глаза. — Я не прощаю предателей, но и сам никогда им не стану. Запомни это. Это очень важные слова, Вика! Я кивнула, и почувствовала лёгкий еле уловимый поцелуй на виске. — Вик! — я перевела взгляд в глаза Уварова, на что он слегка ухмыльнулся. — Закрой глаза. Я вновь подчинилась, и закрыв глаза, устало вздохнула. — Открой глаза!!! — услышав крик, я вздрогнула, и увидела над собой Уварова, который пребывал явно в гневе. Резким рывком, я дернулась в сторону и оказалась в сидячем положении, опираясь спиной на кровать. Вадим грубо обхватил меня за голову и подбородок, угрожающе всматриваясь в глаза. — Как. Ты. Себя. Чувствуешь? — отделяя каждое слово спросил физрук, сидя передо мной на полу. Я не поднимая на него взгляд кивнула и нахмурилась. — Относительно неплохо. Что случилось? Я не успела ничего сообразить, как очутилась в руках Уварова, который яростно пытался вдавить меня в себя. — Вадим Юрьевич, раздавите. Больно, — прохрипела я, и учитель чуть ослабил хватку. Тихо рыкнув, он прижал мою голову к своей щеке, и отодвинув волосы, прислонился губами к уху. — Кузнецова, я тебе голову оторву когда нибудь, — я невольно замерла. — Я не специально. — единственное что я смогла из себя выдавить, прежде чем была прервана губами Уварова. Доля секунды. Я чуть отстранилась и приоткрыв губы, вновь почувствовала Вадима. По коже пробежали мурашки, а внизу живота стало жечь. Этот поцелуй казалось ничем не отличался от прошлых и столь редких, но в нем было что-то, чего не было раньше. Чуть отстранившись, Уваров не моргая, грозно уставился в мои глаза. Подождав несколько секунд, он провел рукой по моей голове, вплетая пальцы в волосы, и чуть сжал их. Затем медленно стал оттягивать, и тем самым заставил меня машинально сдвигаться назад, вжимаясь в кровать, и не прерывая зрительный контакт тихо зашипеть, в тот момент, как сам учитель медленно надвигаясь грозовой тучей, навис над моим лицом, и приоткрыв рот сквозь зубы также втянул воздух, наблюдая за мной. От такого у меня перехватило дыхание. Даже сидя на полу он смотрел на меня сверху вниз, чуть вскинув подбородок, как хищник, который готов в любую секунду вцепиться в горло. Скользнув по его серьезному лицу, я слегка сжалась, и издав еле уловимый стон, больше похожий на скулеж с очередным выдохом, я снова почувствовала себя добычей, но только сейчас мне понравилось это чувство. Заметив это, Вадим ухмыльнулся и снова рыкнув, впился более требовательным поцелуем, полностью растворяя в себе. Подхватив меня с пола, ловким движением уложил на кровать и навис сверху.

***

Я лежала рядом с Уваровым, положив голову на его предплечье, и выводила ногтем фигуры на его коже. Мы просто молчали, слова были не уместны, хоть их и было очень много. Спустя время, Вадим нарушил молчание. — Нужно поспать хотя бы пару часов до будильника — произнес Вадим, и сел, чтоб выключить свет. Я округлила глаза и замотала головой. — Нет! — отрезала я, и Уваров повернулся ко мне. — Не понял, — он тряхнул головой, и несколько раз моргнул, как будто пытаясь сконцентрироваться на моем ответе. — Кузнецова, если ты вампир и выпила у меня всю кровь, это ещё не значит, что тебе не нужно спать! — Я не буду спать. Я не хочу! — снова отрезала я, и собиралась отвернуться в сторону ванной, как тут же меня схватила рука физрука. — не буду я спать! — Слушай, тогда лежи молча хотя бы и не мешай мне, — поморщившись Вадим встал, дотянулся до светильника и выключил свет. Я отвернулась в сторону окна, и стала рассматривать ночной лес, фонари, и небо. Главное не заснуть, иначе я не вынесу этого снова. Я слышала, как Вадим сзади пытался улечься поудобнее, но видимо все было не так, и он решил подключить меня. Обхватив за талию со спины, он придвинул мое тело к себе, и подмял так, что я почувствовала себя одеялом, которое сама обнимала, пока спала в своей комнате. Тяжело вздохнув, устроился над моим ухом, и судя по сладкому посапыванию уснул за пару минут. Спустя какое-то время, я поняла, что так сама смогу уснуть, если что-то не сделать. Решив, что лучше всего — перевернуть Вадима на спину, я постаралась выскользнуть из его рук, на что он подмял меня ещё больше. «Мда-а, Виктория, браво! Оправдала имя, молодец!» Тяжело вздохнув, я все-таки закрыла глаза, перед этим крепко обхватив руку учителя.