to the bottom and back to the sky

После того дня жизнь шла свои чередом. В город приехал следователь, который попытался раскрыть дело о пропаже режиссера и бармена, но не найдя достаточное количество улик,уехал обратно в Москву. Единственное что выяснилось во время расследования — Игорь Наумов, предположительно, был геем, ведь на стене в его квартире висел плакат с американским фильмом «Горбатая гора». Больших улик по поводу него найти не смогли. Следователь пришел к выводу, что мужчина собрал все свои вещи и уехал в другой город, начиная жизнь с чистого листа. На счет Романа не было найдено никаких версий. Также полиция так и не узнала о том, что Анжела была в сексуальных отношениях с этим мужчиной. Некоторые в городе говорили, что следователь на деле ничего не делал, но никто из горожан не знал, что стоило Хенкину и Бабичу спрятать те улики, которые ребята не устранили. Тот месяц, что следователь рыскал по городу, Боре и Кисе ничего не оставалось кроме как быть паиньками и заниматься «делами патриотического клуба». На деле весь этот месяц бригада строителей восстанавливали здание, официально оформляли клуб, а также собирали небольшую группу людей. Как выразился мэр - «массовку» на фоне которой ребята не будут выделяться. Также все это время парни очень мало пересекались с Оксаной, которая с каждым днем выходила из комнаты все реже и реже, в конечном итоге закрываясь в комнате, выходя лишь в школу. Еду Лариса относила девушке в комнату, а когда заходила в следующий раз, то забирала почти не тронутые тарелки. Радостным событием стал переезд в более большую квартиру. Количество комнат не изменилось, но изменилось число квадратных метров. Боря все также жил в одной комнате с Кисой, единственное что теперь они спали около противоположных стен и на более широких кроватях. После переезда Константин снова стал вести себя более менее стабильно. Приходил домой после работы, принося с собой что-то на вынос. Либо же с букетом цветов для Ларисы. Женщина рядом с ним светилась от счастья. Да и по Хенкину было видно, что он рад. По крайней мере на его лице можно было заметить тень улыбки, которую он упорно пытался спрятать за серьезным выражением лица. И вроде бы с каждым днем жизнь становилась лучше, тучи, что окутали их семью, стали рассеиваться. Константин Анатольевич подал документы на усыновление Вани, чтобы парень официально стал частью семьи Хенкиных, с новой фамилией и отчеством. И даже вроде мужчина к нему лучше стал относиться, по отцовски по голове трепал, или давал подзатыльник за случайно сказанный мат. Боря был счастлив наблюдать за тем, как Киса медленно возвращается. Снова появляются иголки, которые он выпускает с каждым разом чаще. Пугало лишь то, что с такими переменами может вернуться и Ваня-наркоман, который готов пиздиться со всеми и каждым, лишь бы свою агрессию на кого-то выплеснуть. Главным событием этого месяца стал выпускной. Подготовка к нему велась почти с начала 11 класса, но парни как-то не были погружены в эту суету, по крайней мере пока их не поставили на вальс. Видеть недовольное лицо Вани каждую среду и пятницу после уроков, было самым веселым занятием. Парень злился, когда его партнерша наступала ему на ноги, а еще злился, когда видел как у Бори получалось свободно кружить Риту по асфальтированной дорожке около школы. Он правда старался также свободно обходиться с Машей, но девушка слишком сильно стеснялась Ваню. На одной из репетиций Кислов подошел к Боре и предложил поменяться, чтобы посмотреть, нормально ли будет танцевать девушка с блондином. - Мария, прошу, сегодня я ваш кавалер на этот вальс. - Хэнк галантно подал руку девушке, помогая ей спуститься со ступенек. Она только смущенно рассмеялась, тем не менее во время перерыва девушка подошла к Боре и попросила показать одно из движений, которое у нее совершенно не получалось. Ваня со стороны за этим наблюдал. Видел как борины руки легко проводят по девичьему позвоночнику, заставляя спину выпрямить. Наблюдал за тем, как Маша к груди парня прижимается, когда они вместе по кругу шли. Потом девушка на ногу Боре наступила и расплакалась. Слов парень не слышал, но был уверен в том, что блондин успокаивать начал. Последним ударом стало то, что он ее щеки своими ладонями обхватил и слезы вытирать начал, приговаривая что-то с легкой улыбкой на губах. А девушка рассмеялась, вовсе не думая о том что репетицию завершили еще десять минут назад. Внутри у Вани ураган бушевал, хотелось ударить, выколоть глаза, но он себе напоминал — девушек не бить. А вот Борю никто не запрещал. Пару раз, чтобы он вспомнил кого за гаражами целовал. Дожидаться Борю было самым мучительным, но идти молча до новой базы — еще сложнее. Как только дверь за спиной у Хэнка закрылась, Ваня сразу в лицо ударил, а потом еще и еще, в пол силы, но тем не менее губу он ему умудрился разбить. Блондин губы кровоточащей пальцами коснулся, кровь стирая. - И что это за херня? - Боря в глаза темные смотрит и в непонимании бровь выгибает. - Это ты мне объясни. Что за херня с Марией происходило? - На губах у Хэнка улыбка расплывается, когда он понимает что Ваня кулаками показать хотел. Ревнует сученыш, а признаваться в этом не хочет. И вроде помучить хочется, а вроде и доказать обратное. Редко парень чувства свои как-то проявляет, тем более так агрессивно, значит этот момент его сильно задел. И Боре до ужаса хочется с нервишками чужими поиграться, не физически так морально отыграться. - А что происходило? Ты сам предложил поменяться. - Блондин видел, как у Вани нервно глаз дернулся, но лицо серьезное сохранил, делая вид что совершенно не понимает проблемы. На самом деле Хэнк и вправду не понимал почему парень так взорвался. Предложил сам, а теперь в лицо бьет. - А ты только этого и ждал. Согласись, что у тебя встал от того как она к тебе жалась, или тебе больше ее лапать понравилось? - Кислов презрительно глаза сузил и в этот момент Хэнк не смог больше на себе серьезное лицо сдерживать, он расстояние между ними сократил, почти вплотную к Кисе подходя. Смотрел глазами своими в темные, в которых сейчас ревность и обида плескалась. И готов был утонуть в шторме чувств, но единственное что сделал, так это вперед — к уху, поддался и прошептал. - А что хочешь помочь с этой проблемой? - Зубами мочку уха подхватил, мурашки на коже чужой вызывая. Прикусывает и вздох сдавленный губами своими ловит. Целует сразу глубоко и горячо. Языком чужой рот исследуя, обеими руками за шею берет и ближе тянет. Целует-целует-целует, до тех пор, пока губы не начинают неметь, а коленки от переизбытка чувств подкашиваются. Ваню к двери металлической толкает, от губ чужих не отрываясь — дверь закрывает, ключ в замочной скважине оставляет. Бесстыдно под футболку чужую лезет, торс оглаживает, по позвоночнику проводит кончиками пальцев, а Киса в спине выгибается, почти повисая на Боре. А ему и это кажется недостаточно близко. За бедра подхватывает, вынуждая кудрявого ногами борин торс обвить. Вжимает в дверь, к шее приникает. Целует, кусает, а после языком по покрасневшим местам проводит. От возбуждения кружится голова. Когда поцелуев становится мало, а участков открытой кожи недостаточно, парень перемещает их на диван. Почти такой же как и на старой базе. Он также неприятно скрипит от неловких движений. Ваня на локтях приподнимается и футболку с себя стягивает, Борю для очередного поцелуя притягивает и голой грудью с кожей чужой сталкивается. От этого прикосновения жарко невыносимо становится. Поцелуями щеки покрывает, руками плечи крепкие обводит. Хотел на каждом участке оставить свое прикосновение, но ниже ремня джинс не спускался, разрешения дожидался. А Боря тянул. До края доводя одними лишь касаниями. Языком горячим от шеи до уха проводил, шептал что-то грязное, то, что в обычный день ни за что не сказал бы. Его вело от того, как Киса развратно терся о чужой стояк, от того как он спину выгибал на встречу рукам. Поцелуями ниже спускался, снова к губам возвращался. Когда самому невозможно стало — помог избавиться от ненужной в этот момент одежды, но Ваня за руку его взял, не давая штаны бросить в неизвестное направление. - В заднем кармане. - блестящий квадратик оказывается в руке Бори. Он замирает, когда понимает, что парень все это планировал, либо ждал подходящего момента. А таких моментов за последний месяц было достаточно. То они вдвоем в квартире, когда сбегают с уроков или на этой базе, когда администрация отправляет их за какими-то бумагами. И чаще всего они ограничиваются обычными поцелуями не заходя за рамки дозволенного, но сексуальное напряжение с каждым разом скапливалось все больше и больше, выливаясь в мастурбацию в душе или влажные сны с участием друг друга. И если это все можно было оправдать бушующими гормонами, то обнаженные фотографии в их переписке — не поддавалось никакой логике. Неожиданно Хэнк понимает, что сам даже не думал о контрацепции, забывая о том, что никто из них не проверялся на инфекции передающиеся половым путем. Парень не хотел их первый секс омрачать таким прекрасным событием, как неожиданный сифилис или гонорея. Поддавшись порыву, Боря Кису снова целует. Благодаря за то что он об этом подумал, хотя это и не его фишка. И Кислов теперь совсем не боится непослушными руками расстегивать чужой ремень, который как назло совсем не слушается. И Хэнк уже сам помогает в этом, снимая с себя джинсы, что до боли давили на член. Парень губами касается острых коленок , опускаясь ниже, носом проводит по внутренней части бедра и улавливает шумный вдох, приглашенный рукой Вани. Оставляет пару засосов на бедрах и поднимается к лицу Кислова. Глаза у него блестят от возбуждения, а челка прилипла ко лбу. Боря большим пальцем подбородка касается, и рот чуть приоткрывает. Два пальца в чужую ротовую полость погружает, заставляя Кису их облизать. Парень ждет, чтобы на пальцах было достаточное количество слюны для растяжки. Вынимает пальцы, наблюдая за тоненькой ниточкой слюны, что тянется от губ до его пальцев. Завороженный видом, Боря теряется. Но ощущает на своей щеке чужую руку. Ваня на него смотрит, нежно, не похоже на него. - Если ты этого не хочешь, то лучше не будем торопиться. - И он уже начинает приподниматься, чтобы поцеловать блондина и одеться. Парень поцелует углубляет и Ваню на спину снова укладывает, пальцы к тугому колечку мышц пододвигает. Киса вздрагивает от холодных пальцев около его анального отверстия. Напрягается и глаза закрывает, дожидаясь, когда Боря пальцы внутрь погрузит. Чувствует, как он свободной рукой их пальцы переплетает. Губ касается, невесомый поцелуй запечатывая. - Кис, расслабься. Я не хочу делать тебе больно. - его теплые губы касаются щек и везде куда он мог дотянуться. И от хаотичных поцелуев, Ваня отвлекается от собственных опасений, расслабиться старается — сам же хотел этого. Глаза открывает и Боре кивает, в изгиб шеи утыкаясь. Парень палец сначала один проталкивает на фалангу, вынимает, снова погружает. Повторяет это движение до тех пор пока палец спокойно не начинает помещаться. Киса привыкнув к ощущению пальцев внутри, дыханием тяжелым кожу борину опалял, не решаясь лица показать. Стон первый с губ срывается, когда Боря «Ножницы» внутри начинает делать. Киса этого звука пугается, но давится воздухом, когда парень умудряется точку какую-то задеть. И вот уже Ваня лежит на кожаном диване, стараясь выровнять сбившееся дыхание. А Хэнк на лицо его смотрит, движение продолжает. Рука затекла, но он понимал, что без тщательной подготовки Ване больно будет, тем более без смазки, можно сказать почти на сухую. Старается растянуть качественно. Когда три пальца внутри помещаются свободно, Боря остается доволен результатом и вынимает пальцы с влажным хлюпаньем. Он по члену презерватив раскатывает и головку к растянутому отверстию приставляет. Толкается вперед медленно, давая привыкнуть. Останавливается когда слышит шипение и сбивчивое дыхание. - Кис, все хорошо? Мне остановиться? - Не останавливайся… Просто дай мне пару минут. - Ваня выглядит смущенным до мурашек, глаза в сторону отводит, от взгляда чужого по комнате бегая. Пару минут они проводят в тишине, Боря старался помочь расслабиться, узоры на коже выводил, целовал в пятнышки красные, воспоминая когда успел столько засосов оставить. Родинки на плечах языком в единую картинку соединял. Чувствовал, как под руками его Кислов успокаивался. Кивком головы он обозначил свою готовность продолжать. Боря целует мягко и параллельно движение продолжает. Входит до основания и выходит медленно, впитывая каждую эмоцию на его лице. Запоминая, как он пальцы чужие посильнее сжимает. Со временем движения становятся быстрее и резче. Ваня уже не стесняясь стонет в голос, выкрикивая имя Хенка, ногтями в плечи впивается, красные полосы на коже оставляя. Боря дышит тяжело, ловит каждый стон и еще грубее входит в Кису. Шепчет-шепчет-шепчет о том, что Ваня полностью его, что он только его. Последним толчком он доводит обоих до пика. Парень кончает с полустоном, что теряется на чужих губах. Ощущает теплые руки в своих волосах и целует так, чтобы передать все что чувствует сейчас. Ему хочется кричать о том как сильно он любит Кислова, но он лишь глаза закрывает, так что звездочки перед глазами начинают бегать. Презерватив снимает и завязывает, бросая на пол рядом с диваном. Кудрявому помогает сперму с живота салфетками вытереть, отправляя их туда же куда и презерватив. На диван снова ложится, Ваня на грудь укладывается, учащенное сердцебиение слушая. Мурашки по коже бегут, когда он на коже оставляет невесомый поцелуй. Боря решает, что более подходящего момента может и не быть. Парня переворачивает так, чтобы Киса на него смотрел сверху вниз. На щеку ладонь кладет и в глаза карие смотрит. Тонет в омуте этом, не стараясь на поверхность выбраться, погружается на дно, влюбляется снова в этот взгляд. - Кис, я люблю тебя — улыбка счастливая на лице расцветает, когда Ваня подтягивается и в уголок губ целует. Тоже улыбается. - Борь, я тоже люблю тебя. *** Дома тихо. Хенкин на ночной смене, а Лариса задерживалась на работе о чем сообщила в сообщении Ване. Парни вошли домой шуточно толкаясь и перекидываясь шутками. Сегодня они собирались посмотреть фильм с Оксаной, поэтому по пути домой они зашли в магазин и теперь коридор был наполнен шуршанием полного пакета разных видов снеков. Сестру звать они не торопились, собираясь сначала подготовить чай и разложить купленную еду по тарелкам. С девушкой на счет фильма они договорились еще рано утром, когда все вместе выходили в школу. Она охотно согласилась и уже уходя крикнула о том, чтобы они купили ее любимое шоколадное печенье. Чайник закипел достаточно быстро и пока Боря наводил чай, Ваня разложил все по тарелкам и поставил их на пластмассовый поднос. - Давай сейчас напугаем Оксану? - Киса, который стоял с подносом играючи подергал бровями. Боря был уверен в том что она их слышала еще до того как они зашли в квартиру, ведь идея потолкаться на лестнице была ваниной, а он громко рассмеялся уже в тот момент, когда Хэнк чуть не навернулся со ступенек. В общем, гомон стоял такой, что не услышать его было бы грехом, но с Кисой спорить по поводу этой идеи не стал. Иногда стоит вести себя как ребенок, тем более после всего пиздеца, что происходило в их жизни. Ваня улыбнулся, когда увидел одобрительную улыбку со стороны парня. Он выглядел как дьявол, когда одел черный башлык своей кофты. Они двинулись по коридору прямиком к комнате сестры. Шепотом договорившись, что Боря распахивает дверь, а Ваня запрыгивает внутрь с криком. Так они и поступили. Боря распахнул дверь, а Ваня закричал, выпрыгивая на середину комнаты, чуть не рассыпав все то что есть на подносе. И … ничего. Оксаны в комнате не было. Это очень сильно смутило парней и они начали искать сестру по дому. Какого их удивление было, когда они снова вернулись в комнату сестры и нашли там неаккуратно вырванный лист. В этот момент они ощутили самый настоящий страх. Ровным почерком девушки было написано «Сегодня я сделаю то, о чем думала больше месяца». Найти дневник Оксаны было не сложно. Они прочти лишь одну запись, где было написано о том, что она хочет утопиться в Рыбачьей Бухте. Так быстро они еще не добирались до этого места. Ветер больно хлестал по щекам. Они лихорадочно оглядывались, надеясь на то, что она еще не успела ничего сделать. Сердце замедлило свой бег, когда парни увидели девушку около берега в воде...