the need to save her

Джэхён был рад, что с каждым днем Сэми осваивалась в их доме все больше и больше. Хоть он и не любил грузить её домашними делами, предпочитая самому готовить ей и создавать максимально комфортные условия, в её активности по дому он видел отличный способ адаптации в стрессовой ситуации. И он как всегда был прав, ведь девушка теперь не боялась спрашивать, что ей лучше приготовить на ужин или чем заняться в его отсутствие. Самым приятным во всём этом было прекрасное соотношение её самостоятельности и уже привычной покорности - без его совета или разрешения она не решалась на что-то новое, что бесконечно радовало мужчину. Сэми тоже считала, что справлялась прекрасно. Нет, страх неизвестной опасности никуда не делся, но девушка поняла как можно контролировать его и не дать ему взять верх над её сознанием. В чем она значительно проигрывала, так это в попытках сбежать от своего похитителя. Первый этаж был совершенно пуст на новые полезные вещи, а подняться по лестнице в одиночку всё ещё казалось вещью за гранью фантастики. Поэтому каждый день был похож на следующий. Сэми и не заметила, как прошла целая неделя, а за ней потянулась и следующая. Пугало её и то, что некоторые дни она помнила очень смутно - не могла вспомнить, что делала, что ела, о чём говорила или думала. Будто эти дни просто стерлись из её воспоминаний, оставив лишь пробирающую пустоту. Похожее уже случалось с ней, но тогда вместо воспоминаний оставался животный страх, сейчас же совсем ничего, а неизвестность всегда страшнее. Ли замечал это. Замечал, как иногда она думала слишком долго, и думала явно не о нем. Но он пытался убедить себя, что это нормально, и её нельзя ограничивать хотя бы в этом, как бы сильно его это не раздражало. Раньше, до того как вернуться в спортивный зал, он изливал свою злость прямо на ней. Заламывал руки, давал звонкие пощёчины, таскал за волосы и плевал прямо ей на лицо. Звуки её отчаяния всегда пробуждали в нём что-то нечеловеческое, беспощадное и такое приятное для него самого. После этого он всегда прижимал её к себе, нежно гладил по голове и шептал слова которые можно было слышать только ей одной. Она плакала, иногда переходя на крик, но всё равно хваталась своими пальчиками за его одежду и руки. Но Ли понимал, как сильно это разрушало её, и продолжать так было нельзя. Даже если его член вставал только от одной мысли об этом. От мысли о её зависимости. Конечно, ведь она так сильно нуждалась в нём и только в нём. Она могла видеть и слышать только его. И как же зол и встревожен был Джэхён, когда спокойствие их уютного вечера за просмотром фильма был нарушен стуком в дверь. — Иди к себе и ни звука. — отрезал он даже не смотря на Сэми и направляясь к двери. Варианта было два - либо это незнакомец, посмевший нагло заявиться в чужой дом поздним вечером, либо это был единственный человек знавший его адрес - Ли Санён. И Джэхён про себя понадеялся, что это был первый вариант. Однако за дверью его ждал тот самый хён, знавший о происходящем очень много, даже слишком много. — Привет, Джэхён. — поздоровался он тут же заглядывая внутрь дома. — Хён, почему ты приехал в такой час? — не стал тянуть и спросил сразу. — Давай поговорим внутри, нам, знаешь ли, есть о чём пообщаться. Выдержав несколько секунд паузы, младший отошёл в сторону, пропуская полицейского внутрь. Тот зашёл резко, все так же разглядывая обстановку вокруг. — Не буду разуваться, здесь в любом случае есть кому убраться, — вот чего и боялся Джэхён - старший был в отвратительном настроении, это можно было понять по его интонации и выражению лица, — мне нальют стакан воды? — Кухня справа, — указал Ли, захлопнул входную дверь и зашагал вперед мужчины, — проходи. И только Джэхён потянулся к двери холодильника, как Санён со скрипом отодвинул стул и сел за стол. — А почему это делаешь ты? — А мое гостеприимство тебя не устраивает? — развернулся, чтобы видеть его лицо. — Просто не понимаю, как можно держать под своей крышей бабу, при этом делать все самому. — он откинулся на спинку, ухмыляясь младшему. — Что ты хотел обсудить? — Джэхён облокотился на кухонный шкаф, складывая руки на груди. — Такой закрытый, чувствуешь, как поменялся? — Я злюсь, потому что ты пришёл без предупреждения, — он отвел взгляд, — ты знаешь, как я не люблю, когда рушат мои планы. — Знаю, ведь потом всё дерьмо зачищаю я, забыл? — мужчина рассмеялся так громко, что казалось будто весь воздух от этого задрожал. — Ты можешь сказать прямо, что случилось? — Скажу только когда покойная О Сэми нальёт мне стакан воды. Стены этого дома знали, что такое напряжение, но сейчас его градус достиг своего апогея. — Что я сделал? — Джэхён, я уже назвал тему нашего разговора - ты очень сильно изменился, это главная проблема. Хочешь сказать, что раньше ты бы не представил свою девушку своему дорогому хёну? Джэхён чувствовал, как в горле образовался ком, а ладони сами сжимались в кулаки. — Вы уже встречались, к чему это делать ещё раз? — Либо ты выводишь её и после мы говорим как мы всегда это делали, либо говорить с тобой уже никто не будет. Вот оно. Тот самый Санён, который управляет всеми вокруг. Дёргает людей за ниточки, считая их глупыми марионетками, а неугодным просто обрывает их. За столько лет знакомства с Джэхёном он говорил в такой манере всего пару раз, поэтому младший понял - дело плохо. Он молча, не отрывая от Санёна взгляда, направился через гостиную в сторону двери. Старший тоже следил за его движениями, наблюдая, куда тот идет. Когда Джэхён дошел до двери вниз, он тихо выругался под нос и открыл её, опуская взгляд на кровать у дальней стены. На ней зажав уши сидела Сэми, дикими глазами глядя наверх. — Сэми, поднимись сюда. — замотала в отрицании головой, не издав ни звука. Ли знал, что так будет, поэтому широкими шагами спустился в комнату и взял её за руки, — Я защищу тебя, он ничего не сделает, пожалуйста, сделай, как я прошу. Шмыгнув носом и хныча она схватила мужчину за плечи, боясь отстраниться от него, и он быстро перехватил ее запястья, утягивая за собой. Её истерика была слышна и наверху, отчего Ли Санён стал ухмыляться еще шире. Это всё очень сильно напоминало то, что происходило в доме отца Джэхёна много лет назад, он бы даже сказал, что ситуации были идентичными. Сэми, вытащенная в гостиную, сквозь пелену слёз узнала в силуэте пришедшего того самого полицейского, и от этого осознания её разум будто отключился, но тело продолжало дёргаться в попытках убежать, пока хозяин дома не прошептал ей: — Я убью его, если он снова коснётся тебя, поэтому, пожалуйста, успокойся и потерпи немного. Эти слова напугали её сильнее присутствия Ли Санёна. То, с какой уверенностью Джэхён сказал об убийстве, будто остановило её истерику за секунду. Ведь он хочет убить того, кто ему неудобен. А кто знает, удобна ли сейчас ему сама Сэми. Последний раз вздохнув громче обычного, она уже сама зашагала на кухню, ловя на себе липкий взгляд мужчины в строгом костюме. — Сэми-я, рад снова увидеть тебя! — он махнул рукой в приветствии, — Ты в порядке? — кивнула головой в ответ и встала прямо перед ним. — Да, спасибо за беспокойство. — Джэхён в удивлении посмотрел на неё, — Как вы поживаете? — его глаза раскрылись ещё в большем удивлении, ведь он не ожидал такой быстрой смены поведения. — Работа выматывает, к вечеру ноги просто не держат, можешь налить мне попить? — Сэми тут же направилась к шкафу с капсулами для кофе, почти бесшумно открывая дверцу и заглядывая внутрь. — Можем заварить кофе, или вы хотели просто воды? — Давай холодной водички. — закрыла шкаф и повернулась к холодильнику, доставая запотевшую бутылку и выливая её в стакан, стоящий около стены. Джэхён в неверии наблюдал за её движениями, пока Санен смеялся себе под нос. — Все женщины в твоей жизни умеют только две вещи, Джэхён-а - рыдать и быть зависимыми от мужчин. Даже не знаю, удача это или проклятье. В любой другой ситуации зубы младшего бы уже скрипели от злости, но сейчас его мысли были заполнены другим. Его маленькая Сэми, словно по взмаху волшебной палочки, сделала ровно так, как он сказал. Переключилась, будто от команды пульта. Невероятно. Сэми, поклонившись и убедившись, что гостю больше ничего не нужно, удалилась в свою комнату. Мужчины же продолжили свой разговор на кухне, сидя друг перед другом за столом. — Повторюсь ещё раз - ты изменился. И это замечаю не только я. — Это как-то повлияло на людей вокруг? Не думаю. — Джэхён, напомню, что если кто-то что-то заподозрит - конец нас всем. Я ради тебя сфальсифицировал убийство, понимаешь? — А я ради тебя постоянно подделываю медицинские документы, помнишь? Это тоже даже не административное нарушение. — Ты подозрительный. И это могут понять и другие. Меня волнует только это. — Я не делал ничего по… — Появляйся почаще на квартире и в обществе - проблем не будет. Своим затворничеством с этой куколкой ты становишься слишком похожим на свою ма… — Я тебя понял. Это всё? — старший выругался в полный голос. — Я переживаю за тебя, блядь. — заглянул прямо в глаза, — Не знаю, в курсе ли ты, но ты мой дорогой друг, и я волнуюсь о твоем благосостоянии. — он встал, отворачиваясь, — Надеюсь, что она действительно стоит всего этого, Ли Джэхён. Убедиться в этом я хочу лично и сделаю это очень скоро. *** С того самого дня жизнь Джэхён пошла под откос. Санён не только потревожил их еле устоявшийся уклад жизни, но и затронул темы, о которых младший ненавидел размышлять. Но и сама жизнь не давала ему вздохнуть. Один из новых клиентов, с которым он встретился всего два раза, устроил скандал - уверял Ли, что толку от их бесед никакого, а деньги берёт бешеные. Это не первый такой случай в его практике, но такие кадры с каждым разом раздражали мужчину только сильнее. Психотерапевт, тем более с отличной квалификацией, это удовольствие не для бедных и мелочных людей, а только для тех, кто знает себе цену. Арендодатель помещения, в котором он открыл рабочий кабинет, решил повысить стоимость, ничего не согласовав с ним. Машину нужно было срочно отвезти на осмотр, она то и дело барахлила. Просто кошмар. Только он хотел поделиться всем этим с Сэми, пожаловаться своему единственному близкому человеку, но и дома его ждал неприятный сюрприз. Отворив замок, Джэхён первым делом пошёл в сторону комнаты девушки, но открыв её не обнаружил на лестнице встречающую его любимую. Да, тогда её поведение при Санёне не на шутку удивило старшего, но после его прихода её приступы стали более жёсткими. В такие моменты кровь застывает в его жилах, а в голове прокручиваются самые ужасные сценарии. Быстро спустившись по ступенькам, он хотел было уже выдохнуть, но от открывшегося вида мир вокруг него будто замер. В проёме между шкафом и столом, свернувшись в несколько раз, сидела Сэми, громко всхлипывая и крепко схватившись ладонями за волосы на макушке. Это очередной её эпизод, с которыми мужчина не мог справиться никакими средствами. Пока он вытаскивал и крепко обнимал её, одновременно нашёптывая какие-то нежные слова, ему вдруг подумалось, что он и вправду просто шарлатан, совсем ничего не смыслящий в своей профессии, раз не может помочь своей единственной. Это убивало его изнутри, а снаружи он решил добить себя большим количеством алкоголя, когда остался в доме на выходные. Он уже сбился, который стакан виски держал в руке, но желание запить мысли сами сжимали его пальцы вокруг стеклянной поверхности. Сэми тоже чувствовала, что у Джэхёна наступила некая черная полоса. Это выражалось не только в его иногда резком и грубом поведении, не только в более жёстких прикосновениях и ударах в спальне. Последнее время он, будучи даже слегка пьяным, мог начать говорить с ней на темы, о которых он до этого вообще не заикался. Девушка в этом видела одновременно и шанс выяснить что-то важное, но и особый класс опасности, при встрече с которым её явно бы ждали самые неприятные последствия. Поэтому в таких пьяных разговорах она старалась быть максимально аккуратным и беспристрастным слушателем. — Он почти не приходил домой, понимаешь? — глядя куда-то на дно стакана продолжал Джэхён, — Она сидела одна, ждала его и тряслась от каждого шороха. — усмехнулся себе под нос, — Поэтому я так ненавижу оставлять тебя одну не внизу - там я хотя бы знаю, что ты будешь в безопасности, там тебе нечего бояться, но ты же не можешь просидеть там всю жизнь… — Джэхён, ты делаешь всё ради меня, — она уже в который раз повторяла эти слова, боясь подбирать какие-то другие, — ты не такой. — А я ведь был там, — он допил тёмную жидкость, — почему я не мог помочь ей? И тебе тоже не могу… Сэми не стала дослушивать и просто села к нему на колени, неудобно помещаясь между его телом и кухонным столом. Она начала покрывать его лицо легкими поцелуями, пальцами поглаживая плечи под его домашней толстовкой. Он сразу же успокаивался, крепко сжимая её талию и бедра. Девушка из этого всего выяснила очень многое, но что-то в голове не давало ей составить полную картину - да, она поняла, что с его матерью всё было совсем не гладко, и погибла она по вине его отца. Но в голове Сэми никак не укладывалось, почему он постоянно сравнивает её с ней, и о каких приступах он постоянно говорит. *** Алкоголь - враг человека. В этом Джэхён убедился когда понял, что после каждого вечера со стаканом в руке в его голову стали возвращаться мысли, с которыми он так долго и упорно боролся. Многие вещи стали казаться совсем не такими, какими он видел их раньше - это касалось в особенности поведения Сэми. Если раньше её одновременная самостоятельность и покорность радовали Джэхёна, то сейчас в любом её собственном решении он видел попытку пойти против его воли. Это ему совсем не нравилось. Нет, не его мысли об этом. А действия девушки. Добивало его и чувство тоски, которое он ощущал вдали от дома. Ослушаться Санёна, благодаря которому его мечта стала реальностью, было бы куда хуже уголовного преступления, и он как послушный щенок стал вместо зала ходить на встречи со старыми знакомыми. Стал заезжать на квартиру, специально здороваясь с соседями и создавая видимость привычной жизни. Было сложно делать это, вспоминая как он затаскивал Сэми обратно в квартиру, но само ощущение её рук на его лице отдавалось приятно. Это все лишало его ценных мгновений со своей любимой, но он опять делал всё только ради неё. Только для неё. Кто же сделает это, кроме него. Он спасет её. Поздним вечером субботы, после очередной встречи с друзьями в баре, Джэхён доехал до пригорода, в котором они жили, на такси. Он специально не указал точный адрес дома в целях безопасности, и шел по тёмному шоссе некоторое время. Завалившись в дом, погружённый в темноту, он все же надеялся на тёплый приём, ведь соскучился невероятно, но его встретило только тихое сопение из гостиной. Сэми, его Сэми наконец смогла заснуть где-то помимо её комнаты без его присутствия. Какая она умница, раз у неё получилось. Но пока он стоял над диваном, где девушка свернулась калачиком, умиление и гордость резко сменились неприятным чувством - почему она сделала это без него? Он разве разрешал ей это делать? Джэхён не знал, были ли это его настоящие чувства, или просто алкоголь затуманил его разум, но когда Сэми захрипела от удушья в его руках, он впервые за долгое время почувствовал себя великолепно. *** Чхве Чанхи откинулся на спинку стула, дописав очередную колонку. Его крайне не устраивала работа в электронной газете, ведь она состояла исключительно из бессмысленной, бесконечной писанины ни о чем. Но нужно было на что-то жить, поэтому парень продолжал каждый день уничтожать клавиатуру своего ноутбука бешеными ударами по кнопкам, написывая об очередном открытом пешеходном переходе или о постоянно меняющейся погоде. Сегодняшний вечер, однако, показался Чанхи довольно сносным. Текст писался легко, до этого он вкусно поужинал, а его лучший друг, Джи Чанмин, наконец-то решил остаться дома и не искать себе очередных проблем, с законом в том числе. Особенно вечер показался спокойным в сравнении с последним прожитым годом, более половины из которого они вдвоём провели в поисках третьего человека из их компании, но эти поиски, естественно, так и оставались безрезультатными. Очевидно, нельзя найти человека, чье поломанное тело сожгли, а остатки высыпали в керамическую чашу. Но доказать что-то Чанмину было невозможно, да и где-то глубоко внутри у Чхве тешилась надежда, что он неправ, а его лучшая подруга сейчас где-то ждёт их помощи. Но даже капли этой веры исчезли со временем, оставив после себя лишь тяжёлую грусть на душе и беспокойство о другом друге, что теперь сподобился помогать своему знакомому-следователю, иногда даже не самыми честными и законными путями. Лучше бы он взял дополнительную нагрузку в университете, а не занимался чем-то опасным. К тому же он явно, в отличие от самого Чанхи, продолжал поиски девушки, как раз вместе с тем следователем, что охотно верил в реальность его надежд. Конечно, зачем слушать голос разума, когда можно оставаться упёртым бараном и продолжать гнуть свою линию. Они постоянно ругались из-за этого, и Чхве порой даже не хотелось отвечать на его звонки, ведь они всегда заканчивались матами и оскорблениями в сторону друг друга. Он и был так категоричен как раз из-за того, что их разные взгляды на ситуацию немного испортили их, казалось, нерушимую дружбу. Джи стал отдаляться, предпочитая лишь изредка созваниваться с другом, всё свободное время все так же посвящая новой работе. Чхве очень переживал из-за этого, но тот был взрослым человеком, и продолжать давить на него он просто не считал возможным. О Чанмине и Сэми он думал каждый день, но по вечерам предпочитал отгонять все мысли подальше, развлекая себя сериалами, видео из интернета или чтением. Чаще всего, конечно, его свободное время занимала дополнительная работа, но не сегодня, и вот он уже устроился у себя на кровати, валяясь укутанным в одеяло и слушая очередной обзор на недавно вышедшую книгу. И вечер бы действительно вышел отличным, если бы не странный звонок с незнакомого номера. Чанхи не любил отвечать на странные звонки, но вдруг это кто-то с работы, а он уже взрослый человек и ответить придётся. Только он нажал на кнопку и раскрыл рот для приветствия, как тут же замер, услышав то, что он, по его убеждениям, никогда больше услышать бы не смог. — Алло, мам! — послышалось с того конца голосом О Сэми, которая умерла почти год назад. Ему показалось? — Мам, это я, О Сэми! Сердце как будто остановилось, голос пропал, а рот раскрылся в неверии. Это она, это её голос, он бы никогда не перепутал. Но как… — Прости, что не звонила, не переживай, я в порядке! — продолжал голос в трубке, только на последнем слове Чхве как будто пришёл в себя. И только он хотел позвать её по имени, как она начала быстро прощаться и… просить маму приехать к ней? Так он и ни звука не издал за такой быстрый звонок, но смог запомнить каждое слово, сказанное ей, потому что говорила она, мягко говоря, странные вещи. Она точно не могла звонить маме - её матери не было в живых уже много лет, как и остальных её родных. Зачем она тогда так обратилась? Что за Ли Джэхён? Она трижды повторила это имя, но Чхве никогда не слышал его до этого. В больнице? Почему? Что случилось, и почему она уже едет домой? И тут что-то щелкнуло в мозгу у парня, и там запустились процессы размышления о том, в чём его пытался весь последний год убедить Джи Чанмин. — Господи, я… — он прикрыл рот рукой, а весь мир вокруг него как будто остановился. Видео, что он смотрел, вновь возобновилось, но он и звука не слышал, прокручивая в голове одну и ту же мысль. О Сэми жива, но она явно не в безопасном месте. О Сэми похищена. О Сэми пытается что-то сказать ему. Чанхи сразу же записал в заметки имя, что она повторяла, и паззл окончательно сложился. Но что ему делать с этой информацией? Паника все еще не отступала, руки предательски не слушались, но он собрался с силами и смог набрать нужный номер. — Чанмин-и, — дрожащим голосом начал он, — ты был прав. Сэми жива.