Научи меня жить

***

Pov автор:

— Ребят, — во время завтрака к столу подбежал Андрей, и не взяв еду, сел за стол. — Мне написал Стас ночью. Если в общем, он очень заинтересован всем происходящим здесь, и хочет на днях сам приехать, чтоб все увидеть, и что-то там сфотографировать ещё. — Не нравится мне эта идея, — покачала головой Даша. — Вспомните судью Савкину, она тоже хотела разобраться во всем лично. — Чё ему вообще не хватает то? — вклинился Макс. — Или он со всеми нацистами лично познакомиться хочет? — я не знаю что он хочет, не сказал. Девушки недоверчиво переглянулись, и уставились на Андрея. — Знаете, все без исключения, кто приезжают сюда, по всей видимости как-то связаны с происходящим. — тихо произнесла Вика. — И если этот Стас копает под немцев, то я боюсь, у него нет шансов уехать отсюда. Он отправил в полицию те видео и фото, что мы скинули? Андрей покачал головой: — Он сказал, что этого недостаточно, чтоб на это хоть кто-то среагировал. Свастики нет, инициалы на стульях только подтверждают имена, а в подземелье мы ничего не снимали ещё. Можно конечно рискнуть и… — А можно не рисковать и пусть разбираются сами! — выпалил Максим, понимая к чему ведёт Андрей. Даша нервно поджала губы, ожидая предстоящий конфликт на израненную тему. — И сидеть без дела опять? Кузнецова быстро перекусив кофе и двумя бутербродами, ничего не сказав покинула столовую, направляясь в душ и за уроки, которые так и не сделала вчера.

***

— Ну правда, пусть сам приезжает, ходит тут, осматривается, — Максим покрутил в руках вилку, обдумывая сложившуюся ситуацию. — Кто знает, а вдруг именно у него все получится и именно он будет тем «героем», который спасёт нас и вытащит из заточения! — Макс прав — этот Стас не маленький, и если он изучал информацию, то должен сам понимать во что лезет, — Даша метнула взгляд по друзьям, и увидела утвердительный кивок Андрея. — Главное! — Павленко взмахнул руками, придвинувшись корпусом ближе к центру стола, и взял на тон ниже. — Чтоб этот «герой» нас не сдал с потрохами Морозову. Иначе нас точно всех грохнут, вместе с этим Стасом! Даша нахмурилась: — Ну, нам остаётся надеяться на то, что он и сам это понимает. Мы не можем доверять всем подряд, и… — Даш! — прервал ее Андрей. — Ну, ты серьезно думаешь, что если б он был с нацистами, то скинул бы нам всю информацию о них? — И к тому же, он наверняка сдал бы нас всех уже, если б работал на них ещё тогда, когда получил видео, — подхватил Рома. Сыщики напряжённо переглянулись и продолжили лениво копаться в тарелках.

***

После завтрака, вся компания направилась к Морозову старшему за лекарством. — А-а, заходи-заходи, — протянул Петр, когда на пороге появился Павленко. — Есть новости? — задал вопрос директор, доставая ампулу антидота из коробки. Рома нервно сглотнул, думая над ответом: — Нет, — покачал он головой. Морозов недовольно поморщился, и некоторое время молчал, не сводя взгляд со школьника. — Что-то можешь мне рассказать про Кузнецову? — неожиданно задал вопрос Петр. Парень непонимающе нахмурился, пытаясь вспомнить что-то интересное, чтоб не выдать при этом лишнего. — Да нет, ничего. — Уверен? — громко спросил Морозов, откровенно показывая свое недовольство. — Уверен! Она же вышла из расследования, теперь только учится и всё. Она не общается практически с нами. Постоянно пропадает где-то. — Пропадает? — прищурился директор. — Где например? Павленко помотал головой: — Не знаю. часто в библиотеке сидит с уроками. Морозов задумался, и протянув лекарство школьнику, откинулся на спинку кресла, прислонив к губам руку: — У нее есть отношения, парень? — задал вопрос мужчина, заставив Павленко на секунду округлить глаза. — Нет. У нее давно были какие-то, но они длились не больше недели. Сейчас тоже нет, я же говорю, одна учеба у нее на уме… — Значит так, — перебил парня директор. — Проследишь за ней, доложишь мне, куда она ходит и с кем общается. — Зачем вам это? — непонимающе тряхнув головой спросил Рома. — Это не твоего ума дело! Свободен, — процедил он, и парень двинулся на выход. — Стой! Ещё проследи, насколько долго она получает антидот у Уварова. — Угу, — буркнул парень и вышел из кабинета.

***

Сыщики, получив антидот поднялись в комнату, чтоб заняться своими делами. Репетиции назначены на послеобеденное время, поэтому торопиться некуда и незачем. Вика сидела в комнате за рабочим столом, решая какие-то задачи, но мысли ее были очень далеки от математики, как бы девушка не старалась их подавить и хотя бы на время выключить. Дверь в комнату резко открылась. — Даш! — Кузнецова вздрогнула от того, насколько резко подруга ворвалась в комнату, и своим возгласом заставила опешить Старкову. — Что с тобой? — задала резонный вопрос Даша, видя взволнованный вид одноклассницы. Девчонка тяжело выдохнула, и провела рукой по волосам: — Это дурка!.. — выпалила Вика, а затем продолжила. — Вчера уснула в комнате Уварова… В следующие полчаса девушка делилась с подругой своим сном и переживаниями об этом. — Он что-то сказал по этому поводу? — спросила Даша, после того, как Вика объявила о пробуждении. Та только покачала головой, и мельком взглянула ей в глаза: — Дал мне чай с ромашкой, и какой-то гадостью, типа пустырника или корвалола — я не поняла. Он его сделал до того, как я проснулась, потому что слышал, как я разговаривала во сне. Глаза Даши округлились: — Он слышал ВСЁ, что ты ему говорила во сне?! — прошипела она. — Я не знаю все или… — Кузнецова замолчала, пытаясь вспомнить детально слова Уварова после того, как он ее разбудил. — Ну, он сказал, что я проклятиями сыпала, возможно слышал всё. ЧЕ-ЕРТ! — заключила Кузнецова, обхватив голову двумя руками, и нервно поджав губы. — Ладно, слышал и слышал, плевать уже. Потом я долго не могла уснуть, все думала над этим сном, пыталась отгонять его всеми правдами, но ничего не вышло. Ходила там тенью по комнате, боялась, что встанет сейчас и вломит мне, за то что шуршу и спать мешаю. Даша усмехнулась, внимательно слушая подругу: — Встал? — Не встал, но сказал спать ложиться. Потом самое интересное: когда легла, он меня, знаешь, как акулу из Икеи под себя подмял, обнял, и лег спать, — Вика потупила глаза, и уставилась на сдерживающую смех Старкову. — Что? — Прости, — Даша прыснула со смеху. — Я просто не могу представить, что наш физрук во сне такой… лапочка. — Ты подожди с «лапочкой». Я и ТАК уснуть не смогла, решила его рассматривать… — Как ковёр настенный? — усмехнулась Старкова. — да, как ковёр, — выдохнула Кузнецова. — Смотрела я на него, смотрела, а потом заметила, — она выдержала театральную паузу, смотря, как одноклассница напряглась, ожидая продолжение. — Что он не спит, Даш! Он смотрел, как я рассматривала его, Господи, да у меня там сердце такой кульбит провернуло! Даша залилась истерическим смехом, закрывая рот рукой: — Что дальше? — Старкова уставилась как завороженная, в ожидании какой-то невероятной новости. — Дальше… Дальше я не отрывая глаз смотрела на него, и поняла, что за этим занятием я забыла как дышать. Пока он не сказал: «Дыши», — Вика задумалась. — Знаешь, я так стала волноваться в тот момент, думала что сердце наружу выпрыгнет. Я даже не поняла из-за чего. А потом ещё интереснее: я вдруг подумала — «хочу обнять тебя», и через буквально секунду — две, он сам взял меня за руку, положил на свою спину и все это не отрывая взгляда. Я с ума схожу, Да-аш! Школьница слушала подругу, смотря на нее как кошка на гирлянду. — Понимаешь, насколько противоречивые действия? — нахмурилась Кузнецова. — Во сне он меня уничтожил, а наяву чуть ли не мысли читает. Я не понимаю, я запуталась! — протянула Вика, и рухнула на свою кровать. — Кстати вот ещё, — начала Кузнецова, вспомнив о Викторе. — У меня было видение, в котором Поляков просил помощи. Показал мне телефон, мол: «смотри дату», и там на экране было первое июня. — И что это значит? — нахмурилась Даша, на что Кузнецова пожала плечами. — Сказал, что нужна помощь. С чем и какая, я так и не поняла, — заключила Вика. — А, стоп! Он посмотрел на физрука, и сказал, что «они» его заберут! — девушка села на кровать, и уставилась на Старкову. — Куда? — не поняла Даша, и получила красноречивый взгляд Кузнецовой: — Не знаю. Не знаю что делать с этим. Мы же не можем его попросить уехать отсюда! — Да-а, беда, — протянула Даша. — Вот и я думаю. — Погоди, так раз они его могут забрать, значит наши опасения не подтвердились! Он не работает на них! — Ну, получается так. Иначе зачем им красть своего сотрудника? Логично, — Вика стиснула зубы, обдумывая ситуацию с новой стороны. Взглянув в глаза подруге, они молча думали об одном и том же. — Вам нужно сходить… — …Сходить в его комнату, — подхватила Даша. — Сегодня уже не получится. Он уедет только после обеда, и мы будем заняты. Нельзя привлекать внимание так явно. Давай во время уроков? — Та-ак, нужно рассказать парням, — Старкова поднялась с кровати и покинула комнату. Через несколько минут, она пришла обратно со всеми сыщиками. Девушки кратко рассказали друзьям обо всем происходящем с Викой, утаив только ее «отношения» с физруком. — Нужно идти на неделе, когда Виктор будет на уроках, и идти нужно не всем, — заключила Вика, смотря на холодные взгляды парней. — А давно ты у нас стала провидицей? — аккуратно поинтересовался Максим. — Относительно. Почти с самого момента заражения. — А могу я узнать, какого ж х… — Макс!!! — Даша схватила его за плечо, одарив прожигающим взглядом. — Я не рассказывала об этом, потому что нечего рассказывать, Макс, — спокойно пояснила Вика. — Я не знаю что это и как работает. Рома, — девушка переключилась на Павленко, который в этот момент задумчиво смотрел в одну точку. Услышав свое имя, парень несколько раз моргнул, и обратил взор на Вику. — Я могу быть уверена, что ты не расскажешь им об этом? — медленно спросила Кузнецова, глядя на друга. — Вик, да конечно! Какие могут быть вопросы? — отозвался школьник. — Спасибо, — выдохнула Кузнецова.

***

— Сразу после столовой пойдем в библиотеку? — задал вопрос Павленко, приступая к еде. — Да, чё тянуть-то? — отозвался Макс. — Да-а, надеюсь что все пройдет гладко с ними, — протянула Даша, мельком взглянув на столик 8 класса. — Мы если чё их Виксой припугнем. — пробормотал Рома, ковыряясь вилкой в еде. Кузнецова услышав это, безучастно посмотрела на друга, осознавая, что теперь эта тема будет преследовать ее долго, и лучше забить. Подняв глаза на столик учителей, у Вики сбилось дыхание, заставляя ее чуть покашлять. — Все нормально? — нахмурилась Даша, положив руку на спину подруги. Та кивнула и придвинулась к уху Старковой: — Посмотри на физрука, — прошептала она, и Даша незаметно метнула взгляд в сторону Уварова. Вадим сидел за столом, держа в руках кружку, а за его спиной, наклонившись к уху, будто змей искуситель, стояла одноклассница девушек — Дьяченко Ксения, положив одну руку на плечо физрука. У Старковой от увиденного округлились глаза, что не ушло от внимательных сыщиков. — Ого, нифига! — воскликнул Рома, но так, что слышал лишь их стол. — А чё это дикая вокруг фашистов трётся? Даша перевела взгляд на Кузнецову, которая спокойно продолжала прием пищи, глядя в тарелку, иногда морща нос, от неприятной картины. — Она явно что-то об учебе узнать пришла. Не будет она его клеить в столовой, Вик! — прошипела на ухо девушки Старкова. — А что, чтоб обсудить учебу, обязательно трогать учителя за плечи? — укоризненно прошипела Вика. Никто из парней не замечал их переговоров, а Лизе было и без слов все понятно. — Слушайте, а если она одна из них? — предположил Павленко. — Конечно, Ромыч! У нас же тут как: в школу берут либо за деньги, либо по уму, либо если ты в душе нацист, и имеешь энтузиазм воскресить рейх, да? — съязвил Макс. — Да ладно вам, вон Морозов уже смотрит на вас! — прошептала Лиза, и все уткнулись в еду. Когда Вика подняла глаза, Дьяченко уже не было в столовой, а физрук продолжал с упоением что-то слушать и рассказывать, натянув на лицо доброжелательную улыбку. Кузнецова поджала губы, и скрестив на груди руки перестала есть. Павленко заметив хмурую подругу, решил уточнить: — Вик, что с… — Нет аппетита. — сухо ответила она, смотря в одну точку перед собой, и взяла в руки чайную ложку, рассматривая как что-то самое интересное.

Pov Вика:

«А что, если это ты дура, не замечала, что между ними есть что-то, и она действительно на их стороне? Ну предположим она с ними, скрывает это от всех, а когда они вместе, то безусловно любят друг друга, ну или… там… обсуждают свои нацистские планы. Тогда чё он возится со мной? В таком случае, все объясняется опытами: я — интересный экземпляр, как Морозов сказал: «Важный объект», и наверняка он имеет в планах меня изучать, но для этого я должна доверять ему и рассказать абсолютно обо всём, что со мной происходит. А я как глупая муха, сама иду в паутину к пауку, надеясь что эта паутина спасет меня. Ага, Вик, спасет тебя от жизни. Да кому нужна эта жизнь вообще, если лучше влюбиться во врага, и самостоятельно желать подчиняться ему и его правилам, пока он крутит шашни с какой-то левой школьницей?.. Интересно, а она заражена? Хотя, если она с ними — вряд ли. Стоп! А если она не с ними, а такая же жертва, вроде меня, и он точно также ведёт себя с ней… И когда я ждала его в комнате, он мог гулять где-то с ней…» — Вика! — прошипела подруга, и я подняла глаза на Старкову. — Ну что? — недовольно отозвалась я, видя ее непонимающий взгляд. Опустив глаза на руки, я недовольно поморщилась. «Ну вот, молодец, сейчас ещё от Галины за погнутую ложку получать!» — Нормально всё! — буркнула я. — Я в библиотеку пойду, подожду вас там, — я встала из-за стола, и бросив взгляд на Вадима, вышла из столовой, направляясь в указанное место. Залетев на второй этаж библиотеки, я уселась на диван, и тяжело выдохнув, запустила пальцы в волосы. «Это закончится когда нибудь? Чего ты вообще взъелась на него? Он же не обещал тебе ничего, никакой любви нет между вами, пусть что хотят то и делают. Ты у него антидот получаешь, и иногда возле ног трешься, это наверное во всех элитных школах так положено себя вести с физруками. Смирись и расслабься». — Вик, спускайся к нам, сейчас дети придут уже! — крикнули снизу, и я заметила, что друзья уже все сидят на стульях, вдоль стеллажей, а Максим подключает музыку, сидя возле компьютера. «И когда вы успели прийти?» Я спустилась и заняла свободный стул, скрестив руки на груди. «Надеюсь, что эти дети ведут себя нормально, и нам не придется до самого ужина их успокаивать, заставлять построиться и так далее. Почему вообще дети ведут себя как какие-то дегенераты на репетициях и прочих сборищах? Неужели они не понимают, что сами растягивают время, которое могли провести так же весело и шумно, но где-то в комнате, или во дворе? Во дворе… Когда мы в последний раз выходили гулять? Ребята вроде в последний раз были в часовне 9 мая, а я… Уваров говорил, что мне нужно чаще гулять на солнце. Я совсем забыла об этом, и о том, что кроме него и учебы, есть ещё и жизнь. Нужно все-таки выбраться завтра, хотя бы просто посидеть на скамейке во дворе. В лес меня вряд ли отпустят». — Вик! Да что с тобой сегодня? — вырвал меня из мыслей Андрей, который стоял рядом и недовольно смотрел на меня сверху. — Что? — Я говорю — давайте стулья все сдвинем в одну сторону, чтоб дети могли встать вдоль камина, и ничего не путалось под ногами, — выпалил Авдеев. Я встала, и захватив с собой два стула, перетащила их ко всем остальным, усевшись в ту же позу, теперь возле другого стеллажа, лицом к двери. Спустя две минуты появился 8 класс, и я нервно поджав губы, взглянула на время, чтоб засечь. Спустя 20 минут, класс был построен и был тише воды. Спустя ещё 30 минут, дети были уже с вымученным видом, словно их заставили не песню петь, а по лесу в мороз бегать. Прошел ещё час, и восьмиклассники были отпущены в свободное плавание, с удовлетворительным качеством исполнения песни. — Сейчас третий класс ещё придет, вот тут уже мы запоем, — устало протянул Павленко, навалившись спиной на стеллаж, и потирая ладонями лицо. — Не говори, Ромыч! Надо упасть в ноги к Виктору, и слёзно просить прощения за то, что он с нами такими мучился с первого класса! — отозвался Макс, выбирая музыку на компьютере. — Слушайте, — серьезно заявил Морозов. Все уставились на него, ожидая что-то важное. — Предлагаю колонку в камин засунуть и врубить им Рамштайн. — Да, Ма-акс! — вздохнула Даша. — я думала, ты что-то серьезное надумал! — О-о, ты не представляешь насколько я серьезно, — заверил ее Макс, качнув головой. — Давайте, пока мелких нет, музыку включим что ли? Тут вон у Виктора «Король и Шут» есть, — произнес Максим, щурясь в монитор. — Включи уже что нибудь, пока мы тут не заснули, — попросил Рома. — Или с ума не сошли! — устало подтвердил Авдеев. Максим ухмыльнулся, и включил какую-то песню, на что Рома с Андреем сразу довольно улыбнулись, а мы с Дашей переглянулись. Старкова придвинулась ближе, чтоб я слышала что она скажет. — Песня как никогда кстати, Даш, — красноречиво отметила я, видя, как Старкова сдерживает рвущуюся улыбку. — Я понимаю, что это не смешно, — закивала она, вскинув брови. — Но это смешно, — истерически усмехнулась я, подняв лицо вверх, и тяжело вздохнув. — Давай уже, подпевай. Я прям чувствую, что ты хочешь. Старкова усмехнулась, и дождавшись нужного момента стала в голос с друзьями петь песню, под моим красноречивым взглядом с вскинутой бровью и многозначительной улыбкой. — …Очень жаль, что ты тогда Мне поверить не смогла, В то, что новый твой приятель Не такой, как все! «Мягко сказано». Ты осталась с ним вдвоём, Не зная ничего о нём. — Что для всех опасен он, Наплевать тебе! — тихо подхватила уже я, с деланно грустным видом. Даша тут же оживилась, видя мое участие, и улыбнулась шире: — И ты попала! К настоящему колдуну, «Тоже мне, колдун». Он загубил таких, как ты, не одну! Словно куклой в час ночной Теперь он может управлять тобой! «Да-а, просто космос». Всё происходит будто в страшном сне. «согласна» И находиться здесь опасно мне-е-е-е! — Вик, чего такая смурная? — поинтересовался Рома, на что я лишь улыбнулась и покачала головой. — Вика в предвкушении третьеклассников, — ответил Макс, облокотившись на стол одной рукой, и смотря на дверь. — Может им сразу листочки выдать? — деловито предложил Морозов, и видя непонимание в глазах, пояснил. — Ну, пусть с порога завещание пишут, — договорил парень, и все закатив глаза зацокали. — Здравствуйте, — пролепетал детский голос на входе. — А у нас тут репетиция будет? — Да, заходите. Заждались вас уже! — вздохнул Андрей, и я снова посмотрела на часы. 20 минут. 30 минут. Час. Вдох… Выдох… Вдох… Полтора часа. — Все, всем спасибо, все наконец-то свободны! — громко хлопнул в ладоши Максим, и дети с шумом вывалились из библиотеки. — Ну вот, до ужина 15 минут осталось, предлагаю ещё музыку послушать, и разрядиться. Нет смысла в комнату подниматься, а тут хотя бы можно вывести на колонки что-то, — Морозов хищно улыбнулся и метнул горящий взгляд по друзьям. — Так, что ты задумал? — сразу спросила Даша. — Не, ничего особенного. Просто подумал, что раз Виктор и Елена уехали, а папаша наверняка на очередном шабаше, можно устроить дестрой, — спокойно заверил Максим, и подкрутив колёсико на колонке, под нашими округлившимися глазами, с той же широкой улыбкой нажал клавишу на ноутбуке, запуская песню. — Ого-о, это же… — спустя пару секунд восхитился Рома, схватившись руками за голову. — Это же наша любимая песня была, пару лет назад, — с горящими глазами продолжила я. — А сейчас она, кажется, у нас в тренде должна быть, — съязвил Макс, и все грустно усмехнулись, начав подпевать. — Следи за словами, у стен есть уши «Тут у всего есть уши». В ушах золотые серьги. Как мило Проплыть океан и утонуть в луже Идите ужинать, всё остыло Сторож опять совершил побег Так и не стал богачом скупой И жил до ста лет, выбирая трек Под который не стыдно покончить с собой… Максим ещё подкрутил звук, и все улыбнулись сильнее. «Вот чего мне не хватало! Вот этих эмоций! Этого жара, и радости в душе, от которой вокруг воздух начинает искриться каким-то счастьем и лёгкостью». — …По камню в каждом ботинке По палке в каждом колесе Я сохраняю картинки Однажды сохраню их все. Коллективно сделав глубокий вдох, и настроившись на припев, все переглянулись горящими взглядами, и взяли на тон выше. — Ничего не дают да-ром Всё оплачено. Передай палачу Я хочу умереть СТА-РЫМ Я хочу умереть СТА-РЫМ Я хочу умереть СТАРЫМ ОЧЕНЬ ХОЧУ! Следи за руками, она не готова Вступить с тобой в половой контакт И не выручит даже волшебное слово Френдзона — о ненападении пакт. *Мы с Дашей синхронно переглянулись, и на секунду в мои глаза просочилась искра боли и грусти, которую я тут же прогнала прочь, не желая чувствовать сейчас это* Каждая рыба имеет право Клевать на понравившийся крючок Кресла — утёсы, ковёр — это лава Эй, помоги себе сам, дурачок! По камню в каждом ботинке По палке в каждом колесе Я сохраняю картинки Однажды сохраню их все «Закрываю глаза и расплываюсь в широкой улыбке, от чувства эйфории: Громкая музыка, любимая песня, смысл которой теперь кажется пророчеством». Ничего не дают даром… «Поднимаю лицо к потолку, и открываю глаза». Всё оплачено… Темнота …Передай палачу… «Улыбка сходит на нет». …Я хочу умереть… …старым… «Смотрит на меня, медленно натягивая улыбку, похожую на оскал». …Я хочу умереть СТА-РЫМ! «Отрицательно качает головой». Я хочу умереть СТАРЫМ! *Не моргая смотрю вверх, как в трансе, проговаривая каждое слово песни себе под нос* Очень хочу… — Эй, сыщики! — усмехнувшись кричит со второго этажа физрук, облокотившись на перила. Теперь уже все заметили его, а Старкова смотрит на меня. — Не доживете до старости! — С чего это?! — довольно грубо кричит в ответ Макс, пытаясь перекричать музыку. Уваров проводит пальцами по подбородку, осматривая ничего непонимающих друзей, и подняв в локте вторую руку, показывает «три» на пальцах. Нахмурилась. Смотрит на меня. «Два» Не отрывая глаз от меня, начинает улыбаться шире. «Один» Переводит оставшийся указательный палец на дверь, находящуюся ровно под ним. — Это что тут за балаган вы устроили, а?! — в библиотеку фурией влетела Галина Васильевна. Я перевожу ошарашенный взгляд на Вадима, который закусил губу, ещё раз усмехнулся и развернувшись всем корпусом быстро ретировался в дверь за своей спиной. Максим выключил музыку, слушая причитания Галины, и попутно молясь про себя, чтоб не прилетело. — Извините, мы репетиции проводили, и устали. Решили себя повеселить. Извините ещё раз, — залепетала Даша, стараясь не сорваться на смех. Максим достал флешку, и пока Смирнова стояла скрестив на груди руки, испепеляя взглядом меня и остальных, Даша вытолкнула всех чуть ли не за шею из библиотеки. Парни зашлись в хохоте, шагая в сторону столовой, а я чувствовала лёгкое облегчение и ещё не отпустившую эйфорию. — И всё-таки, мое предложение ещё в силе, — Морозов красноречиво уставился на всех, заходя в столовую. — Думаю, Рамштайн пролетающий по подземелью, немцы оценят! — Подумаем над этим, о-бя-за-тель-но! — по слогам проговорила я, с улыбкой вталкивая друга в столовую. — Ещё можно салют положить и запустить по коридору.

***

Pov автор:

— Ладно, мне пора за лекарством, — нервно вздохнула Кузнецова, вставая из-за стола. — Я тоже пойду, — пробурчал Рома, не доев свой ужин. — Ром, а… — Я наелся, — бросил он, и вылетел вслед за Викой. Девушка зашла в душевую, чтоб умыться и почистить зубы, после чего быстро двинулась к физруку. Дойдя до нужной комнаты, она постучала, и не дожидаясь ответа, дернула ручку. Закрыто. Недовольно сжав губы, она вздохнула, и собиралась присесть на окно, но дверь открылась. Вадим выглянул: — Проходи, — произнес он, и девушка вошла внутрь, подойдя к столу напротив кресла учителя. Закрыв за ней дверь на ключ, он сел за стол, и молча достал ампулу. Девушка бросила взгляд на открытый шоколад с солёной карамелью и арахисом, лежащий на столе, и невольно сглотнув, взяла антидот. «Как давно я его не ела? Мама с отчимом не приезжают, и соответственно ничего не привозят. Остаётся довольствоваться только сладостями Галины Васильевны, которые та прячет на кухне, и в очень маленьком количестве, потому что совесть, всё-таки — не резиновая. Уваров тоже любит сладкое?» — подумала девушка, и закусила внутреннюю сторону щеки, чтоб сдержать улыбку. Подняв глаза на физрука, она встретилась с его холодным взглядом и ухмылкой. Посмотрев на Вику несколько секунд, он усмехнулся: — Бери, — кивнув в сторону плитки, он продолжил наблюдать за Кузнецовой, которая на несколько секунд растерялась, устремив взгляд на сладость. «В чём-то подвох? Почему все так просто? Бесплатный сыр…» — Не хочешь? — снова усмехнувшись, физрук вытянул школьницу из ее мыслей. Та сглотнула и снова посмотрела ему в глаза: — Хочу, — выдохнула она, и не сдвинулась с места. Вадим чуть склонив голову, вопросительно уставился на нее, ожидая каких-то действий, но их не последовало. Секунду подумав, он снова нацепил холодную ухмылку и такой же взгляд. Протянувшись к плитке, отломил две дольки, и от них отделил одну. Затем поднял глаза на девушку, и неспешно положил шоколад к себе в рот, наблюдая за тем, как сглотнув, терпеливо на это смотрит Кузнецова. Как только сладость оказалась у него во рту, мужчина не меняя выражение лица, размеренно стал жевать, в то время, как девчонка словно очарованная, затаив дыхание уставилась на губы Уварова. — Кузнецова! — не вытерпел он, сдерживая смех. Девушка перевела растерянный взгляд на глаза шатена. Тот вскинул подбородок: — В кино пришла? — спросил он, из последних сил удерживая хохот, пряча его за беззвучной усмешкой. Школьница нахмурилась, сжала губы, и тяжело выдохнула, поняв что произошло, переведя такой же хмурый вид на плитку. Уваров не выдержал: — Бери, Кузнецова. Что ты надулась на нее, как мышь на крупу? — откровенно смеясь продолжал Вадим. Вика нервно поморщилась, и взяв дольку положила ее в рот. — Наконец-то. Я думал насильно придется заталкивать, — смеясь проговорил Уваров. — Спасибо, — тихо произнесла девчонка, заливаясь краской. — Пойдешь? — уняв смех спросил мужчина. Ученица на несколько секунд замялась, не желая покидать комнату, но все-таки взяв себя в руки, утвердительно кивнула.

Pov Вика:

«Блин, Кузнецова, ты че творишь?! Сейчас ещё подумает неизвестно что. Что ты дура, например, и не можешь вести себя нормально. Проваливай уже отсюда!» Подойдя к двери, я дождалась, когда Вадим вставит ключ в замок, повернет и выпустит меня. Казалось, что он делает это максимально медленно. — Спасибо, — ляпнула я, и выйдя из комнаты, направилась к себе.

***

Войдя в женскую комнату, я уселась на кровать, под взглядами Даши и Лизы, и уставилась перед собой: — Блин, — заключила я. — А поподробнее? — усмехнулась Старкова. Я взяла подушку, и смяв ее, заключила в объятия, положив на нее подбородок. — Я сейчас так опозорилась… — начала я, и метнула взгляд по соседкам, которые уже насторожились и напряглись. — Увидела мой любимый шоколад у него на столе, и прям захотела… — Вау! Оказывается убийцы тоже любят сладенькое, — съязвила Даша. — Он увидел это, и сказал чтоб я взяла. А я не взяла. Даша вскинула брови: — Да-а, Вик, это конечно… Придется из школы переводиться, а как иначе? — запричитала Старкова. — Да, слушай! Я не взяла, и уставилась на нее, как в музее. Уваров увидел это, и решил откровенно постебаться… Под моим взглядом медленно стал ее есть. Подруги зашлись в истерическом хохоте. — А я даже, блин, взгляд не отвела, пока он не сказал что-то вроде «в кино пришла?» — поморщилась я. — Я вся напряглась, не зная чё делать теперь, вроде как момент упущен, и дальше не идёт. Да хватит ржать! — выпалила я, смотря как Даша с Лизой лежат и заливаются смехом. — Потом говорит: «чё ты надулась на нее как мышь на крупу?», Почему вообще такое сравнение?! — Что там в итоге то? Кто победил, ты или шоколад? — спросила Лиза. — Уваров. Ещё раз повторил, чтоб я взяла, и сказал, что если б не взяла, то он бы насильно запихал. Даша округлила глаза, словно прозрела: — Ну вот же! Вот же! Насилие, которое мы заслужили! А не вот это вот всё, — сказала Старкова, обведя руками пространство вокруг.