Выбор

Под тонким одеялом активно двигалось тело. Из под него торчал лишь кончик белоснежного хвостика, нервно виляющего туда-сюда. Крик в подушку. Ну почему он это сделал? Почему? — Черт. черт, черт — кричала лиса в подушку. После того танца и поцелуя, ничего кроме мыслей о вчерашнем вечере не было. В дверь постучали, баритонистый голос тихо обратился к Шинь — Минуту Она встает с кровати, покрываясь румянцем, медленно ковыляя к двери. Открыв ее, на пороге встречает немного сонный генерал. Он награждает своей ленивой улыбкой супругу, заставляя ее смущаться еще больше — Доброе утро, Шинь  — Доброе — девушка отводит взгляд, неловко потирая вспотевшие ладони — Идешь завтракать? — Ага, дай мне минуту — Хорошо — трепещет по макушке, оставляя лису одну. Создается ощущение будто в тот вечер ничего необычного не произошло. Ну да ладно, еще будет время расспросить Шлепки босых ног разносились тихим эхом по резиденции, что была освещена ярким и теплым солнечным светом. Из кухни шлейфом шел невероятно вкусный аромат, на который лиса шла словно мышка на кусок сыра, лениво махая хвостом, поднимая пыль. Дойдя до кухни и осторожно заглянув во внутрь, Шинь ждала очень уютная картина: за обеденным столом сидел сонный Яньцин, в милой пижамке с узорами серебряных облаков. За плитой стоял Цзин Юань, в одной его руке была сковорода, а в другой лопатка, он что-то активно ей мешал. По запаху можно было догадаться что это блинчики. Комната сама по себе была довольно светлой, из окон, что были слегка зашторены полупрозрачными бежевыми гардинами, лился такой же теплый свет. Маленькие пылинки кружились в пространстве Девушка, улыбаясь, вошла в помещение и сразу прошла к стулу, садясь и желая приемнику генерала доброго утра. Тот, зевнув, кивает в знак согласия. Шинь еще больше улыбается этой картине, решая что за несоблюдение этикета, поругает мальчишку позже. Сейчас не до этого. Но Юань все же поправляет ребенка, заставляя того сонно пожелать "госпоже Дзю" того же. Лиса на это хихикает и спустя несколько минут рассматривания сонного лица напротив, решается завести непримечательный разговор — Генерал.. — Я просил называть меня по имени — он поставил аккуратную тарелочку с несколькими блинчиками посередине стола. Ребята сразу же оживились, нетерпеливым взглядом рассматривая эту вкуснятину. Каждый блин был румяный и до безумия вкусно пахнущий — А? Да, прости... Юань...  — Так что ты хотела, лилия моя? — целуя в макушку и садясь рядом, спросил мужчина. Его слова и действия заставили Шинь на несколько секунд потерять не то что ход мыслей, но и сами мысли, медленно покрываясь румянцем, казалось, до кончиков ушей. Ну уж нет. Кто тут совратитель? Она, что не по годам научена флирту во время танца, заставляя зрителей терять сознание от ее кокетливого взгляда, или генерал, что большую часть жизни учился искусству меча и ныне сидит весь в бумагах? Придя в себя и ухватив эту гениальную мысль в свой хрупкий на вид кулачек, она ехидно улыбнулась в ответ на слова Цзин Юаня, накладывая себе и ребенку по блинчику — Хотела обсудить вчерашнее. Что это было? — она отложила столовый прибор в сторону и подперев голову своими тонкими пальцами, слегка ее наклонила в вопросительной манере Какое-то время генерал не спешил отвечать на вопрос, делая вид, что сильно увлечен едой. Но прожигающий изумрудный взгляд не давал насладиться едой, все же вынуждая ответить. Сейчас. — Решил тебя наградить за танец. Да и переключить твое внимание на что-то другое. А то в твоих движениях чувствовалась напряженность — и как ни в чем не бывало, продолжил топтать блинчики за обе щеки. А вот Шинь злилась. День добрый (ругаеться по-сяньчжоуски). Успокоить и переключить внимание ему захотелось. А спросить нет? Или на Лофу неожиданно налог на слова появился? Яньцин переводил взгляд с Шинь на генерала, ожидая чего-то очень страшного. Но глубоко в душе он понимал — лиса не будет возмущаться и мстить сразу. Нет. Она будет делать это медленно, мучительно медленно, сводя свою жертву с ума. Это пугало больше чем ее действия на первой миссии где она снесла голову Хэ Наню. Буквально.. снесла. Не имея опыта в убийствах или чем-то подобном. Поэтому дабы хоть как-то убрать нависшее напряжение за столом, мальчишка решил внести свою лепту в ситуацию — Генерал, а когда мы начнем тренировку? — неожиданно даже для себя, громко спросил Яньцин. Но это сработало и все внимание перешло на него. Мужчина мягко рассмеялся, да и от лисы послышался тихий вздох — А ты такой же активный. Вкусные блины?  — Очень — хором прозвучал ответ от подопечных генерала. Повисла тишина — Насчет твоей тренировки, сейчас ей займется госпожа Шинь, так как мне нужно по делам. А потом госпожа Шинь заявится ко мне в комиссию, на разговор В голове моментально прошло несколько способов как можно немного насолить генералу, ставя его в неловкое положение. Поток ее мыслей выдавала хитрая улыбка, что не на шутку напугала юнца, что был готов превратиться в лужицу от страха. На эту картину Юань лишь хмыкнул, продолжая трапезу

***

Признаться честно, Шинь очень льстило то что генерал назначил ее как преподавателя по фехтованию для Яньциня. Это означало лишь то что девушка и вправду довольно неплохо справляется с управлением меча. Как когда-то сказал Цзин Юань: "У тебя уже набита рука на разное оружие". И эти слова были сказаны не спроста. Девушка и вправду владела теперь тремя типами оружия. Изначально в ее клане всем девушкам в руки дают катализ, но Шинь больше нравилось древко, чем обычно владели представители мужской части ее клана. Подсматривая за тренировками брата, лиса понемногу стала повторять все его движения, из-за чего ныне она владела древком вполне неплохо. А от недавнего времени, сам Пожиратель Луны стал ее "наставником". Поэтому освоение одноручного меча — было лишь вопросом времени Мальчик ростом где-то ниже плеча, немного скованно прошел на середину тренировочного поля. В руках его настоящий меч, не тренировочный. Шинь тоже берет со стойки меч, но пока не собирается размахивать им на право и на лево. Как и в любой тренировке, сперва нужно размяться. Девушка становится напротив Яньциня, растворяя клинок в воздухе и смотрит на мальчика, намекая ему повторять за ней. Тот послушно убирает оружие становясь в точности как "наставница". Шинь улыбается покладистости ученика, мысленно благодаря Юаня за воспитание такого славного ребенка. Ребята одеты в свободную одежду, что не сковывает движения. Свободные штаны, светлые кофты без рукавов, у обоих завязаны волосы в высокий хвост чтобы не мешать обзору при спаринге Лиса расставляет ноги на ширине плеч, и разводит руки по сторонам. Яньцин повторяет. Начиная с кистей рук и заканчивая лодыжками, теряется счет времени и разминка проходит довольно быстро. Наконец-то наступает самая долгожданная часть тренировки — спаринг. И руки чешутся уже не только у Яньциня. Самой Шинь уже не терпеться посмотреть на способности мальчика. В ее руке появляется меч и она делает пару шагов назад, давая обоим пространство для нападения. Мальчишка прищуривает глаза, становясь в стойку. Лиса же хитро улыбается, будто насмехаясь над его уверенностью. Она наставляет меч в его сторону. Рука не дрожит, держится крепко, даже несмотря на страх вновь поймать какое-то видение, которое ей по-любому захочет подкинуть Творительница Чумы Первым нападает Яньцин, быстро подбегая к девушке и замахиваясь на нее. Шинь блокирует атаку, немного отпрыгивая в сторону, нанося удар в плече мальчика. Но и он не промах, успевая засечь намерения мечницы и отбиться от быстрой замашки. Скрежет металла, быстрые шаги и дыхание, вся эта какофония звуков разносилась эхом по небольшому полю. В какой-то момент соперница резко пропадает с поля зрения мальца, приседая и делая подножку. Среагировать тот не успевает, теряя равновесие и падая. Вот тогда, быстро встав, девушка наставляет на его горло меч. Ее скорость и натренированность обыграли и уничтожили мастерство Яньциня. Поняв что проиграл, он вздыхает и приподнимает руки в манере "я сдаюсь". На что лиса лишь заливается — Так просто сдаешься? Даже не попробуешь побороться за свою жизнь? — Шинь садиться на колено, притуляясь устами совсем рядом с ухом юнца — В настоящей битве пощады не будет. Ты должен уметь бороться за свою жизнь даже если выхода из положения не видать Эти слова становятся колом, пронзающим сердце, и Яньцин начинает думать чтобы ему сделать. Меч не вариант, вероятнее всего при попытке ухватиться за рукоять она оттолкнет его дальше. Рукопашный бой? Но у нее в руках холодное оружие, даже случайное касание сделает ему некрасивую рану на руке из-за чего он сильно ослабнет. Холод лезвия неприятно опаляет заднюю часть шеи, думать становится труднее. А ведь она права, такая ситуация может случиться и при настоящем поединке. Не на жизнь, а насмерть. Шинь вздыхает и встает, протягивая руку — Видимо этот соня не удосужился обучить тебя действиям при подобном исходе боя, вставай, расскажу — мальчик встает, обтрушивая одежду от грязи и пыли, и берет в руки меч, пряча его в ножнах — Если не знаешь что делать в таких ситуациях, то старайся не попадать в них. Старайся анализировать не технику противника, а его действия. Даже маленькие телодвижения могут послужить подсказками. Если противник пропадает из твоего поля зрения, укрепляй стойку, дабы в случае чего не упасть, как получилось только что. Когда-нибудь тебе попадется противник намного быстрее мене, поэтому всегда полагайся не только на глаза, но и на слух и ощущения колебания ветра — Погодите, госпожа Шинь — Слишком быстро говорю, да? — получив кивок, девушка вздыхает. М-да, болтливость и скорость ее речи — то с чем соревноваться было трудно — Я тебе чуть позже тогда запишу, или просто расскажу. А практиковаться будешь уже с генералом Мальчик еще раз понимающе кивнул и неожиданно со стороны послышались тяжелые хлопки. Ребята обернулись на звук. На небольшой платформе, стоял Цзин Юань, улыбаясь и хлопая в ладоши. Лиса вздохнула, пряча меч в ножны и оборачиваясь на неожиданного гостя — Даже я бы так не сказал – спускаясь по короткой лестнице к ребятам, сказал генерал. Шинь поставила руку на бедро и победно усмехнулась. Вот и нашелся идеальный момент для маленькой шалости — Больше книг читать нужно, соня – подшутила девушка. Хотя она прекрасно знала что помимо сна, свой свободный от работы досуг, мужчина проводит за чтением. Но его это позабавило, и вновь рассмеявшись он коснулся ее головы, слегка поглаживая. Если бы он испортил ее идеальный конский хвост, она бы его тут же растерзала на шашлык — Ха-ха, это был прекрасный бой. Вышло даже интереснее чем у меня с Цзинлю — Вы дрались с самим Мастером меча? – восторженно спросил Яньцин, а получив ещё и положительный кивок головой, так вообще засиял ярче Сириуса — Она твоя наставница насколько я знаю, да? — Да. Как-нибудь я вас с ней познакомлю, а пока... Шинь, как и договаривались, а ты пока отдыхай, чуть позже продолжим – все поклонились друг другу прежде чем начать медленно расходится. Яньцин ковылял к лавочкам, а Юань и Шинь пошли в сторону комиссии

***

Он протянул ей стакан воды, садясь за стол полный бумаг. Шинь с энтузиазмом принимает его, выпивая все содержимое за несколько секунд. Стук стекла о стол эхом проносится по кабинету и быстро замолкает, вновь погружая все в тишину и шелест бумаг. Некоторое время они сидят молча. Лиса восстанавливает дыхание после тренировки, а генерал, ожидая, разбирает бумаги, что кажись не хотят покидать пределы его стола. Девушка садится за небольшое кресло напротив, блаженно прикрывая глаза. А она еще неплохо дралась после такого-то ранения. Вот будет чем похвастаться перед Инсином и Дань Фэном. Она еще не знает что для обоих это станет проклятием. Шинь поднимает взгляд на Юаня, что по ее ощущениям уже долгое время прожигал в ней дыру. Неловко поерзав на сидушке она все же решается задать интересующий вопрос — Кхм. Долго во мне дыру жечь будешь? — Нет. Жду пока ты заметишь — Замечу что? — кивком он указывает на не очень удачно приоткрытую кофтой грудь. Видимо во время боя, или же сама лиса расстегнула ее, слетела пуговица. Думаете она засмущалась и прикрикнув на генерала в спешке попыталась как-то прикрыть себя? Она все еще думает как отомстить ему за тот поцелуй, не забываем. Медленно опустив голову, рассматривая "окошко", и вновь подняв ее, Шинь лишь хитро улыбается, садясь более раскрепощено чем до этого. В ее намерениях, постоянно отвлекать Цзин Юаня, пока она находится здесь. А что? Соблазн тоже выход. Главное чтобы для нашей лисички все не обернулось как в прошлый раз. Хотя тогда у нее этих намерений не было — А, это? Да ничего, видимо пуговка слетела. Потом пришью Отмахнулась она, замечая еле заметный румянец и изучающий взгляд на себе. Вот это нам и нужно. Интерес. Неподдельный интерес к своей персоне. Эту роль девушка умела очень хорошо играть. "Девушка-загадка" — так она ее называла. Немного прикрытые веки с хитрой искрой, свободная поза и прямой контакт глазами. Генерал откашлялся — Что ж, я это... Думаю, ты долго этого ждала, а этот бой мне показал что ты в принципе готова — небольшая драматичная пауза, дабы заинтересовать. Но ответ уже давно повис в воздухе, ожидая своей озвучки — Ты отправляешься на миссию Лиса была готова прям сейчас встать на этот прекрасный стол и станцевать от счастья. Но внешне она сохраняла хладнокровие. Лишь приподнятые уголки губ выдавали ее радость — Что делать? Только давай в этот раз без загадок, я так понимаю что она индивидуальная? — Да. Возможно отправлю кого-нибудь тебе в тыл. Ибо мне твои родители голову снесут — рассмеялся Юань — Ха-ха, ладно. Но обещаю что в этот раз я буду намного аккуратнее Генерал кивнул в знак согласия, возвращаясь к бумагам — Что ж, тут ничего сложного. Большая часть войск отправлена на один из кораблей Сяньчжоу, так что рук нам не хватает. В комиссии по алхимии опять мерзости Изобилия объявились. Так что в перед — сказал Юань показывая раскрытой ладонью в сторону дверей. Шинь оглянулась назад и вздохнув встала со своего места — Слушай, а я могу по дороге зайти в один магазин? — неожиданно прервал ее голос эту тишину. Мужчина посмотрел на нее исподлобья, ненадолго задумываясь — Если только один то можешь Коротко кивнув и кинув немного тоскливый взгляд лиса наконец-то соизволила покинуть кабинет

***

Привыкнуть к прикованным к себе взглядам казалось нелегко. Особенно когда каждый прохожий оглядывается на тебя. И особенно когда этих прохожих целая улица. По пути к необходимому месту Шинь уже успела тысячу раз убедиться в том что в тот день — все внимание было приковано не только к генералу раз в столетие покидающему свое рабочее место. Внешне лиса выглядела спокойно. Медленный шаг, лениво смотрящие на прилавки зеленые глаза, спокойное дыхание и легкая улыбка. Она не просто так попросила разрешения прогуляться перед зачисткой. Ей нужен был подарок. Времени сделать его собственноручно у нее не было. И вряд ли будет Среди ярко сияющих огней улиц, взгляд зацепился на ничем не примечательную лавку с ювелирными изделиями. Разными побрякушками. Шинь уверенным шагом приблизилась к ней, вгоняя в ступор продавца. Рассматривая разные булавки и прочую мелочь, она заметила очень красивые заготовки в виде лотоса. На вид позолоченные, явно из какого-то недорогого металла. Улыбаясь лиса обратила свой радостный взор на перепуганного торговца — Здравствуйте, можно спросить цену столь милых изделий? — показывая своим тонким пальцем спросила она. Немного проморгавшись, мужчина за прилавком кивнул и полез в какой-то шкафчик, доставая из него потрепанного вида маленький блокнотик — Да конечно, госпожа Цзин — прозвучал ответ с запинками. Пролистав несколько страниц и еще раз взглянув на заготовки, мужчина кивнул — Всего 45 стрел за штуку — Ох как славно — хлопая в ладоши радовалась девушка — Тогда дайте, пожалуйста, 9 таких  Продавец мигом умчался куда-то и также быстро вернулся с красивыми пакетиками в руках. Быстро упаковав их и черканув что-то на листике, что лежал на прилавке он вручил пакетик — С вас 405 стрел Расплатившись Шинь радостная упорхала на миссию

***

— Ну вот и все... Фуф... — грудная клетка тяжело поднималась от усталости. Кто ж, Эоны, знал что в этой местности будет так много мерзостей Изобилия? Шинь тяжко плюхнулась на ступеньки чьего-то дома, откидывая голову назад и откладывая копье в сторону. Глоток свежей водички сейчас был бы кстати. Намного кстати чем чувство чужого, но уже привычного, взгляда с какой-то крыши. Да, взгляд того самого стеснительного поклонника она могла узнать из тысячи. Он лишь раз присутствовал на ее уличном выступлении. А так, зачастую наблюдал за девушкой издалека — Инсин, прекращай глазеть на меня и выходи оттуда Уставший голос резко прервал тишину своим криком. На удивление лисы ответа хоть и не последовало, но кузнец сразу спустился к ней, медленно приближаясь. Ненадолго это напугало девушку и она хотела было уже схватить оружие дабы отбиться, но неожиданно седовласый друг заключил ее в объятья. Нежные. Чувственные. Тоскующие. Не сильно крепкие, явно боясь навредить танцовщице. На плече появилось влажное пятно. Пару секунд ступора и она уже мягко, практически невесомо, похлопывает друга по спине — Эй, ты чего? Настолько скучал? Я ж жи- — Шинь, прости умоляю! — голос сильно дрожал, а слова явно путались и еле-еле соединялись друг с другом — Я так переживал... Мне было страшно. Я бы ни за что не простил себе то что убил тебя! Для девушки было странно видеть мужскую "слабость". Слезы... Хотя... Она часто их видела на упругих щечках своих младших братьев. Им и за сотню лет не успевало перевалить, как родители уже нагружали их невыносимыми тренировками. Она и сама нередко плакала. А Шань ее утешал. Интересно, а какого ему было когда он узнал о ранении своей младшей сестры? Должно быть он тоже так плакал. А может просто заваливал себя работой, что бы не думать об этом Но вот Инсин. Ему явно было труднее всех. Ведь именно от его рук Шинь могла больше никогда не увидеть рассвета. Любимых видов ночного Лофу. Прогулок по магазинам и полюбившихся сердцу голосов. Он не хотел. И она это знала. Не винила. Не смогла бы обвинить человека в случайности. Особенно зная что такое могло произойти — Я тебя не виню — полушепотом начала успокаивать лиса. Она усадила друга рядом, выскальзывая из его горячих объятий и беря за матерую руку. На ней уже появлялись морщинки, говоря о том что Инсин лишь обычный смертный. Что умрет еще до трехсотлетия Шинь. Это угнетало. Почему такие прекрасные люди умирают так рано? — Все хорошо, я жива. Ты не специально и я это знаю — сделав небольшую паузу чтобы самой не заплакать, она продолжила — К тому же я сама виновата. Знала что опасно, и все равно полезла вас разнимать. Но больше чтобы я не видела и не слышала о ваших драках ничего. Усек? Шинь строго посмотрела в красные от слез голубые глаза. Океан. Глубокий океан из которого лились слезы-водопады, простираясь ручьями по щекам. Ее холодная рука осторожно коснулась щеки, медленно убирая раскаленные слезы и ласково улыбаясь. В ответ на вопрос лиса получила кивок и смущенный смех — Усек-усек. Ха-ха.. — Вот и славно. Слушай я кое-что прикупила по дороге сюда. Мелочь, но все же — мужчина с интересом смотрел на то как его подруга рыскает по "карманам" в поисках какой-то "мелочи". На удивление Инсина она достала небольшой пакетик в котором бренчали какие-то маленькие металлические изделия. Шинь взяла его руку вновь и положила на середину ладони одну. Это был позолоченный лотос. Небольшая вещица, но довольно милая — Воу.. Тебе не стоило так усердствовать ради подарка. И к тому же... Зачем он мне? — с полным непониманием кузнец вновь поднял на танцовщицу взгляд — Могла попросить я тебе таких бы тысячу сделал Лиса на это лишь засмеялась — Не спорю, ты лучший кузнец из всех тех что я знаю — ее рука, явно неосознанно зашла за голову, ощупывая подаренные Инсином шпильки — Но я хочу что-то подарить и вам. Что-то вроде талисмана что будет постоянно напоминать обо мне. Вы обо мне так печетесь, хотя пару месяцев назад я была вам никем Последние слова были произнесены с ноткой тоски. Ее жизнь была очень скучна без них. Но с той встречи, все изменилось. Ночные прогулки по уже опустевшим улицам больше не проходили в одиночестве, а в близи всегда находились верные друзья, что были готовы в любую секунду примчатся к ней. И она бы была не против к ним вот так приходить на помощь, но как-то так всегда выходило что в помощи нуждалась она. Шинь могла лишь утолить пыл парней спокойными разговорами по душам, объятиями и поддержкой. Все что она могла им дать — Это очень мило с твоей стороны, Шинь. Жемчужина, верно? — неожиданно для девушки Инсин достал из неоткуда клинок в ножнах и протянул ей — Я подумал, что у того клинка слишком простой вид, и он очень похож на те, что я обычно изготовляю. Поэтому совместно с Дань Фэном мы сделали это. Вот тут твои инициалы Он достал лезвие, показывая всю красоту изделия. Металл выглядел весьма необычно и даже непривычно. Такого материала девушка точно еще не видела, это было понятно по округлившимся глазам с интересом рассматривая каждый миллиметр. На рукояти были выгравированы ее инициалы, а точнее ее имя "Шинь". Послышался тихий восторженный вздох и смущенный взгляд в голубые глаза. В отражался весь спектр эмоций спутника. Радость после долгой разлуки, забота и что-то еще. Что-то потаенное и скрытое от лисьих глаз. Девушка заключила Инсина в свои мягкие и теплые, словно одеяла по утрам, объятия — Спасибо — прозвучал полушепот у уха, вгоняя в краску Этот сеанс объятий прервал звонкий стук откуда-то неподалеку. Ребята в миг отпрыгнули друг от друга, оголяя оружие, но какого было их удивление как только их взору явилась рогатая макушка, смеясь с сия картины. Дань Фэн спустился к ним с крыши соседнего здания, пока его друзья убирали оружие и неловко отворачиваясь, краснели — Ха-ха, из вас бы вышла идеальная пара — пара зеленых глаз нехорошо покосилась в ответ — Шучу. Идеальная семейная пара Шинь схватилась за плече Инсина, дабы удержать равновесие, чтобы снять туфлю. Которая незамедлительно прилетела по рогатой голове не успевшей обработать действия лисы. Инсин вмиг согнулся пополам от смеха, одобрительно похлопывая Шинь по плечу. Но не только от кузнеца послышался звонкий смех. Эту волну подхватили и выдьядхара с лисой. Фэн поднял обувь девушки, подходя ближе и вручая прямо в руку владелице. Та одела предмет обратно на свое законное место, стуча ножкой по полу. Горделиво задрав голову Шинь протянула позолоченный лотос Старейшине — Что это? — Подарок. Мелочь, но прошу принять В легком поклоне она передала вещицу в руки парня. Он с интересом рассматривал побрякушку, и в какой-то момент она залилась свечением. Шинь на секунду прикрыла глаза, но стоило ей их открыть, как в руках Дань Фэна было уже не дешевое изделие сделанное на отвали, а красивая золотая серьга. Лиса с открытым ртом смотрела на то как выдьядхара одевает ее на свое левое ухо. Убрав длинный локон волос за ухо, Фэн продемонстрировал как это изделие выглядит на нем — По моему я теряю роботу — пошутил Инсин. Восторженная тишина вновь была нарушена смехом — С твоими творениями эта мелочь ни за что не сравнится. Спасибо Шинь, я постараюсь чтобы твой подарок оставался при мне и в следующих моих перерождениях — Я польщена, ха-ха Под непринужденные разговоры, шутки и рассуждения о жизни, компания направилась в Чешуйчатое ущелье. Небо корабля Лофу окрасилось в закатные оттенки, оповещая об окончании дня и наступления ночи. В такое время людей на улицах становилось намного больше, что означало еще больше косых взглядов на троицу друзей. Многие недоумевали почему это Верховный Старейшина Выдьядхара ходит практически под ручки с парой смертных. Это ведь непозволительно его статусу в обществе и самой его персоне. Но кто-то спрашивал его самого о том кем он себя считает и с кем дружбу водить желает? Не думаю. А ведь он такой же простой человек, что и дуэт подле него. Со своими переживаниями и желаниями Ребята торопились. Ведь провести закат в Чешуйчатом ущелье — это то ради чего они туда направлялись. Не просто ж так Дань Фэн так нахваливает закаты и рассветы. То как они заворожительно отражаются от воды, морской бриз и тишина — это то ради чего они туда направлялись

***

— Хэй и мне налей! И побольше! — восклицал женский голос, разрезая собой тишину этого спокойного места — Всем налью, Шинь тебя ведь генерал принял ради того чтобы нас успокаивать при каких-то конфликтах. А в итоге ты сейчас активнее всех — возмутительно сказал выдьядхара — Ой, мало ли для какой цели меня к вам эта соня заслала, наливай скорее. Я тоже повеселится хочу, хахахаха — не угоманивалась она — Не знал что ты такая сяоцзе. Сколько еще тайн ты скрываешь? — легонько толкая локтем спросил Инсин. В ответ его потрепали по волосам — Син-син ты такой же, так что говори за себя  — Син-син? — глаза Шинь округлились, смотря на своих приятелей — Так вы вместе что ли? А ты еще меня со своим любимым сводил, как не стыдно, Дань Фэн — протянула она, за что получила смачный подзатыльник от упомянутого — Как вам не стыдно так выражаться при мне, юная госпожа — он пытался быть серьезным, но в итоге сдержать смех не получилось. Садясь рядом с чашкой вина, выдьядхара надул щечки, явно обижаясь на лису — Ой да ладно тебе, я ж пошутила. Но вообще вы сдружились за время моего отсутствия, верно? — Ну, по правде говоря, да, мы стали ближе. Но не настолько как ты сказала, проказница. Я тебе это еще припомню — мужчина обнял Шинь за шею, сильно наклоняя к себе и громко смеясь — Ай-я-ай, осторожно, сейчас пролью! — резко закричала в ответ она Ребята сидели недалеко от статуи Верховного Старейшины, любуясь видами. Море слилось с небом, создавая неописуемую картину. Успокоившись, они подняли чашечки к небу, восклицая хором "ганпей!". Кто-то выпил вино залпом, кто-то пил его понемногу. Думаю понятно какая двоица бессмертных выпила все залпом. Особенно это было довольно интересно для женской серединки сея компании, что пила крепкий алкоголь впервые. Да чего уж там, это была ее первая чашка с алкоголем за все 200 лет ее жизни. Из-за чего она громко зашипела от его горького вкуса, также громко откашливаясь под громогласный смех Инсина. Заходящее за горизонт солнце делало этот момент более уютным

***

— Ты все еще ее любишь? — резко прервал тишину Дань Фэн. Переизбыток алкоголя в крови развязывал язык, а Шинь так вообще спокойно сопела на крепком плече Инсина, что казалось он сейчас тоже окунется в царство Морфея. Тяжелый вздох говорил о трудности следующих сказанных слов — Люблю, но.. Я не вижу в ней того же. Поэтому... — он обернулся на выдьядхару своим опьяненным взглядом. Тот выглядел весьма сочувственно, вслушиваясь в слова своего приятеля. А что он мог сделать? Будь у него приворотное зелье он бы без промедления отдал Инсину все экземпляры, ли ж бы только не видеть грусть в голубых глазах. Не любил он страдания людей. Не нравилась печаль в их глазах и голосах. Но что он мог сделать? Он не божество, как привыкли думать о нем окружающие — Почему не скажешь ей? — Не могу. Не хочу чувствовать ее виноватой передо мной. Тем более.. Я и так уже натворил делов. Мне страшно Дань Фэн вздыхает и похлопывая Инсина по плечу, покидает их компанию — Прости, у меня дела. И подумай о том что я сказал — его силуэт понемногу растворялся в глубине храма, оставляя кузнецу на попечение пьяную спутницу от которой еще очень долго будет нести алкоголем — Ну что ж, пьяный ты мой лисенок, пойдем домой? — ответа не последовало, так что вздохнув и улыбнувшись, парень закинул ее себе на спину и поковылял в сторону резиденции генерала

***

Вновь эта пустота и холод Шинь настолько часто видела и чувствовала эту смесь ощущений, что они стали ей родны. Когтистые руки вновь принялись блуждать по ее хрупкому телу. Если бы она хотела — от крохотного лисьего тела не осталось ни следа. Но нет. Творительница Чумы будто обнимала ее, пыталась защитить от чего-то, обнять и согреть своими ледяными руками Лиса приоткрыла свои изумрудные глаза. Как же тошно. Вновь и вновь эти видения — Что ты от меня хочешь? — хрипло спросила Шинь. Она задавала этот вопрос при каждой встрече, но в ответ получала лишь один ответ — Защитить тебя — От чего? — От него. Ты мне нужна живой — ее голос звучал очень заботливо, словно у матери. Но как звучит голос заботливой матери Шинь никогда не знала, просто чувствовала это неким нутром — Прошу, оставь меня в покое — пыталась она вырваться из оков сна и наконец-то проснуться. Но Яоши и вправду нуждалась в ней в данный момент, так что будить ее никто не собирался — Беги — неожиданно прозвучал совершенно иной голос. Это была не Творительница Чумы. Некто иной. Кто знал больше нее Шинь резко распахивает глаза. Она видит уже родной потолок, залиты голубым цветом из-за лунного света. Лиса приподнимается на локтях, осматривая. И вправду дома. А ведь пару часов она сидела с ребятами и распивала напитки. Что случилось? На столе она заметила записку "Шинь, это Инсин. Ты уснула, так что я принес тебя сюда. Вот. Я бы хотел с тобой завтра поговорить кое о чем... Предлагаю завтра встретиться на одной полянке. Думаю тебе там понравится" Почерк размашистый и очень приятный глазу. Но в голове отголоском звучал тот странный голос из сна. "Беги". Куда? Отвечать на этот вопрос никто явно не собирался. Шинь вздохнула. Ну... Она давно собиралась это сделать почему бы и нет? Хотела лиса только поднятия как в комнату ворвался Яньцин — Шинь! Вам записка — заметив испуганный взгляд мальчишка умерил свой пыл и откашлявшись исправился — Прошу прощения за столь внезапный визит, вам письмо Шинь резко вскочила с кровати, о чем мгновенно пожалела, ведь в глазах резко потемнело из-за чего она на миг потеряла равновесие. Юноша быстро впихнул ей лист в руки, и проморгавшись лиса зачитала его про себя "Шинь, в этот раз оставайся дома. Это приказ. Они снова... Прости." Хотелось провалиться под землю. Ребята ведь обещали не ссориться, а уж тем более не драться. Решение было принято. Окончательно — Яньцин — Да? Полный горечи вдох и такой же печальный выдох. Нет. Не сегодня — Иди спать. Завтра рано вставать — она пыталась держать голос ровным, но дрожь проходила сама собой. Немного застопорившись, мальчик откланялся и удалился из комнаты Вдох, выдох, вдох, выдох. Сердце колотилось как бешеное, вынуждая сесть обратно на кровать. Нельзя ведь принимать необдуманных действий, верно? А кто сказал что нельзя? Можно. Ещё как можно Действовала она быстро, наспех написанная записка, подарок который она не успела подарить генералу, сбор вещей и кража ялика. Умеет ли она им управлять? Нет. Но никогда не поздно научится. Среди вещей, на удивление самой Шинь нашлось руководство по пилотированию Звездных яликов, что было очень кстати. Включив какие-то кнопки, названия которым лиса не уделила внимания, средство передвижения взмыло в воздух И пересекая небо, она покинула край родной, свою зону комфорта. Роняя раскалённую слезу – пролетая врата и прощаясь с былой жизнью