О чем думает Лисёнок?

*** — Хм… я… — я прошёл в кухонную зону и нажал на кнопку чайника, а после задумчиво посмотрел на Марка, который сидел за стойкой, и, подперев голову ладонью, смотрел на меня, — в общем… — Так скажешь уже? — уголок его рта приподнялся и вокруг глаз возникли милые морщинки. — Я хотел сказать… Так что ты думаешь об этом Владе? — в моем голосе ощущались нотки сомнения. — Ты о том, что Артём рассказал? Утром я общался с Артёмом по телефону и он мне поведал все свежие подробности его личной жизни с Владом, которые, что ожидаемо, я после пересказал Марку. — Да, — я кивнул, а после упёрся задом о столешницу тумбы и, сложив руки на груди, посмотрел в сторону и, нахмурившись, пробормотал: — Как-то рано они жить начали вместе… — Влад времени зря не теряет, — Марк продолжал с улыбкой наблюдать за мной. — Беспокоишься? Как всегда, такой спокойный. Ему явно доставляло удовольствие то, что я переживал за Артёма. Сам поди волнуется не меньше, только вида не подаёт. — Угу, — я кивнул и недовольно поджал губы. — Беспокоит… — А может ты ревнуешь? — он издал смешок. — Да с чего бы? — немного резко бросил я и, развернувшись, открыл шкаф и достал чистую кружку. — Вообще-то, я просто хотел узнать твоё мнение, — я принялся выбирать чай из нескольких упаковок, которые стояли на тумбе. Определившись, я взял пакетик и оглянулся назад в ожидании ответа. — Возможно, они просто нашли друг друга, — Марк пожал плечами. — К тому же Артём первым хотел его соблазнить. Можно сказать, его план удался. Теперь мы можем только лишь порадоваться за него. — Только лишь? — я залил в кружку кипяток, который сразу стал окрашиваться в золотисто-коричневый от пляшущего в под струёй пакетика с чаем. — То есть, тебе всё это уже не интересно? — я с недоверием посмотрел на Марка и, взяв кружку, отправился к стойке, чтобы присоединиться к нему. — Всё это? — он хитро улыбнулся, откинувшись назад, чтобы лучше меня видеть. А после прикусив нижнюю губу посмотрел исподлобья и интригующе произнёс: — Я не говорил, что мне это больше не интересно. Напротив, это хорошо, что у них всё так быстро развивается. Будет отличный повод позвать их вдвоём на твой день рождения. А ведь он прав! Я хмыкнул и невольно улыбнулся: — В дурака на раздевание? — я игриво вскинул бровь. — Точно! — он указал на меня пальцем. — И разденем его! — он побарабанил ладонями по каменной столешнице. — Звучит как план! Ты в деле? — В деле, в деле, — я облизнул губы, а после сделал глоток чая и поморщился. — Блин, где сахар? — я оглянулся через плечо в поисках дозатора с сахаром. — Кстати, а почему ты снова начал чай с сахаром пить? — он посмотрел на меня с подозрением. — Хм… не знаю, — я изобразил растерянный вид. — Как-то захотелось… — Захотелось? Понятно, — Марк поднялся со стула и, сладко потянувшись, направился вверх по лестнице. — Э! Ты куда? Бросаешь меня тут одного? — возмутился я. — Просто нужно поработать немного, — он бросил на меня холодный взгляд. — Знаешь, вдруг захотелось… — он в несколько шагов преодолел лестницу и скрылся в проёме коридора наверху. И что на не него опять нашло? Человек-загадка. Столько лет вместе, но всё же… иногда он вдруг дистанцируется от меня. Ставит границы и уходит от ответа. Что такого в том, что я снова начал пить чай с сахаром? Всё-таки он чёртов игрок! Он умеет манипулировать людьми и он знает это. При этом чертовски умен, в школе он учился не прилагая особых усилий, слушая преподавателя в пол уха, но при этом получал только хорошие оценки. Но все же самое впечатляющее в нём то, что он умеет читать язык тела людей, ловко подмечает изменение колебания тона голоса и микровыражения лица собеседника. Он попросту знает, какие эмоции испытывает человек и как лучше к нему подступиться. Но главное, он мастерски использует принцип отзеркаливания и строит беседу так, чтобы доминировать в ней. И все эти невероятные способности Марк искусно использует в своей жизни на постоянной основе. Например, в подростком возрасте он практиковался на девушках, соблазняя их пачками. Но в целом этот метод власти ему помогал в любых ситуациях, где целью было — убедить других делать то, что он хочет. И, конечно, эти люди даже представить не могли, что он попросту их использовал и до конца верили, что всё что делают, лишь по своей воле. Всё бы ему ставить условия, чтобы я играл по его правилам. И теперь появились Влад и Артём. И я вижу: у него явно есть виды не только на Тёму, но и Влада… Да, этот парень ему тоже приглянулся. Только вот… я пока не понимаю, почему… И, кстати! Пфф! Решил, что я ревную Тёму к этому Владу? Да, Тёмочка мне нравится. Не буду скрывать, что покрываюсь мурашками от его близости и прикосновений. Но дело вовсе не в этом. Я ревную тебя, придурошный Марк! Боюсь, что в этот раз ты будешь ставить серьёзные ставки, и эта игра станет твоей новой одержимостью. А я не горю желаниям уйти на второй план. Кому такое может понравится? Я сделал глоток чая и поморщился. Чёрт! И в самом деле… почему я снова стал пить чай с сахаром? *** В начале сентября мне нужно было отправится по делам в Москву. Марк, как всегда, скривил кислую гримасу: — Опять в Москву? — он лежал в постели полностью обнаженный, подложив руку за голову и смотрел на то, как я собираю вещи, аккуратно складывая их в чемодан. Стоит отметить, что в отличие от него на мне были футболка и шорты. Обычно он тоже ходит по квартире одетый (ну хотя бы в трусах), но сегодня у него очевидно было какое-то особенное настроение. — Это моя работа, — по факту ответил я и, присев на корточки, стал проверять всё ли собрано или я, как обычно, что-то забыл. — Так вы с Ильёй летите? — маска полного безразличия, что говорило об обратном — он явно чем-то обеспокоен. — Да, у него там семейные дела. Мы только в самолёт вместе сядем. И я уже сто раз говорил, что мы расстались. Выйдем из самолёта и разойдёмся в разные стороны. — Я не говорил, что ваши отношения меня хоть как-то волнуют, — бросил безразлично он. — А что тогда волнует? — я выпрямился во весь рост и посмотрел на него сверху вниз. Марк свободной рукой обхватил свой член и стал его поглаживать, вызывая эрекцию. — Иди сюда, — он поманил меня к себе. Чёрт! Не в силах отказать, когда вижу его таким. А вернее в момент, когда он ТАК смотрит. Как бы я не старался говорить обратное, будто у меня выработался иммунитет на его манипуляции, всё же он по прежнему мог влиять на меня. И этот случай был именно таким. — Ну чего? — я нахмурился и, забравшись на кровать, склонился над его лицом. Такие длинные ресницы. И этот сексуальный томный взгляд. — Отсоси мне, — он соблазнительно облизнул нижнюю губу. Эээ?! Ну это уже перебор! — Ты издеваешься? Я же собираюсь. Марк! У меня самолет через четыре часа! — я даже сделал попытки к сопротивлению, но сам, конечно, знал, что всё бесполезно. — А мне плевать, — он улыбнулся и, убрав руку из-за головы, запустил пальцы в мои волосы и с силой надавил: — В рот возьми! Давай! Глубже, Лисёнок… да… вот так… Упираясь руками в постель, я принимал член Марка уже на всю длину, и он постепенно начал наращивать темп. И как у него всегда так легко получается меня подчинить? — Потрогай меня сзади… — он часто и глубоко дышал и, сложив ноги в коленях, раздвинул их шире, давая мне доступ его дырочке. Я, продолжая сосать его член, засунул пальцы в его анус и стал активно его ими трахать. Такой узкий и горячий там… Растягивая его анус и принимая член до самой глотки, я еле сдерживался, чтобы не возбудиться. Наконец, дыхание Марка разбавилось редкими стонами. А после он обильно излился мне в рот. — Не глотай! — на выдохе резко произнёс он, потянувшись ко мне рукой. Я сохранил его сперму во рту и он тут же, приподнялся, притянул меня к себе и поцеловал, разделив своё семя между нами. Лизнув мои губы влажным языком дважды, Марк широко улыбнулся и снова откинулся на подушку. — Доволен? — с лёгкой улыбкой спросил я, всё ещё склонившись над ним. Чёрт! Так сложно сдержаться… иногда он вытворяет такое, что я уже не в силах контролировать свой стояк. Но в этот раз каким-то чудом пронесло, хотя я был уже на пределе. — Почти, — он хитро прищурил глаза. — Было бы лучше, если бы ты остался. — Я всего на пару дней, — наклонившись, я чмокнул его в соблазнительные влажные губы и, поднявшись с кровати, продолжил собираться. — Иногда ты ведёшь себя как испорченный ребёнок. Не понимаю, что у тебя в голове происходит. — Ой, кто бы говорил, — Марк перевернулся на живот, обнял подушку и продолжил наблюдать за мной из-под ресниц. Я быстро сменил свой домашний прикид на джинсы и рубашку, а сверху накинул кардиган. Потом застегнул чемодан, проверил документы и снова взглянул на Марка, который продолжал наблюдать за мной, снова скривив гримасу непритворной обиды. — Ладно я поехал. Мне ещё в студию нужно заскочить. И Илюшу забрать. Я скоро вернусь. Не скучай тут без меня, — сказал я, стараясь его подбодрить. — Ну и вали в свою Москву, — он показушно отвернулся, поменяв положение. — Ну, Марк… Я же люблю тебя, — я снова забрался на кровать и чмокнул его сначала в одну ягодицу, а после во вторую. А после поднялся выше и, уткнувшись носом в его запутанные тёмные волосы, прошептал: — Я тоже буду скучать. Очень сильно. Марк ничего не ответил. Он всё также лежал, обнимая подушку, отвернувшись от меня. — Ну разве так прощаются? — тихо сказал я. — Скажи, что любишь меня. Марк… Он шумно вздохнул и пробубнил, всё ещё не глядя на меня: — Я люблю тебя. Всё-таки сказал. Но какой же он… вредный! — Пока! — я чмокнул его в щёку и, поднявшись с кровати, схватил чемодан и вышел из спальни. *** Когда я уже покинул аэропорт Москвы, и приехал в гостиницу, на моём смартфоне раздался неожиданный звонок. Артём? — Тёма? Привет! Что-то случилось? — Илья сказал, что ты в Москве. И мне… мне… очень нужна твоя помощь! — его голос звучал встревоженно. — Что такое? — Влад… он… Влад… — парень явно был на нервах, — хочет, чтобы я ему встречу с Ильёй устроил. Ты понимаешь?! — он буквально кричал в трубку. — Он меня бросит! Точно броси-и-ит! — завыл он. — Милый, успокойся, — я нервно сглотнул. — Расскажи всё по порядку. И кое-как он всё же рассказал. Влад буквально заставил Артёма устроить ему встречу с Ильёй. Уж не знаю какие там были условия, но как я смог разобрать, выбора у него не было. Илья не был в курсе их отношений с Владом, да и Тёма страшно боялся признаться брату, что встречается с его бывшим. И, собственно, моя роль была в том, чтобы я присутствовал на этой встрече и дал повод для ревности, если Влад будет проявлять много внимания к Илье. В общем, я должен был флиртовать с Артёмом, чтобы он не чувствовал себя третьим лишним. Запутанно? Ещё как? Но Тёма буквально рыдал в трубку, умоляя меня помочь. Конечно, я понимал, что авантюра просто пиздец странная, но всё же пошёл на поводу у мальчишки. Слишком уж жалко его стало. Хотя была и другая причина — уж очень я хотел увидеть Влада вживую. Столько слышал о нём, но до сих пор видел лишь на фотках. И вот настал момент встречи: это случилось буквально в этот же вечер. Мы вчетвером пошли в суши ресторан, где, как и предполагал Артём, Влад с Ильёй предались эмоциям и старым воспоминаниям. Сам от себя не ожидал, но и я был просто возмущён их поведением. Всё выглядело так, будто Тёмы и вовсе нет рядом. Да, кстати, о Владе. В жизни он оказался намного красивее, чем на фото. Высокий, с глубокими тёмными глазами и очаровательной улыбкой с маленькой морщинкой над верхней губой. Смуглая тёмная кожа и сильные мышцы, которые проглядывались сквозь одежду. Я даже немного растерялся, когда его увидел. Не так я его представлял. От него веяло каким-то неприкрытым магнетизмом. При этом его речь была очень слаженной, без мусорных слов и очень логичной. Он был воспитанным, умным и образованным. Не удивительно, что он с лёгкостью завладел нежным сердечком Артёма. Сначала где-то в глубине на секунду мелькнуло, что Влад напомнил мне Марка, но пообщавшись с ним больше, я понял, что они совершенно разные. Но об этом позже. В разгар вечера, когда Илья удалился в туалет, Влад какое-то время с лёгкой ухмылкой смотрел ему вслед. Я же, понимая чувства Артёма в этот момент, начал отыгрывать наш сценарий и ласково нашёптывать ему, что всё будет хорошо. Что это лишь их общие с Ильёй воспоминания, но Влад любит его и он его никогда не бросит. Но это слышал лишь Артём, Влад видел всё иначе: мы сидели рядом, нежно ворковали и я то и дело ласково касался волос и лица Артёма, иногда обнимая его и прижимая к себе. Я видел как дрожали руки Артёма в этот момент, но он изо всех сил старался держаться, глядя мне в глаза и силясь изобразить улыбку. Какой же он всё-таки ещё юный и нежный. Ну, а Влад просто сволочь! Неужели не понимает, какую боль он причиняет Артёму?! — Будь сильнее этого, хорошо? — я коснулся губами уха мальчишки и тот смог лишь тихо ответить: «Да». Влад снова посмотрел вслед Илье, и казалось, он сейчас встанет и ринется за ним. Но всё же он сдержался и задержал внимательный взгляд на нас: — Эй, — его голос вдруг стал резким, — может быть, уже хватит? Артём! — он вдруг поднялся на ноги и грозно посмотрел на нас с высоты своего роста. И Артём вдруг осмелел, но это скорее было нервное. Я уверен, он был уже на пределе и сам не понимал, что творит. Взглянул на Влада с ухмылкой, а после, прищурившись, спросил: — Ну, и, что же ты не пошел за ним? Иди! Ну? Давай, же! — подначивал он его. — Он ведь ждет тебя. Ты ведь этого хотел? Давай, скорее, а то можешь не успеть, — в его глазах горела злобная усмешка. Только вот кроме усмешки в них также стояли слёзы. И, похоже, замечал их только я. — Артём, прекрати! — зарычал Влад. — Перестань сейчас же! Тело Артёма затрясло мелкой дрожью. Я понимал, что он уже совсем не в силах контролировать себя. Этот Влад! Сука! Разве не видит, как Тёме плохо? — Ты его слышал, — холодным голосом сказал я, — если Артём тебе не нужен, то я заберу его себе, — после чего наклонился к мальчишке и провел носом по его щеке, — да, мой маленький? Ты ведь хочешь… быть моим? — Ну, всё! С меня хватит! Я домой! — Влад нервно схватил с дивана свою куртку, и указывая пальцем на Артема, резко произнёс, — а ты можешь делать всё, что захочешь! Но, если появишься дома, — он смерил его ледяным взглядом, — посажу на цепь и не буду кормить неделю! Во всех смыслах! Я предупредил! От того вежливого и серьёзного Влада, каким он мне показался сначала, не осталось и следа. Реально посадит Артёма на цепь? От его слов у меня кровь в жилах застыла. Я сразу вспомнил те времена, когда Марк откровенно измывался надо мной. В руках тут же отозвались фантомные боли, и я невольно взглянул на уже побелевшие шрамы на моих запястьях. — Влад… ты чего? — я услышал тихий голос Артёма, который испуганными глазами смотрел на высокого брюнета. Влад был крупнее и выше Марка, а Тёма так вообще ребёнок рядом с ним. И в гневе он реально был страшным. Илья рассказывал, что в школьные годы его боялась вся округа и все лишь услышав имя Влад Суворов тут же уносили ноги. Одним ударом он ломал рёбра, и никто не смел ему перечить. При этом учился он только на «четыре» и «пять», имел множество наград, спортивные разряды и бесконечное число подружек. Но сдаваться нельзя. Нужно было как-то разрешить ситуацию пока не стало совсем поздно. — Так вы ещё и живете вместе? — ухмыльнулся я, продолжая играть наш спектакль. — Всё так серьезно? Влад перевёл взгляд на меня: — А ты вообще замолчи! Заткни свой рот! Понял? — зарычал он, глядя на меня почти чёрными глазами. Я тут же осёкся и даже невольно прижался к спинке стула. Меня буквально сковало оцепенение. Он… реально страшный… — Влад… — Артём всё же нашёл в себе силы подняться, — мы же просто пошутили… — растерянно пробормотал он. — Это была шутка… Влад окинул его взглядом, выражающим отвращение, а после четко произнес, приблизившись к его лицу: — Не надо. Со мной. Шутить. Он явно знал себе цену и очевидно не любил, когда играют с его чувствами. Но и с другими не играл, а был донельзя прямолинейным. В этот момент я и осознал, как они с Марком отличаются. Влад всё делал из своих искренних чувств и эмоций. Марк же взвешивал каждое своё слово и действие. Он редко показывал настоящие чувства. — Влад… — Артём вцепился руками в его рубашку, — пожалуйста, не злись… прошу тебя… Но тот резко оттолкнул его и процедил: — Я всё сказал! Делай, что хочешь! Хочешь свалить с этим блондином — проваливай к чертям! — после чего взял со стола салфетку и, добыв из кармана ручку, записал номер мобильного. — Пускай Илья мне позвонит. Похоже мы переиграли. Только вот, если бы не было этой игры, остался бы Влад за столом? Или всё-таки бросился за Ильёй в туалет? Я взглянул на побледневшего Артёма. Это очень плохой звоночек! Нужно срочно что-то делать! Я поднялся со стула и у выхода из ресторана преградил Владу путь. Мои руки невольно сжались в кулаки, и я заметил, что он тут же повторил мой жест. Страшно. И ощущение очень странное: будто я не взрослый парень со своей галереей, бизнесом и кучей бабла, а какой-то хилый старшеклассник, которого подловил хулиган за углом школы. — Чего тебе? — его широкая грудь часто поднималась от раздражения. — Успокойся, — сказал я ровным голосом, и, расслабил руки, показывая, что я хочу лишь поговорить, — драться я с тобой не хочу. Ты должен кое-что знать, — я кивнул в сторону, предлагая ему отойти, чтобы Артём случайно не услышал нас. — Говори! — резко сказал он, когда мы немного отошли в сторону. Влад явно всё ещё был на взводе. И тогда я посмотрел в его глаза и тихо сказал, бросив короткий взгляд на Артёма: — Он не такой сильный, как Илья. Если обидишь его — это может очень плохо кончится. — Ты мне угрожаешь, что ли? — усмехнулся Влад. Явно показывая, кто здесь альфа самец. — Угрожаю? — я снова поднял на него глаза. — Нет, не угрожаю. Скорее… предупреждаю. Тогда он смерил меня высокомерным взглядом и с усмешкой произнес: — А, знаешь, что — а мне насрать! — толкнув меня плечом, он направился прочь из ресторана. Я невольно схватился за руку выше локтя и зажмурил глаза: ну и удар у него. Он из камня что ли сделан? И как теперь быть? Надеюсь Тёмочка будет в порядке. *** Но в ту же ночь произошло то, чего я боялся больше всего. — Марк? Я… я в больнице… — я с трудом сдерживал слёзы. — Прости… я… — Дима! Что случилось?! Говори! — Я… я… я в порядке, но Артём… он хотел покончить с собой… я… я тут ещё на пару дней задержусь, ладно? — мои губы задрожали и по щекам покатились слёзы. — Чего?! — Марк явно был в шоке. — Тёма… я прилечу… сейчас только посмотрю когда ближайший рейс… — Не надо… всё уже хорошо… просто, — я уже начал реветь навзрыд, — я так испугался… столько крови… он вены порезал… в моём номере… я ушёл, но вернулся… а он там… — я стал заикаться от плача. — Весь в крови-и-и… мне так страшно… — Господи! — Марк вздохнул. — Как это произошло? Почему? — Из-за Влада… он… он… я… — от слёз и стресса я уже не мог внятно говорить. — Тише, Лисёнок, успокойся, — ласково сказал Марк, — сейчас ведь с Тёмой всё хорошо? — Д-да… — Хорошо. Уже поздно. Ложись спать. — Мне нужно было быть рядом с ним… — я продолжал реветь. — Не надо было уходить… — Ты сделал всё, что мог, окей? Тёма в порядке. Он жив. Он в больнице. Да? — Д-да… — Вот видишь, за ним смотрят врачи. Так что, милый, ложись, спать. А как проснёшься, позвони мне. Договорились? — Хорошо… — я шмыгнул носом и растёр щёки тыльной стороной ладони. — Только не говори никому… Илья тоже не знает. — Не скажу, — сказал он нежным голосом. Это так успокаивает. — Я могу прилететь к тебе. Подумай. Знаешь, ведь что больше жизни тебя люблю. И не плачь, ладно? Ты ведь у меня сильный мальчик? — Да, — я начал затихать. — И я люблю тебя. И очень скучаю. — Я тебя жду. Спокойной ночи. Позвони мне завтра. — Хорошо. Спокойной ночи, Марк. *** Когда Артём очнулся, он всё время молчал. Смотрел куда-то в сторону опустошённым взглядом, будто меня и не было рядом. Это разрывало мне сердце. Он всегда был таким милым и весёлым, теперь же, это был кто-то другой. Не Артём. Неужели ничего нельзя исправить? Я с трудом сдерживал слёзы, ведь мне нужно было как-то подбодрить его, а не напротив — заставить его ещё и из-за меня переживать. Я просидел на краю его кровати весь день, решил, что не брошу его как в тот раз летом, когда он умолял меня помочь с сабспейсом. Я знал, что и тогда мне нельзя его было бросать, но я просто взял и уехал. Ему явно нужен кто-то, кто позаботится о нём. Нельзя ему быть одному! — Тёмочка, — я погладил его по голове, — я хоть что-то могу для тебя сделать? Всё что угодно! Всё, что попросишь. — Ничего не нужно… — наконец, он заговорил со мной. У меня аж камень с души свалился. — Знаешь… если хочешь, ты можешь жить у нас с Марком. Ты ему очень нравишься, ты знал об этом? — я улыбнулся. — Марку? — Тёма удивлённо на меня посмотрел. Это была первая эмоция, которую он выдал за весь день. — Ты издеваешься? Он меня терпеть не может. — Это он тебе сказал? — я усмехнулся. — Да видно же… — буркнул Тёма. — Ну давай, Тём. Тебя выпишут и поедем в город N. — продолжал настаивать я. — Будешь жить с нами. Со мной и Марком. И можешь даже спать в нашей спальне. Тёма задумался и вдруг снова заметно расклеился. — А Влад? — он посмотрел на меня влажными глазами. — Позвонить ему? — осторожно спросил я. — Нет, — он нервно сглотнул и отвернулся. — Не говори ему… — Может, ему следует знать?.. — осторожно предложил я. — Я знаю, он не хотел… думаю, мы просто перегнули палку. — Он ни разу не сказал, что любит меня… а Илье… он каждый день говорил… — из его глаз покатились слёзы. — Я не нужен ему… я просто навязался… сам придумал эту любовь… Вот, значит, что у него в голове творится. Решил, что навязался… Это так похоже на мои чувства к Марку. До сих пор иногда смотрю на его совершенное тело и лицо и думаю: и зачем я ему такой нужен? Но в случае с Тёмой точно было дело не в этом: Влад любил Артёма. Я был уверен в этом. — А ты не думал, что Влад разозлился из-за ревности? Мм? Может всё-таки любит? — я ласково погладил его волосы. — Поговори с ним. Возможно, всё ещё наладится… Между нами возникла пауза. — Я хочу поспать… — Тёма отвернулся на бок к стене и прижал к груди перебинтованные запястья. Его руки дрожали. Так жалко его. — Хорошо, — я наклонился и чмокнул его в щёку. — Спи, мой ангелочек. Я утром вернусь. И ещё. Про меня и Марка я не шутил. Мы всегда будем рады тебя видеть у нас. Я поднялся с края кровати и направился к выходу из его палаты. С Тёмой всё будет хорошо. Я заберу его отсюда. И больше никогда не отпущу. Никто больше не посмеет причинять ему боль. Никто. *** На следующий день Артём выглядел уже лучше, на щеках, которые до этого были мертвецки белыми, появился румянец. Утром ему сделали уже второе переливание крови. И при этом влили несколько капельниц с витаминами и глюкозой, чтобы восстановить силы. Кстати, лежал он в больнице моего отца. Благодаря моим связям, полиция не вмешивалась, поэтому его родители были не в курсе, что с ним случилось. Немного бесчеловечно с моей стороны, но это была просьба Артёма, который не хотел их волновать. — Что-нибудь хочешь? — спросил я его уже под вечер. Практически весь день он проспал. — Хочу побыть один, — тихо ответил он. — Ты же с утра здесь сидишь? — Да… — Сходи хотя бы поешь. Да и мне не нужна круглосуточная нянька, — он бросил на меня недовольный взгляд. — Ладно… может, тебе нужно чего-нибудь? Книги может принести? Которые мы купили в книжном? — Хорошо. Принеси, — буркнул он и отвернулся. *** Чёрт! Вот я идиот! Конечно, когда я вернулся, Артёма уже не было. Сбежал! Я посмотрел на часы. Почти восемь вечера. Меня не было около двух-трех часов. И где он? Блядь! Я нервно провёл ладонью по лицу. А после в отчаянии сел на его кровать и шумно вздохнул, обхватив голову руками: я просто полный придурок, что оставил его без присмотра. Куда же он мог пойти? К Владу? Наверняка, к нему. И уж лучше к нему, чем снова решит свести счёты с жизнью. Хотя и тут можно поспорить. Влад на эмоциях может перегнуть, и, если Тёма не расскажет ему, что случилось, может совсем довести мальчишку. Дрожащими руками я набрал номер Влада: — Артём у тебя? *** — Где он? — сходу спросил я, врываясь в квартиру Влада и стягивая на ходу конверсы. Влад был бледный и напуганный. Совсем не такой грубый и резкий как в ресторане. И первое, что я заметил — его глаза были красными от слёз. — В спальне, — Влад указал в сторону комнаты, которая была в конце коридора, — он без сознания, — сдавленно добавил после, стыдливо отводя взгляд. Интересно, что между ними произошло? Если Тёма без сознания, явно по душам они не говорили. Тем более, когда мы с Владом общались по телефону, он был не в курсе, что Тёма сбежал из больницы, после того как пытался покончить с собой. Когда мы подошли к кровати, я сразу приложил ладонь ко лбу мальчишки, потом прощупал его пульс на шее, а затем достал из-под одеяла его руки и начал осматривать: они все были в свежих ссадинах, а кое-где бинты были даже порваны. — Что произошло? — я нервно сглотнул и бросил хмурый взгляд на Влада. — Эти раны свежие, — я указал глазами на запястье правой руки, где остались глубокие отметки на коже. Было похоже, будто его держали в наручниках из которых он отчаянно пытался вырваться. — Это из-за меня… — тихо ответил, заметно побледневший, Влад, обнимая себя руками. — Он ничего не говорил… и я… — он плотно сжал губы, старясь сдержать подкатившие слёзы. — Ясно… посадил на цепь, как и хотел… — я шумно выдохнул и еще раз потрогал лоб мальчишки, — у него высокая температура. Бедный Артёмка… — я ласково погладил его по голове и медленно отклеил пластырь с его левой руки, а после осторожно вынул иглу катетера — из ранки тут же тонкой струйкой потекла кровь. — И что делать? — Влад всё ещё был напуган. — Может, лучше в больницу его?.. — Лучше? — я хмыкнул и принялся стягивать со спины рюкзак. — Если бы ему было лучше в больнице, то он, наверное, не сбежал бы к тебе… Так ведь? Я достал всё необходимое, чтобы обработать раны Артёма (заранее взял всё из больницы) и принялся ухаживать за парнем, который был всё ещё без сознания. Влад сидел сам не свой, и я видел, что он с трудом справляется со своими эмоциями. Артём ошибся. Без сомнений Влад безумно его любил, просто делал это по-своему. Так, как умел. На самом деле, как бы я не пытался защитить Артёма, в случае с Владом, в этом не было необходимости. Их пара напоминала мне нас с Марком в начале наших отношений, когда каждый из нас ещё не был готов к доверию и многое недоговаривал. Из-за чего возникали недопонимания, перерастающие в ссоры. Как же долго я ждал, когда Марк откроет мне своё сердце и сейчас прекрасно понимал чувства Артёма. Ну а Влад… просто ещё не созрел, чтобы открыться, хотя сейчас всё было и так ясно без слов. — Все произошло так внезапно… — оправдался я, когда закончил ухаживать за Артёмом. — Не думал, что он убежит. — Ты не виноват, — прошептал Влад, сжимая в руках тонкие пальцы Артёма. — Это всё моя вина… Мне стоило быть мягче с ним. Никогда бы не подумал, что он может выкинуть что-то подобное… думал побесится немного и вернётся… я ведь чуть с ума не сошел за эти два дня, пока его не было дома. Я шумно вздохнул, а после посмотрел в глаза Влада и сказал: — Тебе нужно просто больше с ним говорить. У Артёма, конечно, непростой характер — с самого детства его ужасно избаловали родители и он просто привык получать желаемое. Но больше всего, как и любому, другому подростку в его возрасте, ему нужно обычное человеческое внимание — видимо, ты не недодал ему что-то из-за чего он тебе так и не смог довериться. Я уверен, что его ревность была небеспочвенна. Как часто ты говорил ему о своих чувствах? Ты признавался ему в любви? Влад стыдливо отвёл взгляд и закусил губу. Я понял, что мои слова попали в самое его сердце. — Серьёзно? Ты никогда не говорил, что любишь его? — удивленно спросил я. Хотя чему тут удивляться. Пошёл бы Тёма на такой отчаянный шаг, если бы этот здоровяк хоть раз признался ему?! Ожидаемо Влад отрицательно покачал головой. Стыдно? Ну ещё бы! — Но ты ведь… любишь его? — я выжидающе посмотрел на него. Влад задумался, посмотрел на Артёма и нервно погладил его кончики пальцев. Я никогда не видел столько любви во взгляде и в прикосновениях. Влад действительно всем сердцем был привязан к Артёму. Жаль, что им обоим пришлось пройти через этот кошмар, чтобы, наконец, признать свои чувства. — Да… — вдруг тихо произнес Влад, а после прижался губами к перебинтованному запястью мальчишки и прошептал, — я очень сильно его люблю. Ну, наконец-то. Теперь я почти спокоен за них двоих. — Тогда признайся ему — если он поймет, что ваши чувства взаимны — я думаю, многое между вами может поменяться. Видимо, ваши недомолвки и стали причиной того, что случилось… — сказал я, а после добавил, — такое часто бывает в начале отношений, я по себе знаю, — я ухмыльнулся и принялся собираться. Теперь кажется, всё в порядке. Я снова посмотрел на Артёма, над которым склонился встревоженный Влад и невольно улыбнулся: «Ангелочек, ты даже не представляешь, как тебе повезло». *** Несколько часов спустя. Город N. — Ох… волосы так отрасли. Я даже не замечал, — я протянул длинную челку Марка сквозь пальцы и взглянул в его сонные глаза. Не виделись всего несколько дней, а казалось прошла целая вечность. Мы стояли в коридоре, где Марк встретил меня после ночного рейса. Он был босым, а на смуглом теле лишь тёмные боксеры. — Не нравится? — он криво улыбнулся. Я лишь хмыкнул в ответ и потянулся к его губам. Коротко поцеловал и снова впился взглядом в его красивое лицо. — Чего хихикаешь? — он изобразил обиду и с недоверием посмотрел на меня. — Ты же знаешь, что нравится, — я улыбнулся и провёл рукой по его голове — от макушки до выпирающей косточки на шее. — Мне всё в тебе нравится. Всегда нравилось. И твои волосы я обожаю. Он проигнорировал мои комплименты и нежности, и снова продолжил нудить: — Между прочим, ты меня разбудил. Чего так поздно прилетел? — Скучал по тебе, — я сделал шаг назад и, наклонившись, принялся стягивать конверсы, — вылетел первым рейсом, как только Влад с Тёмой помирились. Марк упёрся о стену и сложил руки на груди: — Ну и? Как тебе этот… хм… Влад? Я стянул с ног кеды и выпрямившись перед ним ничего не сказал, лишь бросил загадочную улыбку и, оставив чемодан у порога, прошёл в комнату, направляясь к кухонной зоне. Это ему за вредность. Я тут перед ним распинаюсь, а он только куксится. — И что это значит? — он невольно поплелся за мной. — Расскажи уже! Я открыл нижний ящик достал бутылку красного сухого вина, и, обернувшись, продолжая улыбаться, ответил: — Уверен, он тебе понравится. Марк сел за стойку и задумчиво-вопросительно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Видимо пытался проанализировать мою фразу. — Вина? — я поставил бутылку перед ним и вернулся к шкафу за фужерами. — Да, — Марк кивнул, уже глядя на то как я вкручиваю в пробку штопор. А после спросил: — Говоришь, понравится? То есть этот Влад… настолько хорош? — он с подозрением взглянул на меня из-под ресниц. — Да, — я сосредоточился на наполнении бокалов. — Честно говоря, я им просто очарован. Не понимаю как в одном человеке уживаются такие разные личности. При этом вживую он намного красивее. Мне кажется, что Тёме повезло с этим парнем, и я явно хотел бы его раздеть. Наконец, Марк улыбнулся, взял бокал с вином и сделав глоток, взглянул на бутылку, повернул этикеткой к себе и прокомментировал: Хорошее. — Да, классное, — согласился я, устроившись напротив него. А после резко сменил тему обратно: — Приглашу их с Тёмой на день рождения. Что думаешь? — Честно говоря, ты меня заинтриговал, — Марк прищурил глаза и пригубил немного вина. — Мы же за город двинем? — Ага. — Кстати, Аня прилетает уже на следующей неделе. Так что она в деле. — Отлично! Нику я уже позвал, — разгоряченный от вина и радости, от того, что мог заинтересовать Марка, я добавил: — Уже не терпится посмотреть, как Влад отреагирует на нашу компашку. — Уже не терпится с ним поиграть, — перефразировал Марк, и, мы глядя друг другу в глаза, звонко чокнулись и выпив по глотку, довольно зажмурили глаза. — Вино кайфовое, — Марк снова похвалил мой выбор. — Согласен. *** Настоящее время. — Артём… — прошептал я и, проснувшись от собственного голоса, открыл глаза. Перевернувшись с левого бока на спину, я закашлялся, прочищая горло. А после посмотрел на потолок и поднял руку вверх, глядя на красную нить, которая обтягивала моё запястье. Я издал смешок, а после поджал губы, чувствуя подкатившие слёзы, но после снова широко улыбнулся. Влага щекотала моё лицо, и я всё ещё не мог понять как я мог всё забыть, когда было так много намёков и очевидных подсказок. В голове всплыло ускользающее воспоминание: — Это тебе, — он надел на мою руку браслет, а после наклонился к уху и прошептал: — Теперь мы связаны. Навсегда. — Ты веришь… в нас? — ответил я, глядя как его силуэт исчезает в темноте. — Больше, чем ты можешь себе представить, — он широко улыбнулся, поднял руку в знак прощания, и я увидел тонкий красный браслет на его руке: в точности такой же как у меня. Удивительно. Мой браслет до сих пор, всё это время был на моей руке. Я такой дурак. Шумно вздохнув, я вспомнил, что мама говорила о ночной вечеринке. И разговоре с шаманом. Сколько интересно я проспал? Приняв душ, я вышел в гостиную, где мама уже хлопотала с ужином. — Дима? — она улыбнулась, увидев меня. — Ты помнишь о сегодняшнем вечере? — Пляжная вечеринка? — я хмыкнул и, со скрипом отодвинув стул, сел за стол. — Мигель назвал её пиром во время чумы, — прокомментировала мама, расставляя тарелки. — В мире бушует вирус. Все уже говорят о карантине и комендантском часе, так что, возможно, скоро и таким вечеринкам не будет места. — О чём ты? — непонимающе спросил я. — Новости совсем не смотришь? — мама как-то странно на меня посмотрела. — Нет, — я покачал головой. — Морги переполнены. Рейсы отменяют и некоторые страны уже закрывают границы. — Разве это не типа… что-то гриппа какого-то? — я оглянулся через плечо, чтобы лучше её видеть, так как она сновала по комнате туда-сюда. — Дим, хватит витать в облаках. Это серьёзно, — проходя мимо, она поерошила мои волосы. В голове мелькнула мысль о словах Марка, что, если границы закроют, мы можем долго не увидеться. Кроме того… он болен этой «короной». Но Марк же… выкарабкается? По коже пробежал неприятный холодок. Ситуация складывалась скверная. Нужно ему позвонить. Когда мы плотно поели, я удалился в свою комнату, сел на диван и набрал номер Марка. — Алло! Дима? — номер Марка, но голос не его. — Эм… да, а это… — Это Влад. — А Марк?.. — Спит, — его голос вдруг стал грустным, — и он… на искусственном дыхании. Говорить не может. На искусственно дыхании? ЧТО? В этот момент внутри всё сжалось от боли. Неужели… — А он… — моё дыхание сбилось, — он попра… что врачи говорят?! — Шансы есть, — холодным голосом ответил Влад. — Шансы… типа… на что? Какие шансы? — Что он будет жить… — Ты сейчас серьёзно?! — я не верил его словам. Всё звучало как злая шутка. — Дай мне Тёму! Я хочу… — Его нет, — тем же холодным голосом продолжил говорить он. — А… это… а где он? — пробормотал я. — Я не знаю… — Влад шумно вздохнул. — Я в больнице… не спал уже два дня толком. А Тёма… не приходил. И я ему не звонил… я знаю, ему тоже непросто. Он по тебе жутко скучает, а я всё время с Марком. — Так значит Марк… болен? — с отчаянием произнёс я. — Как же так… — Я рядом с ним, окей? Если тебе нужно ещё время разобраться в себе, то я не могу тебя заставить вернуться. А Марк справится. Только я всё понять не могу… — он вдруг замолчал. — Что? — тихо спросил я. — Дима, почему? Почему ты такой эгоист?! — тон его голоса заметно повысился. — Был бы ты на его месте, он бы от всего отказался, чтобы тебя спасти. Жизнь бы свою на твою променял… но тебе… всё равно… Я знал — Влад был прав — я был эгоистом. Но я так же знал и то, что я сейчас совершенно бесполезен. Я боялся собственной тени, боялся выйти из дома… по ночам просыпался от кошмаров, а он хотел, чтобы я через половину планеты пролетел. — Поэтому у него есть ты, — сказал я жалостливым голосом, с трудом сдерживая слёзы. — Спасибо тебе, Влад. — Дима… — лишь смог ответить Влад. — Я перезвоню, — я сбросил звонок и, завалившись на диван, обнял подушку и расплакался. Я ничего не могу… Я совершенно бесполезен… Марк, пожалуйста, дождись меня.